НОВОСТИ
17 АВГУСТА
16 августа

Владимир Старостин: «Архитекторы мыслят вне кризисов. Но строители без денег работать не будут»

О деревянных фасадах в стеклянных стенах, набережной, новых микрорайонах и альтернативе Церетели - интервью с новым главным архитектором Читы.

Восемнадцать лет проектируя дома и здания соцкультбыта в Читагражданпроекте, а семнадцать перед этим - казармы, плацы и здания боевой подготовки в Военпроекте-457, главный архитектор Читы Владимир Старостин больше всего боится безликости и одинаковости:

- Стоят в городе многоэтажные дома с плоским фасадом, давят на всю застройку, и улицы превращаются в каньоны.

- Старожилы возмущаются, что синие и зелёные новострои не вписываются в жёлто-розовую гамму хрущёвок…

- Нет-нет, одинаковые цвета тоже наводят уныние. Как в воинской части. Пусть будут разные – надо только учитывать законы гармонии.

Домов выше 16-этажных пока не будет

- Вширь или ввысь будет расти Чита?

- Расширение города предусматривается. Хотя то, что есть сейчас – полностью сформированный город. В основном, мы заменяем только ветхое жильё на новое. Строительство планируется лишь в северном и северо-западном направлении. В районе Каштака и дальше, там, где был радиозавод, где стрельбище и аэродром, будет распространяться многоэтажная застройка. Коттеджный посёлок за аэродромом вдоль обводной трассы так и останется. Разрабатывается проект усадебной застройки в районе кольца «Маяк», уже сделано планировочное обоснование для усадебной застройки.

Между тем, трудно сказать, есть ли необходимость в увеличении города – сегодня множество квартир не используется – они или пустуют, или сдаются в аренду, и нереально определить, сколько ещё нужно построить. Пока есть очередь на жильё – надо строить. Никто не отменял постановление президента – каждый год – один квадратный метр на человека.

Застройка выше 16 этажей будет, но не сейчас – для таких домов нужна специальная пожарная техника, которой город не располагает, достаточно дорогостоящие импортные лифты, да и не всем людям нравится жить в высоких домах. Плюс никто не отменял норму СНиПа о том, что каждая квартира должна иметь 35 квадратных метров прилегающей территории. Она и в целом по городу с трудом соблюдается, а какой должна быть свободная территория вокруг высотного дома?

Сейчас ведётся поквартальная застройка целых микрорайонов. В настоящее время есть несколько проектов планировки. Это 2-ой микрорайон - в границах улиц 1-ая Шубзаводская, Лазо, Ярославского и реки Чита; 4-ый микрорайон - Ярославского, Лазо, переулок Меховой, река Ингода; 7-ой микрорайон №7 – посёлок Текстильщиков; микрорайон на Пожарке в границах улиц Комсомольская, Дальневосточная, Железнодорожная, Ломоносова, Цупсмана, Пограничной, Локомотивная, Крымская, Байкальская, Недорезова.

Ведётся строительство жилого района площадью 56 гектаров на 1 360 тысяч квадратных метров – в границах улиц Гаюсана, Красной звезды, Народной и реки Чита. Там предусмотрено размещение четырёх детских садов, двух школ, детского клуба.

Реклама или застройка?

- Что больше портит сталинки по улице Ленина? Грязные балконы наверху или гламурные вывески магазинов внизу?

- И то, и другое. Балконы, во-первых, надо привести к единому стилевому решению. Интересный опыт можно наблюдать в Калининграде. После того, как Кенигсберг освободили, весь центр был в развалинах, и для размещения базы Балтийского фронта там срочно строили дома. И в течение пяти-шести лет была заново отстроена вся центральная часть города – ровными четырёхэтажными домами без балконов. И они очень ловко сейчас выходят из положения - делают навесные балконы, смело раскрашивают фасады, и эти дома, хоть и единой этажности, очень интересно выглядят в цветовой гамме.

У нас балконы зашивают кто чем может. Особенно в сталинках – у кого-то шкаф, у кого-то – стол, а всё вместе торчит на весь город.

- Какие места в городе вам категорически не нравятся?

- Мне не нравится больше, что в городе чего-то нет, чем то, что есть. Минус, конечно – отсутствие набережной. Места, куда люди приходят отдохнуть, погулять, куда приезжают в праздники. Сейчас начинается работа по отсыпанию дамбы на Читинке – от Богомягкова, в районе нового моста. Но это такой район, где предприятия, гаражные кооперативы, а чтобы привлечь людей – должна быть или офисная зона, или жилой массив. Если бы, к примеру, на перекрёстке Богомягкова - Кастринская была построена группа домов – это было бы хорошо. Но пока кроме проектного предложения ничего нет. Но вообще за последние 10 лет город значительно изменился. Похорошел.

Больное место у нас - реклама. Я был недавно в одном белорусском районном центре. Там на весь город – один рекламный щит. Я не знаю, смотрит ли кто-нибудь на эти щиты - 6 на 3, горизонтальные или 1,8 на 3, вертикальные - у нас, но очень уж монотонно. Ко всему прочему, реклама не должна закрывать окружающую застройку, у нас же – лишь бы не закрывала машины на встречной полосе, а застройку мы теряем. Эта проблема остро стоит в большинстве российских городов, но где-то есть союзы дизайнеров, профессионалов, которые придумывают стенды разной формы, сами по себе привлекающие внимание, шары с подсветкой, работающие и на освещение улиц. В Чите пока одна альтернатива баннерам – растяжки, которые появляются над площадью к праздникам.

- На вашем столе – макет памятника Невскому? Нравится ли идея приглашения для работы над ним Зураба Церетели?

- Один из вариантов. Не конечный. Возьмётся ли за него Церетели, я пока не знаю. Вообще хотелось бы, чтобы памятник Невскому ставил свой скульптор.

Горящая память

- Что, по-вашему, наши предки построили неправильно?

- Наши предки вообще-то строили мудро. Но исходя именно из тех требований, которые были на тот период. В 60-х годах ХХ века была программа по обеспечению жильём каждой семьи. Типовые хрущёвки тогда решили проблему предоставления жилплощади, но сейчас их облик уже не соответствует тому историческому периоду, в котором они стоят. В Москве сейчас реконструируются все пятиэтажки – надстраиваются, а в основном – сносятся, и ставятся высотки.

Сегодня у нас в центре города - по Чкалова, Ленина, Анохина – стоят старые деревянные дома, считающиеся архитектурными памятниками. Все они были неканализованные, с надворными уборными, выгребными ямами, с печным отоплением. И это было нормой для того времени. Сейчас у нас есть комфортабельные дома с горячей и холодной водой, канализацией, газом. Что делать с памятниками культурного наследия – проблема. Что в них охранять? Интересный фасад или дом целиком? Как их охранять, если они горят и рассыпаются? А самое главное, за это никто не несёт ответственности.

- Несколько лет назад активно обсуждался вариант, согласно которому предлагалось все эти дома собрать на отдельной территории, создать историческую зону.

- Это достаточно дорогостоящий проект - инвестору надо разобрать дома, перевезти, собрать, отреставрировать. Моё мнение – гораздо удачнее реставрировать их в старой среде, переводя на современный уровень инженерного обеспечения.

- А это не дорогостоящий проект?

- Менее дорогостоящий. Оставить, к примеру, фасады, а внутреннюю часть реконструировать. Во всём мире так уже делают. Или сохраняют в дереве, или делают из полимербетона. Опять же приезжают люди, которые когда-то здесь жили, им интересно посмотреть и вспомнить, а многих домов уже нет. Вот на углу Смоленской и Ленинградской во дворе стоит сгоревшее двухэтажное здание. Чего только в нём не было - и обувная мастерская, и архив, и жилая часть. А оно сгорело. Хотя можно было сохранить его в том же полимербетоне, или в дереве – и просептировать. Поменяли бы внутреннюю планировку, подвели бы коммуникации, и стояло бы. Но дело в том, что у него был такой статус, при котором ничего нельзя было менять.

- Что, по-вашему, нужно сделать с такими домами?

- Выбрать 10-15 уникальных из двухсот и их сохранить. Полностью. Как «Теремок» на Бабушкина, например. Или дом на углу Ленина - Столярова. А вот следующие за ним здания – тоже памятники культурного наследия, но интересный у них только наружный фасад, а боковые стены – обычные.

В Москве, к примеру, сохраняют стенку наружную – даже каменную, со всей лепниной. Всё остальное демонтируют. Ставится каркас, за него крепится стенка. А к ней строится совершенно новое здание с инфраструктурой и коммуникациями. В Чите можно за старыми фасадами делать и офисные, и жилые здания. К примеру, сплошная стеклянная стена офиса и украшением в ней – деревянный фасад XIX века. И в этом же стиле восстанавливать входы – ведь остались фотография старых ворот и калиток. Так можно создать целые улицы.

Расширение улиц – бич для города

- Последние пять-шесть лет в городе активно ведётся строительство – жилые дома, торговые центры, храмы, памятники. Что надо учитывать, строя город?

- Строительство должно вестись на перспективу. То есть заказчики должны думать не столько о том, чтобы сиюминутно поставить дом и сдать, сколько о том, чтобы в городе было удобно жить – о соседних зданиях, о транспорте. Как только мы забываем каждый год и каждый день думать о будущем - проблемы напоминают о себе тогда, когда решить их уже очень трудно. Могу привести пример Иркутска, в котором в центре города есть пустыри. Заброшенные, заросшие. Они предназначены для будущих магистралей. То есть иркутяне знают, что для усовершенствования транспортной схемы рано или поздно им понадобится место, и пока оставляют их как естественный ландшафт.

- Что будем делать с расширением улиц мы?

- Конечно, расширение улиц - бич для города. Менять движение на одностороннее – неудобно. Мы, не став отступать, пошли по существующей застройке, и единственное, что сейчас может спасти город – это расширение дорог за счёт зелёных полос вдоль тротуаров. Между тротуаром и проезжей частью сейчас у нас стоят деревья. Как правило, это тополя. И, как правило, тополя больные, пользы от которых нет. Если их не опиливать – это беда для астматиков. А если опиливать – то стоят такие шары на палках. Поэтому выход только один - убирать эти газоны и разбивать скверы. Скверы полезны тем, что группы деревьев более благотворны, и, кроме того, в них можно ставить скамейки. Ведь сегодня люди идут по улице – им практически негде сесть. Для этого надо выходить на площадь. А у нас две площади - Ленина и Декабристов. На площади Революции лавочек нет.

- А где в городе можно разбивать скверы?

- На существующих площадях. Центральная площадь у нас многофункциональная и на ней проводятся парады и городские праздники, но на площади Декабристов, площади Революции аллеи сложились исторически в результате трассировки наиболее насыщенных людских потоков, и они ничем не отличаются от площадей других городов. Ведь можно делать внутри какие-то рекреационные зоны? У нас очень удачный рельеф - можно сделать какие-то каменные осыпи, интересно – на разных уровнях – расположить скамейки, подобрать растительные группы с цветением в разное время, поиграть с подсветкой. До сих пор в городе подсветка зданий и ландшафтов никак не использовалась, и только сейчас начинает заходить одна фирма.

- Для всего этого, которое уже хочется, нужны деньги или идеи?

- Для любой идеи нужны деньги. Иначе идеи так и остаются идеями. Более того, идея, подкреплённая деньгами, начиная реализовываться, даёт новые идеи. На архитектуре кризисы не отражаются. Архитекторы мыслят вне кризисов. В истории полно подтверждений тому, как работали и без денег. Ради идеи. Но строители без денег работать не будут.

- Если говорить о многофункциональности площади Ленина, нельзя не отметить функцию пивного бара на свежем воздухе.

- Да, этот вопрос неоднократно поднимался. В соседних городах – Иркутске, Улан-Удэ – такого нет, и ведь не потому же, что там молодёжь пьёт меньше пива. Я думаю, что как минимум - надо организовать какие-то кафе рядом с площадью. Кроме того, если говорить о центральной площади, надо упорядочивать маршруты конных повозок, не пускать их по всему периметру – копытами разбита немалая часть плитки. Ну и, конечно, туалет можно было делать не таким пафосным, опустить, к примеру, максимально под землю. У нас это сооружение на площади Ленина начинает контрастировать с возвышением, с которого ведутся мероприятия.

- Будем сносить?

- Туалет-то? Ну, как же мы будем его сносить, ведь мы его только что построили.

Обсудить на форуме