НОВОСТИ
22 АВГУСТА
20 августа

Дмитрий Ревякин – о проклятой Москве, лампочке Ильича и поиске Духа

Лидер группы «Калинов Мост» нечасто улыбается, редко даёт интервью, ещё реже – бывает в Забайкалье. Но концерт в Чите 14 апреля – повод нарушить правила.

Если мыслить стереотипно, рок-звездой Ревякин никогда не был. Не скакал по сцене в бешеных конвульсиях. Не хрипел в микрофон невнятные тексты. Не заходился в наркотическом экстазе под вопли разгорячённой толпы. Не будоражил народ призывными песнями в эпоху экономических и политических сломов. Снискать славу рок-идола 80-90-х нашему земляку помешали и тексты, и музыка с негласной печатью «не для всех».

В 17 лет он уехал из Забайкалья учиться в Новосибирск, где впоследствии сколотил группу, которой суждено было войти в анналы русского рока. Больше 20 лет уже «Калинов Мост» записывает альбомы, гастролирует по стране. Вот Ревякину подпевает зал: «Времена, когда мы навсегда уходили из дома…» Вот его голос звучит по радио: «Вместе мы с тобой, родная, плуг и борона…» Вот он держит обратную связь с ценителями творчества на сайте kalinovmost.ru. А вот – толком не выспавшись с самолёта – пьёт свежезаваренный зелёный чай на читинской кухне, листает приглянувшуюся книжку по военной истории и задумчиво – на правах того, кто в России куда больше, чем поэт – хмурится. Чему, Дмитрий?

«Я в Москве не живу – я в ней работаю»

- Ревнива ли большая столичная жизнь – с её встречами, студийной работой и гастрольными графиками – к поездкам на малую родину?

- Работы в Москве много – отдыхать отпускает нечасто. Но всё равно каждый год, к концу июня, стараюсь устроить перерыв в концертной деятельности, чтобы приехать в Забайкалье. Обычно провожу здесь конец лета и начало осени, когда ягоды, грибы, огород, рыбалка... Прошлым летом, кстати, впервые добрался до Байкала. Ехал на машине от самой Читы и был ошарашен тем, с каким размахом уничтожаются леса. Подобного варварства больше нигде не видел, хотя объехал всю Россию от Курил до Калининграда. Создаётся впечатление, что в Забайкалье поджоги и вырубка тайги происходят целенаправленно, под чьим-то руководством. При этом родственники и друзья говорят, что региональная власть наводит в лесу порядок.

- С 17 лет вы – житель Новосибирска, в последние годы – москвич. Забайкалье – по-прежнему дом?

- Дом там, где родители, где ждут и всегда обогреют. Мои родители живут в посёлке Первомайский Шилкинского района Забайкальского края. Здесь мой дом. Новосибирск дорог тем, что в нём юность, первые опыты в музыке, там появилась группа «Калинов Мост». Москва – место вынужденного пребывания, проклятый город, в котором чувствуешь себя сообразно этому проклятию. Друзей там практически нет. А если есть, то не москвичи, а наши, сибирские.

- Так зачем же в нелюбимом городе жить?

- Я в Москве не живу – я в ней работаю. К сожалению, так устроена наша страна – очень уж централизованно, по-монгольски, что если ты обойдёшь вниманием её, она обойдёт тебя. Москва – средоточие всей жизни, и с этим приходится считаться. «Вторая столица» – Санкт-Петербург – тоже непригодна для нормальной человеческой жизни. Питер – большой музей, в котором хорошо побывать три-четыре дня. Жить там, полноценно работая, нельзя. По крайней мере, мне. По крайней мере, пока.

«Избыт безбожия – главная беда России»

- В одном из интервью Вы назвали музыку и поэзию «искусством кочевников». А Ревякин по духу своему – кочевник?

- Под многим из того, о чём я говорил ещё несколько лет назад, теперь бы уже не подписался. «Вырос», наверное. Музыку и поэзию не считаю искусством только для кочевников. Сам я, к примеру, больше люблю оседлый образ жизни. Да и чтобы создать хорошее произведение, кочевником быть не обязательно. Но ради расширения собственного опыта, ради жизненных впечатлений, ради поиска высшего смысла, ради встреч с людьми, у которых есть чему поучиться, многим поэтам и музыкантам «пойти по Руси» всё-таки не мешало. И не только им.

- Зачем? Что нового они там увидят? Всё те же «избы серые» да «песни ветровые»…

- Они увидят, что главная беда нашей земли – безбожие. Что земля русская проклята. Что ничего спасительного для России уже не произойдёт. Никакие реформы, никакие действия властей, никакие финансовые вливания нашей стране не помогут, пока не будет решена главная проблема – избыт безбожия. Многомиллионное население нашей страны – потомки советских гуманоидов, в сознании которых превалирует постсоветский шлейф. Изживать его они не собираются. Люди копошатся в своих повседневных делах, женятся, разводятся, обставляют квартиры, временами, правда, чувствуя: не так что-то. Но понять, в чём дело, не могут. Им кажется, что денег мало, комнаты тесные, машина немодная, подъезд заплёван, цены подскочили – всё что-то жить и радоваться мешает…

- А что мешает на самом деле?

- Совок. Все мы облучены лампой Ильича. До сих пор в каждом городе есть советские символы, отсылающие назад: памятники, названия улиц, кварталов... Всё это до сих пор работает, транслируется на общество. Это же магия. Вы посмотрите: ну ничего в стране качественно нового уже целые десятилетия не происходит. Жизнь, по большому счёту, теплится только в мегаполисах. Люди здесь трутся, решают свои проблемы, но и это всё уходит в пустоту. В России никто не хочет учиться и работать, потому что всё вокруг покупается и продаётся. Страна объята тотальным желанием «шоумэнить». Неважно, в какой сфере. Главное – чтобы ты был «в шоколаде». Забесовлённые натуры, разваливавшиеся деревни, потерянные поколения, пир гламура во время духовной чумы – всё это расплата за совок, всё это страна безбожников, в которой мы живём.

- Множащиеся храмы на земле русской, миллионы православных прихожан – не в счёт?

- Русская православная церковь – тоже наследие совка, в чистом виде чекистская церковь, которая в своё время была пособником советской власти. И это не просто домыслы. Есть документы, которые подтверждают мои слова. Достаточно назвать известное всем воззвание Сергия от 1926 года, который привал паству строить социалистическое общество.

- И как же нам, забесовлённым, в таком государстве жить?

- Когда я возвращаюсь в Россию из Финляндии и только переезжаю границу, то автобус начинает трясти, а из окон – смердит грязью и неустроенностью. Да хоть сколько нефть будет стоить завтра – хоть 500 долларов за баррель, ничего у нас не изменится! Мы заражены совком обречённо. По капле изживать его из себя не получится. Эффективна только шоковая терапия.

- Иоанн Грозный на троне? Или мама-анархия?

- В Библии написано: чтобы проклятие отступило, землю надо освятить кровью врагов. Совок во всём – в политике, в культуре, в быту, в отношениях власти и человека, просто в человеческих отношениях – метафизически должен сам себя пожрать. Потому-то трясутся потомки большевиков при одной мысли, что страна развалится, расколется на части. А я думаю, это было бы не самым худшим вариантом для России. Спасительным.

- Но это же чистой воды сепаратизм.

- Я не завербован в агенты чужих стран и не призываю никого к свержению власти и разделу территории. Просто делюсь своим частным мнением, которое идёт вразрез с тем, которое сейчас пропагандируется. На мой взгляд – назовите меня непросвещённым, если хотите – было бы лучше, если бы на территории Российской Федерации появились отдельные республики – Татарстан, Башкирия, Уральская республика, Северо-Западная, Сибирская, Забайкальская, Дальневосточная... Так честнее и справедливее было бы по отношению к тем людям, которые здесь живут.

- … и так бы мы вернулись к междоусобице, которую героически преодолевала Древняя Русь.

- Всё зависит от людей, которые в этих территориальных образованиях могли бы прийти к власти. Личность в истории – явление определяющее.

«Политика в России – это блеф»

- В прошлом году страна выбрала себе исторического персонажа, который её олицетворяет. В проекте «Имя Россия» им стал Александр Невский. Выбор по душе?

- Не согласен с тем, что можно выбрать человека, который способен олицетворять страну с многомиллионным населением и почти тысячелетней историей. Какую Россию он должен представлять? Большевистскую? Имперскую? Московское царство? Если – нынешнюю, демократическую, то здесь уместно выбрать Диму Билана. Я не следил за этим проектом. Телевизор я вообще практически не смотрю. Российским СМИ – не верю. Но могу сказать, что задача – выбрать кого-то одного – поставлена очень некорректно.

- Какие личности в истории вызывают наибольший отклик?

- Александр I, который потом ушёл в монахи, атаман Краснов, генерал Каппель, барон Унгер, атаман Забайкальского казачьего войска Семёнов. Я надеюсь, этими именами всё сказано.

- А кто – вызывает отторжение?

- Все идолы большевизма.

- Пробовали Вы сформулировать своё отношение ко всяческим обществам, партиям, сектам – организациям, которые так востребованы сегодня в России?

- Любая общность довлеет над личностью. Партии давно вызывают улыбку. Время партий закончилось ещё в начале прошлого века. Как человек религиозный, я не могу ни за какую партию голосовать. И, честно говоря, давно уже на выборы не хожу. Но я знаю людей, которые в той или иной политической организации состоят, которые мне глубоко симпатичны, к которым я даже обращаюсь за помощью, если это требуется. В Чите это Александр Михайлов. После всех прошедших выборов о моей симпатии к нему можно говорить открыто – в предвыборной агитации не обвинят. Но, по большому счёту, политика в России сегодня – это блеф. Вместо человека в ней номенклатура.

- Есть в мире какие-то образцы государственного устройства, на которые наша страна могла бы ориентироваться?

- Сегодня – нет. Я вообще за теократию – за прямое правление Бога на Земле, за общество древнего Израиля. На худой конец – за империю. И считаю, что не сразу, поэтапно, Россия могла бы к такой форме перейти. Но для этого требуется большая работа в обществе, нужен громадный духовный сдвиг.

«Литературы много. Духа нет»

- Разве оформляется в творчество этот гражданский протест Ревякина? «Калинов Мост» трудно назвать группой, исполняющей песни на злобу дня.

- Всё, что я познаю, так или иначе находит отражение в моём творчестве. В середине 80-х, кстати, именно «Калинов Мост» исполнял «Сибирский марш», «Вольницу», «С боевыми глазами». Мы с этого начинали. Потом, правда, были периоды, когда я без меры увлекался словотворчеством. Несмотря на это, социальный подтекст из песен «КМ» никуда не исчезал. В январе прошлого года вышла наша очередная пластинка – «Ледяной поход». Она посвящена всем борцам с большевизмом в прошлом, настоящем и будущем.

- Однажды Вы назвали свои стихи «воспоминаниями о былом – письмами издалека». А что бы Вы написали в своих «воспоминаниях о грядущем»?

- Я уже написал. Вышла третья книжка моих стихов, которые и «о былом», и «о будущем». Осталось придумать, как эту книжку преподнести публике. Сейчас мы живём во время гламура, как ни крути. Понятно, что не Ксюша Собчак должна мою книгу презентовать. Вместе с соратниками ищем другие эффективные способы достучаться до людей – особенно до молодёжи, которая отучилась читать, позабросила книгу в дальний угол.

- А Вы – не позабросили? Что читаете по вечерам?

- Библию. Современную литературу – крайне редко. Так, иногда полистаю в самолёте, чтобы иметь общее представление. Не могу сказать, что я «в материале». Литературы много. Духа нет. В любой книге главным для меня остаётся поиск Духа, а не словесных выкрутасов и юмора. О чём это всё написано? А потом – всё равно Бунина не победишь. Но это не значит, что в России нет писателей, поэтов, которые заслуживают внимания. Сергей Яшин, например. Очень интересный мастер.

«Главные вопросы: кто я, откуда и куда?»

- В 90-е годы «Калинов Мост» выступил в совместном проекте с «Забузорами» (теперь – фольклорный театр «Забайкалье»). Что-то подобное ещё планируется?

- Я давно этим грежу, но пока не знаю, как реализовать, с чего начать. Концепции пока нет. Такое выступление – не повседневная работа, а некая блажь, творческий эксперимент. У меня же постоянно рабочие моменты – новый альбом, концерты, выступления в клубах, репетиции, книга... Дело тут не в технических, финансовых затратах, которые, конечно, велики. Пока нет идеи и возможности на ней сфокусироваться. Но, думаю, с «Забайкальем» мы ещё что-нибудь споём.

- А с рок-группами, которые есть в Чите? Вызывают ли они профессиональный интерес?

- Затрудняюсь с ответом. Честно говоря, даже местных музыкантов не знаю.

- Прошлым летом читинская группа «МаргиналШоу» засветилась на фестивале «НАШЕствие». Сейчас – штурмует столицу.

- Да, это, кажется, проект Рокабилла. К сожалению, не мой профиль, ничего сказать про него не могу. Это не музыка, а некое состояние. Музыка в моём понимании – понятие более глубокое. Не думаю, что читинских «маргиналов» ждёт большая удача в Москве: в шоу-бизнес сейчас просто так никого не пустят. «Калинов Мост» прорвался туда в 80-е – в стране была уникальная ситуация, вход ещё был открыт. Но ни тогда, ни сейчас мы не были коммерческим проектом. Спасибо ценителям творчества за то, что у нас до сих пор есть возможность записывать пластинки, ездить по стране.

- А сильно ли за четверть века изменилась публика в зале?

- С нами по-прежнему думающий слушатель, которому небезразлична отечественная рок-музыка. С нами тот, кто в поиске ответов на главные вопросы в жизни: кто я, откуда и куда? Лично я нашёл эти ответы в ортодоксальном христианстве – в православии. Если кто-то находит их в наших песнях – хорошо. Поэтому особых перемен в зале я не заметил. Да и кто бы ни сидел там сегодня, наша задача та же, что и двадцать лет назад, – получить душевный отклик слушателей. Их немного. Но они в каждом городе. Так дай нам Бог ещё поиграть.

Николай Черняев для ИА «Чита.Ру»

Обсудить на форуме