НОВОСТИ
11 ДЕКАБРЯ
10 декабря
09 декабря
08 декабря

Почему бы в Кадале не пастись корове — в обзоре событий недели

Неделя началась с сообщения о тихом увольнении генерального директора аэропорта Читы Баира Цыденова и директора по производству Михаила Мурсалимова — причины не сообщаются. Но такие почти бесшумные и никем не комментируемые уходы руководителей высшего звена обычно происходят, чтобы избежать громких и неудобных отставок.

Но это всего лишь допущение. В настоящее время должность генерального директора временно замещает командированный в Читу коммерческий директор новосибирского аэропорта Толмачёво Павел Сизякин.

В среду, 25 октября, Читу легонько толкнуло. Заметили землетрясение в основном жильцы и сотрудники офисов на верхних этажах высотных зданий. МЧС подтвердило, что никаких последствий подземные толчки не имели. Следователи возбудили уголовное дело по факту ненадлежащей медицинской помощи умершему пациенту в Городской клинической больнице №1 Читы. На протяжении нескольких дней в марте 2017 года пациент лечился в одном из отделений больницы с диагнозом по заболеванию лёгких и был преждевременно выписан. После выписки заболевание резко обострилось, его снова положили, но уже не спасли.

Оздоровлением чиновничьего аппарата продолжает заниматься губернатор края Наталья Жданова. В эфире телеканала «Альтес» 26 октября она заявила, что продолжит оптимизировать численность чиновников, в том числе за счёт отмены премий. В этой логике примечательно и то, что глава минфина Забайкальского края Марина Кириллова 24 октября на правительственном совещании представила губернатору региона Наталье Ждановой концепцию бюджетной политики на 2018—2020 годы, согласно которой будет введён мораторий на рост числа госслужащих и бюджетников.

О других значимых и значительных событиях в Чите и крае пишет редакция.

Андрей Козлов: Сокращение очередями

В кадастровой палате Читы в пятницу выдали уведомления о сокращении 109 из 211 штатных сотрудников. Вроде бы часть полномочий передадут в Иркутск. В начале октября закрылись офисы кадастровой палаты в районах. Вроде бы документы на государственную регистрацию прав теперь будут принимать в многофункциональных центрах. Вместе с тем у руководителя МФЦ «беспокойство вызывают финансовые, кадровые и технические ресурсы организации, которая теперь должна принять основную часть заявителей по приёму документов на государственную регистрацию прав и кадастровому учёту»: «Деятельность МФЦ слабо финансируется, часть вакансий не имеют обеспечения из фонда оплаты труда. По государственным услугам Росреестра работает 28 окон, но имеется большая текучка кадрового состава из-за низкой заработной платы».

В интернете мрачно шутят: «В середине 2000-х вполне серьёзно озвучивались планы по контролю границы беспилотниками, электронными системами сигнализации и прочим хай-теком. Мол, столько много людей здесь и не надо. Машины всё сделают». Вспоминают: «До этого Росимущество разогнали. А они делали гораздо больше, чем кажется». Делятся впечатлениями: «Вы загляните, в МФЦ уже дикие очереди. Оптимизаторы-с».

Конечно, у федерального центра были экономические основания для сокращения этих 109 человек. Почти наверняка всё продумано — оптимизация бюджетных расходов, все дела. Вместе с тем всё это — Росимущество, Росреестр, Сибирский военный округ, Ясная, Безречная, Даурия, Мирная, вечное сражение против повышенного коэффициента к зарплате забайкальских бюджетников — действительно похоже на зачистку территории от собственных граждан. Экономика экономикой, а такими темпами лет через 50 здесь будут жить одни вахтовики в симпатичных бело-голубых двухэтажках и действительно придётся завозить для охраны границы неприхотливых роботов.

Вот-вот начнутся избирательные кампании 2018 года. Наверняка на улицах появятся плакаты о том, какой у нас стратегически важный регион, исторически оберегаемый «Единой Россией» и её лидерами. Они будут стратегически и исторически смотреть с этих плакатов в сторону российско-китайской границы. Взгляды эти будут выражать обеспокоенность судьбами приграничных регионов, которые восточные рубежи Родины. Всякий раз, когда начинается это бело-голубое лицемерие, мне кажется, что чиновники в Москве просто не могут себе представить, что это такое вообще — Забайкальский край. Это, знаете, как прогноз погоды на Первом канале — сначала погода во Владивостоке, потом в Хабаровске, а потом — прыг — в Иркутске. Мелочь, но очень показательная. Владивосток — это море, порты, Япония, мосты на остров Русский. Хабаровск — это Дальневосточный федеральный округ, там Трутнев сидит. Иркутск — это Байкал, что-то такое.
— А Чита… Чита… Чита… Чита… — Не помню!
— Володя, ты помнишь Читу?
— Помню, конечно, там у нас губернатором женщина ещё работает, как её…
— Вот и я не помню!

Анна Хвостова: Первый снег в Чите

Фото: Анна Хвостова

Мария Шестакова: Ветряные мельницы

Депутат Госдумы от Забайкальского края Николай Говорин 23 октября на своей странице в Facebook сообщил, что Роспотребнадзор возобновил запрет на продажу «Боярышника» и другой спиртосодержащей непищевой продукции с содержанием этилового спирта более 28%.

Первоначально розничная продажа спиртосодержащей непищевой продукции была приостановлена из-за нескольких десятков смертей в декабре 2016 года в Иркутской области. Тогда из-за массового отравления «Боярышником» 77 человек погибли и 123 пострадали. В России временно запретили торговлю всеми спиртосодержащими жидкостями, кроме парфюмерии и стеклоомывателей. По всей стране началось изъятие лосьонов и настоек. Запрет на продажу «Боярышника» и другой схожей продукции продлевали несколько раз, последний раз – 20 октября 2017 года.

Но хотя в этой войне роль главного злодея досталась «Боярышнику», и дураку понятно, что дело не в нём. Можно подумать, до массовых отравлений никто не догадывался, что часть населения пьёт то, что для приёма внутрь не предназначено вовсе. Знали об этом и те, кто продаёт, и те, кто контролирует. И речь не только об аптечных настойках, но и парфюмерии, и чистящих средствах, которые под запрет в этот раз не попали.

Но, разумеется, запрети даже продажу таких средств полностью, это проблему не решит, потому что основная беда России в том, что бороться с нелегальной продажей алкоголя у нас не могут и не хотят. В той же Чите по приблизительным подсчётам около 120 нелегальных алкоточек, прибыль которых составляет около 60 миллионов рублей в месяц. О многих из них известно и населению, и контролирующим органам, но они работают годами. Есть и условно легальные точки, однако продажей выпивки в них занимаются и после 20.00, и это тоже не пресекается.

И пока антиалкогольная политика в стране и регионе столь незрелая и явно нежизнеспособная, жертв будет много.

Алексей Малашенко: Гениатулин из прошлого

Бывший губернатор Забайкальского края Равиль Гениатулин впервые за долгую историю борьбы гендиректора ПГС Веры Шавровой с правительством края дал интервью, где рассказал, как при нём край столкнулся с массовой проблемой обманутых дольщиков и как Равиль Фаритович лично договаривался с добросовестными застройщиками о завершении брошеных объектов.

В беседе с журналистом радио «Вести-FM» Гениатулин вспоминал, что соглашения с надёжными строителями приходилось решать быстро, обещая разного рода поддержку в пределах своих полномочий. Губернатору верили даже на словах. Верил в свои обещания и сам Равиль Фаритович, большую их часть даже выполнил.

Но в случае с Верой Шавровой система дала сбой. После отставки Гениатулина никто не торопился расплатиться с ПГС за достройку дома с обманутыми дольщиками на Белика, 13, в Чите. В основном из-за того, что на бумаге этих обязательств нет. Не торопятся и сейчас, тыча пальцем в нормативно-правовые акты и заявляя, что «реализация всех мер поддержки направлена только на инвесторов, физических лиц. Эти меры не направлены на решение проблем застройщиков». Хотя, когда Шаврова не сможет сдать свой дом в 1-м микрорайоне из-за нехватки средств, это станет проблемой и для 90 дольщиков, и для регионального правительства.

«Правительство обязано выполнять свои обещания, – говорит Гениатулин. – Сила государственной, да и не только государственной, но и муниципальной власти заключается в сохранении преемственности в обязательствах. Но к сожалению, предыдущие руководители не выполнили этих обещаний, хотя возможность в 2013-м, 2014-м ещё была. Сейчас намного сложнее. У меня всегда был и остаётся принцип — нет безвыходных ситуаций, надо просто крепко думать головой».

Бывший губернатор заявляет, что проблему можно разрешить и сейчас, нужно только запереться всем вместе в кабинете и не выходить, пока выход не будет найден. И когда он это говорит, остаётся стойкое чувство, будто Равиль Фаритович вещает из другой эпохи, где обещания, быть может, что-то стоили, но теперь совершенно ничего не значат. Перед глазами встаёт картина, как современные школьники вскрывают капсулу с посланием от советских пионеров, а там напутствие: «Будьте, как мы. Трудитесь и стройте светлое социалистическое будущее». Школьники ухмыляются, школьники видят в этом только иронию, школьники сдают капсулу в музей.

Сергей Бумагин: Врачи учатся спасать пострадавших в ДТП

Фото: Сергей Бумагин

Роман Шадрин: Спасите

Дом Шиллинга почти сгорел. 15 пожарных и 5 автоцистерн потушили пожар, о силе которого говорят даже объёмы задейстованных сил. И эта новость, я уверен, заставила сжаться сердца многих читинцев. Почему? Потому что дом Шиллинга — настоящее сокровище в ряду читинских памятников архитектуры. И это не субъективное мнение, а факт, подтверждённый внесением в 1995 году дома в список памятников архитектуры федерального значения. Другими словами, дом уникален даже не по местным, а по федеральным меркам.

Фото: Ксения Зимина

Первый пожар здесь случился в 90-х, когда дом ещё жил, отапливался и приносил пользу, в то время его занимал кооператив по пошиву обуви «Славяне». После пожара дом пришёл в упадок и почти опустел. Почти, потому что очень быстро его оккупировали бомжи и маргиналы. С тех пор кто только и чего только не мечтал сделать с этим выдающимся зданием. Ганиатулин с Михалёвым в начале 2000-х обещали на его базе создать музей Читы, которого, к слову, Чите очень сильно не хватает. Но не случилось.

Дом находится в федеральной собственности и сдаётся в аренду — последним арендатором дома была компания «ЧСК Спецмонтажстрой», обязавшаяся восстановить здание и использовать его в течение 25 лет. Не восстановила, не использовала.

Последняя новость о доме Шиллинга на сайте краевого министерства культуры датируется 23 октября: Член Совета Федерации от Забайкальского края Баир Жамсуев провел рабочую встречу с заместителем министра культуры России Олегом Рыжковым. На встрече говорили о перспективах включения в госпрограмму «Развитие культуры и туризма на 2013—2020 годы» дома Шиллинга в Чите. В стотысячный раз кто-то что-то говорил, а дом продолжал стынуть и ветшать. Пока не вспыхнул 28 октября.

Вот ещё один пример его несчастливой судьбы — замечательный документ с того же сайта минкульта — список предложений, которые могли бы повлиять на судьбу памятника. Не поленитесь, пройдите по ссылке, чтобы своими глазами увидеть эту фразу: предложения отсутствуют.

Сейчас ещё нет экспертной оценки ущерба, причинённого памятнику. Но если это возможно, пожалуйста, спасите дом Шиллинга. Он ещё может и должен сослужить хорошую службу этому городу.

Анна Хвостова: Четвёртый по счёту фестиваль науки в Чите

Фото: Анна Хвостова

Екатерина Шайтанова: Эка невидаль

Барабанщик рок-группы Louna Леонид Кинзбурский, прилетев с концертом в Читу, сфотографировался с пасущейся в аэропорту коровой. Фото он запостил в Instagram с комментарием «Mother Russia!»

Mother Russia!

Публикация от Leonid Kinzbursky (@kinzbursky)

Видевшая пост Чита бросилась в соцсети посыпать голову пеплом: какой позор, у нас в аэропорту коровы.

Гран-при Формулы-1 в пригороде Остина на минувших выходных показывали все спортивные каналы. Оператор какого-то из них поймал в кадр такую же мирно пасущуюся у плетня бурёнку — только американскую. Настолько такую же, что при желании она могла бы передать привет нашей из аэропорта. В смысле, я не вижу никакой проблемы в коровах. Это не метро, не филармония, не ледовый дворец, не площадь Ленина даже. Почему бы в Кадале не пастись корове, что в этом страшного?

Честно говоря, гораздо больше коровы меня удивляют эмоции этого парня — что у него за жизнь, если обычная корова смогла произвести на него такое впечатление.

Непонятна и претензия читинцев на евро. То ли это та часть горожан, что стыдится города. То ли та, что не любит коров. То ли мы всё же ошибочно полагаем, что у нас мегаполис. Но прелесть моей Читы как раз в компактности, спокойствии и простоте. И для меня она такая и есть — со всеми своими реальными коровами и нереальными медведями. Белками, кстати — слишком наглыми на СибВО. Сопками, видными с любой точки. Лесом, куда можно выскочить на обеде. Владениями, которые можно объехать за час, катаясь по вечернему городу. Вы, если любите другое, поезжайте в Краснодар?

Юлия Скорнякова: Пошли, господи, профессионала

Самым элегантным, точным, профессиональным и, пожалуй, едва ли не единственным примером грамотного выхода из кризисной ситуации на моей памяти была история с массовым отравлением тортами читинской фабрики «Радуга», которые были на белковой основе и свели в инфекционную больницу почти десяток человек.

Сразу же после выяснения причины отравления руководство компании сделало официальное заявление, назначило проверку и сделало максимально открытыми данные контролирующих органов, хотя те были явно не в пользу компании. Выплатило компенсации в несколько десятков тысяч каждому пострадавшему. До результатов проверки заявило об отказе от опасного рецепта.

Руководство компании едва ли не ежедневно шло на контакт с журналистами, и получить от него исчерпывающие ответы на вопросы было намного проще, чем от руководителей города и края. Вина «Радуги» в отравлении подтвердилась. Скандальной волной компанию должно было если не захлестнуть, то утащить далеко назад от конкурентов. Но вскоре после публичного урегулирования отношений с пострадавшими в производство новую серию вкуснейшей выпечки и расширили ассортимент. Не знаю, в каких суммах это выражалось, но вместо того, чтобы погибнуть, «Радуга» ещё прочнее закрепилась на рынке и получила новых клиентов.

Вернувшись из Москвы на прошлой неделе, министр здравоохранения Забайкальского края Сергей Давыдов через свою пресс-службу заявил, что глава федерального Минздрава Вероника Скворцова поддержала его идею объединения в межрайонные центры нескольких центральных районных больниц – проект безумно спорный, конфликтный, за которым уже тянется шлейф историй едва ли не министерского наказания главврачей непокорных коллективов. Заявление о федеральном одобрении вызвало если не шок (месяцем ранее депутат Госдумы Николай Говорин заявил о приостановке реализации проекта из-за необходимости его проработки и обсуждений с медицинской общественностью), то удивление.

Но ещё большим удивлением через несколько часов стало заявление Минздрава России о том, что никакого обсуждения проекта по объединению больниц в Забайкалье не было и тем более его никто не одобрял.

Несколько дней мы запрашивали комментарий пресс-службы минздрава Забайкальского края и пытались понять, что произошло. Слышали обещания официального пресс-релиза, слова об окончании рабочего дня и отсутствии одобрения министра на такой комментарий. Наконец, 27 октября сам Сергей Давыдов сообщил, что говорить на эту тему не будет.

Не знаю, у меня ли одной такое впечатление, но смотришь творящееся в этом министерстве и в некоторых других структурах края, и хочется, чтобы хотя бы в каком-нибудь из них нашёлся человек, умеющий грамотно работать с информацией. Который научит, что тактика молчания бывает хороша в исключительных случаях. Во всех остальных нужно пахать на то, чтобы люди тебя – плохого или хорошего — понимали, а не превращаться в поводы для шуток или того хуже — в людей, не умеющих отвечать за слова, поступки и не умеющих признавать свои ошибки, если они были.

Добавить отзыв
Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить