Р!
22 СЕНТЯБРЯ 2019
21 сентября 2019
20 сентября 2019

Эвакогоспитали. «Сестричка, помоги...»

Здравоохранение Читинской области накануне Великой Отечественной войны находилось в плачевном состоянии. В Чите не было инфекционной и детской больниц, туберкулёзного диспансера, хорошего родильного дома. Хирургическая больница находилась в приспособленном здании. Для подготовки медработников в регионе существовало только одно учебное заведение – фельдшерская школа. И всё-таки в кратчайшие сроки сделали всё возможное, чтобы встретить эшелоны с ранеными в полной готовности.

Спецпроект «Читинский тыл» на «Чита.Ру» позволит заглянуть в родной город в начале сороковых. Что происходило в Чите, в которой, в войну, слава богу, никогда не было военных действий. Кто был здесь в тылу — управлял городом, просился на фронт, был мобилизован в промышленность, ушёл целым курсом физмата, собирал деньги на танки. Чего почти не было здесь в войну — асфальта, электроэнергии, транспорта, бань, учителей, жилья. Кто и как жил здесь — начиная с 22 июня 1941 года, заканчивая Победой.

С началом войны Читинская область стала глубоким тылом боевых действий, усложняла ситуацию и близость японской Квантунской армии. Забайкальским медикам пришлось оперативно создавать все условия для организации и успешной работы эвакогоспиталей.

Первые госпитали Читы на тысячу коек развернули в клубе «Красный Октябрь», Кенонской школе, доме №65 на улице Калинина, зданиях «Главлеса» и «Востугля». Но уже с 18 ноября 1941 года выделили ещё 15 объектов на 200 мест каждый. Всего, как писали в первом томе «Книги Памяти» Читинской области, в Чите принимали раненых 27 эвакогоспиталей.

Выпускники Читинской фельдшерско-акушерской школы

Конечно, не все здания годились для оперирования, лечения и восстановления. Необходимый ремонт и переоборудование старались делать молниеносно. Широко агитировали население на помощь. Люди собирали кровати, матрасы, подушки, бельё, посуду, шили одежду и больничные халаты. Несли не только вещи первой необходимости, но и книги, патефоны с пластинками, комнатные цветы, музыкальные инструменты, шахматы и шашки. К госпиталям прикреплялись колхозы и совхозы, которые обеспечивали доставку свежих продуктов.

Некоторые материалы и средства, необходимые для работы, были в столь малом количестве, что даже по нормам военного времени, их было недостаточно. В части эвакогоспиталей не было физиотерапевтических и рентгеновских установок, не хватало и куда более прозаичных предметов типа резиновых грелок. Большие проблемы были с оборудованием зданий канализацией и водоснабжением, обеспечением топливом.

В плачевном состоянии находились и прачечные, их пропускная способность составляла 0,5 тонны в сутки, а при полноценной работе госпиталей города в сутки нужно было стирать по 5-6 тонн.

Простые люди с санпоездов

В августе 1941 года в Чите развернули управление Забайкальского фронта, а с февраля и его штаб. Несмотря на то, что фронт до 9 августа 1945 года в активных столкновениях с противником не участвовал, потери были.

Гибли не только от ранений, но и от дистрофии. От неё страдали и бойцы в частях, развёрнутых вдоль границы Манчьжоу Го, и многие раненые, привезённые на санпоездах. Чтобы решить продовольственную проблему и обеспечить раненых полноценным питанием, тысячи школьников заготавливали грибы и ягоды, охотничьи бригады добывали дикое мясо.

Четвёртая женщина снизу — врач Мария Сорокина.

Первое массовое прибытие раненых в Читу пришлось на март 1942 года. Эшелоны и поезда с ранеными разгружались на станциях Кадала, Черновская, Чита-1, Чита-2, Антипиха.

На улице Апрельской (сейчас Тимирязева, 25 — прим. Александра Лыцуся*) размещался сортировочный пункт. Сюда привозили с городских вокзалов раненых, после многодневной дороги они проходили санобработку и направлялись в специализированные госпитали в зависимости от типа ранений.

Привозили людей с ранениями большой давности – от двух до шести месяцев. Часть людей прибывала с нарушениями правил хирургической транспортировки. Было много осложнений.

Нина Денисова, которая в 41-м году работала там, вспоминает: «Ранения были очень тяжёлые: в брюшную полость, в голову. Работали мы день и ночь, оставались ночевать, потому что и ночью привозили раненых. Часто, очень часто, была светомаскировка, и нам приходилось в темноте перевязывать солдат».

За шесть месяцев — с января по июнь 1942 года — в строй из читинских областных госпиталей вернулись 714 человек, выписано в батальоны выздоравливающих 681, признали ограничено годными 92, уволили в отпуск 243, уволили из рабоче-крестьянской Красной Армии 1 257, умерли 15.

Общее количество возвращённых в строй достигало 60,9% — этот показатель для эвакогоспиталей глубокого тыла считался хорошим.

Слева: В. Мисунев 1928 г.р. Умер от ран 19 ноября 1944 г.
Справа: Н. Хоменко умер от ран в эвакогоспитале Читы.

За статистикой — обычные люди. Со своими мечтами, стремлениями и целями. Кто-то мечтал быть учителем, кто-то хлеборобом, одному — под 50, другому — 16. Врачи бились за них, но спасти удавалось не каждого. Бережно хранимые снимки некоторых раненых можно увидеть, например, в Музее боевой славы читинской школы №38, которая занимается исследованием истории забайкальских эвакогоспиталей.

Слева: В. Ласунов. Хотел быть хлеборобом, умер от ран.
Справа: С. Калинин мечтал быть учителем.

Многие из раненых сближались с медсёстрами и врачами, становились друзьями, поддерживали переписку, а кто-то даже возвращался потом, после войны, в Забайкалье к полюбившейся Наде или Кате.

В эвакогоспиталях раненые не только лечились и восстанавливалась, но и работали. Выздоравливающие обучались в сапожных, слесарных, портняжных мастерских, организованных здесь же.

Люди в белоснежных халатах

Интенсивное развитие в это время получила хирургия. Проводили и особо сложные операции, к ним относилась, например, трепанации черепа. Активно применялось переливание крови. При госпиталях были организованы группы доноров.

Для проведения клинических анализов при каждом госпитале работали лаборатории. Бактериологические, биохимические анализы и микрогистологические исследования проводили в центральной госпитальной лаборатории. В декабре 1942 года в Чите была открыта протезная мастерская.

Чтобы уменьшить сроки лечения в эвакогоспиталях, вводили индивидуальный план лечения каждого раненого, уменьшали, насколько это возможно, ожидание операций и лабораторной обработки данных, проводили раннее хирургическое лечение раненых. Применяли новые разработки – вторичные швы, лечебную физкультуру.

В читинских эвакогоспиталях работали лучшие врачи того времени. Например, Григорий Аксман — ведущий хирург госпиталя №1479. Помимо своей хирургической деятельности он занимался организацией специализированной онкологической службы. Или Максим Старосельский — будущий главный хирург Читинской области. Он за годы войны сделал шесть тысяч операций, шёл за операционный стол, если была хоть малейшая надежда на успех.

Григорий Аксман перед операцией

Главным хирургом отдела эвакогоспиталей в первые же месяцы войны стал ведущий хирург областной клинической больницы имени Ленина Василий Коханский. Он прошёл Халхин-Гол, и этот опыт ему очень пригодился в работе, но в тыловых госпиталях приходилось иметь дело не со свежими, а со старыми, гнойными ранами, лечить которые старыми выжидательными методами было невозможно. Поэтому Коханский с коллегами разработали новый метод срочных операций. Он дал хорошие результаты.

По инициативе Коханского уже в первый год войны были созданы новые для области производства медикаментов и медоборудования. Открыта мастерская по изготовлению новой рентгеновской плёнки из старой. Выпускали несложную медицинскую технику. Читинский деревообделочный комбинат по заказам госпиталей делал носилки, костыли, операционные перевязочные и гипсовые столы.

Одна из главных проблем военного времени — катастрофическая нехватка хирургов. Чтобы решить её, при больнице имени Ленина организовали школу хирургов для молодых врачей и врачей другого профиля — стоматологов, педиатров, терапевтов.

Слева: Эвакогоспиталь в школе №5.
Справа: Операционная.

Эвакогоспитали укомплектовывали младшим и средним медперсоналом за счёт мобилизованных и вольнонаёмных девушек. Их обучали в местных лечебных заведениях и самих госпиталях. Приходилось им не легче, чем докторам, а где-то и гораздо тяжелее.

Из воспоминаний медсестры эвакогоспиталя №321 Тэммы Фуры: «Работали мы почти без отдыха, ухаживали за ранеными, кормили их, умывали. Каждого старались успокоить, приободрить. К концу дня от усталости с ног валились, чуть отдохнёшь — и опять к больным. В день рождения 26 июля 1941 года меня призвали в армию. Прибавилось ответственности. В те суровые годы тысячи людей трудились, не жалея себя, делали всё возможное, а порой и невозможное, чтобы приблизить светлый час Победы. Не щадили себя и медики — через их руки проходили тысячи раненых. И каждому нужно было помочь. Недаром вместе со словом «мама» бойцы шептали пересохшими губами: «Сестричка, помоги…».

Выражаем благодарность за помощь в подготовке текста учителю истории читинской школы №38, исследователю Андрею Козыреву.

При работе использованы материалы «Энциклопедии Забайкалья», «Календаря знаменательных и памятных дат истории здравоохранения Читинской области — 2005», *статьи Александра Лыцуся «В Читу — на излечение» в газете «Читинское обозрение», книги «Трудящиеся Читинской области в годы Великой Отечественной войны», статьи «Великая победа армии и народа 1941—1945» И.В. Куриленко, «Медики Забайкалья в годы Великой Отечественной войны 1941—1945» Р.И. Цуприка, А.П. Фадеевой.

Фото из архива Музея боевой славы школы №38 .

НазадВперёд
4 отзыва

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Странная статья. Врачей не было, кабинетов не было, а раненые выздоравливали. Не благодаря, а вопреки, так сказать.

За годы войны, между прочим, через эвакогоспитали Забайкалья прошло почти 59 тыс. раненых. Смертность не превышала 0.4%, хотя раненые прибывали как правило в тяжелом и очень тяжелом состоянии!

В плачевном состоянии находилось здравоохранение Забайкалья накануне войны, ага. Верю, верю. Раненые сами себя оперировали и исцелялись.

( В военный период, к слову, хирургов много не бывает никогда. )

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Мисунёв - совсем ещё ребёнок. Жутко немного смотреть на фотографии - глаза такие. Бах и нет. Ушёл человек в землю

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Моя бабушка как раз, как описано в статье была мобилизована из Ижевской области и мед.сестрой работала в эвакогоспитале, находившемся в шк.№5. Рассказывала, как им 18 летним хрупким девчонкам было тяжело - принимали раненых и на себе таскали тяжести, спали под лестницей по чуть-чуть..Позже она стала операционной сестрой в военном госпитале, работающую с ней мед.сестру Машу всегда брали на сложные операции, в том числе и потому что Маша могла молитвой и заговором останавливать кровь ) А бабушка среди раненых встретила своего будущего мужа. И остались в Чите..

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Склоняю голову перед медработниками эвакуационных госпиталей за их героический труд.

мой дед Кудряшов Николай Григорьевич с ноября 1943 года находился в 1481 эвак. госпитале и во многом благодаря медперсоналу сумел сохранить в себе силы для дальнейшей жизни будучи слепым и без кистей рук.

Спасибо.

ОБСУЖДАЕМОЕ