НОВОСТИ
23 СЕНТЯБРЯ
21 сентября
20 сентября

Роды, как страшный сон - обзор газет Забайкалья

Полную боли и страданий историю рождения маленькой Киры публикует «Экстра». Трёхмесячная девочка ещё ни разу не была дома. Она должна гулить, хватать ручками погремушки и учиться переворачиваться, но вынуждена вместе с мамой лежать в больнице. Этого можно было избежать, если бы врачи сделали маме Киры кесарево сечение, но они решили, что вакуум и щиппцы для родов подходят больше.

«Убить» счастье. Часть 1

В средние века смертность во время родов что женщин, что детей была крайне высокой. Постепенно с развитием медицины, эти тёмные и страшные времена канули в Лету. Или же всё-таки нет? Очередная новость с неизвестным финалом, обрастая слухами, прокатилась по Краснокаменску и ударилась в стены роддома «Краснокаменской краевой больницы № 4». В которой, по словам Марины Ханиной, врачи своими действиями чуть не убили её ребёнка.

Долгая январская ночь

Для краснокаменки Марины Хаминой беременность не была неожиданной и тем более нежеланной. Женщина давно хотела завести ребёнка. В больницу Марина попала как раз перед декабрьскими праздниками. В ночь на восьмое января у неё начались схватки, о чём она сразу уже сообщила акушерке. По словам Марины, та ей не поверила, но женщина продолжала настаивать на своём. Спустя несколько часов (около пяти ночи — авт.) её «спустили» в родовое отделение и, вскрыв пузырь, оставили там до восьми часов утра, передав роженицу уже следующей смене.

— Схватки были слабые, и врач приняла решение поставить систему (капельницу) стимулировать, усиливать схватки. Она стояла с десяти до шестнадцати часов. Затем в четыре часа вечера меня посадили на родильный стол, но я была уже «никакая», сил не оставалось совершенно, после всей этой боли схватки вообще практически прекратились. Одна из врачей предлагала делать кесарево сечение, так как она видела, что сама я родить не смогу. Но акушер, которой меня передали, была уверена, настаивала: «Как не сможет, плод маленький, все получится», — вспоминает Марина.

Для того, чтобы помочь роженице, врачи решили применять вакуум. Его применение не принесло никаких положительных результатов, тогда решили применить другой такой же прибор, но он оказался неисправен. Третьего на складе вообще не нашлось. И вроде бы всё, пора остановиться и кесарить, но врачи почему-то не спешили прибегать к этому способу. Как вспоминает Марина, во время всей этой процедуры царила настоящая паника, было такое ощущение, что большинство из присутствующих врачей не знают, что делать. Один даже, пытаясь прекратить это безобразие, сказал страшные для Марины слова: «Хватит, хватит ей уже, ты своим «вакуумом» разнесла всю голову ребенку, надо делать кесарево сечение». Но вместо этого акушер решила воспользоваться щипцами и вытянуть плод. Во время этих манипуляций голову ребёнка повредили окончательно.

— И здесь меня решили экстренно «кесарить». Меня перенесли на кушетку, группа очень волновалась и, когда катили по коридору в операционную, элементарно, не могли открыть дверь. С горем пополам открыли эту дверь — нет анестезиолога на месте. Ждали, пока он «нарисуется» из дома. Дождались, пришёл вальяжный анестезиолог: «Здрасьте, что у вас здесь? А где у вас перчатки? А какую анестезию будем делать?» Я, как предмет, лежу всё это и слушаю. На него уже начали орать сами врачи, чтобы он шевельнулся. Прокесарили. Причем это сделала сама заведующая отделением Ольга Луговская, отстранив нерадивого акушера от родовспоможения, — рассказывает Марина.

Итог всех этих манипуляций был ужасным — Кира, как назвала Марина свою дочь, до сих пор находится в коме. Треть бумаги формата А4 занимают только диагнозы. По словам женщины, вместо головы у ребёнка было настоящее месиво — когда доставали щипцами, кость зашла за кость, девочка долгое время находилась без кислорода, случилась атрофия мозга. Врачи не дают каких-либо точных прогнозов по состоянию ребёнка — просто говорят, что девочка «стабильно тяжёлая».

Вопросов в поведении врачей много. И дело даже не в том, что они использовали инструменты, которые и у здорового человека вызывают дрожь (к слову вакуумы и щипцы регламентированы федеральными клиническими протоколами), а в том, почему родовспоможение продолжалось на протяжении такого количества времени и почему врачи отрицали даже саму идею кесарева? Забегая вперёд скажу, что краевое министерство здравоохранения в ответе на вопрос обо всей этой ситуации ссылалось на то, что у Марины, дескать, изначально предполагались сложные роды. Более того, ей предлагали лечь в больницу и родить раньше срока. Пусть так. Но если врачи знали, что у пациентки могут быть осложнения, то почему сразу же не прокесарили, чтобы избежать осложнений? Пока эти вопросы остаются без ответа.

Наказать нельзя помиловать

Врачи, естественно, никакой вины за собой не признают, попытки побеседовать с ними натыкаются на безликое: «Это были просто тяжелые роды». Регулярно проходили телеконсультации со специалистами из Читы, наши врачи уверяли их, что новорожденная Кира готова к транспортировке санавиацией. В ходе работы над этой историей мне позвонил доктор (он просил не называть его имени) утверждал, что состояние ребёнка пусть и критическое, но стабильное, и он приложит все силы, чтобы помочь Кире. Мы проговорили долго и в его словах были пусть и невысказанные извинения Марине, от имени всех честных и добросовестных врачей Краснокаменска.

Марина и её родственники не намерены опускать руки, и написали письмо министру здравоохранения Забайкальского края Сергею Давыдову с требованием, чтобы он приехал и лично разобрался на месте, а также заявления в краевую прокуратуру и Следственный комитет России. В итоге от министерства здравоохранения приехала большая комиссия, но Марину с ребёнком посетил только главный неонатолог края, осмотрела Киру, что-то невнятно произнесла и также ушла. С результатами работы комиссии Марину никто не ознакомил.

Буду бороться

До последнего момента считал, что женщины, особенно когда это касается родов и детей — едины и сострадательны. Ничего подобного, в этом я убедился на примере Марины Хаминой. Сначала её по-доброму уговаривали врачи и медперсонал: «Иди домой, потеряешь семью, ты ещё молодая другого родишь». На что Марина отвечала: «А я может, не хочу другого, я в свои двадцать шесть лет мечтала родить одного единственного и любить его всю жизнь». Мало кто верил, что ее дочь Кира когда-нибудь откроет глаза и придёт в сознание. Но девочка не совсем «овощ», реагирует на прикосновение, когда мама берёт её на руки. Затем, со слов Марины, было хамское отношение со стороны медперсонала: «Вали домой, с ней по-человечески, а она журналюг притащила, грязью наш роддом поливает…»

Не боролась бы Марина, опустила бы руки, и… все прошло бы как обычно, тихо и гладко. Упорство Марины проявилось, когда она видела, что её Кира из лекарств получает только глицин, попросила документы, чтобы разослать их по государственным и частным клиникам Новосибирска. Здесь поднялась непонятная суета, глицин отменили вообще, ребёнок не получал никакого лечения. А Марину с Кирой решили перевести в ДМБ. В роддоме мама с ребёнком лежали в отдельном боксе, А ДМБ — отделение для больных детей разного возраста, которое находится в «общей» семиэтажной больнице. Кира совсем недавно переболела полиомиелитом, и Марина понимала, что в условиях, когда рядом много людей, когда под ДМБ находится хирургическое отделение, ниже — «гнойная» травматология, любой вирус может убить ребёнка. Но руководство больницы настаивало, ссылаясь на то, что ребёнку уже три месяца и нечего ему делать в роддоме. Марина воспротивилась, попросила меня, как журналиста, о помощи.

Сначала позвонили в краснокаменский отдел Следственного комитета. На нашу просьбу о помощи руководитель Cepгeй Белов ответил Марине: «Мы занимаемся реальными делами, всякой ерундой нам заниматься некогда, и вообще ваше дело передали в Читу». Несмотря на выходной день, мы начали обзванивать телефоны краевого СК в том числе оставили сообщение на автоответчике «Ребёнок в беде». После этого сообщения нам перезвонила девушка, которой коротко пересказали суть дела. Она посоветовала нам обратиться к Уполномоченному по делам ребенка в Забайкальском крае. После нескольких попыток нам ответил его заместитель Юрий Денисов. Выслушав мою полуистеричную речь, он записал мои данные и обещал помочь. О чудо! В понедельник Марину оставили в покое и сказали, не хочет в ДМБ — не надо. Марине пришлось ещё раз обратиться к нему за помощью, когда дело касалось документов — личного дела Киры.

За два месяца до этих co6ытий Марина через социальные сети обратилась к краснокаменцам за финансовой помощью на расходы по лечению Киры. Народ живо отозвался, пересылая кто сто, кто двести рублей на банковскую карту Марины Хаминой. Но клиники требовали документы, чтобы узнать диагноз и современное coстояние младенца. Когда Марина обратилась к лечащему врачу с просьбой дать ей копию документов, руководство больницы начало «тянуть резину». Сначала неделю проверяли флэш-карту на вирусы, затем сказали, что флэшку не надо, пиши заявление, мы откопируем тебе документы на бумагу. Ещё неделя, документов нет, так как заявление написано неправильно. И так Марина трижды переписывает заявление, а документы не хотели отдавать. Но после звонка Денисову, документы отдали и даже, со слов лечащего врача, разослали в клиники Иркутска и Москвы (почему этого нельзя было сделать раньше). Очнулась и Чита — заявили, что после майских праздников Киру с мамой переведут в клинику столицы края. К слову, краевые медики сдержали своё слово, правда, ничего хорошего из этого не получилось. А меня, как участника событий пригласили на беседу с руководителем СУ СК России по Забайкальскому краю Юрием Русановым. Но об этом и о том, как в действительности проявили себя правоохранители, я расскажу в следующем материале.

Юрий Житлухин. «Экстра» №24 от 13 июня.

«Мы боимся туда переезжать. Это же аварийный дом. Здание разделено на две части 10-сантиметровой трещиной в среднем подъезде, которая с движением почвы расходится ещё больше. Новая квартира может стать братской могилой», — рассказали «Вечорки» жители посёлка Карымское. Сейчас люди живут в аварийных бараках. Должны были переехать в дом в третьем микрорайоне КСК, но после непонятных им рокировок адрес изменили на другой дом. Тоже на КСК, но в девятом микрорайоне. Состояние этого дома оставляет желать лучшего.

Многоквартирный «титаник» для переселенцев

Парадокс: шесть семей из посёлка Карымское стали бездомными благодаря программе переселения из ветхого и аварийного жилья. Их старые дома уже уничтожены, а ключи от новых квартир им ещё не выдали. Более того, чиновники пытаются провести инверсию ранее подписанного договора и заселить их в аварийную новостройку.

Государственная программа переселения из аварийного и ветхого жилья подходит к концу. Во втором квартале 2018 года Забайкальское Правительство отчиталось о её реализации перед федеральным центром на чуть более 80%. Примерные сроки завершения — сентябрь текущего года. За период с 2013 года до сегодняшнего дня многие счастливые забайкальцы отпраздновали новоселья, поменяли старые лачужки на комфортные благоустройки. Но есть и те, кто, наоборот, стали жертвами госпомощи — остались без крыши над головой, стали бомжами. Прописка есть, а дома нет.

Инверсия адреса

В 2011 году семья Натальи и Вячеслава Мащенко попала в программу переселения из аварийного жилищного фонда. В апреле 2017 года супруги подписались под новым соглашением в рамках региональной адресной программы Забайкальского края по переселению граждан на 2013—2017 годы. Согласно новому документу, они в скором времени должны были переехать в Читу, в посёлок Текстильщиков, 3 мкр., дом № 18. И супруги с нетерпением стали ожидать переезда в краевой центр. Казалось, всё складывается удачно, родители переедут жить поближе к детям и внукам в город. Но не тут-то было. При очередном обращении, чтобы осведомиться о сроках переезда, Наталья узнала, что им поменяли адрес их будущей квартиры. После непонятной рокировки теперь им выделили квартиру не в 3 мкр., как ранее было прописано у них в соглашении, а в 9 мкр. Теперь их пытаются заселить в девятиэтажную новостройку, которая ещё не прошла приёмку в государственной инспекции Забайкальского края из-за многочисленных нарушений и считается аварийной.

Аварийная девятиэтажка

Согласно акту проверки государственной экспертизы, многоквартирный дом № 3, расположенный на КСК в 9 мкр., построенный ООО «Стройконструкция», имеет недоработки. Члены экспертной комиссии госинспекции Забкрая при рассмотрении представленных документов и визуальном осмотре выявили, что на сухотрубах не установлены полугайки для присоединения пожарных рукавов и не выполнены приямки техподполья в полном объёме с устройством лестниц-стремянок для спуска. Также отсутствуют пандусы для колясок. В некоторых панелях здания наблюдаются трещины. Бетонная отмостка по периметру здания имеет трещины и провалы и не обеспечивает отвод атмосферных осадков от фундаментов здания. Наблюдается проседание грунтов с началом оттайки в весенний период. В процессе производства работ по устройству котлована, в нарушение требований проекта, было допущено промораживание и замачивание грунтов основания. Это привело к неравномерным осадкам здания. В случае дальнейшего процесса замачивания прочностные и деформационные характеристики основы будут ухудшаться. Более того, усиление грунта центральной части здания не производилось. Также произошли неравномерные деформации основания здания, повлекшие к расхождению стыковых плит и панелей второй секции по лестничной клетке на всю высоту здания на 10 см! При этом разрушились связи здания, приведшие к разрыву металлических соединений и отрыву закладных деталей в местах расхождения стыков. Вследствие чего изменилось положение конструкции в пространстве. С учетом всех перечисленных «минусов» в техническом регламенте о безопасности зданий и сооружений специалисты вынесли вердикт стройку «считать неоконченной».

Абонент недоступен

«Мы боимся туда переезжать. Это же аварийный дом. Здание разделено на две части 10-сантиметровой трещиной в среднем подъезде, которая с движением почвы расходится еще больше. Новая квартира может стать братской могилой», — сообщили две бездомные, но пока еще карымчанки Наталья Мащенко и Ольга Брюхина.

Тогда за помощью и защитой женщины обратились в региональное Министерство территориального развития. Рассказали министру В.И. Паздникову о ситуации, в которой они оказались, и показали заключения госэкспертизы о неготовности новостройки. Но из кабинета чиновника две соседки вышли не солоно хлебавши. По их словам, министр подтрунил над ними и сказал, что «они всё это выдумывают, с домом всё в порядке».

Кроме того, на приёме у его заместителя по строительству люди не смогли получить ответы на вопросы о сроках введения дома № 3 в 9 мкр. в эксплуатацию, его заселении. Как и не услышали о причине, по которой без их ведома поменяли им объекты заселения.

«При ответах на наши вопросы замминистра А.З. Иткин и Н.А. Рогова постоянно ссылались на наличие нашего согласия на переселение в Читу и отсутствие иных вариантов, кроме достраивающегося дома в 9 мкр. Мы считаем, что нас намеренно ввели в заблуждение, искази^ реальное положение дел, минимизировав информацию относительно порядка и условий переселения, воспользовавшись нашей юридической безграмотностью», — наперебой от негодования рассказали женщины. Столкнувшись со стеной высокомерия, равнодушия и даже насмешки, женщины не стали опускать руки, а решили идти на прием к губернатору. Но их тут ждало очередное разочарование во власти — «абонент» оказался недоступен для простого народа.

Насмешка министра

Сегодня шесть семей из посёлка Карымское объединены общей бедой. Теперь они стараются друг друга поддерживать и помогать во всем.

«В феврале 2018 года в Карымском началось массовое расселение. 60 семей переехали в пятиэтажный 60-квартирный дом. 19 семей переехали в Читу в 3 мкр., дом № 18 по улице Космонавтов. А мы остались по одной семье в аварийных бараках. И для нас начался настоящий кошмар. Мародёры с нежилой стороны барака начали разбирать крыши, рушить печи, выкатывать бревна. В любой момент могут рухнуть стены и потолки помещений. Некоторые квартиры стали представлять угрозу для жизни своих хозяев, и им пришлось спасаться бегством», — со слезами на глазах поделились своими переживаниями жители старых бараков.

На сегодняшний день чудом уцелела только одна деревянная двухэтажка по адресу: ул. Верхняя, 47. В нем продолжают жить семьи Ярославцевых и Мащенко. К ним поближе перекочевали Лентроп и Брюхина. Еще две живут на съемных квартирах. На обращение жителей о помощи в краевое Минтерразвития им было предложено переехать в гостиничные номера ДОСААФ, где размер комнат составляет 2 на 3 метра.

«Как может семья из трех человек со всеми вещами разместиться на такой маленькой площади? Сотрудники Минтерразвития считают, что мы нос воротим, отказываясь от предложенной ими помощи. Да они откровенно смеются над нами!?» — негодуют жертвы госпрограммы.

На их вопрос, когда они переедут в новые дома, ни представители власти, ни застройщик не могут назвать точные сроки. Следующая экспертиза объекта капитального строительства назначена на 28 сентября 2018 года. А пока люди набрались терпения и ждут. А чего ждут — неизвестно. Их дома разрушены, вещи в баулах, дров на будущий отопительный сезон нет, стены их временного убежища держатся на последних гвоздях, Забайкальское правительство обмануло их надежды на будущее и мечты о новой жизни в благоустроенной квартире. В поисках единственного выхода из ситуации бездомные карымчане обратились к Президенту, так как оказались бессильными перед забайкальской системой хапужничесгва и кумовства. По данному сигналу Следственный комитет по Забайкальскому краю назначил до-следственную проверку.

«Вечорка» следит за развитием событий.

Долгор Михайлова. «Вечорка» №24 от 13 июня.

В ближайшее время «Мед-Фуд» — компания, которая кормит почти все учреждения здравоохранения Забайкальского края и, наверное, горстку чиновников, организует питание и в школах региона. «Экстра» опросила на эту тему гласных и негласных оппозиционеров, а также приближённых к власти людей.

«Мед-Фуд» в школах: за и против

На Петербургском международном экономическом форуме губернатор Забайкальского края Наталья Жданова подписала соглашение о взаимодействии с ООО «Мед-Фуд». В рамках сотрудничества планируется организация питания школьников Забайкалья. Редакция портала Заб.ру спросила читинцев, как они относятся к инициативе властей и насколько такое решение, по их мнению, обоснованно?

Читинский общественный деятель, экс-глава Могочинского района, отец шестерых детей Дмитрий Плюхин:

— Я не могу ничего сказать про качество питания, но меня настораживает, почему такие крупные сделки подписываются соглашением, а не проходят через торги и аукционы. Достаточно крупный рынок отдаётся на то, чтобы деньги уходили из края. С экономической точки зрения заключать соглашение с компанией, которая будет выводить деньги из региона, неверно. Насколько я понимаю, «Мед-фуд» будет обслуживать бюджетные учреждения. Считаю, что те, кто хотели обслуживать эти же объекты, должны обратиться в УФАС по Забайкальскому краю. Зачем нужна эта монополизация? Я понимаю, что есть естественные монополии, но зачем плодить их ещё? У нас развитием бизнеса занимается целое министерство, которое должно обеспечить работой местных предпринимателей, а не тащить сюда «варягов». Конкуренция должна быть, не будет конкуренции — будет отвратительное качество! С точки зрения экономики, это бездарная выходка.

Председатель Общественной палаты Забайкальского края, отец двоих детей Владимир Лобанов:

— Я не являюсь специалистом в области здравоохранения, но, на мой взгляд, с точки зрения экономической безопасности нецелесообразно делать очередную гегемонию. Ведь «Мед-фуд» — это большая компания, и пока я альтернативных источников не вижу. А всегда должна быть альтернатива. В противном случае, монополист повысит цены. Относительно качества продукции, к сожалению или счастью, ничего сказать не могу.

Депутат Государственной Думы от Забайкальского края, зампредседателя комитета по охране здоровья, доктор медицинских наук, отец двоих детей Николай Говорин:

— Нужно понимать, что власти любого региона, заключая договор с какой-то конкретной компанией о сотрудничестве в области организации питания в социальных учреждениях, в том числе школах, больницах, санаториях, несут ответственность как за экономическую составляющую договорённостей, так и за то, насколько качественно организация будет выполнять свои обязательства. Этот момент принципиален.

Одна из проблем неправильного питания школьников, которую нельзя недооценивать, -его несбалансированность, использование газированных напитков, повышенное содержание сахара, что повышает риск развития ряда заболеваний, в том числе появление избыточного веса и ожирения. Метаболические нарушения у детей — это путь к сахарному диабету и бесплодию, к раннему развитию сердечно-сосудистых заболеваний и преждевременной смертности. Особую тревогу у нас вызывает рост числа детей с признаками избыточного веса и ожирения: 26% мальчиков и 13.3% девочек. Замечу, что на федеральном уровне вопросам продуктовой безопасности, особенно питания детей, в настоящее время уделяется повышенное внимание. В частности, в рамках концепции профилактической медицины, будет реализован комплекс мер по усилению контроля за качеством питания школьников.

Что касается компании «Мед-Фуд», то в мой адрес на данный момент никаких жалоб, связанных с её деятельностью, не поступало. Однако если таковые будут, то они не останутся без внимания и мною будут приняты меры реагирования. При этом повторюсь — в основе принятия любых решений на местах, связанных с питанием детей, должен лежать главный принцип — «не навреди».

Завкафедрой акушерства и гинекологии лечебного факультета ЧГМА, кандидат медицинских наук врач акушер-гинеколог высшей квалификационной категории, мама двоих детей Марина Мочалова:

— Я считаю, что это решение недопустимо. Пусть сначала заключат контракт на такое питание для правительства края или городской администрации. Качество продукции очень низкое, его даже лечебным питанием не назовешь, потому что пациенты постоянно жалуются. Компанией используются многоразовые контейнеры, которые не всегда обрабатываются должным образом. Я не знаю, для кого это питание можно рекомендовать, но своему ребёнку я такое есть не дам, как и другие здравомыслящие родители. Самое главное и ребёнка невозможно заставить это кушать. При этом «питание от «Мед-фуда»» навязывается медицинским учреждениям по завышенным ценам. Я считаю, что рекомендовать можно только то, что попробовал сам. Такое питание могут рекомендовать только те, у кого нет детей и внуков.

Учитель истории и обществознания читинской средней школы № 13 Илья Жарков-Заинчковский:

— Здесь «палка о двух концах». С одной стороны — проконтролировать цеха питания в каждой отдельной школе очень сложно, и, имея одну организацию, занимающуюся питанием, контроль осуществлять проще. Это плюс. С другой стороны — дети лишаются привычного разнообразия. Это минус. Исходя из этой позиции, я считаю, что питание в школах от «Мед-фуд» — это хорошо. Но, зная о том, какое качество питания в медицинских учреждениях, могу сказать, что это будет невкусно. Самой компании нужно продумать другой вариант меню для школьников. Кормить детей тем же, чем кормят пациентов в больницах, нельзя.

Мама читинской школьницы Татьяна Никифорова:

— Три года назад я лежала в краевой клинической больнице. Ели, естественно, «Мед-фуд» -еду в лоточках. Это, конечно, не домашняя еда, но вполне пригодная в пищу. Чего-то из ряда вон выходящего я не помню, разве суп с капустой на первое и капуста тушеная на второе — это перебор. Кроме того, родные приносили фрукты, сладости, сок. Но если «Мед-фуд: с таким же набором «зайдёт: в школы, мне кажется, многие ученики откажутся от питания в образовательном учреждении. У меня есть дочь, племянники, поэтому я знаю, что у детей разные вкусовые предпочтения. Я думаю, он на эти блюда («Мед-фуда») посмотрят, поморщатся и скажут: «Я не буду это есть».

Анна Казак. «Экстра» №24 от 13 июня.

Можно наколотить 27 тысяч подписчиков в «Инстаграм», и о тебе напишет «Земля». Анастасия Краснова стилист по профессии, а в душе, видимо, блогер. После рождения дочери Василисы она включилась в «инстаграмскую жизнь».

Быть успешной – это просто

Отучиться во Владивостоке на стилиста, родить дочь, завоевать признание людей с помощью социальной сети «Инстаграм», открыть в Чите свой магазин — все эти этапы относятся к жизни Анастасии Красновой. Ей всего 23 года, девушка сейчас проживает в столице Забайкальского края, количество её подписчиков в «Инстаграме» составляет 27 300 человек. Мы поговорили с Анастасией о её жизни в социальных сетях и о реальной, с дочкой Василисой.

Инстаграмская жизнь

Анастасия Краснова зарегистрировалась в «Инстаграме» на первом курсе. «Сначала я вообще не поняла специфику этой социальной сети, считала, что ежедневная загрузка фотографий — глупая трата времени, а потом нашла в этом смысл и втянулась. Теперь меня не остановить», — рассказывает девушка. Вначале это был просто профиль, который не предполагал наличие большого количества подписчиков, а уже потом стал блогом (блог — это своего рода дневник, в котором люди каждый день пишут свои мысли).

«Так как я творческий человек и сидеть на месте не умею, декретный отпуск мне показался скучноват. Поэтому я приняла решение, что нужно срочно себя чем-нибудь занять. Так и появился мой блог», -объясняет Анастасия. Теперь девушка каждый день радует своих подписчиков новыми фотографиями из своей жизни. Стоит отметить, что главный герой всех публикаций Анастасии — её дочь Василиса, о которой мы поговорим позже.

По мнению Анастасии, чтобы стать успешной «инстаграмщицей», необходима уникальность, неординарность, отличие от всех других. Профиль девушки уникален по-своему, он отражает разные темы: дети, красота, отдых. Анастасия отвечает всем своим подписчикам, старается быть к ним ближе. Её подписчики — это её друзья. Если нужен совет — пишите Анастасии, нужно пообщаться — пишите Анастасии.

После того, как Анастасия стала вести свой «мама-блог», можно говорить о таком слове, как популярность. Популярный человек — это тот, кто востребован людьми. Анастасию можно отнести к такой категории. «Популярность хороша тем, что у тебя значительно увеличивается круг общения, узнают на улицах. Это приятно. Я не могу сказать, что популярность плоха, просто иногда люди выливают свой негатив в мой адрес, а это уже не очень приятно. Но я научилась игнорировать данное явление!» — говорит Анастасия.

Вполне логичным будет вопрос о том, как же совмещать ведение «Инстаграма» и воспитание ребёнка. «Мне очень часто задают этот вопрос, потому что считают, что я постоянно с телефоном, а за ребёнком совсем нет времени смотреть. Это, конечно же, не так. Да, действительно, я уделяю много времени «Инстаграму», но моя дочка никогда не остаётся без внимания, потому что главное — это она. У нас всегда есть время для игр, совместного отдыха и так далее. «Инстаграмом» я занимаюсь, когда Василиса занята своими делами или спит. Мама-блогер с телефоном — это нормальное явление, это как тренд в наше время. Не стоит думать, что они забывают о воспитании своих детей, мучают их постоянными фотографиями. Нет, это не так», — успокаивает возможных оппонентов Анастасия. А счастливая малышка — лучшее доказательство того, что маминого внимания ей, как цветку — солнечного тепла, хватает.

Василиса Прекрасная

«Имя я придумала очень быстро и влюбилась в него, других вариантов даже не было. Василиса — исконно русское имя. У меня оно ассоциируется со сказкой «Василиса Прекрасная». К тому же в прошлом я исполнительница народных песен, поэтому очень трепетно отношусь к русской культуре», — рассказывает инста-мама.

Каждая будущая мама перед рождением ребёнка представляет себе, каким будет её малыш, каким будет она сама в роли мамы. «Я всегда думала, что к материнству нужно быть особенно подготовленной: читать очень много литературы, знать психологические особенности детей, готовиться к родам. Как оказалось, всё приходит с опытом. С рождением ребёнка просыпается материнский инстинкт, который не перепутаешь ни с чем другим».

Любая мама хочет, чтобы у её ребёнка было всё самое лучшее, желает воспитать своего малыша правильно. Информации, казалось бы, предостаточно (многие черпают для себя полезное из таких вот, как у Анастасии, блогов). Однако, по мнению Анастасии, лучше матери о воспитании своего ребёнка не может знать ни одна книга, ни один даже самый крутой блогер. «Ты чувствуешь душой, какой нужно найти подход в воспитании конкретно своего ребёнка», — утверждает она.

Родилась Василиса, и жизнь нашей героини изменилась полностью и, конечно, в лучшую сторону. Анастасия делится: «Моя дочь живёт обычной детской жизнью. День начинается с подъёма и поцелуя мамы, потом мы завтракаем (обязательно кашей), смотрим мультики, играем в развивающие игры». День не обходится без фотосессии. Василиса уже знает, кто такая модель и что такое поза, моя дочь охотно фотографируется!»

Особое внимание нужно обратить на одежду маленькой Василисы. На каждой фотографии у малышки разный и красивый наряд, который тщательно выбирается Анастасией. «Детская мода — штука интересная. Сейчас на малышей чего только не придумают и не шьют. Конечно, я, как стилист по профессии, слежу за тем, чтобы я и мой ребёнок были в тренде. В основном люблю «кукольные» наряды, которые только подчёркивают милость моей крошки».

Василисе пока всего год и восемь месяцев, впереди у неё ещё много всего интересного, выбор профессии в том числе. Уже сейчас малышка танцует на камеру, а изучая мир, улыбается и смеётся. Возможно, Василиса станет моделью или танцовщицей. «Я творческий человек, и, конечно же, своего ребёнка я бы хотела видеть такой же. В обязательном порядке Василиса пойдёт в музыкальную школу; считаю, что для каждой девочки это очень важная ступень образования. Совсем скоро я отдам её на танцы и пение. А когда подрастёт, пусть уже сама решает, что ей по душе. Во всяком случае её поддержу», -делится своими планами Анастасия.

«Инстаграм» — это социальная сеть, которая на сегодняшний день занимает лидирующие позиции среди остальных.

У очень многих есть свой инста-профиль. Это своеобразная интернет-площадка для размещения фотографий и общения. Люди делятся фотографиями из своей жизни (дети, еда, путешествия, работа, отдых и другое). Интересное наполнение страницы привлекает других пользователей — они подписываются на обновления. Чем больше подписчиков, тем успешнее считается блогер-инстаграмщик, и тем вероятнее, что он привлечёт рекламодателей, которые будут размещать свою информацию на его странице, а значит, развлечение станет средством заработка.

Когда знаком с такими людьми, как Анастасия, понимаешь: нет ничего невозможного! Любая мечта исполнима, если идти к её осуществлению, не обращая внимания на трудности.

«Я желаю вам никогда и ничего не бояться. Жизнь одна, и нужно прожить её так, как вы мечтаете. Будьте преданы своим мечтам, они имеют свойство сбываться! И не забывайте, что улыбка, хорошее настроение и оптимизм — залог успешного человека», — желает всем Анастасия, а она знает, что говорит!

Ирина Капустина. «Земля» №24 от 12 июня.

К выбору героя для публикации «Читинского обозрения» не придраться. Тут всё заслуженно. Виктор Бурцев первым из врачей-анестезиологов Читинской области рискнул доставить пациента из районной больницы после операции под наркозом, с искусственной вентиляцией лёгких, в областную клинику. Он уже более 50 лет в профессии. Даже сейчас работает врачом анестезиологом-реаниматологом в краевой клинической больнице.

Школа анестезиолога Бурцева

«Помню ли я своего первого пациента? Масочный наркоз впервые проводил ещё медбратом в отделении анестезиологии и реанимации областной больницы имени Ленина. 50 лет тому назад. Больной дышал через маску эфиром, закисью азота. Кому больше попало — врачу или больному, ещё вопрос… На счету до тысячи наркозов в год. Сами посчитайте, сколько через мои руки прошло больных. Как их упомнишь?».

Виктор Авдеевич Бурцев и сейчас работает врачом анестезиологом-реаниматологом в краевой клинической больнице.

Четыре операции в день, вводит пациентов в наркоз, после выводит из него и передаёт дальше.

Главных задачи две — ввести в наркоз, а потом вернуть к жизни.

Ученики

— Пациенты сейчас более сложные, чем сорок лет назад, — на ходу между вызовами к больным сетует он. Тогда врачи не встречали инфарктов, инсультов у 30-летних людей, сейчас такое не редкость.

— Жизнь, видимо, более стрессовая. Стабильности нет, люди не уверены в завтрашнем дне, молодёжь с вузовским дипломом становится за прилавок, по специальности не устроиться…

Но и медицина не стоит на месте. Появляются новые подходы к лечению, новые лекарственные средства. Нужно быть в русле, читать статьи в научных журналах по проблемам анестезиологии, учиться. Сам он не единожды стажировался в медицинских центрах в Москве, Ростове-на-Дону.

— Сколько за свою преподавательскую деятельность подготовил анестезиологов? — переспрашивает Виктор Авдеевич. Каждый вопрос он осмысливает, с ответом не спешит. — Сотни… Я в бытность главным внештатным врачом-анестезиологом комитета здравоохранения Читинской области (с 1980 по 2005 год — прим, авт.) в медицинском институте лекции читал, практические навыки у старшекурсников во время обучения в интернатуре проверял… Я их всех знал.

С гордостью говорит:

— Прежде в Чаре не было своего анестезиолога. Сейчас есть. И это мой ученик.

Его ученики практически во всех больницах края, где есть хирургические отделения. Многие, правда, перебрались в Москву и Питер, разъехались по миру. Везде на хорошем счету.

Помимо этого, Виктор Авдеевич вёл занятия в медучилище со студентками, которым предстояло стать медсёстрами-анестезистами. Здесь своя специфика. Медсёстрам, работающим в паре с врачом-анестезиологом, помимо умения делать инъекции необходимо знать, как разобрать и собрать диагностическую и лечебную аппаратуру — дезинфекция приборов лежит на них. Врач лишь проверяет, готово ли всё для ведения операции.

Преподавателем был скорее строгим. Никому не давал поблажки.

— Анестезиолог-реаниматолог профессия особая, не терпящая пробела в знаниях. Мы должны разбираться и в кардиологии, и в гинекологии, и в урологии… И, само собой, в фармакологии. Скажем, пациенту предстоит операция. А у него непереносимость ряда препаратов. И нужно суметь подобрать такой наркоз, чтобы он не умер по нашей вине, как говорится, на кончике иглы. Разовьётся анафилактический шок, и человека не спасти.

Виктор Авдеевич ушёл с заведования отделением, но до сих пор ведёт врачей-ординаторов, проверяет их практические навыки.

Учителя

Его становление проходило прямо на рабочем месте, во время операций — работал врачом-ординатором в отделении анестезиологии-реанимации. Наставник-анестезиолог покажет, что требуется, и коротко бросит: «Ну, теперь сам делай». В таких условиях быстро соображаешь, что к чему.

У Бурцева уже была семья, двое детей. Младшая дочка часто болела, жене приходилось сидеть дома. Вся надежда на главу семьи. Он устроился работать совместителем в отделение санитарной авиации при областной больнице, где для помощи районам формировались бригады врачей разного профиля.

Бурцев влился в эту команду близких ему по духу людей. Конечно, его, да и других специалистов, привело сюда желание подзаработать. Но удержало на долгие десять лет совсем другое — работа, где проверяется характер, испытывается способность учиться на ходу новым методам лечения.

Бурцев работал на полторы ставки врачом-ординатором в областной больнице, но по первому звонку вылетал санитарным бортом или выезжал машиной (в ночное время) по экстренным медицинским вызовам в районные больницы, где не было своего врача-анестезиолога. Проще сказать, где в Читинской области такие специалисты были: в Агинском да в Борзе.

Лечу помочь

— Материальный интерес далеко не главное, что надолго удержало меня в санавиации. Это было дело, которое захватывало полностью. Мы уставали, конечно, страшно. С борта самолёта прямо в операционную… Порой проснёшься среди ночи, и не можешь понять, где ты. В Чаре? В Могоче? Но это были годы счастья. Пожалуй, лучшие в моей жизни.

Вызов мог поступить в любое время суток. На сборы несколько минут. Выезжали на дорожно-транспортные происшествия, с жертвами, серьёзными травмами… Вопрос жизни или смерти решали порой минуты. А какая была аппаратура в распоряжении? О работе сердца пациента анестезиолог следил по пульсу на его руке да тонометром измерял давление. Дышал за него руками (гофрированным мехом наркозного аппарата).

— И, слава Богу, по моей вине или ошибке смертей не было. Случись подобные ситуации сейчас, с опытом, подумал бы лишний раз, какое лекарственное средство применить. Если время позволяло, дождался бы результатов анализов. А тогда… молодой был, рисковал.

Бурцев первым из врачей-анестезиологов Читинской области рискнул доставить пациента из районной больницы после операции под наркозом, с искусственной вентиляцией лёгких, в областную клинику. В крупной специализированной клинике у больного, полагал он, было больше шансов выжить, и выйти из ситуации без серьёзных осложнений. Оставь его в больничке, где в распоряжении сельского врача лишь тонометр и фонендоскоп, погиб бы.

Опытом Бурцева впоследствии воспользовались многие врачи-анестезиологи. Теперь это — обычная практика.

В начале 90-х у медиков санавиации появились специально оборудованные вертолёты с операционной и диагностической аппаратурой на борту, с портативными дыхательными аппаратами и дефибрилляторами. С наркозными аппаратами. Работать стало намного легче.

В конце 90-х, правда, эти вертолёты ушли с молотка. Время было разбойное. Сейчас медслужба Забайкалья вновь становится на крыло. Приобретено два вертолёта -не хуже тех, из 80-х годов. На этих крылатых машинах можно охватить весь край.

Рабочая выучка

— Какими качествами должен обладать анестезиолог? -рассуждает Виктор Авдеевич. — Прежде всего, у него должно быть желание работать по этому профилю. И стремление учиться постоянно. Правда, порой и этого недостаточно. Вроде, студент теоретически подготовлен, а вот руками не может работать. У него внутри поселился страх перед стрессовыми ситуациями. Я тогда советую: «Меняй, пока не поздно, специализацию. Иди в физиотерапевты, например». Многие после благодарили меня за эти слова.

Не лишнее, считает Бурцев, будущему анестезиологу, реаниматору пройти все ступени — от санитара до медбрата (медсестры) и, наконец, врача. Так и психологию пациента лучше поймёшь, и сам быстрее определишься в выборе узкой специальности.

Сам Бурцев в молодые годы прошёл рабочую выучку. Его отец-фронтовик вернулся живым с фронта. А вот в леспромхозе его зашибло на смерть лесиной. Виктор -старший из детей, следом ещё пятеро. Уже в старших классах собирал в жбан с сосен смолу и сдавал в аптеки, из неё готовили лекарственное средство, а сборщику платили — подспорье матери. В студенчестве по договору с дезостанцией ходил по городским подвалам, травил мышей, крыс. Небольшой, но приработок. После третьего курса устроился работать медбратом в областную больницу в отделение анестезиологии и реанимации, а на летних каникулах в студенческих стройотрядах орудовал топором и рубанком, покрывал шифером крыши. Сам зарабатывал себе на одежду и пропитание.

Знакомство с анестезиологией

Способного медбрата заметили. После окончания медицинского института Бурцеву предложили остаться работать в областной больнице в уже ставшем для него своим отделении анестезиологии и реанимации. Здесь он трудился десять лет.

Анестезиологическая служба в Читинской области тогда только зарождалась. На окраине города началось строительство клиники, куда со временем должны были перебраться отделения терапии, хирургии, травматологии из областной больницы по улице Новобульварной. Владимир Яковлев, назначенный главным врачом будущего медицинского центра, предложил Бурцеву перейти работать к нему.

— С чего начинал? С нуля. В зарплате потерял. В областной больнице я уже заведовал отделением, тут же меня оформили врачом-ординатором. На первых порах пришлось устроиться по совместительству врачом-отоларингологом, чтобы семейный бюджет не пострадал.

В помощь Бурцеву был переведён ещё один врач-анестезиолог — Николай Иванов. И они вместе с ним сами носили по палатам дефибриллятор, а весил прибор около 16 кг. Медсестры в распоряжении ни одной. А в будущую «клиничку» уже перебралось ЛОР-отделение, было создано новое отделение челюстно-лицевой хирургии — им тоже требовалась анестезиологическое сопровождение.

Временно организовали палату интенсивной терапии на шесть коек. Но все понимали: необходимо открывать отделение анестезиологии и реанимации. Бурцев был назначен на должность заведующего отделением. Подбирали кадры. На медицинских складах сами получали аппаратуру, привозили, монтировали. С запуском отделения переехали на первый этаж, где и в настоящее время располагается отделение реанимации и интенсивной терапии.

Тогда, 36 лет назад, в краевой клинической больнице было открыто одно отделение анестезиологии, теперь от него отпочковалось шесть — при отделениях кардиологии, нейрохирургии, отделении с гнойно-септическими заболеваниями.

— Мы не стояли и не стоим на месте. В 90-е годы неплохо оснастились по разным программам. У нас в распоряжении импортная наркознодыхательная и лечебнодиагностическая аппаратура. Мой племянник, пластический хирург, работает в нашей же «клиничке», посетил клиники в разных странах — в Испании, Германии, Израиле. По его наблюдениям, мы нисколько не уступаем ведущим мировым медицинским лечебным центрам. Работаем на той же аппаратуре, с теми же лекарственными препаратами.

Мы анестезиологи-реаниматоры. у нас тяжёлая профессия. пожалуй, не многим легче, чем у хирургов. Стрессовых ситуаций хватает. Представьте, у пациента в анамнезе инфаркт и инсульт, нарушение сердечного ритма. Принимал массу лекарственных препаратов. Спрашиваю: «на что аллергия?». Даёт мне список. где препаратов 20. Ошибёшься в подборе наркоза. может развиться анафилактический шок, а наша задача не просто ввести пациента в наркоз — сохранить ему жизнь.

Фотография «9 на 12»

Виктор Авдеевич — человек скромный. Соглашается отвечать лишь на вопросы, касающиеся работы. В личную жизнь не пускает: зачем? Но охотно рассказывает о своих коллегах. Похоже, сообщество забайкальских врачей-анестезиологов — настоящее братство. В книге об истории развития анестезиологической службы в нашем крае нахожу снимки, сделанные на научных конференциях, на вылетах по санитарным заданиям. На них — читинские врачи, друзья Бурцева.

— Это были профи. Специалисты высокого класса. У них научился многому. Собранности, умению мгновенно, привлекая на помощь опыт и интуицию, принимать верное решение.

Рассматриваю фотографии из семейного альбома: вот Виктор Андреевич с друзьями-анестезиологами на рыбалке, а тут они снялись на биваке во время охоты.

— Да, было дело, бегали в тайгу, охотились и на лося, и на парнокопытных, — подтверждает он. — Но это в прошлом. Не осталось среди моих сверстников заядлых звероловов. Да и мой возраст, как-никак восьмой десяток разменял, уже не располагает. Один теперь хожу в тайгу в свободное время. Могу на 10-15 километров в районе Никишихи в сторону от города забраться.

Теперь он берёт с собой фотоаппарат. Ну и, на всякий случай, ружьё. В лесных дебрях или на горных кручах можно невзначай и с мишкой — хозяином тайги повстречаться. Самому, к счастью, не доводилось, но недавно вводил в наркоз одного горожанина. Кедровый орех заготавливал. Медведь неслышно подобрался сзади, со спины напал, скальп с него снял… Благо, напарник подоспел, погрузил пострадавшего в машину, доставил в город живым.

За время работы в санавиации не раз случались чрезвычайные ситуации. Как-то на Ан-2 с оперирующим гинекологом летели по срочному вызову в Нерчинск: у женщины осложнённые роды. И неожиданно в воздухе мотор отказал. Лётчикам удалось совершить аварийную посадку, приземлились в степи под Агинском. Сообщили туда по рации о случившемся, выслали машину — на ней и добрались до Нерчинска.

На машине тоже переворачивались, но уцелели все.

Семья

Сын нашего героя — автомеханик, перебрался с семьёй жить в Гатчину, под Санкт-Петербург. У его дочки бурцевская выучка — девочка долго жила у бабушки-дедушки, а супруга у Виктора Авдеевича строгая, с ней не забалуешь. В школьную пору внучка занималась танцами, со своим коллективом всю Европу объехала. Сейчас уже студентка, учится на экономиста.

А внук, ему 14, дитя нового времени, не оторвёшь от айфона и компьютера. Какую специальность выберет, время покажет.

— Но нас, Бурцевых, в медицине уже не одно поколение. Дочь, она врач, в детской городской поликлинике заведует физиотерапевтическим отделением. Племянник, я уже говорил, — пластический хирург.

…И сотни врачей-анестезиологов, и медсестёр-анестезисток, подготовленных Виктором Бурцевым.

Нина Коледнева. «Читинское обозрение» №24 от 13 июня.

Районная пресса

«Сотни акшинцев и жителей других сёл района пришли 29 мая в районный Дом культуры, где был установлен гроб с телом погибшего, чтобы проводить в последний путь Дмитрия. У гроба стояли солдаты роты почетного караула. Акшинцы пришли коллективами, многие находились в РДК на протяжении двух часов, пока длилась церемония прощания».

Погиб за Родину вдали от Родины

Сирийская Арабская Республика — когда-то процветающая страна. Конфликт в Сирии начался в 2011 г. Все началось с антиправительственных выступлений. Воодушевленная «арабской весной» оппозиция призывает своих сторонников выходить на улицу, призывает людей к акциям неповиновения. В это время на территориях разгромленных государств Ираке и Ливии создаётся ИГИЛ (запрещена в России) — одна из самых жестоких и больших организаций, которая катализировала конфликт в Сирии.

С чем связано присутствие России в САР? Официальная версия вступления нашей страны в ближневосточный конфликт — это ответ на просьбу сирийского руководства и лично президента Баша Асада о военной помощи.

Главная причина очевидна: гораздо лучше уничтожать террористов за тридевять земель, нежели ждать, когда они постучат в наши дома, как в 90-е во время войны на Северном Кавказе. Эксперты указывают, что российское присутствие в Сирии — это ещё отстаивание наших экономических интересов. Но какой ценой?

Эхо сирийской войны докатилось и до Забайкалья, до нашего района. Министерство обороны России 27 мая заявило о гибели 23 мая четверых российских военнослужащих во время ночной атаки мобильных групп террористов на артбатарею правительственных войск в провинции Дэрэз-Зор. Это 32-летний старший лейтенант Сергей Елин и 23-летний сержант Игорь Михайлов из Читы (они служили в 200-й артбригаде, дислоцирующейся в п. Горный Улетовского района), 22-летний Вячеслав Кравченко из с. Гавань Кыринского района и 24-летний Дмитрий Вершинин, уроженец с. Уреиск Акшинского района.

Это были первые потери в 200-й артбригаде, потери не в бою, а подлый удар в спину на рассвете, когда ребята спали. Остаётся пока неизвестным, как в расположении сирийских ополченцев оказались боевики, было ли это предательств или обыкновенное разгильдяйство… До конца командировки ребятам оставалось чуть более недели.

…Сотни акшинцев и жителей других сел района пришли 29 мая в районный Дом культуры, где был установлен гроб с телом погибшего, чтобы проводить в последний путь Дмитрия. У гроба стояли солдаты роты почетного караула. Акшинцы пришли коллективами, многие находились в РДК на протяжении двух часов, пока длилась церемония прощания.

Затем траурный кортеж направился в с. Урейск, где проститься с земляком пришли многие односельчане. Дмитрия Вершинина похоронили на местном кладбище со всеми воинскими почестями.

Тяжела, невосполнима утрата для родителей и родных. Горько, что уходят из жизни молодые ребята. Верный присяге, Дмитрий исполнил свой воинский долг до конца. Светлая память о нашем земляке останется в сердцах родных, близких, односельчан…

Сергей Киселёв. «Сельская новь» №22 от 8 июня

Журналист газеты «Борзя вести» Валентина Старицына проникла на территорию бывшего мясокомбината города. Она сочинила легенду для сторожа, якобы сильным ветром на территорию занесло воздушного змея, которым играли дети — надо найти. Искала она, конечно, не змея, а информацию.

Мясокомбинат – мусорный полигон в черте города?

В начале мая к нам в редакцию с жалобой обратилась жительница города Борзя, проживающая по улице Промышленная. Как мы поняли со слов нашей читательницы/ с недавних пор на территории Борзинского Мясокомбината был устроен стихийный полигон строительных отходов. Вот уже на протяжении длительного времени туда, в вечернюю пору «КАМАЗами» свозятся обломки кирпичных стен и шлакоблоков. Еще одна проблема, на которую пожаловалась Ирина Викторовна, это химический запах, который разносится с территории комбината и проникает в дом. Поэтому мы не стали откладывать дела в долгий ящик и в один из майских вечеров отправились в залинейную часть нашего города.

Второе по величине после Борзинского элеватора, здание встретило нас пустыми глазницами окон и зловещими провалами дверей. Печать разрухи и запустения простерлась повсюду, а ведь были времена, когда продукция Борзинского мясокомбината пользовалась спросом по всей стране. О рабочих и мастерах этого предприятия писали в газетах, рассказывали в книгах, снимали документальные фильмы. Теперь, к сожалению, ничего этого нет, пришедшие в запустение цеха комбината, служат неофициальным памятником «времени сущему» и красноречиво говорят о том, в каком бедственном положении находится российский народ. От печальных дум, связанных с настоящим и прошлым Борзинского Мясокомбината нас отвлек подъехавший к воротам Камаз, в кузове которого невооруженным взглядом можно было разглядеть обломки кирпичной стены. Теперь нам просто необходимо попасть на территорию заброшенного предприятия, чтобы выяснить, каких масштабов, достиг очередной мусорный полигон.

Придумали легенду

Понимая, что на территорию Мясокомбината нас могут не пустить, и в довершении всего, при попытке пройти туда самовольно, сторожа могут вызвать сотрудников полиции, мы решились на отчаянный шаг. И тут же на проходной сочинили легенду о том, что сильным порывом ветра на территорию комбината занесло воздушного змея, поэтому нам необходимо найти и вернуть детям потерявшуюся игрушку. Путь свободен! Минуя вахтера, устремляемся вглубь территории, где сразу улавливаем запах, отдаленно напоминающий нафталин или креозот. Источник этого «аромата» мы находим быстро, и выясняем, что это «благоухает» брошенная на территории металлическая емкость, на дне которой и находятся источающие специфический запах, остатки черного вещества. С каждым шагом, перед нами разворачивается удручающий пейзаж, выражаясь языком современной молодежи, реально напоминающий компьютерную игру «Сталкер. Зона отчуждения». По всей площади предприятия в изобилии разрослись кустарники и молодые побеги тополя, в серое пасмурное небо уперлась крышей кирпичная башня, запахом мазута нанесло от полуразрушенного здания котельной, напротив которого безмолвно застыло огромное сооружение, глядя на которое невольно испытываешь чувство уважение, ведь в недалёком прошлом предприятие обеспечивало рабочими местами тысячи людей. Какую же душевную боль, какую муку испытывают ветераны труда, наблюдая за тем, как хиреет и приходит в запустение предприятие, в котором они проработали большую часть своей жизни, даже подумать страшно.

Разъяснил ситуацию

К сожалению, собравшийся около проходной рабочий персонал угрюмо молчит, и только женщина — сторожиха набрасывается на нас с яростной бранью, уверяя в том, что это частная территория и нам тут делать нечего. Ситуация проясняется через несколько дней, когда к нам в редакцию, по нашей просьбе, заглянул житель города Борзя Владимир Валерьевич Попов. По договоренности с руководством Борзинского Элеватора он размещает на территории Мясокомбината личную технику, а попутно и присматривает за всей бездействующей площадью и зданиями, которые на данный момент (со ссылкой на руководство Борзинского элеватора) являются собственностью банка. Пользуясь случаем, мы попросили Владимира Попова прокомментировать сложившуюся ситуацию.

– Ни о какой организации полигона для строительных отходов на территории Мясокомбината не может быть и речи, — заявил Владимир Валерьевич — не отрицаю, что на территорию производится ввоз строительного мусора. Это происходит потому, что на данное время мы занимаемся разбором одного из складов на базе ОРС, вывозить вполне пригодные стройматериалы на свалку не хочется, поэтому все это размещается на территории комбината. Строительным вторсырьем, по словам Владимира Валерьевича, занимаются рабочие, они отделяют от цементного раствора кирпичи, после чего непригодные в дальнейшем использовании материалы, будут вывезены на мусорный полигон. Такие вот дела, после известия о том, что все здания Борзинского Мясокомбината находятся в собственности банка, на душе полегчало немного. Это значит, что еще постоит гигантское предприятие, не будет разграблено предприимчивыми дельцами, как это было с двумя котельными и банно-прачечным комбинатом микрорайона Борзя-2.

Валентин Старицын. «Борзя Вести» №20 от 17 мая.

Вот так прочитаешь интервью с главой Нерчинска Михаилом Слесаренко и захотешь туда поехать. В Нерчинске реконструируют стадион, а в планах — обустройство тренажёрной площадки с 10 видами тренажёров и комплексом для воркаута. А в парке появятся арка, беседка, освещение, видеонаблюдение, дорожки, выложенные плиткой.

С трудностями, но плодотворно

Первый год на посту главы города — серьёзное испытание для человека, трудившегося когда-то в сфере образования. Каким он был, какие перемены ожидаемы в Нерчинске в 2018 году, как выглядят текущие и долгосрочные планы администрации города, обо всём этом мы говорили 22 мая с главой ГП «Нерчинское» Михаилом Сергеевичем Слесаренко.

Михаил Сергеевич, в апреле исполнился один год пребывания на посту главы города. Как оцените свою работу, с какими трудностями пришлось столкнуться, готовы ли ответить на вопросы, представляя публичный отчёт руководителя?

— Год можно назвать плодотворным по нескольким причинам: во-первых, привлечены финансовые средства по программе «Формирование комфортной городской среды», попали в проект «Забайкалье — территория будущего», софинансирование городского бюджета способствует осуществлению проекта «В саду Даурского Версаля». Во-вторых, команда администрации сработала качественно, и собственные доходы мы исполнили на 102%. Имея средства, легче планировать деятельность и решать множество проблем. Себе поставил бы «удовлетворительно». Первый год — самый сложный, тем более предыдущие тенденции в городской власти известны: главы менялись слишком часто. Если о трудностях, то они на каждом этапе были свои, честно говоря, даже не анализировал, просто получал опыт. Что касается вопросов, готов ответить на любые.

Приходится ли слышать в свой адрес упрёки вроде «Мы за Вас голосовали, а Вы помочь не можете»?

— Случается. Люди обращаются по самым разным вопросам, а я могу действовать только в рамках закона.

Михаил Сергеевич, давайте начнём разговор с самых больных для города вопросов — зимние аварии на водоводе и низкое качество водоснабжения. В последнее время это самая тревожная для Нерчинска тема. Будет ли ремонт при подготовке к новому отопительному сезону?

— В настоящее время разыгрывается конкурс на работы по ремонту водовода «Зыряниха» протяжённостью 700 метров, предстоит полная замена участка от улицы Солнечной до Первомайской. Работы ориентировочно начнутся с конца июня и закончатся в последних числах августа. Также на всём протяжении в колодцах установим отсутствующие сейчас задвижки и «спускники». На водоводе «Зыряниха» восстановим нефункционирующую резервную скважину, сейчас объект работает с одним источником. На «Малом острове» тоже предстоит замена участка протяжённостью 260 метров.

Михаил Сергеевич, наши читатели интересуются, будут ли трудоустроены работники ООО «Даурия», занятые на водоводе, в связи с передачей обслуживания АО «ЗабТЭК»?

— На водоводе трудоустроены 6 человек, со всеми из них, естественно, при желании, АО «ЗабТЭК» заключит трудовые договоры и люди останутся на прежнем рабочем месте.

А чего ожидать жителям микрорайона «стохатка», где вместо питьевой воды в кранах только техническая? Будет ли работать закупленная ранее установка обратного осмоса для очистки от нитратов?

— Станция очистки требует отдельного здания, инженера, лаборанта, постоянных расходов на замену фильтров и реагентов. Это неизбежно повлечёт увеличение тарифа на воду. Сейчас думаем над этим вопросом, тем более есть возможность использовать качественную воду из скважины в дачном кооперативе «Рассвет». Конечно, это тоже работа и расходы. Будем рассчитывать и решать.

Михаил Сергеевич, можно сказать, что в Нерчинске стало доброй традицией наблюдать, как летом идёт асфальтирование улиц. Чего ожидать горожанам в этом году?

— В связи с уменьшением размеров дорожного фонда Забайкальского края, с подрядчиком заключено дополнительное соглашение о переносе срока работ из-за отсутствия средств. Контракт с ООО «Недра» не закрыт, значит, работы продолжатся если не в 2018, то в 2019 году. Не освоено ещё около 40 миллионов рублей на асфальтирование оставшегося участка улицы Погодаева и её освещение. Если асфальтирование пока под вопросом, то текущий дорожный ремонт на сумму 1,6 миллиона рублей точно будет: проведём ямочный ремонт и устраним трещины.

Планы по реконструкции стадиона интересуют общественность. Август — время проведения праздничных мероприятий к Дню города, успеют ли завершить работу, какие перемены предстоят?

— Согласно графику выполнения, подрядная организация ООО «Позитив» завершит реконструкцию 31 июля. Стадион преобразится: появится новая хоккейная коробка с ограждением и боксом для запасных игроков. Размеры поля 30×60 метров. Старую коробку демонтируем и установим либо в районе школы № 2, либо на футбольном поле ДСУ. Появятся волейбольная и баскетбольная площадки с покрытием из материала на основе резиновой крошки. У обеих будет двойное назначение: на первой предусмотрены игры в бадминтон, на второй — в большой теннис. В планах реконструкции также тренажёрная площадка с 10 видами тренажёров и комплексом для занятий воркаутом. Будут и городошная площадка, и освещение. Последние появятся за счёт понижения в ходе аукциона на 1,2 миллиона рублей.

Затронет ли реконструкция футбольное поле?

— Пока нет, по прикидкам для искусственного покрытия требуется 18-19 миллионов рублей, но если проект «Забайкалье — территория будущего» продолжится, то перемены вполне возможны.

А какие работы предстоят в городском парке? По-40 явятся ли в штате городских служб смотрители здесь и на стадионе?

— На преобразованиях в парке освоим 5,6 миллиона рублей. Сметы на эту сумму находятся на госэкспертизе. В парке появятся арка, беседка, освещение, видеонаблюдение, дорожки, выложенные плиткой. Ставки смотрителя и рабочего на стадионе и в парке уже введены, люди работают.

Михаил Сергеевич, 2017 год отмечен успешным участием Нерчинска в программе «Формирование комфортной городской среды». Каким будет продолжение в текущем году?

— Реализуем проект по благоустройству дворовой территории на улице Авиационной, тут предстоят работы на сумму 5,9 миллиона рублей. Преобразится и придомовая территория в микрорайоне ДСУ на улице Бекетова, здесь освоим 3,5 миллиона рублей. Работы будут в сквере на Декабристов, 7, где дополнительно с наполнением и освещением предстоит озеленение и высадка цветочной рассады. Готовится и проект на благоустройство общественной территории в ДОСах (район кафе «Русская душа»).

Участие в программах и проектах — это огромная 40 работа коллектива по оформлению конкурсной документации, как удаётся справляться?

— Вся работа — результат деятельности пяти человек, конечно, нужно отметить их старания и работоспособность на благо города.

Спасибо за беседу.

Татьяна Гусева. «Нерчинская звезда» №40 от 29 мая

2 отзыва
Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Как не была организована экстренная, квалифицированная служба ( или помощь) в районах Края, так нет ее и до сих пор! И это вопрос к бесконечно сменяющимся руководителям министерства здравоохранения и их бесчисленным заместителям - руководителям служб, в том числе родовспоможения, получающим огромные зарплаты. У уполномоченного по правам ребенка есть заместитель, а вот хирург, способный сделать срочную и, зачастую сложную акушерскую операцию, в районной больнице -  один. Хорошо еще кое-где есть анестезиолог и неонатолог. Но, похоже, у министерства другие задачи -  опекать частные клиники и, вопреки всяким препятствиям, успешно заниматься строительством  дома для врачей рядом с местом работы, забывая, при этом,что родовспоможение в районах требует гораздо большего внимания. Выбраться из района беременной женщине, это не по Чите на работу прогуляться!  Когда  же у нас, хотя бы в медицине, произойдет переоценка ценностей и приорететы будут отданы не деньгам и суперкомфорту частных клиник, а доступной и квалифицированной медицинской помощи?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Напишите номер счёта девушки для оказания помощи