Р!
30 МАЯ 2020
29 мая 2020

«Тайны истории»: Победа близка, а что там на Востоке?

Как известно, в феврале 1945 года в ходе Ялтинской конференции Большой тройки (Сталин, Рузвельт и Черчилль) на просьбы союзников вступить в войну против союзницы нацисткой Германии милитаристской Японии советская сторона ответила положительно. Было решено, что СССР вступит в войну на Дальнем Востоке, после окончания войны в Европе.

А там был крайне непростой узел мировых проблем. Дело было не только в Японии, которую требовалось разгромить. Речь шла о послевоенных судьбах многих стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Тут и бывший французский Индокитай, и голландская Индонезия, и Корея. И, наконец, страна, без которой вообще нельзя было строить дальневосточную политику – Китай.

Здесь уже не одно десятилетие шла гражданская война. Две партии – правящий Гоминдан (Китайская Национальная партия) во главе с Чан Кайши и главная оппозиционная сила КПК (Коммунистическая партия Китая), возглавляемая Мао Цзэдуном – стали к 1945 году ведущими не только политическими, но и военными силами.

И если военная разведка Забайкальского и Дальневосточных фронтов, а также Тихоокеанского флота тщательно изучали то, что называлось потенциальными театрами военных действий, разведка Генерального штаба, Наркоматов государственной безопасности (НКГБ) и иностранных дел (НКИД) добывали сведения из глубины этого района. Дипломаты и журналисты, военные и гражданские специалисты, волей судеб оказавшиеся в странах этого региона, направляли свои донесения в Москву.

Тайны этих документов понемногу, по чуть-чуть становятся известными. По сей день отличным источником является изданная ещё в 1973 году книга журналиста и разведчика Петра Владимирова «Особый район Китая 1942–1945». А в 2014 году ФСБ завершила публикацию шеститомного сборника документов «Органы государственной безопасности в Великой Отечественной войне». Вот как раз в этом шестом томе, кратко названном «Победа», были впервые опубликованы несколько интересных для нашего дальневосточного края документов. Москву в первую очередь интересовали позиции Японии, США и Китая.

До подписания 9 мая капитуляции Германии оставались считаные дни.

Япония сдаваться не собиралась, но…

В марте американцы завершили основные бои за имеющий важнейшее стратегическое значение японский остров Иводзима. 21-тысячный гарнизон генерала Курибаяси бился, можно сказать, до последнего. В плен попали лишь несколько сотен раненых японцев. Американцы потеряли почти семь тысяч убитыми и 18 тысяч ранеными. Американцам стало ясно, что если им одним придётся сражаться с японцами на их островах, потери для США будут колоссальными.

В Штатах облегчённо вздохнули, когда 5 апреля 1945 года Совет народных комиссаров СССР объявил о денонсации советско-японского пакта о нейтралитете, подписанного 13 апреля 1941 года.

А вот для Японии это был крайне неприятный сюрприз, вызвавший правительственный кризис. И 7 апреля 1945 года к власти в Японии пришло правительство адмирала Судзуки Кантаро, которое оказалось последним правительством военного времени. Оно решительно начало готовиться к многолетней обороне. При этом японцы задумали закрепиться, прежде всего, на материке, а это значит, в Китае.

11 апреля из резидентуры НКГБ в Австралии пришло следующее сообщение:

«Комментируя решение советского правительства о денонсации пакта с Японией, Ф. (некий американский дипломат – авт.) заявил, что, по имеющимся у него данным, в настоящее время в правящих кругах Японии идёт ожесточённая борьба по вопросу выхода из создавшегося положения. Существует группа, которая считает, что Япония не должна ждать, когда на неё нападёт Советский Союз. Наоборот, используя преимущество нападающей стороны, она сама первая должна напасть на СССР. В этом случае, полагает эта группа, японцы могут даже покинуть свои собственные острова и основным центром сопротивления сделать Маньчжурию и Корею.

Другая группа считает, что по соображениям национального престижа Япония ни в коем случае не должна покидать свои острова. Вместе с тем, продолжая войну с Англией и Америкой, Япония должна пойти на далеко идущие уступки по отношению к СССР».

Окончательный выбор японцев стал ясен тогда, когда генерал Ясудзи Окамура начал перебрасывать войска на север в Маньчжурию с тем, чтобы укрепить Квантунскую армию. По сути дела это означало завершение весеннего наступления в Китае. В марте — апреле японцами в центре Китая проводилась Хэнань-Хубэйская операция. Им тогда удалось даже захватить две американские авиабазы Лаохотоу и Лаохэкоу, через которые шла помощь союзников Чан Кайши.

Но победа СССР и возможность её вступления в войну против Японии резко изменили настроения в самой Стране восходящего солнца. Вот что сообщал 5 мая 1945 года резидент НКГБ, и сегодня обозначенный как «NN»:

«1. Преобладающим в настроении широких масс населения является желание мира, и как можно скорее…

  1. После падения Берлина и сообщения о смерти Гитлера население считает Гитлера и Германию виновниками вовлечения Японии в войну, и в связи с этим население выражает открытую неприязнь и враждебность к местным немцам.

3. Среди интеллигенции и широких масс упорно ходят слухи о скором начале военных действий против Японии со стороны СССР… Преобладают страх и желание избежать войны. Последнее усиливается слухами о направлении из Японии в Маньчжурию части призывников этого года…»

И всё же сдаваться японцы не собирались. Война могла принять затяжной характер. И не исключено, что они тоже рассчитывали на то, что союзники по антигитлеровской коалиции могут начать войну между победителями. И тогда бы Япония смогла сманеврировать.

Что решили съезд КПК и конгресс Гоминдана

Формально в тот период Гоминьдан с КПК не воевали, а вместе сражались против японских оккупантов. Но по сути дела, гражданская война и тогда не прекращалась. А теперь всем было ясно, что вскоре она вступит в решающую стадию. При этом КПК делал ставку на СССР, а Гоминьдан на США.

С 23 апреля по 11 июня 1945 года в Яньане, где была главная база Мао Цзэдуна, проходил VII съезд КПК, в рядах которой уже тогда насчитывался миллион членов партии. Предыдущий VI съезд проходил в 1940 году. Не буду вдаваться в детали, которые были подробно описаны в книге Петра Владимирова, оказавшегося единственным советским представителем на том форуме (а вот американских наблюдателей в Яньани было 32!).

Мао Цзэдун, также как и Чан Кайши, внимательно следил за тем, что происходило в Европе. Ведь они не исключали, что и там могло произойти «чудо». Также как удалось разбить фашистские войска под Москвой, вдруг это получилось бы и у Гитлера. Или, например, после устранения Гитлера Германия бы вступила в союз с США и Великобританией, и вместе они начали бы новую войну против СССР. Надо было выждать. Вот и тянулась работа съезда, на котором полную победу внутри руководства КПК одержал Мао. Все его бывшие критики каялись с трибуны съезда в своих ошибках.

27 апреля Пётр Парфенович записал:

«Западные журналисты, отмечая организованность 8-й НРА (народно-революционной армии – авт.) и Новой 4-й НРА, а также порядок в Яньани, отдают предпочтение Чан Кайши. "Здесь порядок, но это не весь Китай. Чан Кайши объединял Китай в борьбе против Японии. А единство – это то, в чём больше всего нуждается страна", — вот их мнение. Американские журналисты отмечают всё возрастающий национализм правительства Чан Кайши. Это ведёт к отрицанию всего иностранного вообще, и в будущем может послужить причиной взрыва антиамериканизма в Китае. Это чувство подогревается обидой за недостаточную помощь в войне против общего врага – Японии».

5 мая он записал: «Самая длинная в мире граница – между Китаем и СССР. Это подчеркнула одна из американских газет. И многозначительно подытожила: в трениях между Яньанью (т. е. Мао – авт.) и Чунцином (т. е. Чаном – авт.) эта граница может стать опаснейшим очагом напряжённости после поражения Японии».

Тональность выступлений на съезде КПК резко изменилась после окончания войны в Европе, полной и безоговорочной капитуляции Германии. Все ораторы стали говорить о Советском Союзе, как могучем союзнике КПК.

«Во всех выступлениях – непоколебимая уверенность в неизбежности выступления Советского Союза против Японии. Этим настроением живут все делегаты, партийные, военные и советские работники всех рангов, — писал Владимиров. – Но для многих Советский Союз дорог и близок лишь во имя осуществления своих определённых целей. Только под таким углом зрения они определяют фактическую ценность СССР.

…В съездовских выступлениях эти настроения не столь откровенны, как на семинарах делегаций. Но совершенно свободно на сей счёт высказываются делегаты в приватных беседах… Мао Цзэ-дун сказал мне, что отныне Китай – узел важнейших интересов и противоречий мировой политики. В Европе улаживают частные вопросы…»

И всё же КПК и Мао были более близкими союзниками, чем Гоминдан и Чан.

5 мая 1945 года в Чунцине начал работу VI конгресс Гоминьдана. Предыдущий пятый проходил в 1935 году. И вот теперь и Чан Кайши собрал своих сторонников и вёл дискуссию о будущем демократии в Китае, а сам внимательно следил за финальным актами битвы в Европе.

Речь же на конгрессе шла о том, каким Китай должен стать после победы над Японией, которую Китай одержит в союзе с США и Великобританией.

16 мая Владимиров записал: «На конгрессе Гоминьдана в Чунцине решено осенью нынешнего года созвать Национальное собрание, которое изберёт новое правительство, определит пути развития страны и утвердит конституцию».

Тональность на этом конгрессе задавали американцы и прежде всего посол США Патрик Джей Хёрли.

Американцы не скрывали своих планов

В дни работы VI конгресса Гоминдана Патрик Хэрли провёл пресс-конференцию, на которой откровенно определил позицию своей страны ко многим вопросам дальневосточной политики, резко изменившейся после смерти в апреле 1945 года Франклина Рузвельта.

Вот что об этом писал Пётр Владимиров:

«Приезд в Яньань в прошлом году иностранных корреспондентов, а затем «союзнической миссии наблюдателей» вселили в Особом районе надежды на получение вооружения и боеприпасов от США. Поэтому строились всякие немыслимые планы перевооружения и т. п. После пресс-конференции Хэрли (так в книге написан Хёрли – авт.) все иллюзии на сей счёт рассеялись. Определилось отношение США и к Гоминьдану, и к КПК. Это отразилось не только на настроении руководства КПК, но и всего населения Особого района. С каждым днём к американцам относятся недружелюбнее».

А вот о чём 8 мая 1945 года информировал оставшийся неизвестным агент НКГБ:

«В настоящее время следует обратить пристальное внимание на политику Соединённых Штатов на Дальнем Востоке. Руководство дипломатическими отношениями Соединённых Штатов в этом регионе сейчас находится в руках наиболее ярых антисоветских элементов во главе с Хэрли (вновь речь о Хёрли – авт.). После поездки Хэрли в Китай правительство США обещало Чан Кайши обучить и вооружить 35–40 китайских дивизий, а в будущем довести их число до 50».

Далее наш агент подчёркивал, что хотя формально «это решение принято с целью использования китайских людских ресурсов в борьбе против Японии», на самом деле этот план рассчитан на «разгром китайских коммунистов и поддержку Гоминьдана, а также на создание эффективного барьера против проникновения СССР в Маньчжурию и в остальной Китай».

«Хэрли полностью ответственен за срыв переговоров Гоминьдана с китайскими коммунистами, — убеждён автор этого донесения. – По настоянию Хэрли из Китая были отозваны все американские офицеры, являющиеся сторонниками сотрудничества с коммунистами в борьбе против Японии. Хэрли также пригрозил американским дипломатическим представителям немедленным отзывом в случае, если те будут выступать за сотрудничество с китайскими коммунистами».

Этот же агент докладывал и об американских планах ближайшего будущего Дальневосточного региона:

«В американских правящих кругах существуют группировки, которые хотели бы сохранить Японию достаточно сильной, для того чтобы в случае конфликта использовать её против СССР и против китайских коммунистов. Однако в настоящее время большинство американских деятелей, в том числе в армии и флоте, не доверяют Японии и допускают возможность того, что Япония, вооружённая на средства США для борьбы против коммунизма, может при известных условиях перейти на сторону СССР. Поэтому вся политика США в Азии строится на укреплении Китая и максимальном ослаблении Японии».

В заключение наш агент сообщал: «В вопросе о Маньчжурии позиция США сводится к тому, что они не допустят создания независимого маньчжурского государства, так как опасаются, что оно подпадёт под влияние СССР. США будет требовать возвращения Маньчжурии Китаю. Корея, считают США, должна стать независимым государством после некоторого периода пребывания под опекой Китая. Маловероятно, чтобы США добровольно согласились на участие СССР в опеке над Кореей».

***

Объективно оценив полученную информацию, советское руководство во главе с Иосифом Сталиным уже в мае начало отправлять части с Запада на Дальний Восток. Решено было нанести по Квантунской армии Японии удар такой силы, чтобы он не только помог завершить Вторую мировую войну, но и отрезвляюще подействовал и на союзников по антигитлеровской коалиции, прежде всего США, и на руководство Республики Китай, то есть на Чан Кайши. Необходимо было произвести впечатление и на КПК, и на её руководителя Мао Цзэдуна.

Как известно, поставленные задачи были блестяще решены.

НазадВперёд
Добавить отзыв

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Правила