Р!
07 ДЕКАБРЯ 2021

Андрей Соколов: Мы все живём по закону ребра

Приехать на три из шести международных кинофестиваля, проходивших в Забайкалье – это рекорд. Чаще фестивалить в Читу прилетают разве что его организаторы актёр, уроженец этих мест Александр Михайлов и медиамагнат Виктор Шкулёв. Про появившихся в крае друзей, рыбалку и про попить чай с видеопиратами – народный артист России, режиссёр театра и кино, продюсер Андрей Соколов, представивший на ЗМКФ – 2017 свой фильм «Память осени».

— Я считаю, что лучше один раз увидеть, чем много раз услышать. Картина, на мой взгляд, которую нельзя было не снять. На пост-продакшн у меня была идея сделать такой релиз, что это посвящается нашим матерям, но потом как-то постеснялся. Хотя я считаю, что этот роман написал современный Чехов — Александр Григорьевич Звягинцев (просьба не путать с Андреем Звягинцевым), это бывший заместитель генерального прокурора России. Он широко известен в кинематографических кругах, он получал «Ники», достаточно много пишущий человек. И когда я прочитал роман, совершенно случайно, то понял, что надо снимать. История одной семьи, которая в течение дня должна выехать с государственной дачи. История о том, какие скелеты скрываются у каждого из нас в шкафах, о семейных ценностях и так далее. Кино не скучное, могу сразу сказать. Музыку писал Павел Кашин, композитор, с которым я сотрудничаю уже на протяжении длительного периода времени. Актёры потрясающие, уже побывали на трёх десятках фестивалей, были отмечены, что очень приятно.

— Трудно в жизни совмещать актёрскую игру и режиссуру?

— Режиссёр Соколов на картину «Память осени» актёра Соколова не утвердил — у него там маленький эпизод. И надо сказать, что одну из главных мужских ролей играл Саша Лазарев, и я ему очень завидовал по-хорошему, как и на предыдущей картине (он снимался у меня в «Артефакте»), потому что таких ролей мало. Это тот фильм, когда совместить и режиссуру, и исполнение одной из ролей крайне сложно, на мой взгляд. Были очень жёсткие условия: был такой форс-мажор, когда после недели съёмочного периода мы были вынуждены покинуть объект. Мы снимали в городе Пензе в гостиничном комплексе «Октябрьский сад» при поддержке администрации, но как раз приезжали первые лица, и нам пришлось в связи с этим оттуда уехать. Вы представляете, что такое графики актёров? Мало того, когда мы уезжали, была осень, а через десять дней, когда мы вернулись, был снег по колено. В связи с этим много чего пришлось предпринимать.

Вместо 22 съёмочных дней я снял эту картину за 16. Когда я друзьям-кинематографистам об этом рассказываю, они мне говорят, что так не бывает. Получается, что бывает.

И, что для меня было важным во время высших режиссёрских курсов, в получении режиссёрской профессии, — это понимание того, что режиссура и актёрская профессия — абсолютно разные вещи, и мешать это не стоит. Поэтому есть у меня такое понимание и разделение. Может быть, это помогает.

— Это ваш второй полный метр. Отчасти это народное кино в финансовом плане. Вы обращались к зрителям. Повлияло это на эмоциональное состояние режиссёра, зная, что вы снимаете на народные деньги?

— Была огромная чисто человеческая благодарность. У нас были генеральные спонсоры, состоятельные люди. Но когда начали присылать по 100, по 500 рублей… Девочка прислала с письмом: «Дядя Андрей, моя мама очень вас любит. Она мне давала деньги на мороженое, а я вам — на картину, чтобы вы…» Ну, что я после этого? Это дорогого стоит. Сказать, что стал более ответственным, — вряд ли, потому что планка была настолько высоко поднята уже изначально. У меня, я считаю, золотой состав, поэтому перед каждым из актёров, помимо товарищеских отношений, ещё и профессиональная ответственность и благодарность за веру, за то, что они пошли за мной. И материал такой, что, с одной стороны, о нём можно мечтать, а с другой стороны, очень можно подставиться на нём. Конечно, если бы было больше времени, можно было бы что-то ещё по-другому сделать; конечно, форс-мажор оказал своё влияние на ход картины, но не на результат.

Сложное в нюансах

— А ведь у героев картины тоже немного времени — действие фильма происходит буквально за один день. Режиссёру это сложнее снимать?

— Короткий метр всегда сложно снимать, потому что мало времени. А когда событие происходит в течение одного дня, мы понимаем, что за это время должно происходит не только развитие сюжета, но персонажей. Если это выстроено, продумано, осознанно именно актёрами… Вы знаете, потрясающая история. Экран нельзя обмануть. Смотришь порой на картину, эта атмосфера аж через край может выливаться, и ты понимаешь, что она была на съёмочной площадке. Сложнее или проще? У каждой монеты есть орёл и решка, мы все живём по закону ребра: где-то проще, где-то сложнее. Проще в том плане, что ты осознаёшь, что может произойти за один день, но сложнее в нюансах.

— Скажите, каково работать с актрисами такого уровня — Инной Чуриковой, Евгенией Симоновой? Это сложно или, наоборот, их профессионализм помогает режиссёрам?

— Не расслабляет, это точно. С Инной Михайловной, слава богу, мы служим в театре уже достаточно длительный период времени, играли в одном спектакле десять лет. Она великая актриса, могу заявить это с полной ответственностью. Она настолько велика, настолько, с одной стороны, по-детски искренна порою, а с другой стороны, сложна до невозможности. Не расслабишься. Я помню, был один эпизод, её персонаж — мама, выходила на крыльцо и видела, как дерутся её дети, и она кричала: «Дети, что вы делаете?». Этот эпизод снимался ночью в течение получаса — часа. Она приехала после спектакля в Ленкоме на поезде утром, мы это успели отснять, отпустить её. Она села на самолёт, улетела, и, зная, что в связи с переменами в нашем графике были некие сложности, поскольку это уже было сверх нормы, она о деньгах даже не заводила речи.

А Женечка Симонова просто герой. Она была в Германии. Я её ждал, пока она приедет. Зная, что человек после болезни и так себя отдаёт. Хотя за ней я ходил, убеждал, что надо сниматься. Там есть одна сцена выяснения отношений между ею и Сашей Сириным — Саша Сирин гениальный артист, он тоже в Ленкоме служит. Я её специально дописал. Когда её Женя прочитала, она сказала, что в ней не хватает чего-то. Она была совершенно права. И я дописал эту сцену, даю ей и говорю: «Вот, Жень, это подарок». Она прочитала и говорит: «Да, теперь всё».

— А приходилось ли ещё кого-то из актёров убеждать и настаивать, что именно он вам нужен?

— Инна Михайловна. Ждал её 2 месяца. Этим уже занимались мои партнёры, мои сопродюсеры, потому что у меня уже сил не хватило. Дождались, и слава богу. Саша Лазарев — это уже как талисман для меня. Сейчас у меня уже новый проект в запуске. Там просто возрастная роль — не его по возрасту, там молодой парень 20 лет, но я специально для него придумал, что делать, и надеюсь, что ему понравится.

Свои люди

— Есть у вас «свои» актёры?

— Да, конечно. Все, кого назвал. Тот же Саша. Я очень хорошо сейчас понимаю того же Рязанова и вообще режиссёров, которые снимают, так сказать, «своих» актёров — потому что это проще и понятнее, ты их знаешь насквозь и знаешь, что они могут, умеют. Это даже интереснее — предлагать им подходящие роли. Потрясающая актриса Настя Марчук. Это её первая картина, я как бы её крёстный отец в кино. Честно говоря, хотел её после первого съёмочного дня заменить, потому что, ну… бывает такое. А потом… Она сейчас блистает. В Ленкоме стала №1. Прорвало, что называется. Я рад, что это произошло.

— А где тот момент был, когда поменять хотели?

— Первый съёмочный день был с Чуриковой, с Лазаревым на кухне, когда она приходит, говорит о том, что она администратор посёлка и так далее. Она текст не могла сказать. Я её отозвал в сторонку — в чём дело? «Чурикова со мной, я волнуюсь, не могу». Я говорю: «А мне что делать? У меня камера крутится!» А у нас съёмочный период был с 10 утра до 4 вечера, потому что у меня были панорамные окна, и оператор настаивал на том, что свет должен быть дневным — особая атмосфера, прострел, всё это видно. И время было просто на счету. Я её отругал как следует. Думаю, что она плакала. А потом всё встало на свои места.

Кого-то из актёрского состава вы хотели пригласить к нам на фестиваль?

— Приехала Ира Медведева, она играла у меня в картине. Я думаю, что организаторы приглашали многих, но в силу занятости, к сожалению…

— А когда вы приглашаете актёров, как-то позиционируете наш кинофестиваль?

— Я — первый агитатор. Я как бы фанат. По секрету скажу, вчера был на рыбалке, и, в общем, думаю, если пригласят ещё на один фестиваль, приеду заранее, за неделю, чтобы по-взрослому.

— Легко ли актёры соглашаются ехать на такие фестивали, как наш?

— Ваш фестиваль нельзя назвать провинциальным — он уже международный. Я сравниваю с предыдущим, — это огромный шаг вперёд. Видно, что власть, в хорошем смысле, повернулась другим местом. Огромное спасибо губернатору и Забайкальскому землячеству. Они поднимают это. Есть же понятие уже сложившейся репутации. У этого фестиваля репутация очень высокая. И мало того, он позиционируется как один из тех фестивалей, на который трудно попасть. А если трудно попасть, — ага, значит, я хочу. В этом плане всё правильно — так, как и должно быть, и дай бог, чтобы так и было дальше.

Один из главных вопросов – зачем

— Вы приезжаете к нам в третий раз. Как вы отвечаете себе на опрос «зачем»?

— На рыбалку. На самом деле, к сожалению, какие-то вещи понимаешь с опытом жизненным. С сегодняшними мозгами лет на 20 назад…

Приходит понимание, в частности, если говорить о профессии, что очень многое, если не всё, зависит от воспитания и культуры. Я являюсь ещё вице-президентом детского кинофестиваля в «Артеке», и дети, которые у нас на фестивале побывали в 10 лет (а ему уже 25), уже приезжают туда как мэтры. Кто-то уже кино снял, кто-то уже сам стал родителем. Так вот, побывав там, они никогда в жизни не позволят себе некоторых вещей, никогда не смогут, даже став чиновниками, поставить подпись под закрытием фестиваля, под закрытием «Артека». Важно то, что мы закладываем в мозги нашим детям. Человек, у которого всё правильно, который правильные книжки читал, будет и дальше правильно идти по жизни и делать правильные поступки. Вот и всё.

— Вашей дочери 7. Чему научили как папа?

— Есть всё. Люблю. Боюсь о ней говорить. Молчу.

— Как вы сами относитесь к людям, которые хотят с вами сфотографироваться, и к артистам, которые отказываются фотографироваться?

— С каждого поклонника беру по тысяче долларов, так что всё нормально.

— А к артистам? Как вы считаете, должен ли артист отрабатывать свою славу?

— Есть же печальные опыты фотографий. Тот же Саша Абдулов, которому в лицо плеснули кислотой, когда попросили сфотографироваться, после чего он задумался. Или с топором парень гонялся — кому это нужно? Поклонники тоже бывают разные. Если говорить об адекватных вещах. Есть люди суеверные. Я знаю актёров, которые не фотографируются из-за суеверия. Они тоже живые люди, и говорить: «Ах, как ты себя неправильно ведёшь, зазнался, звезда» — тоже неправильно. Все люди разные, и у каждого есть эта дельта допуска отношений, дистанция. Поэтому с уважением я отношусь к тому и другому решению и принимаю и то, и другое.

— Какая у вас дельта допуска? Фотографируетесь, когда ходите по читинским улицам?

— Фотографируемся.

— Подарки вам дарили поклонники? Что из подаренного запомнилось?

— Мишка. Живой медведь.

— Куда вы его дели?

— Отдал обратно. Назвали Андрей, и всё, с этим расстались.

Чужих ошибок лучше не совершать

— У вас такое разностороннее образование — режиссёрское, актёрское. Помимо этого, вы закончили технический вуз, иностранные языки.

— Инженер-механик по производству летательных аппаратов.

Как-то это вам сейчас пригождается в работе?

— Да. У меня такой пароль есть ещё помимо того, что есть некая узнаваемость. Дело в том, что некоторые соратники по МАТИ стали высокими чиновниками. Когда звонишь, говоришь: «Вася, Петя, мы с тобой учились в МАТИ», — это как некий код к тому, что после первого «давай выпьем» уже звучат «что тебе нужно?». Это очень важно. И в режиссуре, и в продюсерстве очень важно понимание именно стратегии, как выстраивать своё поведение, — а это как раз технари, это оттуда.

Проектов зарубежных не было. И, честно говоря, особо не очень хочется. Вернее, хочется, но я отдаю себе отчёт, вижу опыт, пройденный коллегами, и понимаю, что всё возвращается на круги своя. А, будучи человеком с техническим отношением к некоторым вещам, я понимаю, что чужих ошибок лучше не совершать.

— То есть как человек с техническим образованием просчитываете всё?

— Было бы всё!

— Коль уж о детях заговорили, сейчас в образовании прослеживается такая тенденция, что в классах дети не убираются, детей особо загружать нельзя. Вы начали работать с 14 лет. Был труд для вас обузой?

— Вы знаете, как ни странно, наверное, мама мне правильные книжки давала читать, и я гордился тем, что я в 13-14 лет могу в дом уже приносить, а не забирать. Это первое. Я считал себя мужчиной уже, это тоже было приятно. Калька наша — пробовать бездумно. Мы берём зарубежный опыт, но у нас другая страна, у нас другие традиции, у нас другие корни, у нас другой менталитет, и не всё подряд надо брать, особенно с пола. Лучше с пола не есть.

— Если мы вернёмся к фильму — там всё меняется буквально за одни сутки. У вас в жизни были ситуации, когда за одни сутки что-то менялось?

— Были ситуации, когда за минуту всё менялось. Последний пример: 10 августа попал в аварию на мотоцикле. Снёс там задницу машины. Лежу под «Харлеем», нога плавится под трубой, лежу и проносится «до» и «после». Лежу — и Николая Караченцева вспомнил. В такие моменты понимаешь, насколько всё может поменяться за одну секунду. Поэтому об этом надо помнить и понимать, что завтра может не быть, что есть только сегодня, сейчас и здесь. И к этому так надо относиться, и будет другое ощущение.

— Больше не катаетесь?

— У меня юбилейная модель, их всего сто штук. Пока ещё запчасти собирают — найти не могут. Но тоже придётся делать выводы, я так думаю.

Если много времени – то всё ли правильно делаешь?

— Очень важно «выключаться из розетки» после работы, «себя выключить». Что для вас такой отдых?

Вчера выключился на полную, на целые сутки. Было очень здорово. Сегодня проснулся в час дня по вашему времени, по московскому это семь часов. По Москве проснулся оптимально, как всегда. Но сейчас, когда глаза открыл, смотрю, за окном уже день. Но было клёво.

— Вы рыбу поймали?

— Даже закоптили. Окуня, щуку и какая-то ещё особенная у вас рыба, я даже не знал, — булус.

— В Москве ваш идеальный выходной день – это какой?

— Это зависит от количества свободного времени. Если его много, то можно уехать куда-то за город. Опять же, близкие, дочка. Если больше времени, то можно уехать куда-нибудь на море. Если вообще много времени, то начинаешь думать — всё ли ты правильно делаешь?

— Вы часто ездите в регионы и принимаете участие в региональных фестивалях. Как вы думаете, как сейчас в России развито движение региональных фестивалей, насколько оно помогает кинематографу России?

— Вот смотрите, у вас же тоже регион, тоже фестиваль, и для города это абсолютный праздник. У меня есть много друзей, и я вижу, как они к этому относятся, я вижу, какой азарт, подъём. Я не хочу сказать, что город живёт от фестиваля до фестиваля, нет, конечно, но это событие. Так же и в других городах, так же и по всей России. Когда таких островков много, то это уже не просто островок — это уже платформа, на которой можно стоять. И поверьте, это не выброс федеральных денег в никуда. После фестиваля завязываются некие связи, отношения, разговоры, рождаются новые идеи, и самое главное, есть возможность показать людям кино. Например, моя картина и актёры на 36 фестивалях были отмечена всякими наградами, а до телевидения пока не дошло. Пока есть возможность показать, — что приятно, сегодня зал битком, и на завтра билетов нет, — это же о чём-то говорит. Идёт молва, уже идёт, как снежный ком. Мысли материальны, — дай бог.

— «Памяти осени» нет в интернете.

— Я держу пока ещё. С пиратами мы пока ещё воюем. Так что уважают. Позвонил один из людей, который промышляет. Встретились, попили чаю, друг друга поняли.

— Смотришь программу фестиваля — на все фильмы хочется сходить, потому что чувствуется, что качественно подобраны. Почему эти фильмы не выходят в широкий прокат?

— Я могу ответить образно. Кто платит, тот заказывает музыку. Вы говорите про прокат. Как таковой прокат или широкий, или узкий существует. По договору, у каждой из производящих компаний он существует с фондами, откуда поступают деньги. А потом, когда дело доходит до телевидения, там уже сложнее. Там уже смотрят телевизионные боссы, насколько эта картина нужна. А у каждого человека есть свой вкус, свои приоритеты, есть люди, от которых они зависят. Поэтому всё не так просто, но дорогу осилит идущий.

НазадВперёд
4 отзыва
После нажатия на кнопку «Добавить», на E-mail или по SMS будет выслан код подтверждения. Или авторизуйтесь обычным образом или через соцсети (кликнув на иконку соцсети над формой)(кликнув на иконку соцсети слева).
Для публикации комментария требуется авторизация на портале или подтверждение указанного e-mail. Введите код, отправленный вам на e-mail

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

НазадДобавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Крутой импозантный мужик.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Андрей - человек с позицией и харизмой, поэтому вызывает уважение и потом он - не тусовщик, как некоторые, и не снимается в рекламе. Да и хобби у него чисто мужские - охота и рыбалка, короче, он -МУЖИК, хотяи весьма импозантен. Где-то читала, что он одинаков во всех ролях, но недавно увидела по телевизору Ленкомовский спектакль - и поразилась, вот где эмоции били через край. А еще он спел басом а-капелла на гала-концерте - необычно и здорово!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Соколов и Михайлов - люди "с бульвара Капуцинов" для забайкальской глубинки.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Увы, мы живем по законам истинных хозяев денег и поэтому мировой экономикой, к сожалению, управляют вовсе не те, кто создаёт для человечества реальные материальные богатства, а глобальные финансовые спекулянты.