НОВОСТИ
22 НОЯБРЯ
20 ноября

«Человек труда»: 50 лет труда, боли и любви

Тамаре Шумовой исполнилось 75 лет, из них она 52 работает врачом-токсикологом и не собирается уходить, «пока не выгонят». Ежедневно она видит десятки пьяниц, аллергиков, наркоманов и самоубийц…

Проект «Человек труда» — это диалоги с забайкальцами, преданными делу, которое они выбрали. Этих людей не остановили маленькая зарплата, тяжёлый график или большая ответственность.

На улице бесстыжий октябрьский мороз и скользко. Старинное, маленькое здание токсикологического отделения спряталось в лабиринте первой клинички. Мы бесконечно, кажется, бродим кругами по застывшему волнами серому льду и кое-как находим покосившийся тёплый домик. Открываем дверь и из осени шагаем в тесный коридор, где влажно и чуть спёртый запах – только убрались. И время сразу замирает, будто наскоро задерживает воздух перед погружением в воду. В отделении палаты и кабинеты заставлены тяжёлой мебелью советских времён. Здесь тихо и спокойно сегодня, но бывает всякое – пьяницы в белой горячке бросаются с вешалками и ножами на врачей, например. Ножи поэтому здесь не держат.

Тамара Шумова тут с 1973 года – новое отделение открыли после приезда московской комиссии в 1972-м. В начале 80-х в Союзе начали работу 13 центров по лечению острых отравлений. В маленькой Чите его решили открыть, потому что сибирский городишко географически был далеко, везти пациентов с отравлениями на большие расстояния – всё равно что на смерть.

— Тогда в медицине стали выделять отдельные направления – токсикология, пульмонология… Это было необходимостью – развивалась промышленность, и было много отравлений. Забайкалье хоть и не промышленный край, но сельскохозяйственный – здесь склады с ядами. Ещё были суициды, случайные отравления в домашних условиях. Стали подбирать кандидатуры на главу отделения – надо было быть терапевтом и иметь стаж 5 лет. У меня как раз всё было.

Фото: Ксения Зимина

Шумова родилась в 1941-м, отец уже ушёл на фронт. В её поздних, уже осознанных детских воспоминаниях послевоенное время – это счастье. «Мы жили сыто, — говорит она, — и были благодарны, что отец вернулся». У большинства детей всё было по-другому. Когда папа вернулся, пошёл работать шофёром, возил дрова. Маме работать не дал.

– Он говорил: «Не для того я женился, чтобы приходить к пустому столу». Вкалывал без выходных, вставал в 5-6 утра, иногда нас брал в лес заготавливать дрова. Но главное, что мы были сытые. Свой скот держали – до прихода Никиты Сергеевича [Хрущёва] разрешалось.

Она не мечтала стать врачом. Хотела быть лётчицей, уехать в Новосибирск, но отец запретил: «Вот тебе «пед», вот «мед». Выбирай». Выбрала мед, но в первый год не поступила – не хватило баллов. У Тамары Дмитриевны есть ещё брат, родившийся после войны, и сестра-погодка. Брат – тоже врач, окончил стомфак, а сестра – учитель иностранных языков. Обе они – 75 и 76 лет – продолжают работать. Свою сестру Шумова прямо-таки заставляет оставаться в школе – дома можно схватиться за книжки, посмотреть телевизор, а потом без дела сойти с ума.

Провалив экзамен в мед, она от испуга побежала в обкомовскую поликлинику, попросилась санитаркой. Взять были готовы на следующий день. Пришла домой, села перед родителями и призналась, но тут же бросила: «Обузой для вас не буду».

— Отец мне сказал: «Как? Будешь ты за ними подтирать?» И отправил в швейных цех.

Так она на год пошла работать в бригаду коммунистического труда и в первый же день попала на обложку газеты. Пришла, села в углу, а там журналисты.

— Бригадир говорит: «Чего сидишь?» А я ему: «Это же ваша заслуга». Он меня поднял и к журналистам… Так интересно всё было. Девчонки там были весёлые, дружные.

В цеху по Столярова шили мужскую одежду. Тамара Шумова научилась шить пиджаки. И на следующий год снова собралась поступать в медицинский. Но сначала год всё-таки отлетала – пошла в ДОСААФ на курсы планеристов. У будущего врача было 37 вылетов на планере и один прыжок с парашютом. «Правда, с инструктором, — машет она рукой кокетливо, — это непередаваемые ощущения! Я молодёжи всегда предлагаю – сходите! Но тогда всё бесплатно было, а сейчас…»

Во второй раз Шумова поступила – год готовилась. Учиться было сложно, но она ко всему успевала и играть на гитаре, и ходить в походы, и на Никишиху ездить на велосипеде.

— Я бы не смогла быть учителем, конечно. Вытерпела что ли этих детей непослушных? Но людей я любила. В детстве сочувствовала каждой животинке, выросла и… стала врачом.

Фото: Ксения Зимина

Она вспоминает, что многие в послевоенные годы ещё долго жили бедно. И её сокурсники приходили к ней готовиться к лекциям, чтобы поесть мамины пироги. Она их приводила группками – то с одними позаниматься, то с другими. На шестом курсе активистка Тамара Шумова вышла замуж, а когда окончила институт, её распределили участковым терапевтом на Чайковского.

— Работа была, как у диспетчера. Я всё в стационар стремилась – там обходы, над больным размышляют, ведут их. А я? Ну, вызовут – пропишу что-то. Это сейчас в стационар молодые не хотят… В 1969 году я всё-таки попала в стационар, как нас гоняли там!

Через четыре года стационара она возглавила отделение острых отравлений. Но перед этим родила дочку Женю – и уже через 3 месяца, выпросив со слезами к двум положенным один дополнительный посидеть с ребёнком, пошла работать. До 10 месяцев с Евгенией сидела бабушка, а потом её отдали в ясли. Дочь на Тамару Дмитриевну в детстве обижалась – матери дома не было почти, они виделись чаще короткими вечерами.

— Наше поколение вообще рожало по одному – работа. Женька всегда говорила о будущей профессии: «Только не врачом». И у меня в семье, кроме брата, больше медиков нет. Все они далеки от этого.

Она говорит об этом с сожалением и пониманием одновременно – жить так, как Шумова, каждый не сможет.

В 1973 году после приезда комиссии из Москвы в Чите силами хирурга Лекова появилась первая реанимация. Тогда это был прогресс – все тяжёлые пациенты после операций поступали в коридоры, в палаты – некоторые умирали на глазах у других пациентов. В 1973-м же открылось ожоговое, неврологическое отделения. И её – Шумовой — на 10 коек. Дали семь ставок.

— Меня вызывали ночью, в роддом даже как-то раз, в районы… Я была областным токсикологом. В 1969 году ещё была токсикологическая бригада, но её вызывали в крайних случаях.

В январе 1973-го в районы уже летала Шумова. А ещё постоянно консультировала по телефону – молодым врачам было трудно, а в Чите были лаборатории и штат.

— Мы консультировали, оказывали методическую, лечебную помощь. К нам только детей не возили, а так лечили всех. Но если надо, и к детям – я давала врачам основные намётки, а дозы для малышей они сами высчитывали.

Отделение расширилось после капитального ремонта в начале 90-х. Тогда обвалился потолок, и какое-то время токсикология располагалась на 4-м этаже клинички. А в 1994 году опять вернулась в маленькое здание.

— По приказу отделение расширили – по норме минимум на 25 коек. И пять больных приходилось на одного врача. В других отделениях по семь больных на врача было, и больше… Нам построили свою реанимацию – если сложный, тяжёлый, суицидальный больной – всех туда, пока не посмотрит психиатр.

В 90-е в отделении сменились диагнозы – со случайных отравлений химикатами на отравление алкоголем, наркотиками, ядами. Самоубийц вот хватало всегда – как бы цинично это ни звучало. И в советское время их было не меньше, чем сегодня. Но сегодня больше демонстрантов, говорит Шумова. Многие возвращаются повторно. Это всё так больно – людям то ли некуда деваться, то ли они себя найти не могут, считает. Она до сих пор не поняла, но всегда и с каждым говорит: «Я не могу дистанцироваться от больного, сделав процедуры. Не принимать близко к сердцу не могу. Я же врач». Пациенты её ждут, даже запойные пьяницы, очухавшись в очередной раз на койке отделения, видят её и обиженно кричат: «Тамара Дмитриевна! Вы меня что, забыли?»

— Столько работы, конечно, имя забуду. Но спрошу, мол, как звать-то? Скажут. А лежит-то не в первый раз. Некоторые сами приходят, знают уже.

Фото: Ксения Зимина

В отделение всегда набирали в основном мужчин. Женщины были тоже, но мужики – крепче. Дежурит токсикологическое 7 дней в неделю. В советские времена здесь курировали Амурскую область и Бурятскую АССР. А потом центр назвали отделением. Шумова так немножко по-детски поражается, мол, вот, стали отделением маленьким. Она возглавляла его до 2013 года. С начала 2000-х ей намекали, но она поняла, на что, только через 10 лет.

— Я думала, что мне все про возраст говорят? Я же работаю. Но в 2013-м всё-таки намёки поняла и осталась работать рядовым врачом. Теперь я веду женщин, вот у меня три бабушки сейчас.

Смеётся. Сама-то она, конечно, бабушка условная. Её возраст с потрохами выдаёт только треснувший голос. Когда хихикает – он, как натянутая струнка, вот-вот порвётся. В середине нашего разговора в кабинет с холода заходит врач. «В честь моей старости пришли», — показывает на нас Тамара Дмитриевна, извиняясь. «Зазвездили», — говорит женщина. «Ой, сама согласилась, не знаю… Теперь некуда отступать». Перед нами к ней приходили телевизионщики. Я сижу, посматриваю на неё, и думаю, как вот эту жизнь уложить в минутки эфирного времени. Или текст?

— Что про меня писать? Меня все знают.

Она так сказала в самом начале. За 50 лет Шумова, наверное, спасла маленький посёлок, работала рядом с членами правительства, оставившими врачебное дело ради карьеры, с основателями привычных сегодня отделений. А тогда, в 80-х, они все были демиургами. Сегодня уезжают молодые доктора, её этот факт расстраивает и даже обижает. Может, поэтому она не уходит.

Прямо над нашими головами висит картина с вазой и цветами – ничего необычного, но мило. Её на открытие в 1994-м подарил Равиль Гениатулин, тогда ещё глава администрации Читы. И кажется, что вот эта картина в большой белой рамке – последняя обновка отделения. Но, конечно, только кажется среди этих лакированных столов, огромных скрипучих старых шкафов и продавленных низких диванов. Тамара Дмитриевна вот научилась эпикризы печатать на компьютере, курсы прошла. Теперь это обязательно. Её приверженность ручке могла бы стать поводом в очередной раз намекнуть уйти. Но не в этом случае, нет. Кто в светлом уме погонит такую фигуру?

Фото: Ксения Зимина

— Подходы к лечению и диагностике отравлений с начала 80-х не изменились. Изменились причины. Последнее время стало больше алкогольных отравлений. Сейчас ещё и настойку боярышника продают везде, способствуют развращению народа. Пострадавших от спайсов поменьше стало. А раньше с ними была беда, наркополицейские приходили… Но самое популярное – это аллергические реакции. Сегодня столько бытовой химии в магазинах, очень опасно.

А ещё у Тамары Дмитриевны влюбчивые девушки, потерявшиеся мужики, демонстративные подростки – вот настоящие причины. Однажды она спасала пару студентов, сбежавших с дискотеки и угоревших в какой-то пристройке к деревенской школе. Их привезли в Читу, она ночью искала барокамеру, подняла на уши военных, нашла, но мальчика не спасли. А девушка живая. Теперь-то барокамера есть, а тогда… Ещё как-то привезли парня, гревшегося в машине всю ночь на окраине Читы – тоже угорел. Выходили. На всю жизнь остался инвалидом, ничего не соображал – клетки мозга умирают, и баста. Потом она его искала, но не нашла. А когда оказалась вдруг в доме инвалидов в Атамановке, увидела запись в книжке и внутри всё оборвалось – он, живой. Его родители умерли, а он, худой, с пустым взглядом лежал на койке, кормленный три раза в день с ложки. А раз, в 2006-м, было самое страшное – трагедия на шахте Центральная в Вершино-Дарасунском. Она участвовала в спасении шахтёров и помнит всё.

Фото: Ксения Зимина

В токсикологии время, наконец, отмерло. Задышало. Мы стали поворачивать его в обратную сторону.

— Раньше у нас была одна цель – коммунизм строили. А сейчас всё распущено… Народу нужна твёрдая рука.

Она видит в своих пациентах это – надломленность и отсутствие опеки или общей цели. Иначе бы наркоманы, самоубийцы и алкоголики не возвращались. Не ложились в палаты на скрипучие койки и не спрашивали: «Тамара Дмитриевна, вы меня забыли, что ли?»

— Я дежурить порывалась. У нас вот был пациент, сам к нам пришёл, знает уже. А у него абстиненция, он бьётся в судорогах, и я над ним кудахчу. Заведующая увидела, как я над ним распласталась, дежурный прибежал. С тех пор я сижу только.

Видно, что ей не хочется верить вот в эти 75.

— А куда уйти? Я мужа похоронила в 2011-м. Дочь здесь. Внучка тоже здесь, а внук в Мирном, женился вот, наконец…

Бабушка заговорила. У бабушки Тамары Дмитриевны есть, к кому возвращаться – к коту, которого она забрала от правнука с аллергией на шерсть. И есть, к кому приходить на работу.

К девочкам, влюбившимся в плохих парней — откачанным и рыдающим от любви.

Горемычным алкоголичкам.

К схватившим тяжёлую аллергию так не вовремя.

К уставшим. К угоревшим. К нечаянным. К потерявшимся и запутавшимся.

Фото: Ксения Зимина

17 отзывов
Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Тамаре Дмитриевне здоровья и любви! С огромным уважением! А.Днепровский

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Знаю, эту женщину около трех лет, сталкиваюсь по долгу службы регулярно, всегда отзывчива!! Побольше таких врачей!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Чудесный человек! Врач от Бога

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Тамара Дмитриевна!

Успехов Вам и здоровья на этом поприще! Покажите ещё молодым докторам, как нужно работать! С уважением, медбрат(1983-1985) Александр.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

это умный наставник, желающему стать настоящим врачом

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Спасибо за помощь в работе! Здоровья крепкого, счастья и достатка желаю Вам, дорогая Тамара Дмитриевна! С ЮБИЛЕЕМ!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Более человеколюбивого врача не встречала!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

прекрасный человек и доктор! долгих лет жизни и всё же поменьше пациентов -и побольше улыбок в жизни!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Прочитала с восхищением. Здоровья Вам и долгих лет!

Побольше бы статей о таких светлых людях и их труде, а не чернушных новостей

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Тамара Дмитриевна! С днем рождения! Здоровья Вам и бодрости с хорошим настроением. Вы наш многолетний профессионал и ориентир. Еще-и-еще.. наш врачебный смысл.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

"десятки пьяниц, аллергиков, наркоманов и самоубийц". Круто! Меня как аллергика впечатлила эта линейка".

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Мимо , не можете пройти, нужно взять и плюнуть в колодец!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Однажды попадала я к Тамаре Дмитриевне с обострением аллергии. побывала среди желтых человечков в период новогодних праздников, там это время самый пик! Но не смотря на обстановку, остались только слова искренней благодарности и низкий поклон врачам от Бога! Тем, которые не только лекарствами лечат, но и словами, не только тело, но и душу! Здоровья Вам Тамара Дмитриевна на долгие-долгие годы, счастья, благополучия!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Тамара Дмитриевна,многим уже не понять что такое -настоящий врач.Это состояние души.а не зарплата.Поэтому я врач.Спасибо вам.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Уважаемая Тамара Дмитриевна! Вы - золотой человек! Вы - Человек и Врач с большой буквы! Счастья, Вам, здоровья и хорошего настроения!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Тамара Дмитриевна, уважаемая! Вы просто солнышко! Статья прекрасная, как и Ваши годы. Я, простая Читинка, завидую тем людям, которые знают Вас так близко. Здоровья Вам и радости.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Уважаемая тамара Дмитриевна, с Днем Рождения! Коллеги

Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить