Р!
27 СЕНТЯБРЯ 2021
26 сентября 2021

Покойся с миром, Харагун. Как убивают медицину в одном забайкальском селе

Участковая больница в Харагуне с круглосуточным стационаром сейчас – единственная надежда выжить для жителей близлежащих сёл. Минздрав Забайкальского края в разгар эпидемии коронавируса и как раз перед новогодними праздниками распорядился убрать здесь круглосуточный стационар и сделать больницу амбулаторией. Эта статья – требование от жителей к губернатору Александру Осипову лично разобраться в ситуации и приехать на сход граждан, до которого отменить решение об оптимизации больницы.

Хилокчане, а особенно харагунцы – люди решительные. Когда в район отменили электрички, они сумели вернуть их, перекрыв Транссиб и отстояв право людей на доступность транспортного сообщения между сёлами.

В мае 2006 года после произошедшего в селе конфликта между местными жителями и кавказцами, пытавшимися диктовать в Харагуне свои правила, азербайджанские семьи были вынуждены уехать отсюда. Это едва ли не единственное село в России, сумевшее выбросить со своей территории тех, кто навязывал полукриминальный уклад жизни.

Сейчас на грань социального взрыва людей поставило министерство здравоохранения Забайкальского края, решившее оптимизировать участковую больницу и прекратить её круглосуточный режим работы. Ничем иным, как убийством села и людей, которым потребуется помощь врачей, здесь такое решение не считают.

Участковая больница в Харагуне часто – единственная надежда выжить для жителей не только этого села в Хилокском районе, но и для входящих в его состав Тайдута, Сарантуя, Дайгура, Аренура, а ещё для села Хушенга и одного из разъездов Хилокского района. До 1 января эта больница работает в круглосуточном режиме, а потом нуждающиеся в помощи люди с травмами, предынсультным состоянием и инфарктами будут видеть замок на двери.

Ложь про решение убрать больницу

Публичная история боя за круглосуточный стационар участковой больницы в Харагуне началась в августе этого года, когда жители сёл Харагун, Тайдут, Загарино, Алентуйка, Хушенга, Дайгур и Сарантуй обратились к губернатору края Александру Осипову с открытым письмом, в котором была просьба сохранить работу стационара в существующем виде.

«Как будут выживать тяжёлые больные, нуждающиеся в круглосуточном уходе? Ведь в ближайшее время круглосуточное стационарное отделение будет находиться за 60 километров от села Харагун Хилокского района. В ходе оптимизации в районе не остаётся ни одной участковой больницы, круглосуточный стационар будет находиться в Хилке и имеет всего 20 койко-мест. Сможет ли эта больница обслуживать 28-тысячное население района? Такие условия поставят жизнь и здоровье людей под угрозу», — говорилось в обращении.

В пресс-службе краевого правительства сообщили, что губернатор взял ситуацию на свой контроль.

Что именно контролировалось до ноября, не известно, но, по всей видимости, после появления открытого письма в защиту руководители медицинской отрасли района (или края?) вдруг вспомнили, что главному врачу харагунской больницы Лидии Афанасьевой уже 72 года, и расторгли с ней трудовой договор.

Цинизм поступка с ней заключается ещё и в том, что за несколько месяцев до этого региональный минздрав признал Лидию Николаевну лучшим руководителем медицинской организации в Забайкальском крае по итогам 2019 года.

С акушером-гинекологом со стажем больше, чем лет некоторым руководителям Забайкальского края, церемониться особо не стали. Ей оставили 0,25 ставки в больнице.

«Я решила: в больницу я не вернусь», — говорит нам Лидия Николаевна у здания харагунской больницы. Про увольнение разговаривать не хочет, отводит глаза, в которых – слёзы.

В августе, сражаясь за свою больницу и её право работать 24 часа в сутки, чтобы спасти жителей Харагуна и всех близлежащих сёл, люди писали, что к ней прикреплено 4 568 человек, из них 922 ребёнка до 18 лет, 117 инвалидов I, II и III группы, старики, больные сахарным диабетом, гипертонией, страдающие сердечно-сосудистыми заболеваниями, онкологией и другими заболеваниями.

В штате больницы трудятся 37 человек: пять врачей высшей и первой категории, 12 медицинских сестёр, четыре фельдшера, шесть уборщиков служебных помещений, четыре водителя скорой помощи, а также прочий персонал, говорилось в обращении. Запомните эти цифры: 37 работников больницы.

В конце ноября на сайте министерства здравоохранения Забайкальского края появилась информация, что министр Анна Шангина побывала в Хилокском районе и заехала в харагунскую участковую больницу. По утверждению министра, она встретилась с главой поселения, депутатами совета (по всей видимости, сельского, не районного) и «представителями общественности», которые согласились заменить круглосуточный стационар амбулаторией.

Из этого сообщения выходило, что люди сами одобрили отказ от медпомощи 24 часа в сутки, заменив её помощью с условных 9.00 до 18.00.

«Вместе с руководством Хилокской больницы мы провели обход в больнице, а также выехали в село Харагун. Участковая больница, которая сейчас работает для населения села, имеет серьёзные проблемы из-за простаивания площадей и низкой нагрузки на койки. Поэтому мы провели встречу с главой поселения, депутатами Совета и представителями общественности, на которой было принято решение о переводе медицинской организации из участковой больницы во врачебную амбулаторию».
Анна Шангина, министр здравоохранения Забайкальского края.

Ещё в пресс-релизе минздрава говорилось, что новый главврач больницы и министр «обсудили вопрос развёртывания моностационара для пациентов с подтверждённым коронавирусом и подозрением на него», но это уже не имело значения.

Харагун взорвался от возмущения, потому что, как оказалось, люди не соглашались на перевод больницы в амбулаторию. Более того, и встреча с министром, мягко говоря, проходила в интересном формате.

После публикации заявления минздрава глава Харагуна Вера Кондрюк опровергла слова министра Анны Шангиной. Помимо заявления журналистам, она направила опровержение в адрес Александра Осипова.

Это письмо должно было стать на Чайковского, 8, однозначным сигналом о том, что губернаторский контроль, о котором заявлялось в августе, как минимум ничего истории с уничтожением больницы не дал, а как максимум его не было настолько, что в минздраве не побоялись чёрное называть белым.

Как больницу довести до амбулатории

Мы сели в поезд на Харагун в 5 часов утра, чтобы в 8 часам быть на станции.

— Приехали! – глава Харагуна Вера Александровна встречает нас на перроне. Только начало светать, на улице морозно, но ветра нет, и поэтому утро кажется немного хрустальным с привкусом воздуха без городских дыма и копоти. Благодать.

В администрации посёлка Вера Кондрюк работает с 1982 года, главой поселения – с 2007-го, всех жителей знает в лицо, точно также как местные медики на память помнят хронические болезни многих пациентов и работают не хуже, а то и лучше компьютеров, за обследования на которых в городских медучреждениях часто нужно платить.

В деревянном здании с флагом России на крыше горят окна: сотрудники уже на рабочих местах. Заходим в кабинет главы поселения, скидываем куртки. Про жизнь в Харагуне успеваем поговорить всего несколько минут, как в кабинет стучат: жители, узнавшие накануне о приезде журналистов, спешат в администрацию.

— Я Лидия Васильевна Швецова, ветеран труда, — к нам подсаживается женщина с добрыми, какими-то бездонными глазами. – Отработала 40 лет в потребительской кооперации, прожила здесь. Была товароведом, потом директором. Коллектив был большой, 80 человек, трудились, пользовались всеми благами нашего села, в том числе больницей. Хотят закрыть наш стационар, а нам куда обратиться. Вот оно, село, и до Хилка 70 километров. А теперь даже сосудистое отделение в Петровске. Машина-санитарка одна.

Ехать до Петровского Завода нужно 260 километров. Это несколько часов даже по отличной дороге, а здесь – история практически безнадёжная для тех, кому потребуется экстренная помощь.

Раньше в Харагуне было и родильное отделение, теперь рожениц уже много лет возят в Хилок. Несколько лет назад в Харагуне пытались закрыть и лабораторию, но её отстояли.

— Роддом закрыли лет 15 назад. У нас тут случай произошёл: в середине ноября роженицу увозили, — подхватывает Вера Кондрюк. – Скорая помощь у нас старенькая, она часто ломается. Был очень сильный ветер, 27 метров в секунду, скорая увезла роженицу в Хилок. Обратно возвращались, и сломалась, 2 часа обратно медики добирались. Кое-как добрались, отремонтировали машину.

Потом вспоминают про встречу с Анной Шангиной:

— Мы даже не знали о том, что приедет министр здравоохранения. Мне позвонили, сказали: «К вам едет Шангина». А меня никто не предупредил. Инициативную группу я обзвонила, — вспоминает глава поселения.

И работники больницы, с которыми мы встретимся позже, и она говорят, что главная причина оптимизации – невыполнение плана по коечному фонду, показатели по которому у харагунской больницы достаточно высокие. При этом люди настаивают, что минздрав не учитывает простой медучреждения в феврале и начале марта, когда всех лечащихся в стационаре пришлось «раскидывать» в считаные часы из-за объявленной подготовки к коронавирусу.

— Они всё равно выполнили план по койко-местам на 97%. А если и лишних больных клали, например, в прошлом году, — лишали стимулирующих, — рассказывает глава.

Один из вариантов, которые предлагают здесь для уменьшения медицинских расходов, перевод в здание больницы поликлиники, которая сейчас находится отдельно.

— Я благодарна Борису Сормолотову (министр здравоохранения Забайкальского края при губернаторе Равиле Гениатулине – прим. авт.). Очень много ездила я в 2012 году, чтобы провести капитальный ремонт нашей больницы. То крыша протекала, то другое. Раз в квартал я у них там точно была, они даже определяли: «Ой, ты похудела» или «Ты поправилась». Потом нам выделили 4,6 миллиона рублей на капитальный ремонт, объявили торги, подрядчик зашёл. Лидия Николаевна (Афанасьева, бывший главврач – прим. авт.) очень ответственный человек, она контролировала ход работы. Подрядчик выполнил хорошо.

Сейчас всё чистенькое, новое: двери, освещение. Работайте! Но зачем закрывать, когда всё есть? – с болью спрашивает глава поселения.

С её слов, приказ о переводе стационара в амбулаторию в участковой больнице получили 23 октября – за месяц до поездки министра Шангиной, во время которой она, по её словам, договорилась об этом с «представителями общественности».

В кабинет главы посёлка входит учитель истории Ирина Григорьева.

— Преподнесли, что мы чуть ли не всеми руками за, давайте закроем [стационар], — возмущается она.

Приехавшего в Харагун министра, говорит она, ждали под дверью кабинета, в котором она встречалась с местными медиками.

— Говорим: будем стоять до упора, пока она (министр Анна Шангина – прим. авт.) не выйдет. Нас посадили, стали разговаривать. Разговор был не очень красивый. Начали как: вот так у вас будет всё замечательно, сейчас просто сидят врачи, поставим компьютеры. Почему сейчас этого нельзя сделать, непонятно, — говорит учитель.

Пять лет назад Ирина Григорьева была депутатом, и один компьютер, чтобы не гонять жителей в Читу, просили уже тогда. В то время им было отказано якобы из-за отсутствия условий для его установки.

— Финальная была точка, когда я задала вопрос о том, как быть, если вы (министр – прим. авт.) сейчас достаточно быстро с Ольгой Владимировной (главврач Хилокской ЦРБ Ольга Кондратюк – прим. авт.) ехали из Хилка до Харагуна 1,5 часа, причём это зима, дороги ещё более или менее. А как везти предынфарктного или предынсультного человека? Везти надо очень медленно, да ещё если не с Харагуна, а с 47-го разъезда? Его до Харагуна везти только часа полтора, а всего, получается, часов пять?

На этой фразе Анна Михайловна встала и сказала: «Знаете, что, я и так с вами здесь слишком много разговаривала. Вы можете заседать здесь хоть до утра, а мы пошли».

«У нас пенсионеров, получается, 700 человек по Харагуну, 520 детей, в Хушенге 400 детей и 1700 только трудоспособного населения».

Вера Кондрюк, глава Харагуна

Резать участковую больницу, как здесь говорят, начали с 2012 года, когда там ещё было 50 коек для приёма пациентов, в итоге дооптимизировались аж до шести. Добрым словом вспоминают губернатора Наталью Жданову, после приезда которой число коек увеличили до восьми. Какую прибыль минздрав хочет получать с этих крох в сравнении с прошлым размахом в работе – не ясно.

— Село развивается. У нас даже как 15 лет назад было 370-380 детей, в нынешнем году у нас 369 детей. Не потерялся у нас здесь народ. Ну давайте доугрогробляем! Если стационар у нас закроют, постепенно начнётся отток населения. Для нашего региона такие станции, как Харагун – это очень большие развивающиеся населённые пункты. Мы и так в лихие 90-е угробили Нерзавод и Алекзавод, — говорит Ирина Григорьева.

Несколько сотен подписей харагунцы отправили в обращениях к президенту Владимиру Путину и премьер-министру Михаилу Мишустину. Расстраиваются, что на их беду, о которой они бьют в набат вот уже несколько месяцев, депутаты совета Хилокского района никак не реагируют.

«У нас работают почти легенды

В тамбуре участковой больницы, куда мы заходим по дощатому крыльцу, темновато, и врач Александр Иванович под добрые шутки женщин встаёт на стул, чтобы вкрутить лампочку. С ней становится светлее и уютнее.

Александр Иванович – мастер на все руки. Впрочем, как и большинство работающих здесь.

В кабинетах яркие солнечные лучи падают на пол сквозь сверкающий чистотой тюль и невесомые занавески. Разговаривать с нами пришла большая часть коллектива, настроение – мрачное.

У кого-то четверо детей, и остаться без работы здесь равносильно отказу не только от своего будущего, но и от их. Кто-то, отработав по 30 с лишним лет в этих стенах и вытащив с того света не одну сотню жизней, вдруг столкнулся с тем, что медицина должна быть не человечной, а окупаемой и желательно – прибыльной.

Здесь, в районе, далеко от краевого центра, коммерция ещё не заползла в отношения врачей, медсестёр и пациентов. Вот-вот это, кажется, случится.

— Их нельзя закрывать, что вы! – машет руками пациентка в коридоре. – Только благодаря тому, что тут работают круглосуточно, я инфаркт перенесла и на ноги встала.

Медики слушают и молчат.

Мы долго говорим про то, как на каждом из них скажется эта оптимизация, которую – хором говорят и местные врачи, и жители, и сотрудники поселковой администрации, допускать ни в коем случае нельзя.

В день нашего приезда в нескольких палатах стационара выздоравливали те, у кого тест уже показал отрицательный результат на коронавирус. Ещё несколько человек, в том числе и из других населённых пунктов, лежали здесь в обсерваторе, дожидаясь результатов тестирования.

Минздрав края настаивает, что жителей, приписанных к больнице, мало для того, чтобы сохранять здесь стационар. Но в Харагуне много железнодорожников, «приписанных» к железнодорожной больнице в Хилке, первую помощь которым, и не только им, окажут именно здесь. Что самое ценное – вовремя.

И жители сёл рядом с Харагуном, и харагунцы ещё до сокращения медработников хотят честной встречи с министром здравоохранения края Анной Шангиной и губернатором Александром Осиповым. Они настроены сделать всё, чтобы сохранить стационар. Чем будет это всё – сейчас зависит только от главы региона и минздрава.

НазадВперёд
7 отзывов
После нажатия на кнопку «Добавить», на E-mail или по SMS будет выслан код подтверждения. Или авторизуйтесь обычным образом или через соцсети (кликнув на иконку соцсети над формой)(кликнув на иконку соцсети слева).
Для публикации комментария требуется авторизация на портале или подтверждение указанного e-mail. Введите код, отправленный вам на e-mail

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

НазадДобавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Одна лирика. Убирайте нормативы нагрузки на койку, вводите другие - количество коек на душу. Это вам не производство, а социалка. Все должно привязываться к душе.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Нормативы, о которых вещала на встрече с жителями министерша, рекомендуемые. Более того, приказы Минздрава РФ, которыми они установлены, прямо предусматривают возможность отступления от этих нормативов. И уж тем более приказы не являются документами, обязывающими ликвидировать больницу.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Медицина она всегда убыточная для государства. Ничего не производит и не продает. Что теперь закрывать все больницы и лечится всем в Академии здоровья?

Лазуткин доигрался. Теперь Шангина на те же грабли наступает. Или доделывает за Лазуткиным план по уничтожению населения З.К.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Похоже что так.идет теми же тропами

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Вот почему у нас все так?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

уважаемый Куратор администрации президента, добрый день, что еще нужно сделать, чтобы исправить положение дел в здравоохранении забайкальского села (реяь не только о Харагуне) и его уникальных, добрых и мудрых людей, каких и в Средней полосе поискать?

Нет ли возможности подсократить неразумно высокие выплаты начперсоналу здавоохранения всех уровней и направив высвободившиеся средства в порядке эксперимента на приведение медобслуживания в установленное законодательством и Конституцией положение в конкретно взятом Забайкалье, (инициатива в этом тексте, идея местная, нам и реализовывать проект), приняв во внимание главенство законов над не всегда разумными, а где-то откровенно трусливыми постановлениями или устными распоряжениями руководителей, работающих или пока остающихся на своих местах?

Спасибо за внимание, ожидаем!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

У местного Минздрава видимо эта больница как бельмо в глазу мешает, убрали все участковые больницы по всему краю, до Харагунской добрались которая несколько деревень обслуживает и врачи от бога, А Хилок пускай сначала со своими кадрами разберётся. Оставить больницу единственно правильный выход!  

ПОПУЛЯРНОЕ
ПОПУЛЯРНОЕ