НОВОСТИ
16 ОКТЯБРЯ
15 октября
14 октября
13 октября

Сергей Погодаев о том, как от строительства кораблей перейти к педагогике

Сергей Погодаев когда-то строил настоящие корабли, а сейчас уже на протяжении почти 25 лет учит читинских детей создавать модели судов, которые занимают призовые места на всероссийских соревнованиях. Многим из них он дарит мечту и даже дело всей жизни, и, вырастая, эти дети становятся инженерами, конструкторами и настоящими кораблестроителями.

Проект «Забайкалье – сила в людях», посвящённый жителям края, совершившим общественно значимые поступки, стартовал в регионе. Его главная цель — публично выразить признательность выдающимся землякам. Сегодня мы расскажем об инженере-механике, талантливом педагоге Центра детско-юношеского технического творчества Забайкальского края Сергее Погодаеве.

Фото: из архива ЦДЮТТ

– Как вы перешли от строительства кораблей настоящих к созданию моделей и педагогике?

– В 1979 году я закончил наш политехнический институт по специальности инженер-механик, и по распределению попал на Сретенский судостроительный завод. Я сам родом оттуда, из посёлка Кокуй, поэтому выбора особо не было, куда идти работать. Вот и устроился в бюро, которое занималось оснасткой для производства кораблей, инженером.

Тогда в местной школе директором работала подруга моей мамы. И она говорит: «Ты же в детстве занимался моделированием? Может, ты будешь вести кружок у нас в школе?» Действительно, ещё школьником я ездил на первенство области в Читу в 1972 году. Согласился. Работал на заводе конструктором, а три раза в неделю по вечерам ходил в школу и вёл кружок с ребятами. Пока я работал там, выезжал сюда с детьми на соревнования, ну и познакомился здесь с директором станции юных техников Александром Скрипальщиковым. Он меня и позвал в Читу.

– У кого вы научились этому ремеслу?

– В школе у меня была первая учительница Ирина Григорьевна Кузнецова – она научила меня резать бумагу, шить, даже вышивать. Например, когда мы парусную модель делаем – там надо шить паруса. Потом у меня был очень хороший учитель труда Александр Михайлович Шайдуров – фронтовик, имел боевые награды, работал у нас в первой кокуйской школе. Он научил меня работать с деревом здорово. Второй трудовик, Николай Георгиевич Загибалов, научил меня работать с металлом, и с ним я освоил станки. Всем этим людям я особенно благодарен.

– За годы вашей работы сильно изменились дети?

– Дети, конечно, очень изменились. Видимо, у них много сейчас разных соблазнов, везде компьютеры, ничего делать не надо. Кнопки нажимаешь – и всё уже делается. Человек привыкает нажимать кнопочки, а руками работать отвыкает. Всё, мол, роботы будут делать в будущем. Но чтобы создать робота, надо какие-то заводы иметь, надо инженеров, рабочих. В школе я занимался моделизмом, и мне было гораздо легче учиться, чем тем ребятам, которые не проходили это раньше. Например, в тех же чертежах разбираться.

– Что дают детям занятия судомоделированием?

– Некоторые дети приходят сами, а иногда приводят родители, потому что понимают, что это нужно. Те, кто у нас занимаются хотя бы года 3-4, по дому могут сделать практически всё что угодно.

Когда мы строим модель, мы изучаем историю её прототипа – как судно строилось, где воевало. Мы практически не делаем выдумки, берём реальный проект, военный или гражданский. Поэтому и получается, что мы изучаем реальную историю и судостроение, основы которого нужно знать – и устойчивость, и управляемость, и теорию построения.

– Для такого хобби ребёнок должен быть усидчивым?

– Ну а без усидчивости у нас очень мало детей. Конечно, бывают дети-холерики, которым надо всё делать очень быстро. Но привыкают, меняются понемногу. У меня такой мальчик был – он никогда не сидел на месте, 5 минут просидеть не мог. Но занимался и выступал неплохо, на соревнования даже ездил.

– Как проходят подобные соревнования?

– Возьмём стендовые модели. Сначала проводится стендовая оценка, как мы сделали сделали модель – соответствие чертежам, качество окраски, изготовления. Это всё учитывается, и ставится оценка, до 100 баллов. Потом проводятся ходовые соревнования. Допустим, у радиомоделей есть специальная дистанция, на ней стоят буйки, есть пирс, док. Корабль должен выйти из дока, пройти всё это, не задев, чтобы не получить штрафные баллы. Баллы складываются со стендовой оценкой и получается результат. А есть модели, которые ходят только прямо, им важно проплыть с определённой скоростью как можно прямее. Если они уходят в сторону, то получают штрафные баллы.

– И каких наивысших результатов достигали ваши ученики?

– У меня есть два чемпиона России и призёры всероссийских соревнований.

– Насколько сложно человеку от мира техники работать с детьми?

– Мы объясняем больше не словами, а руками – показываем, как делать. Ну и я сам прошёл эту школу, поэтому мне легко.

Но так бывает не всегда. Один раз мне привели класс из частной школы и попросили позаниматься с ними – в их школе нет трудов, детей нечем занять. Их сюда отправили без желания. Конечно, я с ними грешил. Доходило до того, что даже некоторых удалял с занятий, они потом приходили, извинялись за своё поведение. Ну просто не интересно им.

А есть те, кто вообще каждый день ходил. У меня был ученик, он сейчас учится в Санкт-Петербурге. Он ходил ко мне три раза в неделю, и ещё к моему напарнику Александру Юрьевичу. У него было желание. В нашем деле без желания ничего не сделаешь.

– Кем становятся такие ребята? Инженерами?

– Много кем. Один вот стал водолазом, на Тихом океане сейчас служит. Другой окончил кораблестроительный институт в Комсомольске-на-Амуре. Я, конечно, хотел, чтобы он пошёл на кораблестроение в Питере, но там не было военной кафедры, а родителям надо было, чтоб он сразу после окончания был офицером запаса.

– А сколько всего учеников побывало у вас?

– Обычно группа из 10 человек, у меня 3 группы параллельно бывает – это 30 человек в год. А я уже здесь 25 лет работаю, вот и посчитайте.

– Как вам удаётся быть в курсе всех современных технологий?

– Ничего сложного-то и нет. У нас есть требования – модель должна быть сделана руками. Тот, кто её выпускает, должен сделать её сам. Если он, допустим, покупает винт гребной или какие-то детали, он обязан указывать, что они сделаны не им. Так же и чтобы сделать какую-то делать на 3D-принтере, надо самому написать программу, освоить программирование. Школьнику трудно такое сделать. Да и качество неподходящее – такие детали нужно шпаклевать, разглаживать, поэтому в нашем деле руками лучше.

– Сколько времени уходит на одну модель корабля?

– Зависит от сложности модели. Простые делают от 3 недель до 2 месяцев. Есть и на год. Но это не самое сложное, у нас есть те, кто по 3 года делает, работает, выступает с ними и затем дорабатывает. Модель можно дорабатывать хоть всю жизнь.

– Судомоделирование, по вашему, – это спорт или искусство?

– Здесь они объединяются. Чтобы сделать модель, нужно быть практически ювелиром, это уже искусство. А потом мы с этими моделями выступаем на соревнованиях – это уже спорт.

На правах рекламы.