Р!
30 МАЯ 2020
29 мая 2020

Медсестра на пепелище

Во второй половине апреля полицейские в Чите ехали по улице Магистральной и увидели, что горит дом. Во дворе стояла напуганная женщина средних лет. Шок был таким, что она не позвонила ни пожарным, ни по номеру 112. Она сказала, что в доме престарелая мама, и парни бросились туда. Лежавшую без сознания пенсионерку нашли на полу в одной из комнат и вынесли на чистый воздух. Там она пришла в себя. Так бывшая медсестра Любовь Петровна Мурзина как будто родилась второй раз.

Чтобы попасть на Магистральную, нужно на маршрутке проехать мимо стадиона «Локомотив», миновать отворот на Зенитку и через пару поворотов выйти на остановке, где кроссовки сразу плюхаются в песок. Тут нет многоэтажек и мир намного просторнее, особенно в небольшом парке, по аллее которого можно пройти.

На противоположной стороне дороги выстроились складные и ладные частные дома. Они кажутся картинкой к спокойной, сытой жизни среднестатистического читинца, который не любит шума и суеты центральной части города.

Но вдруг справа появляются тёмные запертые ворота, за которыми – провалившаяся крыша. Сытая картинка меняется на место, куда пришла беда. И, похоже, случилось это задолго до пожара.

Достучаться до Любовь Петровны непросто, нужно подождать. Пока она выходит, из-под ворот выныривает чёрная собака, которая тут же жмурится тебе, тыкается носом в пакет с булками и прижимает голову к ноге: «Друзья».

Такая, как есть

Дверь в ограду открывается. Передо мной, укутанная в разную одежду, которую, видимо, уже привезли волонтёры, стоит маленькая бабушка. Сначала удивляется, что журналист. Потом бочком пропускает в ограду, но в дом идти не хочет: «Стыдно, грязно там. Сгорели мы тут недавно».

Медленно идём по двору с разбросанными вещами, досками, шифером, который пробивали, чтобы потушить дом. Крыша у него сейчас как решето, в окнах нет стёкол, и кое-где они заткнуты тряпками, чтобы было хоть немного потеплее. Электрический провод обгорел, и в доме теперь нет света. Дымоход у печки тоже разрушен – не затопишь, приходится кутаться. Сейчас в Чите днём на солнце в самый хороший день около плюс 17 градусов, ночью температуры уже минусовые.

— Никуда не ушла отсюда, потому что и идти некуда, и дом, который строила в 17 лет вместе с отцом, не брошу. Буду ремонтировать, — кашляя, говорит бабушка. — Сама-то я вроде ничего, отошла. Хожу еле-еле только. Давление, сердце, сахар повышенный.

В этом доме она живёт 65 лет. В октябре справит свой день рождения, 79 лет. Как с дочкой, у которой не всё хорошо со здоровьем и за которой нужен уход матери, они доживут до октября, не знает. Сейчас здесь даже чай вскипятить негде.

— В больнице было холодно, я домой попросилась. Медперсонал мне собрал мелочи на дорогу, чтобы хватило с пересадкой. Приехала. А тут тоже холодина. Так мне кипятка захотелось. Пошла к одним кружку горячего попросить – отказали, пошла к заправке, там охранник прогнал. Иди, говорит, отсюда. Я ничего не ответила, ушла.

Бывшая медсестра, по её словам, получает 10 тысяч рублей пенсии в месяц. На зиму раньше брала по 2 тонны угля за 5 тысяч рублей каждую, а в этом году не смогла.

— 17 лет мне было, мы с отцом строили дом, я по кирпичику собирала на свалке, — рассказывает она. Позже уточнит, что свалка была при кирпичном заводе, и туда выбрасывали бракованный кирпич. – А теперь они разваливаются. Холодина этой зимой была, спасу нет. Прямо страшно было.

Дом треснул, и даже до пожара зимой, когда на улице были 30-40-градусные морозы, тепло из него мгновенно выдувало.

В огне сгорело всё: и мало-мальские вещи, и документы. То, что удалось вынести, сейчас лежит на улице с другой стороны уставшего от бедности, как и его хозяйка, дома с резными эркерами и ставнями на окнах.

Папа

— Отец был инвалид войны: всегда всё сам делал и меня к этому приучал, — мы медленно обходим черёмуху, которая скоро начнёт распускаться. В небольшом огороде – пара кустиков смородины и засохшая слива. – Меня спрашивают: вы как живёте? А как в войну жили: хлеб да вода. И сейчас так же.

Любовь Петровна шагает по шиферу и бормочет про то, как это всё и куда оттаскивать.

— Видимо, что-то в форточку бросили горящее, я проснулась, на мне всё горит. Постель, всё-всё сгорело, — смотрит она в огромное разбитое окно, за которым чёрная, закоптившаяся комната.

Вскользь упоминает, что был кто-то из администрации. Когда – неизвестно.

— Мне говорят, в инвалидный какой-то дом куда-то забрать могут. А куда? Я тут буду жить. Помогите, говорю, отремонтировать – мне отвечают, что не положено. Что приватизировано. А в 41-м году отец меня из роддома привёз, в кроватку положил и на фронт, командиром взвода был. Никого никогда не просил, всё сам. Это положено было? Дом надо достраивать, утеплять. У меня всю зиму температура дома была плюс пять, – она смотрит на меня, а я не знаю, что ответить.

Ушла на пенсию с детской поликлиники, а до этого успела поработать и во взрослой, и с заключёнными, и в наркологии. Может быть, с тех пор пьяных мужчин недолюбливает.

— В стационаре работать любила, — улыбается. – Но на пенсию уходила с грошовым окладом, сетку мне, рабочее расписание, такую сделали.

Дочка

— Я старалась, чтобы она хорошо училась, без троек. И музыкальную школу окончила, а после экзамена девчонки подрались, её об стенку головой ударили, в больницу положили. В 17 лет у неё такое произошло, — вспоминает Любовь Петровна.

Дочку после выписки лечила сама. И продолжает сама, больше, говорит, некому.

Ёжится, когда говорит про родственников: похоронила пятерых. Вздыхает: «Боюсь врачей поэтому».

На участке в 10 соток с дочкой садят картошку и всё самое необходимое.

— Помидоры посадила, огурцы, а в этом пожаре всё погибло, — тут единственный раз за нашу встречу голос у бабушки дрожит.

Рассады не осталось, не осталось и семян на посадку картофеля. Воду с дочкой в огромных бочках с колонки возят вручную – две зелёные стоят напротив небольшого сарайчика, в котором тоже разруха. Видно, что дом и двор давно тоскуют по крепким мужским рукам. Сколько потребуется на его восстановление – неизвестно, но сейчас самое важное – поставить окна, восстановить печку, крышу и зашить трещину в стене.

Муж

— Молоко дорогое, так я беру сыворотку, потому что там и количество белков, и углеводов, — мы усаживаемся на какой-то приступочек на улице.

Про работу Любовь Петровна вспоминает с улыбкой: про то, как поднимали больных, как важно было отозваться и помочь, но временами мелькает: «Работала, как вол, а получала фигу».

— Это было в 1966 году. Схватки пришли без десяти девять, а мне говорят: «У нас планёрка, а ты родить не можешь». Берёт скальпель и режет. Так мне занесли инфекцию, намучилась, но на работу вышла сразу после больничного, — чёрная собака кладёт голову Любовь Петровне на колени.

Про мужа говорит мельком: был, но работать не любил. Не ужились.

— Если бы не родителя, я и не знаю, как выжила бы. Раньше тут колодец был, так он воду повычерпывать даже не мог. Но помер, царство ему небесное, — вздыхает и меняет тему.

Вы

Любовь Петровна очень стесняется, принимая помощь. Но она ей очень нужна. Нужны продукты, одежда, деньги, помощь с оформлением документов, помощь с огородом – если вы можете помочь его вскопать, или с ремонтом дома – если можете дать стройматериалы или сами хорошо умеете ремонтировать.

Помочь женщинам можно, написав в «День добрых дел» или координатору этой организации Виктории Алексеевой или позвонив ей по телефону 8-914-528-55-89.

Этот материал я прошу считать официальным запросом в администрацию Читы о том, как пенсионерке помогали до пожара и что планируют делать сейчас.

Также я прошу сотрудников прокуратуры Забайкальского края проверить законность начисления пенсии в 10 тысяч рублей бывшей медсестре и всех выплат, на которые Любовь Мурзина и её дочь имеют право.

НазадВперёд
9 отзывов

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Сейчас самое время Губернатору Забайкальского края и Главе городского округа на пару всплакнуть  и помочь Любовь Петровна начать новую жизнь в теплом, уютном доме вместе с дочкой. Это был бы самый лучший подарок детю войны к 75-летию Великой Победы!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Выборы прошли, должности зарплаты поделены, теперь им до народа дела нет.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Номер дома напмшите, продукты отнесу сама, живу совсем рядом. 

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

магистральная 16 частный     дом

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Дом номер 16

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

В городе во властных структурах при Ч.С. не предусмотрено резервное жилье что при сов. власти тем более сейчас.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Читинцы, помогите, пожалуйста! Волонтёры, обратите внимание! Коллеги-медики, а где же вы?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А дочь пенсию по инвалидности не получает?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Какая причина пожара? Пострадавшая утверждает, что её подожгли, плюс злоумышленник проник ночью и разобрал на кирпичи стену. Одно к одному.