«Оленьи люди». Как живут сегодня каларские эвенки?


Сложно представить, что совсем рядом с нами в век цифровых технологий и высокоскоростного интернета проживает народ, представители которого до сих пор большую часть времени живут в чумах, а основной валютой у них являются олени. Да, речь идёт об эвенках Забайкалья, давно и прочно обосновавшихся в долинах могучих, суровых, но потрясающе красивых хребтов Кодара и Удокана.
Забайкалье — родина эвенков
Большинство учёных считают Забайкалье древней родиной эвенков. Об этом, прежде всего, говорит топонимика: Удокан, Кодар, Куанда, Чара, Чапо-Олого, Леприндо, Сакукан, Могоча, Чита. Первоначально они обитали на всей территории региона, но постепенно оставляли южный и центральные районы. Сегодня поселения эвенков сосредоточены в Каларском, Тунгиро-Олёкминском и Тунгокоченском районах.
Современные эвенки говорят чаще всего по-русски и живут в сёлах, построенных по русскому образцу. Осенью, зимой и весной — основные охотничьи сезоны — охотники живут в тайге в чумах с брезентовым покрытием или в брезентовых палатках. Наряду с ружьями используют самострелы. Эвенки — успешные, но расчётливые охотники, добывают соболя, лося, изюбря и другого зверя. У северян сохранилось очень бережное и почтительное отношение к окружающей природе. Оно подчинено неписаным законам и прививается детям с младенчества.

До сих пор эвенки обрабатывают шкуры по-старинному, и наряду с покупной одеждой носят самодельную, украшенную замысловатыми орнаментами. Рисунки на одежде имеют особое значение и считаются оберегами.
Человек, владеющий оленем
Как говорит нам «Википедия», по данным переписи 2010 года в Забайкальском крае проживало 1 492 эвенка, которые также называют себя орочонами, что переводится как «оленьи люди». Именно олени обеспечивали эвенкам передвижение, кров и пропитание: из шкур делали одежду и предметы быта, а мясо употребляли в пищу.
С VI–VII веков эвенки успешно занимались оленеводством. С приходом советской власти среди народности насаждался осёдлый образ жизни, что привело к деградации материальной и духовной культуры этноса, уничтожению оленеводства как основы быта. Социальные изменения прошлого века, включая коллективизацию 1930-х годов, неудачное преобразование колхозов в совхозы в 1977 году и новейшие реформы, привели к разорению общественных и личных хозяйств эвенков и почти полному исчезновению оленеводства. Сегодня только отдельные семьи кочуют по тайге с небольшим поголовьем оленей.


Живут оленеводы, как правило, обособленно и по-прежнему скромно, без лишней утвари, в брезентовой палатке с буржуйкой. Кормиться, одеваться, жить продолжают благодаря оленям. Терзает исчезающее поколение оленеводов одно: традиционное ремесло доверить пока некому.

В хозяйстве «Орон» Вячеслава и Ильи Павловых около 130 голов. В былые годы, признаются братья, у деда было как минимум 4 тысячи голов. Родились и воспитывались Павловы на родовых каларских землях, кочуя по тайге вдоль оленьих троп.



Историю своего рода они читают не по книгам – передают из уст в уста и бережно хранят. Принадлежность к роду эвенки определяют пофамильно. У них не принято давать случайных имен. Все Мальчакитовы - рода «МальчакИ», Журавлёвы - рода «Туруя», что в переводе с эвенкийского «журавль». Одним из старейших родов считается род «Чаииниткар», что означает «дальний» - к нему принадлежат Павловы.


Вячеслав Павлов, оленевод из хозяйства "Орон"



Я думаю, что эвенки рождены для тайги. Я не думаю, что в городе могу прожить, я про себя говорю и про брата тоже. От тоски там умрёшь. Прежде всего по оленям.


Для чего эвенкам нужны современные технологии?
«Байкальская горная компания» уже несколько лет реализует проект по поддержке коренных малочисленных народов Каларского района. Особое внимание обращено на исчезающий вид деятельности – оленеводство.


По Каларской тайге кочуют 16 оленеводческих хозяйств, всего 6 стад. Со слов эвенков, домашних оленей на их землях пасётся около 4 тысяч голов. Закон предписывает до 1 января 2021 года выдать электронный паспорт каждому оленю. Проект по чипированию – учёту домашних северных оленей для Каларского района — сотрудники БГК разработали и утвердили в считанные дни. Чипирование даст возможность составить полные исходные данные о численности и структуре стада, после чего БГК сможет разработать программы поддержки.


БГК помогла и с закупкой маточного поголовья хозяйствам, которые нуждаются в обновлении стада. Поголовье пополнится уже к концу этого года. Учёт же домашних оленей продолжится до поздней осени. На очереди самые крупные оленеводческие хозяйства в Каларском районе – Геван, Метакат, Сюльбан. И уже после - чипирование молодняка.





Прежде, чем специалисты ступили на каларскую землю, они провели колоссальную работу с коренным населением. До каждого из оленеводов донесли значимость паспортизации, обучили молодых каюров особенностям чипирования, ведь это довольно трудоёмкая процедура. Перед маркировкой обязательна нужна вакцинация животного от сибирской язвы и паразитов. После через прокол ушной раковины оленя закрепляется электронная клипса.
Жёлтая метка – это и есть тот самый паспорт оленя. Данные о животном, его вес, пол, информация о прививках, местонахождении, состоянии, а также владельце заносятся в электронную базу и хранятся там. Оленеводы хоть и шутят, что каждую скотину «знают в лицо», однако ценность метки понимают. Работа ведётся для сохранения того, что есть, и последующего развития исконного эвенкийского ремесла.

Хранительница эвенкийских сказок
Сегодня каларские эвенки переживают социальные, экономические, культурные и правовые проблемы, которые тесно переплетаются с утратой культурного наследия. Вместе с укладом и образом жизни уходят в прошлое традиции и обычаи местного населения. Ранее огромную роль играли предания и сказания эвенков, имевшие большое воспитательное значение, формировавшие сознание, чувства и волю, знакомившие молодое поколение с традициями, нормами жизни и историей народа. В настоящий момент предания, сказания, легенды, ранее передававшиеся из поколения в поколение, могут быть утрачены.
Поэтому как нельзя кстати 27 марта 2010 года в администрацию Каларского района пришло письмо от Софьи Колумбиной из города Караваево Костромской области, которая писала о найденных записях своей матери, Марии Пинегиной.
В 30-е годы прошлого столетия в Каларском районе работала учителем Мария Лукьяновна Пинегина. Сначала она учила детей на отдалённом прииске, потом в райцентре — селе Чара. Мария Лукьяновна была постоянным внештатным корреспондентом газеты Каларского района «Северная правда», публиковалась в газете «Забайкальский рабочий». Часто учительница выезжала на дальние стоянки оленеводов, учила русскому языку эвенкийских и якутских ребятишек, а попутно записывала эвенкийские сказки.
"…будучи на заслуженном отдыхе лишь первый год, получила время для разборки архивов моих родителей, Зленко Александра Григорьевича и Пинегиной Марии Лукьяновны, работавших в вашем регионе в 30–40-х годах. Кроме материалов, бесконечно дорогих мне и всем родственникам, в архиве есть и такие, которые уже третьему поколению ничего не скажут. В частности, записи Марии Лукьяновны эвенкийских сказок и рассказов тех, кого я и мой брат Павел еще смутно помним в лицо и имена их на слуху: Хаснатиновы, Мальчакитовы, Габышевы и других, но наши дети и внуки, родившиеся в других краях, иначе воспримут старые тетрадки… Думаю, им место в краеведческом музее «Осиктокан», если он ещё существует. Перечитывая переписку мамы с 1982 года с этим клубом, я поняла, что и это уже история, достойная места в памяти нынешних школьников, а может быть, и настоящих исследователей".

Из письма Софьи Колумбиной.
Завязалась переписка музея с дочерью Марии Пинегиной, а после Каларский историко-краеведческий музей получил посылку с бесценными «записками из прошлого».

Сотрудники музея с огромным интересом изучали записи, ведь это настоящая кладезь об истории Каларского района, быте и культуре коренного населения эвенков в 1930–1940-е годы. В них нашлись сказки, рассказы, пословицы и поговорки, поверья и обряды, а также перевод эвенкийских слов и словосочетаний на русский и бурятский языки: собака — нинакын — нохой, кукушка — куку — кукуй, топор — сукэ — сухэ.


«Это было давно. Жили тогда эвенки родами. Но дружба не жила между ними. Один род нападал на другой. А на всех эвенков нападали чангиты (разбойники). Большая тайга казалась тесной: много в ней было зла».

«Далеко от г. Читы находится самый северный район Читинской области — Каларский. В этом районе коренным населением являются эвенки. Тяжёлой и безрадостной была жизнь эвенков до революции. Эвенков-охотников грабили нерчинские купцы, скупая за бесценок дорогую пушнину, эксплуатировали местные кулаки, запугивали и обирали шаманы. Кочевали эвенки по тайге, живя в драных, наскоро поставленных чумах (юртах), и неотступно следовали за ними голод, холод и смерть. Не только семьями, но и целыми стойбищами вымирали эвенки от оспы и других болезней. И негде было бедным людям искать спасения. Тёмной, беспросветной была их жизнь. Ведь эвенки, как и многие другие народы царской России, не имели своей письменности. И только революция принесла им новую, светлую жизнь».
Отрывки из записей Марии Пинегиной.
Полученные музеем записки Марии Пинегиной, а также живые воспоминания её дочери Софьи Колумбиной планируется издать осенью 2019 года отдельной книгой при поддержке «Байкальской горной компании».


«Конечно, для нас это большая радость, что спустя столько лет будет издана отдельная книга сказок, собранных Марией Лукьяновной. Наш музей проводит большую работу по сохранению традиций и обычаев каларских эвенков, и книга – часть этой работы, - рассказывает директор Каларского историко-краеведческого музея Наталья Бастрыкина.
В тексте использованы фото, предоставленные пресс-службой "Байкальской горной компании", а также с сайтов kalarsky-museum.chita,muzkult,ru, zapoved.net, ru.depositphotos.com.