Р!
15 АПРЕЛЯ 2021

Алименты. Это всё, что останется...

Сначала были судебные приставы. Центральный районный отдел УФССП. С таблицами, сводками, историями из разряда «ничего себе» — об алиментщиках. Не о тех, которые разошлись, и папа не платит. Не о тех, которые скрипят зубами в международных аэропортах с купальными принадлежностями в чемодане. А о тех, у кого не то что загран — обычного паспорта нет. Или есть. Но пропито всё остальное, включая совесть.

Потом был специализированный дом ребёнка №1 в Чите на Малой, 4. Где в сейфе главврача лежат стопкой пустые сберкнижки, на которые от мам и пап денежные приветы не поступают. Особая категория алиментщиков. Особая категория родителей. Они есть, и их нет.

Часть I.

Чьи-то родители

Только каждый 17-й родитель выплачивает алименты добровольно. Остальных принуждают заботиться о собственных детях судебные приставы. На исполнении у них в 2012 году было 21 889 производств. Окончено за год — 9 874.

Абсолютно безнадёжных неплательщиков, по словам забайкальских приставов-исполнителей, больше половины. К ним не применимы страшилки в виде запрета выезжать за рубеж, потому что свой они давно перешли. Они равнодушны к идее временно лишать алиментщиков водительских прав. Потому что — какая там машина! «С помойки питаются, ночуют в колодцах. Встал с утра и пошёл. Перекати поле», — квалифицирует проблемный контингент Олег Титов, сотрудник пресс-группы УФССП.

К подающим слабые, но надежды относятся алиментщики, у которых ещё случается просвет между попойками и которые хотят исправить что-то в своей беспутной жизни. Большинство лишены родительских прав или временно ограниченны в них. Дети живут или у родственников, или в госучреждениях. Треть таких алиментщиков — женщины.

Ежемесячные выплаты на одного ребёнка по семейному кодексу — ¼ дохода, 1/3 — на двоих, ½ — на троих и более детей. Если мать не работает, то размер алиментов рассчитывается, исходя из средней заработной платы по России. На сегодняшний день алименты при таком расчёте составляют 6 514 рублей в месяц. Если учесть средний заработок на селе (как раз те самые 6 тысяч), то выходит, что быть трудоустроенным и предоставлять справки о реальных доходах дешевле, чем числиться безработным.

— Когда у пьющей мамы забирают ребёнка, а она не берётся за ум, органы опеки и попечительства через некоторое время решают вопрос об ограничении или лишении её родительских прав. Это чаще бывает с теми, кто не исправляется, или находится в местах лишения свободы. Если работают в тюрьме — перечисляют алименты оттуда, — рассказывает судебный пристав-исполнитель межрайонного отдела Ирина Тумурова. В Чите пятый год. До этого Ирина вразумляла проблемных пап и мам Оловянинского района. Навидалась всякого.

«Часто бывает так: женщина начинает исправляться, пить бросает. Но ребёнка обратно из детского дома забрать не хочет: не смогу обеспечить ему нормальное существование, образование дать. Зарабатывает мало, работы в деревнях нет… Ребёнок приезжает к ней на выходные, на каникулы. И мам… это устраивает, видимо. Что-то вроде садов-пятидневок, какие были раньше. Привыкают же к хорошему – ухаживать за ребёнком не надо, обстирывать, варить, готовить уроки. При этом и он себя сиротой не чувствует, потому что с матерью общается, и мама не спешит восстанавливать свои права – ей и так неплохо. В Чите такое тоже встречала: мать вроде бы уже и не пьёт, и говорит, что, возможно, заберу ребёнка, когда ремонт в квартире доделаю. Проходит месяц, второй… Можно уже было маломальские обои поклеить, но не делается ничего. Притупление материнского инстинкта, что ли.

А иногда правда — теплячок в 16 квадратов, и живут в нём десять человек. Кровати, кровати, кровати… Ни работы, ничего. Только случайные подработки. Может, и вправду детям лучше под опекой государства, чем в таких условиях. По крайней мере, уж точно получат образование, не лягут голодными спать…

— Просятся к мамам ребятишки? — Так ведь мама — святое, какая бы ни была.

Лишение родительских прав не освобождает от обязанности платить алименты. Все платежи — если есть — поступают на индивидуальную сберегательную книжку ребёнка. Истинным сиротам государство платит пенсию. Но обувает, одевает, учит — всех, не зависимо от того, числятся родители в списках живых или нет их.

Избалованные таким положением дел, сами родители об алиментах вспоминают редко — тогда судебный пристав-исполнитель пытается призвать их к совести и порядку. Тем более, что рычагов воздействия на атрофированный родительский инстинкт с каждым годом всё больше. Однако суды выносят решения о взыскании алиментов, а долги копятся, множатся, плодятся. Родители как пили, так и пьют. Как не работали, так и мыкаются без дела. Взять с них нечего. Когда приходят люди в форме, чаще всего плачут: не виноватые мы, так жизнь сложилась. Встречаются убеждённые: государство обязано помогать.

— Что им грозит-то от набегающей суммы? Посадить могут?

— Теперь да, — подверждают приставы. — Раньше могли посадить только по совокупности преступлений. То есть совершил или совершила что-то противоправное, и долг по алиментам «припомнят» в приговоре. Сейчас могут закрыть и только за долги.

Стращать бесполезно, водительских прав лишать — прав нет, садить — ещё один рот у государственного котла появится.

— Лечить их надо, принудительно, — уверены в УФССП. — Как раньше было в ЛПУ. И пусть сами потом растят и ответственность несут за тех, кого родили. Заставлять работать на общественных началах под присмотром милиционера — тоже опыт родом из СССР. Вот он возрождён.

С рабочего стола один из приставов не убирает выдержку из недавнего высказывания главы региона: губернатор прилюдно заявил, что готов выделять средства на лечение от алкоголизма горе-мам и пап. Во сколько это может обходиться — непонятно: с района надо такого товарища привезти, на лечение устроить…

Пристыдить? С трудом верится, что это подействует.

«Год от года молодеют такие мамы. Родила в 15-16 лет. Ей по закону ещё самой алименты положены, а она уже в должниках. Есть у меня на участке такая. С мужем в разводе. Ребёнок живёт со свекровью. Та на алименты и подала. Работать мамочка не желает, три дня без выходных полы помыла — тяжело, ушла. Образования нет. С ребёнком общается, поэтому он за неё горой, а кормит-одевает его бабушка на свою пенсию.

Есть у меня алиментщица — индивидуальный предприниматель. Но там совершенно другая ситуация. Судились с мужем из-за ребёнка. А тот, подросток уже, заявил, что хочет жить с отцом. Оно понятно: никто не контролирует (папа за баранкой сутками), делать уроки не заставляет, во сколько пришёл — во столько пришёл. Поэтому мама платит алименты. Исправно. Одна из десяти алиментщиц на моём участке сама день в день оплачивает счета.

Есть другая — которая 300 рублей платит в месяц и считает, что это нормально. А всю вину складывает на отца, который в своё время обещал забрать детей из детского дома. А он, в принципе, такой же неплательщик алиментов, тоже лишённый родительских прав. Они просто вместе не живут. Но даже если бы они жили вместе и состояли в браке, платил бы каждый отдельно.

А однажды случилось вот что. Поступил исполнительный документ. О многолетней задолженности по алиментам. Искали женщину долго – по адресу, где прописана, она не жила. А когда нашли её наконец, опешила: какие алименты? Потом звонит, плачет. Оказывается, 12 лет назад она родила недоношенного младенца. Врачи заверили: не жилец. Мама написала отказную и ушла – дома был ещё один маленький ребёнок. А малыш-то выжил, сегодня ему 12 лет. Женщина съездила в детский дом, было много слёз и радости. Потом долго решали отдадут ли его — были вопросы по квартирным условиям, по доходам матери… До сих пор не все бумаги оформлены. Парадоксально, но всё это время – с прошлого лета, как ребёнок живёт в родной семье, у матери продолжает копиться долг по алиментам. Юридический нонсенс. Теперь за судом слово — спишут ли этот долг».

Одна только Ирина ведёт около 270 производств. По внутренним правилам УФССП у приставов, которые занимаются алиментщиками, исполнительных производств других категорий нет. Потому что алиментная группа — специфичная и требует, так сказать, сфокусированного внимания. И ещё: у каждого пристава-исполнителя должно быть не более 500 производств в работе. Иначе не разгребёшь, не размотаешь клубок.

Кстати:

Среди материально обеспеченных людей тоже попадаются безответственные. Уловки, отмазки, сказки — всё, чтобы не платить. На баннерах вдоль читинских дорог информацию об алиментщиках пока не размещают. Опытным путём — на трёх должниках за услуги ЖКХ — убедились: работает. Но и задолженности были недетские — за 400 тысяч рублей. «На баннере с долгом в 4 и даже в 40 тысяч — себя не увидите», — успокаивают люди в форме. Про временное лишение алиментщиков водительских прав говорят с энтузиазмом: «Это должно работать на раз. Сейчас уже больше, чем у каждого второго машина». Водительского удостоверения собираются лишать уже от 5 тысяч долга — несолидная сумма для жёстких мер. Но пока, рассуждают приставы, это законопроект, и, возможно, пороговую сумму всё-таки увеличат.

Когда родители подают в суд на совершеннолетнего ребёнка, что не содержит — в Чите пока, скорее, исключение, чем правило. Несколько лет назад один «папашка» заявил свои права на сыновью любовь и опеку. А сам, пока сын рос, ни словом, ни делом не помогал. Семью бросил, пил, курил, болячек насобирал — букет. Дождался 18-летия сына и подал на алименты. Суд встал на сторону отца, потому что — инвалид… Современные матери стали страховаться — собирают справки, что отец не помогает, не заботится. А ещё лишают отцов родительских прав — на всякий пожарный. Но при этом — и это, наверное, не верх справедливости — лишённый родительских прав отец обязан платить алименты.

«Ещё интересная категория алиментщиков — оттого, что… поругались. Живут люди вместе после развода. Поссорились. Она пошла — и подала на алименты. На следующий день помирились, а долг копится. Приходим: «Ой, а я забыла забрать исполнительный документ… А может, поговорите с ним просто, чтоб устроился на работу». Или ещё веселее: «А я запрещаю вам его трогать! Это наше дело семейное».

По словам судебных приставов, никогда столько внимания алиментщикам не уделялось, как в последние три года. То ли безответственность в обществе растёт. То ли – если в случае разведённых родителей – мамы стали активнее отстаивать права детей на отцовскую если не любовь, то хотя бы помощь.

— Общество, в принципе, вроде как разворачивается в нужную сторону: должников стали гонять по всем фронтам. Но рычаги воздействия всё же нужны более действенные. По детдомам есть очень хорошая мысль, чтобы государство обеспечивало ребёнка алиментами в долг. А возвращать его будут те самые родители, которые пока не платят. Чтобы ребёнок от их безответственности не страдал, — так в УФССП рассуждают и сами же спохватываются: с чего ж платить горе-мамашки будут, хоть сейчас, хоть потом? А если их вылечить? А если лишить водительских прав?

А ещё в управлении есть статистика по районам: где больше лишённых родительских прав, откуда дома ребёнка пополняются регулярно и копятся, копятся, копятся долги алиментщиков. Предсказуемо: там, где производства нет совсем, работы нет, а население дружно стоит на бирже, там и пьют больше, и детей чаще бросают на произвол судьбы.

Часть II

Ничьи дети

Было после обеда. Поэтому чего так боялась, открывая дверь дома ребёнка, не случилось – я не видела глаза малышей. В зелёных уголках, в игровых манежах и даже в карантинной, где лежат «тяжёлые», царствовал сончас. Самым старшим здесь четыре годика. Крепко спят, раскинув ручки поверх одеял. Цветных одеял, не казённых. И сандалики у кроватей – разноцветные. И игрушки – лучше, чем в детском саду. И музыкальный зал с пушистым ковром. И главное – видно, что детей тут любят. Такое нельзя подделать или притвориться на камеру.

— Как они вас называют? — Всяко! Кто — мама, кто – тётя, а кто – Васильевна.

Тут и отказники, которые стали «ничьими» ещё в роддоме. И временно устроенные на полгода, год, пока родители справятся с трудной жизненной ситуацией (найдут жильё и работу). За этот срок родные или решают житейские проблемы, или… теряются. Тогда в суд идёт иск на лишение родительских прав, а в документах ребятёнка появляется новая графа — оставшийся без попечения родителей.

Пометка ЛРП означает, что родители лишены прав. Таких тут большинство.
ОРП — родители в правах ограничены на шесть месяцев – пока мама за ум не возьмётся. Таких малышей 12.
ПСУ — родители дали письменное согласие на усыновление. 19 детей.
ВУ — временно-устроенные — 25.
Сироты — 4.
Ещё у четверых родители осуждены.

Все дети имеют проблемы со здоровьем. Абсолютно здоровых здесь нет. После родильного дома малыши проходят так называемый второй этап выхаживания в детской клинической больнице №2. Многие как наследство от пьющих родителей получают диагноз не только перинатальное, но и тяжёлое поражение ЦНС. Хотя от такого не застрахованы и вполне нормальные семьи. Пока отказник находится на реабилитации в больнице, органы опеки собирают пакет документов.

Толстая папка на каждого. Дата рождения. Дата поступления. Этот попал годовалым сюда. Тот — сразу после больницы. Иногда отсрочка означает, что родители метались: забрать малыша с проблемами по здоровью или отдать в руки специалистов… У каждого своя судьба.

Русик. Родился 16 июня 2010-го. Поступил 20 марта 2012-го. Чуть больше полутора лет жизни малыша прошли в Краснокаменске. Братишка у него есть — Кирилл. Сведения об отце «не внесены в записи о регистрации». Из семьи ребятишек забрали «в связи с непосредственной угрозой жизни и здоровью». Сегодня Руслан — обычный двухлетний парнишка. Общительный, с любознательными серыми глазёнками, русой макушкой. В специализированный дом ребёнка попал, потому что мама с ним явно пальчиковой гимнастикой не занималась, колобки из пластилина катать не учила. Воспитателям спасибо — нагнал Русик сверстников. Больше других занятий любит музыкальные. А в документах из его «прошлой» жизни: «Мать самоустранилась от воспитания и содержания детей. Ушла. В доме, где проживали дети на попечении бабушки, нет условий для их содержания, продукты питания в минимальном количестве, нет постельного белья, очень холодно и грязно».

Анюта. Родилась 25 февраля 2010-го. Поступила 10 сентября 2011 года. Мама-читинка. Дочку устроила временно — на полгода. Папа лишён родительских прав. «Мы ей говорили: только не теряйтесь, а то малышка так вас ждёт, так радуется вниманию. Раз мама приходила, принесла фрукты. И вот уже год мы её не видели». Анечка — кареглазая лапа, активная, хорошо развивается. 25 февраля у девочки день рождения… Мама придёт?

Стас. Стас, а не Стасик, потому что в доме ребёнка у него завидная репутация — интеллигент, чистюля. Ни крошки мимо тарелки, ни пятнышка на футболке. Память у Стаса хорошая, рисовать любит, усидчивый.

Что будет с этими малышами дальше? Исполнится четыре годика — пойдут в детские дома. Туда, где есть места, и родственники — братья и сёстры. Дети с тяжёлыми диагнозами (многие не ходят, не могут самостоятельно себя обслуживать) перейдут в Петровск-Забайкальский дом инвалидов, потом, после 18 лет, — во взрослые госучреждения…

Если в чьём-то сердце найдётся местечко — у кого-то из здешних карапузов появится новая семья.

Но бывает так: мама родила — бросила малыша в больнице и убежала. Фамилию, адрес назвала вымышленные. Её уже не найти. В таких случаях в больнице составляется акт брошенного ребёнка, его подписывают зав.отделения, врач-педиатр и главный врач больницы. Иначе ребёнка не смогут усыновить. Но маму, конечно, ждут до последнего.

Непосредственно к процессу усыновления дом ребёнка отношения не имеет. В органах опеки существует банк отказников. Потом уже усыновители приходят сюда с направлениеми — знакомиться с крохами и выбрать своего из нескольких, предложенных органами опеки. Но бывает, что всю жизнь мечтали о девочке, пришли, увидели и влюбились сразу и по уши — в мальчишку.

— Это жизнь, сердцу не прикажешь, — улыбается главный врач дома ребёнка Галина Горбач. Про закон, пресекший усыновление иностранцами, говорит неохотно, потому что за каждого ребятёнка болит душа: и за тех, кому не повезло с усыновителями, и за тех — кому не достался даже шанс найти новую семью.

— Чисто по-человечески: дети должны иметь семью. Конечно, здорово, когда усыновляют наши. Ещё лучше, когда родные родители одумались, забрали кровиночку домой. Мы настолько радуемся за него тогда… «Всем двором» провожаем! Лишь бы всё у малышей хорошо было.

В 2012 году американцы забрали с Малой 14 детей. А россияне (включая опекунов) — 25. Но наши ребят с проблемами со здоровьем брать не рискуют.

— Многие детки, — поясняет главный врач, – получили свой диагноз по «социальным» причинам: взрослые точно не пели им потешки, не тотошкали козой-дерезой, не рассказывали сороку-ворону, загибая пальчики.

Педагоги берутся за дело и малыш догоняет сверстников. Несложные диагнозы «израстаются» после нескольких курсов восстановления. С серьёзными патологиями, конечно, сложнее. Но в любом случае, каждый малыш проходит полное медицинское обследование, и усыновители получают абсолютно правдивую информацию. А те папки с документами «из прошлой жизни» тогда — в архив. У ребёночка начинается совершенно новая биография.

Теперь что касается алиментов. Их получают (должны получать) дети, родители которых ограничены в родительских правах или лишены их.

— Если родители систематически платят алименты, то ребёнок с полной книжечкой уходит в детский дом. Вот у нас 59 сберкнижек. Алименты поступают на восемь. Из них регулярно — только на три книжки. Из 59. На остальные пять — были единовременные выплаты, по 550 рублей, по тысяче. Всё, — разъясняет ситуацию социальный работник специализированного дома ребёнка №1 Екатерина Аверичева. Она непосредственно работает с родителями, со службой судебных приставов, с усыновителями.

Родители-то не работающие, — подхватывает Галина Петровна. — Приставы ходят за ними, напоминают о детях. Растрясут, расшевелят — начинается какое-то движение.

Спрашиваю, почти уверенная в ответе: решение суда действует на таких родителей? — Не всегда. Садить особо не садят, работу как не искали, так и не ищут, и ещё народят. Но надо отметить, что служба судебных приставов реагирует на каждую нашу бумагу. Ищут, работают, стараются поправить ситуацию. Взяли шефство над нами. Приходят к ребятишкам с ворохом подарков. И не только на Новый год. И в костюм Деда Мороза наряжаются, и в зоопарк возят старших малышей…

А может – подумалось так – судебные приставы подспудно черпают здесь заряд, чтобы снова и снова напоминать опустившимся родителям о маленьких человечках, которые ещё не поняли, не осознали до конца, что никому не нужны? Не столько об алиментах напомнить пытаются — о детях.

Конечно, в доме ребёнка о них заботятся так, как не каждая мама сумеет. Дефектологи, психологи, музыкальные работники, повара, врачи, воспитатели. Но мамы-то нет. Нет пристани у детдомовца, к которой можно будет вернуться, если горько и трудно сложилась взрослая жизнь. Нет сдерживающего фактора — расстроить маму своими поступками, разочаровать отца. Может, поэтому бесчинствуют они потом, выбрасывая мебель из окон общаги? Конечно, мамаши-папаши биологические вряд ли стали бы добрым примером для подражания. А то и выживи попробуй с такими родителями — уж лучше здесь.

— Но они, вырастая, всё равно возвращаются. Многие. Приходят к нам, просят поднять документы, хотят узнать, кто мама и папа и что с ними сейчас. Не может дерево без корней… Недавно девушка была, приехала из Санкт-Петербурга специально. Выросла в семье, выучилась. Умница, а уж красавица… Но мы не смогли ей помочь. Нет сведений о родителях…

А недавно приезжал к нам парень. Серьёзный такой… Три с половиной годика ему. Привёз приёмных родителей из Испании в Читу — чтоб они братишку тоже забрали. Встретились они тут в кабинете. Уж он его обнимал, обнимал…»

(По этическим соображениям имена детей в материале изменены).

НазадВперёд
4 отзыва
После нажатия на кнопку «Добавить», на E-mail или по SMS будет выслан код подтверждения. Или авторизуйтесь обычным образом или через соцсети (кликнув на иконку соцсети над формой)(кликнув на иконку соцсети слева).
Для публикации комментария требуется авторизация на портале или подтверждение указанного e-mail. Введите код, отправленный вам на e-mail

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

НазадДобавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Жаль ребятишек, очень!! Но! Судьбу ребенка, усыновленного иностранными гражданами необходимо отслеживать! Как к нему относятся новые мама и папа? В каких условиях живет и т.д. Это очень важно.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Господи, за что наказаны малыши, вся жизнь которых пройдёт в инвалидных домах и ничего другого в этой жизни не будет... Ну почему так??????? за что?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Видите, Светлана, как много отзывов... Видимо не больной этот вопрос для забайкальцев..Зачерствели душой,о деньгах думаем,о политике рассуждаем а дети ... на третьем плане.И то правда : поговорили и забыли.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Дети у нас многоуважаемая как раз на первом месте и мы не рассуждаем о них - а воспитываем. Проблем много и с работой, и с деньгами, но кому не безразлична судьба своих детей те решают эти проблемы. Насчет наказания оно должно быть одно - кастрация и стерилизация принудительная. Детей жалко - но не может сейчас населения не рожать своих детей и брать приемных.

ОБСУЖДАЕМОЕ
ОБСУЖДАЕМОЕ