Р!
Дело прошлое Пресс-секретарь Забайкальского краевого суда Виктория Михайлюк
Пресс-секретарь Забайкальского краевого суда Виктория Михайлюк
А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
Ф
Х
Ц
Ч
Ш
Ю
Я
#
БЛОГИ

Прогулял, не вышел на работу - в тюрьму!

Самовольно ушёл с работы? Пять лет лишения свободы в военное время — и это ещё мягкий приговор, могли бы и расстрелять. Как наказывали тунеядцев в сложные для страны годы?

Это блог о громких преступлениях и занимательных событиях прошлого, которые происходили в разные годы в Забайкальском крае и не только. Автор — пресс-секретарь Забайкальского краевого суда Виктория Михайлюк — будет теперь рассказывать о них не только на страничке в Instagram, но и на «Чита.Ру».

Сначала немного истории. Приказом Реввоенсовета СССР Забайкальская железная дорога была переведена в ряды Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) и на работников транспорта распространялись устав РККА и подсудность Военным трибуналам. Этот период продлился с 1933 по 1948 год.

С 1936 года Забайкальская железная дорога стала носить имя Молотова, а на делах появился соответствующий штамп: «Военный трибунал железной дороги им. Молотова». С 1943 года, когда на дороге было введено военное положение, прогульщиков и тунеядцев стали судить по законам военного времени. Не вышел на работу — пойдёшь под трибунал!

Владимир Марносов, заведующий школой №14 станции Сохондо

«Уехал в отпуск — и не вернулся», — так судачили о пропавшем учителе в школе. Он не появился на работе к 1 сентября 1940 года. Ещё и трудовые книжки педагогов с собой увёз, школьную печать и 900 рублей подотчётных денег. Следы Марносова терялись в Саратовской области. Кто-то говорил, что заведующий школой жаловался на здоровье и поехал лечиться на родину. Туда и полетела грозная телеграмма: «Срочно шлите врачебные документы о состоянии здоровья, иначе будете преданы суду».

Марносов прислал ответное письмо: «На работу я вернуться не могу, так как в настоящее время плохое здоровье, для поддержания своего организма мне приходится тратить лишние средства, что привело меня к крайне тяжёлым материальным условиям…»

На Марносова заводят уголовное дело и рассматривают в отсутствии подсудимого (!). Руководствуясь Указом от 26 июня 1940 года Военный трибунал осудил его по статье 5, которая звучит: «Установить, что рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от 2 месяцев до 4 месяцев».

Марносову дали максимум — 4 месяца тюрьмы, но, объявив его в розыск, найти не смогли: началась Великая Отечественная война. Военный трибунал приостановил поиски учителя до окончания войны. Что случилось с ним дальше — неизвестно.

Владлен Нагибин, токарь паровозного депо

Когда началась война, Владлену было 15 лет. Уходя на фронт, отец сказал ему: «Знаешь, почему у тебя такое имя? Мы назвали тебя в честь советского вождя Владимира Ленина. Ничего не бойся и будь сильным, как он!» Больше вестей от отца не было. Позже в Ачинск уехала работать в госпитале и мать, оставив Владлена одного.

На тот момент война продолжалась почти год, и паренёк с 16 лет встал к токарному станку в паровозном депо станции Чита-1. Работа не ладилась: была физически тяжёлой для подростка, сказывался недосып, недоедание, из-за чего он постоянно опаздывал. Так и писал в объяснительных: «Опоздал на работу, потому что проспал. Было некому разбудить, так как я живу один».

Владлен так скучал по матери, что договорился с одним умельцем, который сделал фиктивную телеграмму от неё: мол, я болею, приезжай. Владлена разоблачили: руководство депо запросило Ачинск о состоянии здоровья женщины и получили ответ: «Мать токаря Нагибина находится в полном здоровье и работает в городской больнице. В приезде Нагибина нет никакой надобности».

Владлен совсем опустил руки. Бригадир жаловался: «Во время смены постоянно отлучается от станка, ссылается на болезнь, отказывается выходить в ночную смену, норму не выполняет, грубит, говорит, что работать не хочет. Дисциплинарные взыскания не действуют!»

В отношении Нагибина было возбуждено уголовное дело, 16-летний подросток был взят под стражу и заключён в Читинскую тюрьму.

На суде он говорил: «Виновным себя признаю. Два раза проспал дома, потому что некому меня было разбудить, а один раз пришёл на работу раньше времени, пошёл в кузницу погреться и там уснул. В другой раз у меня не было сверла, а взять его было негде. К другому станку я не привык и мне тяжело с ним управляться. Я прошу военный трибунал меня строго не наказывать, я буду работать добросовестно и свою ошибку искуплю!»

В итоге военный трибунал приговорил его «к трём годам лишения свободы в общих местах заключения». Учитывая возраст и первую судимость, суд посчитал возможным считать наказание условным.

Ольга Филатова, проверяльщица путей станции Чита-1

Лето 1945 года выдалось в Читинской области тёплым и щедрым на урожай — природа будто радовалась Победе советского народа над фашисткой Германией. 4 сентября Ольге исполнилось 22 года, но радости день рождения не принёс: личная жизнь в городе не сложилась, грызло беспокойство за больную мать, которая живёт в Татаурово, не убран огород, потому что брат ещё мал, да и на работе Ольга звёзд не хватала. Как-то из-за своей рассеянности неправильно перевела стрелки на путях — едва удалось избежать серьёзных последствий, а ей объявили строгий выговор и перевели в проверяльщицы. На работу ноги не несли. Ольга собрала вещи и поехала к матери.

Вскоре в отношении Филатовой было возбуждено уголовное дело по очень серьёзной статье — самовольная отлучка с работы. Она обвинялась в совершении преступления, предусмотренного пунктом «г» статьи 193.7 УК РСФСР (редакции 1926 года), и наказание по ней было таким: лишение свободы на срок от пяти до десяти лет, а в военное время — высшая мера наказания — расстрел с конфискацией имущества (Указ Президиума Верховного Совета СССР 6 июля 1940 года).

«Мне нужно было убрать огород и накосить сено для коровы, я вынуждена была бросить работу и заняться своими делами», — давала показания Ольга. Она была арестована и находилась до суда под стражей в Читинской тюрьме.

«Филатова не вышла на работу без уважительных причин, чем совершила дезертирство», — звучало в приговоре. Военный трибунал назначил ей 5 лет в исправительно-трудовых лагерях. Но всё же учёл наличие у неё на иждивении престарелой матери и нашёл возможным считать это наказание условным. Осуждённая была освобождена из-под стражи сразу после оглашения приговора.

Отдельного абзаца заслуживает и то, на чём в ту пору писали приговоры, расписки и протоколы: на обрывках газет, старых обоях, мишенях и даже этикетках от тушёнки. Но буква закона от этого не становилась менее значимой. В военное время приговор был окончательный и кассационному обжалованию не подлежал. Как вы считаете, оправдана ли была эта суровость?

НазадВперёд
11 отзывов
После нажатия на кнопку «Добавить», на E-mail или по SMS будет выслан код подтверждения. Или авторизуйтесь обычным образом или через соцсети (кликнув на иконку соцсети над формой)(кликнув на иконку соцсети слева).
Для публикации комментария требуется авторизация на портале или подтверждение указанного e-mail. Введите код, отправленный вам на e-mail

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

НазадДобавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А многие у нас хотят вернуть совок, время с железным занавесом и отсутствием прав, конкуренции и всего остального. Хватит смотреть назад

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А ведь он возвращается.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Не совок, а Страна Советов. Пока не научимся уважать историю так и будем ползти на Запад получая плевки в морду.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Ну извините, под запад легли после майдана в октябре 1993г. и национального предательства, а не из-за неуважения к истории.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Вы не путайте времена,в Брежневские времена прогульщикам хорошо было,не понравилось и на другую работу.Удивляюсь таким как вы,вот напишут что Пётр сам головы стрельцам рубил и что,оценивать по этой ситуации весь период царизма в России.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Закон суров, но это закон!

Потому и бомбу атомную создали и в космос первыми полетели. Хотя страна жила крайне тяжело. При этом враги, которые сегодня у власти, всё время мешали. 

Сегодня мы им ненужны. Тут уж не до работы или тунеядства, просто лишние.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Ага. Чудовищный по жестокости приговор: пять лет расстрела.

А на передовой трибуналы нередко выносили такой чудовищный приговор: "За  неисполнение приказа приговаривается к высшей мере наказания - расстрелу, с заменой расстрела 10 годами тюремного заключения; заключение отбывать на фронте". 

А самое ужасное - что через пару-другую месяцев судимость снимали. Совсем ( если воевал хорошо, разумеется ). Шумилин, автор "Ваньки ротного", на себе испытал.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

При Николае Втором законы, касающиеся трудовой дисциплины в военное время, были на порядок мягче советских. Чем это кончилось - напомнить?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Про Владилена понравилось. Вся промышленность и народное хозяйство работает на фронт. Батя на фронте воюет, а Владилену на работу встать тяжело, Владилен справки поддельные мастырит, чтоб от работы сбежать. Не удивлюсь если, Владилен и по сей день жив и в "единой России" состоит. 

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Кривосудие возвращается на круги своя.

Мы все очевидцы.

Свободу Навальному!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

С одной стороны-это звучит сейчас дико.А с другой- то были другие времена , суровые законы и человек почти был без правным.