Р!
25 АПРЕЛЯ 2019
Р!
Р!
Р!
Р!

Ходить в старой куцавейке и валенках – в обзоре газет Забайкалья

Только к концу января Россия отходит от новогодних праздников и жизнь входит в колею. Может быть, бодрят купели на Крещение? В сегодняшнем обзоре – все прелести зимней жизни в Забайкалье. Выбирай – не хочу.

В Чите памятником истории давно стала территория бывшего камвольно-суконного комбината. Чтобы пощекотать нервы, там достаточно просто прогуляться, а вот историю одного из лучших советских предприятий лёгкой промышленности рассказал Алексей Будько.

Посёлок памяти комбината

Вольный пересказ 50 лет истории Читинского КСК

В начале 1990-х годов трудовик одной из школ посёлка КСК рассказывал шестиклассникам такую историю. Дескать, в годы застоя был план вывода посёлка Текстильщиков из состава Читы с присвоением ему статуса самостоятельного города. На самом деле это, конечно же, была складная байка из разряда городских легенд.

Однако подлинную картину того, чем многие годы был для Читы камвольно-суконный комбинат, история которого началась ровно полвека назад — морозной зимой 1968—1969 годов, — эта байка иллюстрирует. Мощное предприятие не только давало работу тысячам людей, но и легко тянуло крупный спальный район Читы, который до сих пор называется КСК. В год полувекового юбилея забайкальского промышленного гиганта единственным мероприятием в его честь стал самодеятельный вечер-концерт, об уровне которого красноречиво говорили афиши, отпечатанные на офисном чёрно-белом принтере.

Мы решили по мере возможности эту ситуацию исправить и своими словами пересказали историю КСК — и комбината, и посёлка.

От ККТ — к КСК

Стартом промышленного строительства на северо-западной окраине Читы стало начало мировой космической эры. Первый колышек на месте будущей строительной площадки КСК был вбит бригадиром Черновского строительного управления (ЧСУ) Борисом Дьячишиным в апреле 1961 года. Мало кто помнит, но КСК изначально строился как ККТ — комбинат костюмных тканей — и первое время носил именно это название. В архивах «Забайкальского рабочего» есть как минимум две фотографии, зафиксировавшие ныне несуществующие указатели на пустынных дорогах, показывающие расстояние до Читинского ККТ. Один из них стоял где-то в районе нынешней дорожной развязки между КСК и ГРЭСом, другой был установлен в начале 1960-х годов напротив строящегося магазина «Рассвет».

Идея строительства в Чите предприятия по производству ткани на тот момент была довольно логичной. Сырьё в виде нескольких миллионов голов агинской тонкорунной овцы было под боком. Завозить необходимое оборудование и вывозить готовую продукцию можно было по Транссибу, который проходил в 18 километрах от стройплощадки. Электроэнергией со строящимся комбинатом должна была поделиться строящаяся по соседству Читинская ТЭЦ-1. Ну, а проблемы кадров Страна Советов перед собой никогда не ставила.

Стройка века

Комбинат и жилой посёлок при нем начали строить в чистом поле, однако совсем безлюдной эта местность не была. До революции здесь располагались пастбища Кенонской волости, центром которой было одноимённое село Кенон — сегодняшние улицы Рахова и Ивановская. Из более поздних строений в том районе были несколько бараков постройки 1930-х годов для нужд одной из воинских частей с аэродрома «Черемушки». Часть из них сохранилась до сих пор на задворках сегодняшнего 5-го микрорайона. А ещё на месте будущего КСК горожане в 19501960-е годы сажали картошку. То, что КСК — стройка века, это далеко не метафора. Общая площадь застройки комбината составила 25 гектаров, из которых 16 — это производственные помещения. Проектная мощность комбината составляла 8790 тонн пряжи и 28 миллионов погонных метров ткани в год. Последняя цифра была выбита на стеле, которая долгие годы стояла на въезде в посёлок со стороны города, сейчас её поменяли на рекламную конструкцию.

К 1973 году КСК выпускал 20 образцов ткани, пять из которых имели высшую категорию качества. В 1976-м начали производить полушерстяную ткань для школьной формы мальчиков, которая тремя годами позже была удостоена государственного «Знака качества». Наиболее известными ткацкими брендами, вышедшими из стен Читинского КСК, были «Школьная», «Лето», «Виола» и «Тверь». К своей 20-й годовщине комбинат формировал около 40 процентов бюджета города Читы. В 1988 году здесь работало свыше 5 тысяч человек.

Посёлок из трёх букв

Ещё один интересный исторический факт. Жилой посёлок КСК появился на карте города раньше, чем сам комбинат. Первой улицей посёлка, рассчитанного на 25 тысяч жителей, стала улица Труда. Первые два дома появились там в 1962-м. Тогда же был сдан в эксплуатацию комплекс зданий ГПТУ-7 для подготовки кадров строительных специальностей. На его базе сегодня квартирует Читинское суворовское военное училище МВД России.

Кстати, на улице Труда в те годы было… озеро. Оно было небольшим, но старожилы уверяют, что стрелять там уток это не мешало. Со временем водоём превратился в болото, которое потом высохло. В наследство построенному на этом месте гаражному кооперативу досталась земля, каждую весну ходящая ходуном. 1960—1980-е годы — время массового жилищного строительства на КСК. Строились школы, детские сады, поликлиники и общежития. В 1965 году распахнул двери магазин «Рассвет», бывший до появления супер- и гипермаркетов одним из самых больших в городе. Годом позже ещё строящийся комбинат обзаводится училищем по подготовке квалифицированных кадров лёгкой промышленности (сегодня это лицей-12). В 1968-м, незадолго до открытия комбината, в посёлке КСК открывается первый ресторан. Заведение получило имя «Кенон» и расположилось на первом этаже одного из домов по ул. Космонавтов. Кормили вкусно и недорого, запах пирожков выветрится из помещения лишь в конце 1990-х, когда в нем начнёт работать хозяйственный магазин.

Гости столичные и не очень

Новое предприятие вполне предсказуемо притягивало большое количество гостей. КСК в разное время посещали глава Совмина РСФСР Виталий Воротников, несколько Маршалов Советского Союза — доподлинно известно о визите на комбинат в 1980 году экс-главкома РВСН Кирилла Москаленко. Здесь же проводились всесоюзные совещания руководителей лёгкой промышленности, куда приезжали директора всех камвольно-суконных комбинатов Союза.

Ведомственный очаг культуры ДК «Текстильщик» в разное время принимал целое созвездие звезд советской эстрады — от Рената Ибрагимова до Эдиты Пьехи.

Поговаривают, что на один из концертов в начале 1980-х она приехала со своим внуком — будущим певцом Стасом Пьехой, который, пока бабушка пела, спокойно гулял по окрестностям. Официального подтверждения этой информации нет. Однако старожилы ул. Текстильщиков до сих пор уверяют, что помнят бойкого мальчугана, который утверждал, что ждёт бабушку, у которой шёл концерт.

Но самыми многочисленными гостями Читинского КСК были вьетнамцы. Персонал из братской соцстраны завезли в Читу в 1987 году, когда на комбинате впервые образовался дефицит рабочих рук. Всего вьетнамцев было около 500. Жили они в общежитиях «Чайка» и «Веснянка» на улице Труда. Окрестным жителям рабочие из Вьетнама запомнились главным образом двумя вещами. Совершенно жуткой привычкой жарить солёную селёдку и регулярным попаданием в криминальные истории. У окрестной шпаны считалось за честь ограбить или просто побить щупленьких азиатов. Те на агрессию всегда отвечали своим числом.

«Гармошкины» пассажиры

С самых первых дней Читинского КСК и посёлка при нём одной из главных стала проблема транспортного сообщения с центральной частью города. Дорогу, накатанную ещё в начале XX века мимо производственных баз и озера Кенон, заасфальтируют лишь в начале 1970-х годов. Долгое время она была единственной транспортной артерией посёлка КСК. «Пьяную дорогу» через озеро Угдан накатают лишь к началу 1990-х.

Для того, чтобы справляться с постоянно возрастающим в направлении КСК пассажиропотоком, в 1985 году автобусный маршрут № 18 (вокзал-КСК) стал первым в Чите, который полностью обслуживался новенькими двухсекционными «Икарусами». Из-за резинового гофросоединения такие автобусы в народе быстро прозвали «гармошками». Вмещали они до 200 пассажиров и ходили каждые 5-10 минут.

Сегодня трудно судить, но автобусное сообщение на КСК, по всей видимости, рассматривалось как временное явление. Идее троллейбусной ветки в посёлок Текстильщиков недавно исполнилось 45 лет. Даже работы по её строительству начались. Правда, дальше первого шага — моста через Читинку по ул. Белика — дело не пошло. Всё упёрлось в аэродром «Черемушки», через который хотели тянуть трассу, но забрать его у военных так и не получилось.

Что скрывает забор?

Заканчивать текст на грустной ноте не хочется, но для объективности повествования рассказать о крахе камвольно-суконного комбината придётся.

Первые признаки угасания КСК наметились ещё в 1991 году, когда комбинат впервые за свою историю показал заметное снижение производства пряжи и тканей. Акционирование 1992 года положения не поправило. Спад будет нарастать с каждым годом, число работников снизится с 5 тысяч до нескольких сотен. В 1996-м комбинат выпустил только 41 тонну пряжи (менее 4 процентов от проектной мощности), а ткани не выпустил вообще. Через год производство остановилось полностью. Когда осенью 1997 года тогдашний редактор «Забайкальского рабочего» Вячеслав Смирнов давал автору, в ту пору первокурснику журфака, задание написать о текущем положении дел на комбинате, ловить в гулких цехах ткацкого гиганта какое-либо начальство было уже бесполезно. Там вообще никого не было. Только вода зловеще капала с потолка.

В декабре 1997 года предприятие, которое ранее направляло ткань в 150 городов СССР, Италию, Афганистан, Корею, Венгрию и Монголию, было признано банкротом, а четырьмя годами позже ликвидировано.

Заброшенные корпуса КСК сегодня огорожены забором из красного профлиста. Но не строительную разруху скрывает изгородь весёленького цвета. Она скрывает память. Память о той эпохе, когда могучий комбинат дышал полной грудью, давая работу тысячам читинцев…

Алексей Будько. «Забайкальский рабочий» №10 от 23 января

Поколение почти исчезнувшей интеллигенции – так называет автор материал врача Людмилу Кондрашкину.

«Мои пациенты чаще всего из неблагополучной среды: наркоманы, алкоголики, ВИЧ-инфицированные. Я в самом деле без опаски возвращаюсь домой в тёмное время суток, а район у нас неспокойный — Кайдаловка. Местная шпана знает меня в лицо, не трогают. «Авторитеты» постарше опекают», — рассказывает Людмила Николаевна.

Обязательно остановитесь здесь, на материале про «дотошную докторшу», дневавшую и ночевавшую в больнице.

Врач старой закалки

Людмила Николаевна Кондрашкина из поколения почти исчезнувшей русской интеллигенции

Как-то в кабинет инфекционных заболеваний консультационного медицинского центра №2 Читы заглянула женщина: «Людмила Николаевна? Радость-то какая… Наконец, разыскала вас. Уж вы-то не отмахнётесь, дежурным рецептом не отделаетесь». Оказалось, пациентка из Сретенска переехала в Читу, искала врача и уже была наслышана от земляков о дотошной докторше, дневавшей и ночевавшей в больнице, буквально вытаскивавшей пациентов с того света.

Обратная связь

Мы беседуем с Людмилой Николаевной на тему, казалось бы, далёкую от медицины.

— Мамы сейчас нет, ушла в мир иной… Когда была жива, помню, места себе не находила, если я задерживалась на работе, а такое нередко случалось. Успокаивала её: меня же все бандюги и городская шпана знают, я у них под защитой.

— Мои пациенты чаще всего из неблагополучной среды: наркоманы, алкоголики, ВИЧ-инфицированные. — перечисляет Кондрашкина. — Я в самом деле без опаски возвращаюсь домой в тёмное время суток, а район у нас неспокойный — Кайдаловка. Местная шпана знает меня в лицо, не трогают. «Авторитеты» постарше опекают.

А как-то на городском рынке Кондрашкина прохаживалась вдоль рыбных рядов. К ней кинулась одна из торговок: «Людмила Николаевна, я, считайте, ваша крестница — когда-то грудничком меня выходили». Понизив голос, предупредила: «Тут ничего не берите, залежалый товар. Как свежая рыба поступит, дам вам знать — СМСку на телефон скину».

Люди — разные, и по-разному выражают своё признание. Но, оказывается, умеют ценить доброту, бескорыстие и профессионализм.

Слово лечит

Я однажды присутствовала на приёме у Кондрашкиной. Молодая женщина отказалась от госпитализации… Людмила Николаевна, чувствуется, огорчилась. Посетовала: «Все её посещения помню, не надо и в регистрационный журнал заглядывать… Пристрастилась к алкоголю. Видимо, так глушит беспокойство — заболевание у неё серьёзное, уходит от реальной жизни… А её спасать надо. Беседую с ней, порой, часами — она молодая, всё можно изменить, исправить. Убеждаю взяться за ум, иначе взглянуть на ситуацию, быть приверженной к лечению».

У следующей пациентки рожистое воспаление. Кондрашкина выясняет, что явилось толчком к развитию инфекции. Болела ли накануне ангиной? Были ли прежде подобные случаи? Ну, и, само собой, род занятий. Пациентка работает в магазине, весь день проводит на ногах… Врач открывает ей «больничный лист». Подробно назначает лечение и следующий приём: необходимо наблюдать динамику.

К чему расписываю так детально?
Для сравнения. Я сама перенесла рожистое воспаление. Хирург в поликлинике, глянув на полыхающее пятно, назначила антибиотики, а вот предшествующий заболеванию период (то есть первопричина) её вообще не интересовал, как и динамика процесса. Повторного посещения не назначила. Наверное, от невнимательности, поверхностного отношения к своей профессии таких вот врачей-исполнителей от «сих до сих» — вроде, не придерёшься, а десятки людей становятся «хрониками». К счастью, есть другие — «врачи старой закалки».

«Меня 12 минут, отпущенные на пациента (по существующим правилам — авт.), обижают, — признаётся Кондрашкина. — Я хочу, чтобы пациент понял, что за болезнь у него, как лечиться… как быть здоровым».

Она знает о них всё. Не только телефон — в медицинской карте указан. Род занятий, как живут, в каких условиях, чем переболели, начиная с рождения… Казалось бы, от поликлинического кабинетного врача такого отношения к больным не требуется. Такой поток! Упомни-ка всех. У Кондрашкиной всё иначе. Она досконально выясняет, что привело человека в её кабинет именно сейчас… И не отпустит без консультации, слов поддержки.

Женщина заглянула в кабинет Кондрашкиной, чтобы узнать результаты анализов. Правда, поторопилась: поступят лишь на следующий день. Людмила Николаевна успокаивает посетительницу, грузную, с тросточкой для ходьбы: «Не нужно в поликлинику по морозу лишний раз идти, я позвоню вам сама, как получу анализы на руки; расскажу, что в норме, а что следует взять на заметку и озаботиться».

Картинка из уходящей натуры?…

Точка отсчёта

Сретенск — старинный купеческий город на берегу Шилки, вдоль которой тянется Московский тракт, печально известный этапами ссыльных. Этот городок стал для Кондрашкиной точкой отсчёта. А ссыльнопоселенцы — мерилом интеллигентности, вернее, отношения к своей профессии, к пациентам, к людям, …к жизни.

Людмила Николаевна родилась в «медицинской семье» — мама была зубным техником. К сретенской кудеснице обращались не только жители городка на Шилке, нашпигованного в первой половине XX века ссыльными политическими и высланными из центральной России кулаками, но и читинцы. Наслышанные о её «золотых руках», специально приезжали люди из Владивостока, других краёв. Бралась протезировать, казалось бы, в самых безнадёжных случаях, и пациенты носили эти «мосты» и протезы всю жизнь: ни подгонять, ни менять не приходилось.

Деда объявили кулаком и расстреляли в тридцать седьмом, а её бабушку, в то время на сносях, сослали в глухой угол Забайкалья — в Сретенск. Женщина родила ребёнка в тридцать восьмом, а два года спустя старшая дочь Анна, мама Людмилы Николаевны, принесла ей внучку. Но тут, наконец, детям кулаков разрешили поступать в учебные заведения. И бабушка, не колеблясь, забрала годовалую внучку Людмилку к себе, а дочь Анну отправила на учёбу в читинское медицинское училище.

Учиться в военные годы было непросто. Днём девушка вместе с другими студентами разгружала эшелоны с ранеными, после — практика в госпитальных палатах, где размещали пациентов. Занятия вели врачи, в прошлой довоенной жизни — столичные светила медицины, проводили практикумы прямо в эвакогоспиталях, давали школярам задания к следующему дню… На подготовку — ночь, на сон — разве только час-два прикорнуть в общежитии, а чаще — в подсобке госпиталя, чтобы не тратить время на ходьбу. Но Аня считала, что ей крупно повезло. Жизнь дала уникальную возможность учиться у опытных профессионалов, профессоров, челюстно-лицевых хирургов.

Людмила Николаевна вспоминает, как её мама, уже в преклонном возрасте, возмущалась, сидя за телевизором: «О чём там московские зуботехники думают? Слышно же… у Брежнева вставная челюсть чакает, отстаёт. Боятся неудачи? Или гнева генсека?… Я бы, точно знаю, справилась, укрепила».

В их деревянном многоквартирном доме в Сретенске жили два старых интеллигентных доктора. Скорее всего, ссыльные — в детстве она не интересовалась их предысторией. Оба работали врачами-терапевтами, на самом деле — вели всех больных: и хирургических, и инфекционных, и роды принимали… После рабочей смены возвращались домой. А вечерами непременно (!) снова отправлялись в клинику: как там их пациенты? Вдруг затяжелели?…

После окончания школы у Люды сомнений в выборе будущей профессии не было: только медицина. Перед глазами мамин пример, и два стареньких ссыльных доктора, не расстающихся с фонендоскопом.

Были одной семьей

В Сретенск по распределению отправилось сразу 13 выпускников читинского мединститута — тогда в больнице открылись терапевтическое, инфекционное, родильное отделения. И среди новоиспечённых врачей, конечно же, Людмила. Она рвалась домой.

«Поначалу было безумно трудно. Больные поступали тяжёлые. С болями в животе, с рвотой, обезвоженные, покрытые сыпью… Решения нужно было принимать самой. И не мешкая. Но… было безумно интересно работать».

Кондрашкину (тогда ещё Филиппову — девичья фамилия) назначили врачом-инфекционистом. Вчерашняя студентка — единственный врач на инфекционное отделение… И всё же ей повезло. Наставницами на первых порах стали медицинские сёстры Людмила Георгиевна Калганова и Александра Тимофеевна Балагурова. Обстоятельные, дотошные. «Они войну прошли. Не в эвакогоспитале — на фронтах. Опытные были, в клинике разбирались. Как-то дежурил врач-рентгенолог. У пациента неясные боли в животе. Надо бы хирургу показать, — насторожилась одна из медсестёр-фронтовичек. Но тот отмахнулся: «А-а, ерунда!». Наутро у пациента перитонит… Они буквально опекали меня, подсказывали, как поступать в сложных ситуациях, предостерегали от ошибок».

И, как-то само собой получилось, сотрудники отделения сплотились, стали как бы одной семьёй.

«Отделение у нас было общее, вели и взрослых пациентов, и детей. Детишки, случалось, прямо из родильного отделения поступали… Слышу: «Опять почечных привезли!» — то есть, только-только появившихся на свет, а кюветов тогда не было. Так мы их буквально своими руками грели, выхаживали.

Детишек постарше, что поступали к нам в отделение, старались приодеть -народ тогда жил бедно, ребятишки поступали порой в немыслимом тряпьё… У взрослого населения тоже особого достатка не было, но в больницу старались приодеться.

Центрального водоснабжения в больнице в те годы не было. Воду нужно было наносить вёдрами, нагреть на печи… Но поломойки и санитарочки старались, выкладывались по полной. В отделении всё блестело, постельное бельё свежее, пациенты чистые — а, случалось, поступали больные с кишечной инфекцией, с отравлениями. Мы промывали им желудок, отмывали их самих с ног до головы. Одноразовых катетеров не было, сами мастерили из пластиковых проводов. Одноразовых перчаток тоже не было. Но случаев заражения внутрибольничными инфекциями — ни одного. И самих Бог уберёг».

А случаи были — тяжелейшие.

«Как-то помню, в наше отделение поступила старушка с подозрением на бешенство. Но вот задачка: собака её не кусала, и сама прямых симптомов не указывает. Пытаюсь напоить её водой — прошу запить таблетку, признаётся: сглатывать не могу. — Смотрю, а у неё руки все в кровоподтёках. — А-аа! — отмахивается. — Бешеный петух поклевал.

— Ноу петуха нет слюны, инфицироваться при контакте с птицей невозможно. Слово за словом, выясняется, что перед этим петуха приблудная собака гоняла, всего обслюнявила. Бабка петуху шею свернула, отварила. Но, видимо, собака была бешеной, и в ранки на руках старушки слюна всё-таки попала».

К вечеру Людмила Николаевна почувствовала, что у неё самой комок в горле стоит, сглотнуть не может. Первая мысль: заболела. Надо родных оградить… Дома закрылась на запор в отдельной комнате, попросила мужа не входить и дочку не подпускать… Ночью удалось выплюнуть сгусток гноя. Отлегло: гнойная ангина, не бешенство.

— А пациентка та несколько раз была при смерти… Затяжелеет и… снова в норму приходит. Она, по слухам, шаманка была — не могла без особого обряда умереть. Видимо, обряд всё же провела, и дыхание отлетело. Но… не на моих глазах, как это было — не знаю.

К пациентам в инфекционном отделении отношение было трепетное, бережное. Все сотрудники заботились о них, как о близких людях, попавших в беду.

— Помню вспышку брюшного тифа -тогда заболело 130 человек. Кормить их требовалось щадящей пищей… Заходит ко мне буфетчица (скорее, кормилица — но по штатному расписанию такой должности не полагалось), вся светится от радости: «Сегодня у нас супле». Суфле на самом деле — она малограмотная. А если протёртой пищи не было, буфетчица сама хваталась за тёрку… Медицинские сёстры следили за пациентами с брюшным тифом неусыпно. Мы всех тогда выходили, на ноги поставили.

Санитарки учились в вечерней школе, а весь коллектив отделения отвечал за их успеваемость.

— Помню, была у нас санитарочка Люда, старательная, все медсёстры стремились, чтобы с ней в паре на дежурство заступить. А вот учёба ей не давалась (отклонения в здоровье). Кто-то из персонала припугнул Люду: «Что ты думаешь? Уволят теперь с работы — учиться не хочешь». Девушка — в плач, заявила: «Повешусь!», заперлась в ванной. Я её полчаса под дверью уговаривала, просила выйти; пообещала, что переговорю с директором школы, попрошу для неё послабления… Наконец, санитарка Люда открыла задвижку… Я после на самом деле встретилась с руководством вечерней школы, объяснила им, что девчонке не по силам учёба, а вот работать она может.

«Нам бы только булютень открыть…»

В 1979 году Людмила Николаевна переехала в Читу: серьёзно заболел муж, нужно было лечение в специализированном медицинском центре.

Поначалу работала доверенным врачом в профсоюзах. Но… не могла без «живой работы». Бывший однокашник при встрече пошутил: «А-аа, понимаю! «Тёплое» местечко не про тебя… Если пальцевое исследование прямой кишки не проведёшь, считай, день впустую потрачен».

И ведь прав был! Людмила Николаевна томилась без сумасшедших вахт В клинике и перешла работать в читинскую городскую поликлинику (теперь консультативно-медицинский центр №2). И вот уже скоро сорок лет она -врач-инфекционист кабинета инфекционных заболеваний.

«В 70-80-е годы, чего греха таить, люди обращались в поликлинику лишь за освобождением от работы. Прямо говорили с порога: «Мне бы только булютень открыть».

Сейчас подходы к здравоохранению иные. Большое внимание на профилактику заболеваний обращается. Взять те же прививки от опасных инфекций. Одно время люди уклонялись от вакцинации, неслучайно снова заявили о себе полиомиелит, дифтерия, корь. Но побеседуешь с людьми, объяснишь риски, идут, прививаются. И к лечению подходы изменились. Теперь пациент в стационаре находится лишь 10 суток. А потом его выписывают — на долечивание, этим должны заниматься врачи в поликлиниках. Возьмём для примера кишечную инфекцию — дизентерию. За 10 суток можно снять лишь острую стадию заболевания, а после предстоит долгий этап долечивания.

Во второй половине 90-х в Чите впервые были выявлены ВИЧ-инфицированные пациенты. Людмиле Николаевне и её помощнице-медсестре даже пришлось на время превратиться в… сыскарей. Наркоманы (именно среди них были первые ВИЧ-положительные — авт.) прятались от медицинских работников или находились в «отключке». А надо, кровь из носу, доставить их в центр «СПИД»… Ей запомнился растерянный, совершенно обескураженный отец: «Мы сыну специально однокомнатную квартиру купили, чтобы привыкал к самостоятельности. Живи и радуйся… А он?!».

— Другими словами, отгородились от него, а вокруг компании праздношатающихся сверстников, наркотики, — не согласилась с ним врач. — Ребёнок, пусть совершеннолетний, всегда должен быть в поле зрения родителей, близких людей.

Диагноз ВИЧ в конце ХХ-го века повергал в отчаяние. Теперь гиперстрахи исчезли. Но народ у нас в Забайкалье, да и по России, безбашенный, рисковый. Бывает, ни имени героя-любовника, ни адреса, ни его профессии девушки не знают. А вдруг обнаружат вирус иммуннодефицита? При ВИЧ чем раньше начать лечение, тем лучше результат, неустанно и терпеливо объясняет своим пациентам Людмила Николаевна. Обучает их непременно заботиться о барьере при случайных половых связях.

…На днях я снова заглянула в рабочий кабинет Кондрашкиной. Часы приёма окончены, дома, как и у всех, у неё спешные дела. Но в дверь заглядывает женщина с тёмными кругами под глазами, явно нездорова. Робко спрашивает: «Не посмотрите меня? Я, правда, не по записи». И Людмила Николаевна приглашает её зайти. Профессионализм и большой опыт сочетается у неё с отзывчивостью, неизменной готовностью помочь.

Нина Коледнева. «Читинское обозрение» №4 от 23 января

Вся жизнь – борьба, считает Галина Балагурова, автор материала о селе Глинянке Шелопугинского района, где с надеждой ждут в гости временно исполняющего обязанности губернатора Забайкальского края Александра Осипова. Такие сёла – как притихшие на лавочке у дома престарелых старушки: битые жизнью, не заласканные, привыкшие больше к лишениям, чем к заботе.

«Сильные да настырные пытаются всё же в родных местах себе достойную жизнь обеспечить, большинство уезжает в другие регионы с более стабильной экономикой, а те, кому жить нечем, у кого нет крепкого стержня внутри и забыта привычка к работе, тонут в дешёвой, из-под полы продаваемой водке». Но жизнь не останавливается, и помощь, доброе слово и внимательное руководство таким деревенькам в десятки раз нужнее, чем тем же посёлкам городского типа или городам. Съездите, Александр Михайлович.

Надеются и ждут губернатора в гости

Добротных усадеб в селе Глинянка Шелопугинского района немало. Их видно издалека. По дому можно определить и хозяина — насколько крепко он стоит на земле, как ведёт хозяйство, и определить жизненную его философию. Дом — не только крепость, но и лицо хозяина.

Благополучие Глинянки кануло в Лету давно, с развалом совхоза. Не стало тогда сельчанам работы, и поехали они кто куда в поисках лучшей доли. Тогда и стали всё чаще и чаще появляться заколоченные дома, заросшие бурьяном огороды и пустыри. Теперь таких мест в селе уже по пальцам не пересчитать, но жизнь всё же не останавливается. Не все готовы сорваться с обжитых мест, а некоторые старожилы и вовсе категорично заявляют: «Я хочу жить здесь! Здесь моя Родина и вся родня!»

Дверь-на замок, главу-на улицу

Бьются глинянцы со своими проблемами. Где в одиночку, где сообща решают насущные вопросы, давно уже не надеясь на власть. Махнули рукой: пусть не помогают, лишь бы жить не мешали. Но последнее известие всколыхнуло поселение так, что забеспокоились даже самые терпеливые молчуны: из районного центра сообщили о предстоящей оптимизации сельской администрации. На завершающей год, предновогодней сессии, депутатам объявили, что специалиста — заместителя главы поселения — оставят в должности в качестве статиста, а избранного народом главу сократят.

Активисты села после бурного обсуждения внезапно возникшей проблемы решили, что участвовать в собрании, которое запланировала районная администрация, без проведения схода граждан в сёлах поселения бессмысленно. Необходимо обсудить и представить руководству района все самые веские доводы о нецелесообразности данного решения.

Проблему обсуждали всем селом. Вера Николаевна Соснина рассказывает: «Сказать, что мы были расстроены таким решением, значит, не сказать ничего. Это руководству кажется, что закрытие в селе администрации — пустячное дело, которое ничего в нашей жизни не изменит, но жить-то без главы придётся нам, простым людям. Для Глинянки Олег Васильевич Чупров — не глава поселения, он — голова. Меня поймут те, у кого умирали родственники, болели близкие, случались проблемы с оформлением пенсий, пособий, получением документов или оформлением стариков в специализированные учреждения.

Словно ушат холодной воды на нас опрокинули таким известием. Пришла домой, а по телевизору транслируют выступление министра территориального развития Забайкальского края. С пылу, на эмоциях дозвонилась. Описала оператору проблему, а она мне заявляет: «Не по адресу обращаетесь!» Это что значит?! Мы — не территория края? Или нам не нужно развитие или хотя бы сохранение того, что есть, чтобы жить относительно спокойно? Мы такие же люди, которым надо оформлять справки, консультироваться со специалистами, получать от власти достоверную информацию о жизни в районе! Пока я доказывала это, время передачи истекло, и мой вопрос в эфире не прозвучал, но до министра информация всё же дошла — начались звонки из районной администрации, мол, почему Вера Николаевна столько вопросов задаёт? А вопросы эти не одна я задаю — жители сёл Верх-Ягьё, Тергень и Глинянка хотят знать, как жить дальше в этом всепоглощающем хаосе, который разрушает организации, уничтожает сёла, лишает людей последних доступных услуг и, в общем итоге, калечит человеческие судьбы».

Жизнь в таких отдалённых сёлах, как Глинянка, — давно не сахар. Оптимизация уже «съела» достаточно учреждений, ставок и статей расходов из без того тощих бюджетов. Глава поселения Олег Чупров это прочувствовал на собственном опыте, как никто другой. Сократили водителя — сам сел за руль автомобиля. Рассудили при этом всем поселением: «Благо, хоть совсем «таблетку» не отобрали».

Чтобы сэкономить бюджетные деньги, Олег Васильевич с мужиками сам выезжает на заготовку дров для отопления администрации. По-другому не получается, денег в бюджете не хватает. Наступит весна, глава наравне с лесниками будет тушить пожары, чтобы уберечь свои сёла от огня. Причём делается это без всякой бюджетной поддержки.

Это руководству кажется, что закрытие в селе администрации -пустячное дело, которое ничего в нашей жизни не изменит, но жить-то без главы придётся нам, простым людям. Для Глинянки Олег Васильевич Чупров — не глава поселения, он — голова!

И это далеко не полный список дел, которыми кроме прямых своих обязанностей приходится заниматься сельскому администратору. Без его участия не проходят ни похороны, ни доставка людей в больницы, ни обеспечение каждодневной рутины поселенческих дел. Поэтому и встали глинянцы горой за своего главу, понимая, что без него — никуда.

«Ругать руководителя каждый горазд, — продолжает рассказывать о непростой работе Олега Чупрова Вера Николаевна. — Он же молча делает своё дело, помогает жителям, и первый, к кому идут за помощью -Олег Васильевич Чупров».

Удивляет власть народ

Проблем в небольшом поселении хватает с лихвой. В 2014 году закрыли в Глинянке почтовое отделение. Об этом было писано-переписано, но гоняться за почтомобилем, набитом посылками, газетами и пенсионными деньгами, уже стало нормой. В том, что страдания селян необходимы для обеспечения сверхприбылей руководству «Почты России», сейчас уже ясно всем. Но от души жаль Марию Фёдоровну Шепелёву, достойную труженицу, всю свою жизнь отдавшую крестьянскому труду и получившую в свои 80 лет долгожданную посылку от дочери, в которой оказались заплесневелая рыба и испорченные продукты. И ничего здесь не сделаешь — так теперь работает почта. Без извинений.

Несколько лет власти грозили закрыть в Глинянке основную школу. Мало детей, считают чиновники. При этом здание добротное, типовое, в нём же располагается детский сад. И ребятишек, стоит отметить, год от году становится больше. «Мало ли примеров, когда с закрытием школы умирало село? — рассуждает моя собеседница. — Тогда людям выбора не останется, поедут в никуда, лишь бы была возможность лечить, учить и воспитывать детей. Сейчас школьников из всех сёл поселения привозит на занятия школьный автобус, проблем с подвозом давно не осталось, а вот с водителем школьного автобуса они, вероятно, скоро возникнут, ведь ему уже под 70, а замены в селе нет. Молодёжь убегает, закрыв глаза на сельскую безнадёгу, у тех, что остаются, нужной классности и категории нет».

Об Александре Николаевиче Федотове стоит сказать отдельно. Неравнодушный он человек. Несмотря на возраст, сам собрал автомобиль, на базе которого оборудовал цистерну для подвоза воды населению. На годы не пеняет, в выходные дни развозит по улицам села воду, иначе — ещё одна проблема. Для главы — особенно. Это одно из основных полномочий — обеспечение населения питьевой водой. За невыполнение — объяснения с прокуратурой.

Ни шагу к краю пропасти

Вся жизнь — борьба. С проблемами, обстоятельствами, халатностью и чёрствостью чиновников. Жить бы, хозяйство вести, а не получается. Сильные да настырные пытаются всё же в родных местах себе достойную жизнь обеспечить, большинство уезжает в другие регионы с более стабильной экономикой, а те, кому жить нечем, у кого нет крепкого стержня внутри и забыта привычка к работе, тонут в дешёвой, из-под полы продаваемой водке.

Или наши сёла — не территория края? И нам не нужно развитие или хотя бы сохранение того, что есть, чтобы жить относительно спокойно? Мы такие же люди, как все…

«Хочется сказать, даже кричать всем: «Не молчите! И вы, депутаты, спасайте село, мы для этого вас выбирали! Нас всех давно обложили налогами, запретами, штрафами, которые мы платим исправно со своих копеечных пенсий, так давайте не позволять приближать нас ещё на один шаг к краю пропасти. Когда закроют последние организации в угоду требований вышестоящего руководства, назад уже ничего не вернёшь!» — призывает к активному диалогу с властью Вера Николаевна своих земляков, искренне веря, что сообща, всем вместе, можно убедить чиновников в опрометчивости и недальновидности их решений. И ждут глинянцы в гости губернатора. «Он мужик дельный, разберётся, мы это уже по делам его поняли», — надеются на поддержку жители сёл Глинянка, Верх-Ягьё и Тергень.

От редакции:

21 января, когда материал готовился к печати, в Гпинянке прошло совещание, на котором жителям обещали объяснить необходимость «обезглавить» село. В тот же день было запланировано собрание в Шивие. Чем закончилось дело, читайте в следующем номере «Земли». А мы, в свою очередь, отправляем этот материал в администрацию губернатора.

Галина Балагурова. «Земля» № 4 от 22 января

А вот тут дети, которые идут на преступление часто легче, чем в школу.

Детство наперекосяк

Преступность несовершеннолетних остаётся высокой

На прошлой неделе по центральному телевидению наш регион в очередной раз прогремел на всю страну. Причина тому-самый высокий уровень подростковой преступности среди субъектов РФ.

В девочках жестокости больше

Комментарии и «свежую» статистику в краевом УМВД не предоставили. Поэтому помочь разобраться в проблеме мы попросили ветеранов правоохранительных органов, педагогов, депутатов, нашли статистику прошлых лет.

Среди основных причин правонарушений, конечно же, неблагополучная обстановка в семьях, влияние криминализированного окружения, бесконтрольные контент и возможности Интернета, низкий уровень эффективности профилактической работы, злоупотребление алкоголем. К слову, на начало 2019 года под наблюдением (на учёте) наркологов состоят 637 несовершеннолетних. Из них только восьми поставлен диагноз «алкоголизм», который требует медикаментозного лечения. Л все остальные нуждаются в психологической и педагогической коррекции.

— До тех пор, пока наш регион будет депрессивным, подростковую преступность мы вряд ли полностью искореним, — рассуждает ветеран МВД, полковник Владимир Кивва. — У многих ребят нет перспектив… Что они у нас видят? Спивающуюся деревню, безработицу, отсутствие социальной защиты населения.

С Владимиром Анатольевичем согласна и заместитель директора школы-интерната для неслышащих детей Татьяна Кутузова.

— Мы и будем на первых местах по преступности, пока вокруг нас озлобленность, расслоение общества на бедных и богатых, — комментирует Татьяна Владимировна. — По моим наблюдениям, и это, кстати, подтверждают факты, в девочках жестокости сейчас больше, чем в мальчишках.

«Дико и немыслимо»

Само Забайкалье неоднородно в плане уровня подростковой преступности. Так, наиболее высок удельный вес подростковой преступности в Балейском, Петровск-Забайкальском, Шилкинском, Борзинском и Хилокском районах.

— Высокая подростковая преступность — это немыслимая дикость, но таковы реалии, — говорит депутат от КПРФ краевого Законодательного собрания Светлана Скубьсва. — Живём в такое время, что родители вынуждены больше времени проводить на работе, зарабатывать деньги, чтобы обеспечивать себе и детям более-менее достойное существование. Меньше внимания — детям. Не у каждой семьи есть возможность записать ребёнка на секцию или в студию. А в школах внеклассная работа ведётся так, что дети не хотят сё посещать. Раньше занятость во внеурочное время была обязанностью, а сейчас есть деньги — ходит ребёнок па спортивную секцию или на танцы, а нет — предоставлен сам себе. Свободное время «рождает» дурные мысли и поступки.

Депутата поддерживает председатель Федерации по тайскому боксу, учитель физкультуры школы-интерната имени В.Подгорбунского Рустам Байраков.

— Подростки часто идут на преступление либо пробуют алкоголь, потому что у них много свободного времени, — рассуждает Рустам. — Нужно активнее вовлекать их в творческие кружки или спортивные секции — это зависит от нас, взрослых. Выход из этого положения — в совместной работе компетентных органов: правоохранительных ведомств и общественности, ведь вопрос детской преступности является общим.

Языком цифр:
В 2014 году подростками совершено 1603 преступлений, в 2015 году — 1422, в 2016 году-1297.

Елена Лоскутникова. «Аргументы и факты Забайкалье» №4/2019

Въедливость врио губернатора Александра Осипова успели заметить многие. Работающие с ним чиновники, кажется, адаптировались к совещаниям в любое время суток, и к тому, что планы могут корректироваться на ходу. Политолог Игорь Линник отмечает, что в числе серьёзных плюсов нового главы региона – солидный уровень образования, аналитический склад ума. И «достаточный бэкграунд».

ВРИО губернатора — временщик?

Политолог Игорь Линник: о наших ожиданиях и нерешительности Александра Осипова

На следующей неделе -100 дней как президент РФ Владимир Путин назначил Александра Осипова временно исполняющим обязанности губернатора Забайкальского края.

Политолог Игорь Линпик проанализировал минувшие три месяца, определил сильные и слабые стороны нового главы региона.

«Команда утопленников»

— Ходят слухи о том, что Александр Михайлович назначен управлять нашим регионом, чтобы выполнить ряд государственных задач. Но итогам их успешного выполнения покинет Забайкалье.

— Он сам провоцирует такие разговоры о себе. Людям нужна конкретика, не любят они недосказанность. Осипов ещё не ответил, будет ли выдвигать свою кандидатуру на осенних выборах. Может быть, он готовит площадку для работы кому-то иному.

В своё время Константин Ильковский и Наталья Жданова тайны из своих намерений не делали.

Плюсом в работе врио губернатора отмечу его встречи с бизнес-сообществом. Минусом — отсутствие диалога с представителями политического круга (в том числе непарламентскими партиями), с медицинским сообществом, вузовской интеллигенцией, с представителями творческих союзов, морально авторитетными гражданами (среди которых доктор медицинских наук Борис Кузник, доктор исторических наук, археолог Михаил Константинов и другие). К слову, Равиль Гениатулин умел грамотно выстраивать диалог с такими людьми, потому при нём появились интересные проекты. Среди них — научный универсальный справочник «Энциклопедия Забайкалья».

— Вы согласны с тем, что сто дней — рубеж сугубо символический? Можно ли дать оценку работы к этому времени?

— Три месяца — достаточный срок для того, чтобы осмотреться, вникнуть в проблемы и начать их решать. Пока мы видим только встречи, слова. Пора уже переходить от благих протокольных намерений к делам, приносящим результаты.

Александру Осипову не хватает решительности. При этом время играет против него, так как завышенные ожидания забайкальцев по истечении определённого времени могут привести к разочарованию. Вспомните, какие надежды возлагали в своё время на Константина Ильковского, думали: «Вот пришёл, и сейчас у пас всё закипит, зацветёт, заработает». А прошёл год, и Константина Константиновича за глаза стали называть нелицеприятными именами. Завышенные ожидания сменились раздражением.

— Что, по вашему мнению, нужно сделать Осипову в первую очередь?

— Поменять правительство края. Ну, неужели непонятно, что команда, сформированная в 2015 году Натальей Ждановой, бесполезна и неэффективна? Настолько не профпригодна, что даже некоторые забайкальцы называли сё «командой утопленников». Именно эта команда и «потопила», подвела Наталью Николаевну. Неминуем был подобный исход.

Согласитесь с тем, что многие чиновники занимают свои места, при этом абсолютно не соответствуя занимаемой должности.

— Согласна.

— Им не хватает ни профессионализма, ни этичного отношения и уважения к своим подчинённым, а также к гражданам. Чего уж говорить об их репутационном капитале. У некоторых он напрочь отсутствует. С людьми разговаривают «через губу», представителям СМИ могут нагрубить, словом, ведут себя некорректно.

В режиме антикризисного менеджера

— В крае объявлен так называемый «забайкальский призыв» ? Способен ли он сформировать правительство края в том виде, в каком оно должно быть?

— Идея призыва хорошая, а вот исполнение, реализация удивляет. Кто отвечает за подбор кадров? Сами же чиновники, у которых главная задача — самосохраниться, не потерять своё место и помочь удержаться свату, брату, соседу, племяннице…

Кумовство в краевой власти и в администрации Читы — заметные и сильно раздражающие факторы. Осипов заслужит уважение к себе, если поспособствует введению прямых выборов мэра городского округа. Кстати, вы заметили, что он большое внимание уделяет столице края? И правильно делает. Я думаю, такое внимание может привести к смене кадрового состава городского округа, который в настоящее время напоминает некую клиентелу (если ты мне друг, то тогда и коллега, и партнёр).

— Говорят, что врио губернатора может засиживаться па работе до 23 часов, а вместе с ним — и другие чиновники. Может среди ночи поднять, если требуется подписание какого-либо документа. По-вашему мнению, это нормально?

— Я не буду говорить о правовой стороне этого дела, но факт налицо: глава региона сейчас работает в режиме антикризисного управляющего, а потому допускается такой чрезвычайный график работы. Уж, очень много несделанного и недоделанного оставили после себя предшественники.

Даже если Александр Осипов ориентирован на собственное продвижение по карьерной лестнице, если думает о более высокой должности для себя, то это должно совпасть с интересами забайкальцев — в такой ситуации наш регион станет той площадкой, на которой врио губернатора реализует свои устремления. Он работает на результат, по которому его и будут оценивать в том числе и высокопоставленные федеральные чиновники.

— Осипову удаётся не повторять ошибок своих предшественников?

— У каждого свой стиль и почерк… Ильковский несколько поспешил со-сменой правительства края, не уделял должного внимания внутренней политике, легковесно относился к формированию собственного имиджа в медиапространстве. Наталья Жданова на должности министров и руководителей крупных ведомств назначала, руководствуясь исключительно личными симпатиями.

Сейчас управление регионом значительно отличается от работы прежних губернаторов. Во-первых, у Александра Осипова солидный уровень образования. Он — экономист, а значит, имеет аналитический склад ума. Второе — Осипов имеет достаточный бэкграунд. Я имею в виду связи, степень подготовленности, профессиональный и жизненный опыт. Импонирует и его деловой и въедливый стиль работы.

— Предположим, у него перспективные идеи. А кто их будет реализовывать? Толковые забайкальцы уезжают из региона.

— Надеюсь, что у Осипова есть своя команда и со временем она войдёт в регион (но хотелось бы, чтобы это было более оперативно и решительно).

Климат не тот. И бизнес-среда не та

— Забайкальцы рассчитывают на то, что смена губернатора многое решит в их жизни. Это иллюзия?

— По большому счёту, да. Иллюзия, конечно. Нужно всегда рассчитывать только на себя. Другой вопрос в том, какие изменения можно ожидать в крае после присоединения нас к Дальнему Востоку.

— Есть надежда на то, что получим определённые субсидии, субвенции и льготы.

— Но это определяет не губернатор. Такие вопросы поднимаются на федеральном уровне. И решения принимаются не в Чите, а в Москве.

Ещё один момент: когда в целом в стране политическая ситуация уничтожила экономику, что может сделать глава отдельно взятого региона, да ещё такого депрессивного, как Забайкальский край?

— Привлечь инвесторов. Именно об этом сейчас много говорят в правительстве края.

— По хлопку в ладоши эго не сделаешь. Кто к нам пойдёт? Во что можно вкладывать деньги, учитывая высокие тарифы, неразвитую инфраструктуру, низкую платёжеспособность населения? Я лично не вижу скорого экономического просвета для Забайкалья. Не определены пока и точки роста. Сделать что-то прорывное и вразуми тельное, вывести из ямы, в которой мы оказались, да ешё и с учётом накопившихся долгов и проблем очень и очень сложно.

Может быть, найдутся отечественные предприниматели, готовые вложить деньги в новые проекты. Может, китайские предприниматели.

— У вас нет опасений насчёт того, что скоро могут снова поднять вопрос о том, чтобы сдать часть земель края в аренду китайцам?

— Вопрос не особенно прозрачен… И он связан с внешнеполитической безопасностью. А у китайцев — да, интерес к Дальнему Востоку наблюдается, и уже не одно десятилетие.

— Есть надежда на то, что у нас отток населения хоть немного, но приостановится?

— Не думаю. Сейчас забайкальцы находятся в эйфории от появления нового лица в правительстве края. Да, Александр Осипов показывает квалифицированный подход к делам. Но ему необходимо конвертировать высказываемые намерения в конкретный результат.

Елена Лоскутникова. «Аргументы и факты Забайкалье» №4/2019

Если говорить о принципах, отношении к жизни и делам, то вот вам интервью Алладина Мамедова, у которого накануне новогодних праздников Роспотребнадзор закрыл кафе «Аура» в Чите.

Твёрдые принципы Алладина Мамедова

О нем можно сказать так: успешный человек в бизнесе с твёрдыми незыблемыми принципами, отдающий совершенно бескорыстно свое свободное время на служение общественной деятельности, и прекрасный семьянин, чтящий обычаи и культуру своего народа.

Сегодня в рубрике «Гость редакции» Аладдин Мамедов -председатель Забайкальского регионального отделения Общероссийской общественной организации «Всероссийский Азербайджанский конгресс», заместитель председателя Общественной палаты Забайкальского края -расскажет о своей общественной деятельности и о том, в каком состоянии бизнес в Забайкалье находится сейчас.

«Век живи — век учись»

— Аладдин Насибович, как вы, уроженец Азербайджанской ССР, оказались в Забайкалье, после чего оно на долгие годы стало вашей второй малой родиной?

— В Забайкалье я приехал не во время службы в армии, как многие считают. Своими глазами прекрасные просторы нашего края я увидел в 27 лет, когда в первый раз оказался здесь, с тex пор так и живу тут.

— Сегодня можете сказать, что вы состоялись как предприниматель? Или всё-таки «Век живи — век учись»?

— Безусловно, «Век живи -учись». Каждый человек должен стремиться к саморазвитию и расширению своего дела. Что касается тот о, состоялся ли я как предприниматель… Считаю, что да. Были разные времена, но для меня развитие своего бизнеса всегда было в приоритете. Бизнес — это не только прибыль, объекты, в первую очередь это люди, с которыми ты работаешь. И настоящий предприниматель всегда обязан заботиться о своих работниках. Думаю, что все эти годы я с этим хорошо справляюсь.

— Всегда интересно, зачем крупные предприниматели занимаются общественной работой? Расскажите о лично вашей мотивации?

— Если Бог дал тебе возможность, надо делиться. Это сказано и в Коране, и в Библии. Ко мне постоянно приходят люди, по-настоящему нуждающиеся в помощи, и не важно, в какой форме она: деньги, совет или ycлуга. Всегда нахожу время для того, чтобы максимально помочь им. Вообще, я считаю, что каждый, кто живёт в Забайкальском крае, зарабатывает здесь деньги, должен хоть как-то облегчить жизнь земляков.

— Кстати, в скольких общественных организациях или советах вы состоите? По всему выходит, что никак не меньше десяти?

— Вы правы, всех общественных советов, в которые я вхожу, наберётся с десяток. Работы очень много, а людей, желающих развивать гражданское общество, у нас не так много. Поэтому приходится вникать в каждую сферу деятельности и делать все возможное для улучшения качества жизни в Забайкальском крае. Но так как я больше связан с бизнесом и предпринимательством, мои сферы — это работа в экономической области.

— Вы видите себя в политике?

— Именно в политике — нет. У меня нет желания заниматься этим. Хотя если разобраться, общественная сфера — тоже политика, со своими проблемами и путями решения.

Чтя традиции и культуру

— Насколько многочисленно Забайкальское региональное отделение Общероссийской общественной организации «Всероссийский Азербайджанский конгресс», которое вы возглавляете? Сколько в ней активных членов? Сколько, по вашим данным, в Забайкалье вообще проживает азербайджанцев?

— Всего в крае проживает около 3000 азербайджанцев. Каждый в той или иной мере активен, все стараются помогать друг другу по мере своих возможностей. Мы все общаемся, на заседаниях обсуждаем острые проблемы, распределяем дела. Например, нa данный момент решаем вопрос о создании традиционного ансамбля песни и танцев Азербайджана. Если говорить о самых активных в нашей организации, то это человек 200-250, постоянно принимающих участие в заседаниях и мероприятиях, которые наша организация организует или в которых принимает участие.

— Чем занимается организация? Хотя бы кратко последние её дела перечислить можете?

— Главная задача — это, конечно же, сохранение нашей культуры, почитание обычаев. В Забайкалье живёт много разных народов, и необходимо контролировать межнациональную сферу. Важно воспитывать молодёжь, показывая, что мы все едины и должны жить в дружбе и уважении друг к другу.

Что касается дел, их много. Это организация таких праздников, как Навруз, спортивных мероприятий. Это очень объёмная и затратная работа, ведь каждая диаспора привносит свое, свои личные средства и время. Но результаты превосходят ожидания — с каждым годом мероприятия посещают всё больше забайкальцев и гостей края. Многие из праздников превращаются в настоящие народные гуляния, где все национальности равны и едины. Кроме того, мы стараемся помогать нуждающимся, сиротам, пенсионерам, которые приходят к нам с просьбами.

— Спартакиада народов Забайкалья уже давно стала своеобразной Олимпиадой местного уровня. Расскажите об участии в ней команды забайкальских азербайджанцев.

— Мы принимаем участие в этом спортивном мероприятии с первых дней его организации. Готовим и выставляем спортсменов. Ведь, повторюсь, такие праздники направлены на объединение и сплочённость всех народов, проживающих в крае.

— Забайкальские армяне установили памятный хачкар, еврейская община обживает историческое здание читинской синагоги, а с каким объектом, зданием или символом связана деятельность забайкальских азербайджанцев?

— Чите сохранилось здание мечети, построенной в 1905 году. Забайкальское региональное отделение Общероссийской общественной организации «Всероссийский Азербайджанский конгресс» активно участвовало в реставрации и ремонте объекта мусульманской религии.

— Планируется ли какое-то социально значимое строительство вашей организацией?

— Уже очень давно в Забайкалье обсуждается вопрос о строительстве Дома дружбы. Во многих регионах страны он есть, например, в ближайших городах, таких как Улан-Удэ, Иркутск, такие объекты уже имеются, в Чите пока нет. А для народов Забайкалья это необходимое учреждение, где каждая национальность сможет в отдельной студии рассказать о своих традициях, обычаях и куль туре. В настоящий момент данный вопрос решается на уровне. Ассамблеи народов Забайкалья, и пока рассматривается вариант размещения Дома дружбы нa базе театра «Забайкальские узоры», находящегося на КСК.

— Вы в организации человек номер 1. А кто человек номер 2 и остальные активисты?

— У нас нет людей под номерами один, два по важности. Мы всегда все вопросы обсуждаем вместе и принимаем решения коллегиально. Голос каждого имеет значение.

— Наверное, никак не обойти вопрос взаимоотношений азербайджанского и армянского народов. Не секрет, что у них были очень тяжёлые страницы истории, но сейчас всё в прошлом. В связи с этим интересны ваши личные взаимоотношения с руководством Союза армян Забайкалья. Часто общаетесь с ними? Может, какие-то общие проекты есть?

— Проектов совместных как таковых нет. Конечно, мы все принимаем участие в общих праздниках, выставках и спортивных мероприятиях. Отношения у нас хорошие и рабочие.

— Вообще, насколько сплочённой группой являются руководители национальных общественных объединений Забайкалья? Вы часто общаетесь? Или чаще всего видитесь только на официальных мероприятиях?

— Большинство руководителей национальных общественных объединений входят в состав Ассамблеи народов Забайкалья. Поэтому мы очень часто встречаемся, обсуждаем важные и актуальные вопросы. Со многими сложились крепкие дружеские отношения.

«Мы словно живём в другой стране»

— Время для развития не то что крупного, а даже мелкого бизнеса в крае не лучшее. Почему, на ваш взгляд, сложилась такая ситуация?

— Честно говоря, складывается такое ощущение, что Забайкалье — это не субъект РФ, а мы живём в другой стране. Владимир Путин всей стране даст указание не трогать средний и малый бизнес, а в Забайкальском крае, наоборот, затягивают его в тиски. И это касается всего. Могу привести пример из своей деятельности: пришли представители Роспотребнадзора на объект — выявили нарушения, сделали предписание на устранение и наложили штраф. Проходит неделя, большинство нарушений исправлено, но они уже на имеющееся предписание, которое ещё не истекло по срокам, выставляют уведомление о закрытии объекта на месяц. Разве это правильно и законно? Это не просто здание — это рабочие, которые на месяц лишатся работы, следовательно, зарплаты.

Необходимо менять подход. Пора избавляться от «галочной» системы, надо дать вдохнуть бизнесу — тогда он сможет расправить плечи и работать в полную силу. А это повлечёт за собой увеличение налогов в бюджет края и города.

— Появилась отрицательная тенденция вывода бизнеса в другие регионы страны или полного переезда предпринимателей. Вы общаетесь со многими владельцами бизнеса в крае: какие настроение у них?

— Бизнес-климат в крае, я бы сказал, плачевный. Многие предприниматели уезжают или хотят уехать, но останавливает бизнес, который тяжело продать в настоящее время.

За всё время, пока я в бизнесе, были разные ситуации и времена, но я ни разу не задумывался о переезде из Забайкалья. Но сейчас, когда со всех сторон именно местные госорганы ставят преграды к развитию, начал задумываться об этом.

Очень жаль, что край теряет умных экономистов, хороших предпринимателей. Если так будет продолжаться, то развивать край будет просто некому, следовательно, сюда зайдут федеральные и иностранные корпорации, которые и налогов как таковых оставлять тут не будут.

— Забайкалье присоединилось к ДФО. По-вашему, это поможет стабилизировать ситуацию в бизнесе?

— Я считаю, что пока мы не сменим кадры и не станем учить молодое поколение, ситуация не изменится. В стране большое количество федеральных программ, где есть деньги для решения большинства задач. Но кто-то из нынешних министров работал в этом направлении? Нет.

Необходимо поменять курс -прошло время «буквоедства» и красивых слов, сейчас нужно показывать результат. А для этого необходимы новые силы, новая кровь со свежими идеями и взглядами на улучшение качества жизни в крае.

Нужно создать условия для молодых и перспективных специалистов тут, чтобы у них не было желания уехать из региона, тогда они смогут, не оглядываясь на бытовые проблемы, строить и развивать Забайкальский край, ведь кадры решают все.

Мария Чуева. «Азия-Экспресс» №1-2 от 23 января

Уже четвёртый месяц в посёлке Новокручининский Читинского района один из домов не могут подключить к электроэнергии. Двухэтажка «питается» от кабеля-«времянки», который протянули от соседнего здания.

«Подвешенный» свет

В забайкальском посёлке уже четвёртый месяц не могут нормально подключить к электросети дом после аварии.

В редакцию газеты обратилась жительница посёлка Новокручининскии Читинского района. Она рассказала, что вот уже несколько месяцев дом, в котором проживает она и несколько её соседей весьма преклонного возраста, не могут подключить к нормальному источнику электричества. На сегодняшний день их двухэтажка «питается» от кабеля-«времянки», который протянули от соседнего здания. «Экстра» разбиралась, почему целый дом оказался в таком «подвешенном» состоянии.

«Убитый» дом

О том, что жители Новокручининска регулярно сталкиваются с серьёзнейшими проблемами в сфере ЖКХ, «Экстра» уже писала. Но даже на общем фоне депрессивной разрухи, дом, о котором пойдёт речь в статье, выделяется своим откровенно «убитым» состоянием. В одном из подъездов несколько лет назад произошёл пожар, полыхнула проводка — с тех пор стены так и покрыты толстым слоем гари, а в крыше зияет дыра. Окна в подъездах в ужасном состоянии, кое-где стёкла отсутствуют вовсе. Верхние этажи регулярно заливает с крыши, а полы в квартирах существенно проседают. Да и снаружи дом выглядит прекрасной иллюстрацией развала и упадка — облупившиеся стены и позеленевший фундамент навевают не самые радужные мысли. Населяют его в основном пожилые люди — большинству из них около 70-80 лет. Многие квартиры уже стоят пустыми — хозяева покинули этот мир, а наследники, если таковые есть, не торопятся въезжать в рассыпающееся на глазах здание. Однако есть и несколько семей с маленькими детьми, которым просто некуда податься. И вот нынешней осенью, вдобавок ко всем существующим проблемам, жителей этого дома постигла новая беда.

Свет погас

В ночь с 6 на 7 октября отключилось электричество. И к утру не включилось. Поначалу особой паники у жильцов это не вызвало — в конце концов, бывает всякое. Но света не было и день, и два, и три. Управляющая компания на обращение жителей только развела руками — поломка произошла за пределами дома, а значит, не их это вотчина. В итоге почти неделю пришлось обходиться без благ цивилизации старикам и детям. Стало понятно, что это не обычная авария. Выяснилось, что ранее питавшее электричеством злосчастный дом ОАО «Ростелеком» решило прекратить эту давнюю традицию по причине того, что это стало экономически невыгодно. И, воспользовавшись аварией на линии, от снабжения дома отказалось. По крайней мере, именно так обрисовала ситуацию администрация посёлка, для которой это решение «Ростелекома» оказалось полной неожиданностью. Целую неделю власти думали-гадали, как же теперь быть. Но выход был найден -от соседнего дома прокинули временный кабель прямо через окно подъезда, «запитав» электрощиток. После шестидневного отсутствия свет, наконец, вернулся в квартиры. Тогда жильцы, разумеется, радовались и благодарили чиновников, тем более, что те пообещали решить вопрос с подключением к постоянному источнику света и убрать «времянку», как только это станет возможно.

Тянем время

Однако время шло, а временный кабель так и продолжал висеть над головами жителей, как напоминание, что они в любой момент снова могут остаться без света. Через месяц инициативная группа проживающих в доме пенсионеров в лице Нины Ивановны Тереховой, которую они выбрали своим представителем, обратилась в администрацию посёлка с резонным вопросом: когда, в конце концов, будет нормальный и стабильный свет в их несчастном доме. В ответ они услышали загадочное и малоинформативное: «собираем документы, ждите». И сбор этих неведомых документов, по оценкам жильцов, изрядно затянулся — когда в декабре Нина Ивановна обратилась в ОАО «Читаэнерго», чтобы узнать, как продвигается дело, она с удивлением узнала, что даже заявка на подключение их дома к общим электросетям ещё не подана. И это несмотря на то, что прошло уже два месяца с момента аварии и отключения дома от сетей «Ростелекома». На все претензии местные чиновники заявляли, что процесс ускорить нельзя никак. И вскользь добавляли, мол, свет-то у вас есть — в чём проблема?

Оправданные опасения

Увы, не всё так просто, как видится из кабинетов поселковой администрации. Проблемы у людей всё-таки есть, и отмахиваться от них — не самое лучшее решение для слуг народа. Главная из них — это, разумеется, само состояние подвешенности в прямом и переносном смысле. Кабель, по словам жителей, «просто висит по воздуху», причём расстояние между домами далеко не 2-3 метра, а значит, есть угроза того, что ветер или ещё какие-нибудь природные факторы в любой момент могут его оборвать и снова оставить народ без света. Вызывает вопросы и общее состояние проводки в доме. Вся электрика в подъездах и без того держится «на соплях» и выглядит как кошмарный сон электромонтёра. И этот временный кабель ситуацию только усугубляет. С учётом того, что один серьёзный пожар из-за неисправности в проводке жители уже пережили — последствия налицо до сих пор, — опасения их вполне оправданы.

Есть и ещё один камень преткновения — оплата за электроэнергию. Раньше жильцы платили напрямую в «Ростелеком» и их это устраивало.

Теперь же, поскольку «Ростелеком» от них отказался, а «Читаэнерго» под своё крыло ещё не взял, платить вроде как и некуда. Тем не менее, электричество они всё-таки потребляют, расход есть. И ложится он на тот самый дом, от которого прокинута «времянка». Администрация посёлка вместе с местной управляющей компанией ООО «Домувид» решили, что оплачивать люди будут как и раньше, исходя из показаний своих домашних электросчётчиков. Но на счета УК, которая теперь от руки вписывает в свои квитанции ещё и оплату за электроэнергию в квартирах. Насколько это правомерно — вопрос открытый. Хотя чисто по-человечески выглядит это, на первый взгляд, разумно. Вешать весь расход на «кормящий» дом несправедливо.

К сожалению, есть одна очень неприятная загвоздка — жители не доверяют своей управляющей компании. Основания для этого у них имеются и весомые. Напомним, в одном из прошлых номеров «Экстра» подробно освещала историю противостояния новокручининцев и предприимчивой УК. Вкратце она выглядит так. Сначала коммунальщики, работавшие тогда под названием НП «Новокручининский», воспользовавшись лазейкой в законодательстве, внезапно задрали тарифы для населения сразу на 57 процентов, при этом к качеству оказываемых услуг у народа были весьма существенные претензии. После этого граждане огляделись вокруг и спросили себя и УК, за что они, собственно, платят? Была инициирована комиссия из Роспотребнадзора, которая обнаружила в деятельности НП «Новокручининский» многочисленные нарушения, связанные в первую очередь с невыполнением обязательств. За эти нарушения компанию оштрафовали на солидную сумму. Тогда компания просто объявила себя банкротом и официально прекратила свою деятельность. Но люди, возглавляющие её, никуда не делись и быстренько организовали новую УК с красивым названием ООО «Домувид». Этот эпизод с банкротством и сменой вывески окончательно подорвал доверие некоторых новокручининцев. В их числе и Нина Терехова, старшая по дому, о котором идёт речь.

— Я готова напрямую в «Читаэнерго» за свет платить, а в «Домувид» этот не буду. Они там карманы понабьют, и опять рассыплется шарашка, так было уже. И где я потом свои деньги буду догонять? — возмущается пожилая женщина.

«Можем и убрать»

На сегодняшний день свет в доме Нины Ивановны и её соседей всё ещё «подвешен». И в ближайшее время ничего не изменится.

— В конце декабря мы подали заявку на подключение, но никакого ответа ещё не получили, — говорит Вадим Савченко, заместитель главы администрации городского поселения «Новокручининское» по вопросам ЖКХ. — Вообще согласование может и полгода занять. А если их (жильцов — прим, ред.) кабель не устраивает, можем вообще его убрать, будут без света сидеть.

То, что заявку, наконец, подали — новость хорошая. Ещё как минимум полгода ожидания — уже не очень. А вот взаимодействие с населением в стиле «сидите и не возмущайтесь, а то хуже будет» и вовсе оптимизма не внушает.

Алеся Малинина. «Экстра» №4 от 23 января

«На минувшей неделе житель Читы сообщил нам о том, что около двух недель назад кто-то посягнул на святое — вывалил отходы справа от четырёх памятных стел, символизирующих военные годы. Со слов читателя, трудились там не местные жители — слишком уж быстро возникла свалка», — пишет Егор Захаров. О том, почему мусор из педколледжа появился на Мемориале боевой и трудовой славы забайкальцев,

Мусор из педколледжа оказался на мемориале

Появившиеся вблизи Мемориала боевой и трудовой славы забайкальцев кучи мусора возмутили читателей «Вечорки». Обнаруженные на стихийной свалке документы помогли в итоге найти виновных.

На минувшей неделе житель Читы сообщил нам о том, что около двух недель назад кто-то посягнул на святое — вывалил отходы справа от четырёх памятных стел, символизирующих военные годы. Со слов читателя, трудились там не местные жители — слишком уж быстро возникла свалка. Репортёрская группа «Вечорки», выехав на место, подтвердила подозрения. Отходы были разделены на три кучи, в каждой из которых помимо строительного мусора — кусков линолеума, кабель-каналов и мешков из-под сухих смесей — обнаружились и документы Читинского педагогического колледжа. В их числе — контрольные работы учащихся, списки с указанием социального статуса и учебные пособия. Часть мусора всё-таки появилась стараниями местных.

В тот же день мы обратились к директору учреждения за комментарием. Оказалось, что сотрудники колледжа тут не при чём.

— Мы недавно выиграли федеральный грант на ремонт, деньги нужно было осваивать очень быстро. Поэтому у нас работало несколько фирм-подрядчиков. Сказать, кто именно вывез мусор в неположенное место, я сейчас не могу, но обещаю догнать и разогнать. Я возмущена, — сказала корреспонденту «Вечорки» директор колледжа Татьяна Алешкина.

Она также уточнила, что документы, найденные в мусоре, утратили актуальность и, вероятно, преподаватели решили от них избавиться. Указанные в списках ученики выпустились несколько лет назад, а сами списки не могут считаться персональными данными.

Татьяна Владимировна сдержала слово. Несмотря на то, что 21 января она ушла в отпуск, с редакцией связался ее заместитель и продемонстрировал фотографии, на которых можно заметить лишь мелкий сор. Его подрядчики обещали собрать уже руками.

Егор Захаров. «Вечорка» №4 от 23 января

На прошлой неделе скончался главный врач городской больницы №1 в Чите Иван Шовдра. «Поругать и сразу протянуть руку помощи, сделать все для того, чтобы и врачам, и пациентам было легче», — рассказывает о нём его коллега Алексей Саклаков.

«Друзья остаются на фото. А в жизни их больше нет…»

Слишком быстро всё произошло… Не успели мы оглянуться, как не стало рядом с нами нашего большого друга Ивана Шовдры. За годы, отпущенные ему, он успел сделать очень много, причём для людей, не для себя.

После окончания Читинского медицинского института Иван Иванович 17 лет трудился врачом-хирургом в Петровско-Забайкальском. Сотни операций, тысячи спасённых жизней… никто из хирургов не считает количество этих жизней, так было всегда. Эго были не только петровчане, но и жители Хилокского и Красночикойского районов, куда он экстренно следовал санитарной авиацией. Это были жители солнечной Республики Бурятии, где он родился. Иван Иванович всегда очень тепло вспоминал о своей малой родине.

После переезда в Читу его организаторские способности разглядел и развил первый министр здравоохранения Забайкальского края Борис Сормолотов. Иван Иванович возглавил больницу реабилитационной помощи в Смоленке и за четыре года работ ы главным врачом сделал достаточно много -укрепил материально-техническую базу стационара, утеплил корпуса, оснастил ЛПУ новым оборудованием, решил вопросы по обучению кадров.

Следующим этапом и его жизни стало назначение главным врачом второго крупнейшего стационара в Чите — Городской клинической больницы № 1. Читинский «институт Склифасовского» дежурит пять дней в неделю, а по некоторым нозологиям и всю неделю, поэтому спокойной жизни гам не предвиделось. За эти годы Шовдра стал организатором здравоохранения высшей категории, и вершиной его карьеры стала работа в качестве первого заместителя министра здравоохранении Забайкальского края. Это время теперь вспоминают главные врачи всех больниц Забайкалья, краевых и районных. Он был строг, но справедлив. За неделю мог съездить в Могочу и Забайкальск, провести несколько видеоселекторных совещаний, поругать тех, кто это заслужил. Поругать и сразу протянуть руку помощи, сделать все для того, чтобы и врачам, и пациентам было легче.

Тысячи жизней спас доктор Шовдра, не смог только себя спасти. Слишком много работы, слишком много нервов, слишком много совещаний…

А я вспоминаю первые дни далёких 90-х годов, когда ночью пришлось следовать санитарной авиацией в далёкий Петровск. В районную больницу привезли молодого парня с ножевым ранением в область верхней трети бедра с полным пересечением бедренной артерии. На местной дискотеке ударили ножом, и этот удар должен был быть смертельным, ведь массивное кровотечение трудно контролировать, счёт идет даже не на минуты, на секунды. Иван Иванович обработал рану и смог провести временное шунтирование — манипуляцию, обеспечивающую сохранность конечности. Когда я приехал в больницу, а прошло уже 7-8 часов (была сильнейшая вьюга, дорогу не было видно совсем), ситуация была под контролем. Мы вместе с Ваней провели пластику артерии, ушили рану. Сохранили не только жизнь молодому парню, но и ногу. Через несколько лет он стал учителем физкультуры в селе Петровск-Забайкальского района и был благодарен врачам за спасённую жизнь и здоровье. Один пример из тысячи…

Одним из первых учителей хирургии в его жизни был легендарный хирург, теперь член-кор-рсспондент РАМН Георгий Цыренович Дамбаев. Много лет отработав «на земле», Иван Иванович сохранил все лучшие человеческие качества и в дальнейшем. Главное из которых — сделать всё для других. Светлая память тебе, друг мой из самого близкого круга! Твои добрые дела будут продолжать жить, напоминая нам о тебе. Но тебя будет очень не хватать, всем нам, знай об этом…

«Со мной происходит что-то. Никто не дает ответ. Друзья остаются на фото. А в жизни их больше нет…».

Алексей Саклаков, депутат Законодательного Собрания Забайкальского края, хирург высшей категории. «Азия-Экспресс» №1-2 от 23 января

Находящееся в предбанкротном состоянии предприятие – как больной, которого почти невозможно спасти. В таком положении оказалось городское жилищно-эксплуатационное предприятие Читы. По словам заместителя руководителя администрации Читы по экономике и финансам Андрея Кефера, ГЖЭУ могло бы успешно работать без убытков, но его положение осложнило изменение федерального законодательства.

Предприятие нуждается в помощи

На грани банкротства оказалось муниципальное предприятие «Городское жилищно-эксплуатационное управление». Способы сохранения ГЖЭУ на очередном заседании пытались найти депутаты комитета ЖКХ, градостроительства, транспорта и связи Думы городского округа «Город Чита».

Ситуацию нельзя назвать безвыходной?

Инициировала рассмотрение данной проблемы заместитель председателя профильного комитета Наталья Нестеренко:

— На одном из заседаний, посвящённом вопросам утилизации твёрдых коммунальных отходов, мы говорили о том, что представители бизнеса считают невыгодным для себя обслуживать неблагоустроенный жилой сектор Читы. Для исполнения таких полномочий и было создано ГЖЭУ. Неоднократно мы собирались по поводу ситуации в Забайкалспецтрансе и в итоге добились того, что в его развитии начала прослеживаться положительная динамика. Теперь нам хотелось бы услышать программу финансового оздоровления ЖЭУ. Лично я убеждена, что муниципальное предприятие должно быть в городе, но сейчас оно пребывает в пред-банкротном состоянии и нуждается в помощи городских властей.

По словам заместителя руководителя администрации Читы по экономике и финансам Андрея Кефера, ГЖЭУ могло бы успешно работать без убытков, но его положение осложнило изменение федерального законодательства.

— Другим стал подход к взиманию оплаты за общедомовые нужны в неблагоустроенном жилом секторе. АО «Читаэнергосбыт» берёт плату простым, но законным способом: вычитает из показателя «входного» прибора учёта в доме показатель внутреннего потребления. Разница и представляет собой стоимость ОДН, которую оплачивает управляющая компания. Такая проблема характерна не только для ГЖЭУ, но и для всех управляющих организаций, в ведении которых есть неблагоустроенный жилой фонд, — уточнил Андрей Кефер. — Причины высоких сборов за ОДН могут быть разные — сбои в электросетях, воровство электроэнергии. Мы нередко замечали, что возле неблагоустроенных домов нет ни поленниц, ни мест для хранения угля. Как люди отапливают своё жильё? Разумеется, с помощью электричества. По этой причине наблюдаются серьёзные потери электроэнергии.

В итоге на данный момент задолженность ГЖЭУ перед Читаэнергосбытом за 160 домов превышает 50 миллионов рублей, что сводит на нет все планы городской администрации по финансовому оздоровлению муниципального предприятия. Однако Андрей Кефер не считает ситуацию безвыходной.

— Необходимо провести энергоэффективные мероприятия, но они технически сложные, поэтому данная задача является для нас непростой, — отметил он. — Есть ещё один вариант — перевести такое жильё на непосредственное управление, то есть Читаэнергосбыт будет заключать прямые договоры с жителями неблагоустроенного сектора, которые в таком случае будут вынуждены оплачивать и расходы на ОДН. Но такой способ приемлем только для тех домов, жители которых играют в открытую — знают, кто из их соседей злоупотребляет правом использования электроэнергии, и готовы проводить работу с такими людьми. Но процент активных граждан мал. Других способов решения проблемы мы пока не видим.

ГЖЭУ необходимо городу

Исполняющий обязанности директора ГЖЭУ Виталий Гайдуков рассказал, что предприятие занимается вывозом твёрдых коммунальных отходов, откачиванием содержимого выгребных ям, ремонтом неблагоустроенных многоквартирных домов.

По его мнению, улучшить финансовое положение ГЖЭУ может пересмотр тарифов за вывоз отходов, которые сейчас начисляются по квадратным метрам, а не по количеству прописанных людей.

— Что касается уменьшения нашей задолженности по оплате ОДН, то необходимо провести энергоаудит, чтобы выявить тех жителей, которые нелегально подключились к электрическим сетям. Также нужно оборудовать дома приборами учёта, — заявил Гайдуков.

По словам заместителя председателя комитета городского хозяйства читинской администрации Сергея Скурыдина, власти не оставили муниципальное предприятие один на один со своими проблемами.

— Администрация принимает всевозможные меры, чтобы спасти ГЖЭУ. Так мы взяли на себя обязательство по ликвидации образовавшихся на площадках для сбора отходов во дворах неблагоустроенных домов свалок. Чтобы снизить напряжённость, возникшую в связи с частым появлением в СМИ информации о захламлённости мусором различных территорий города, мы составили график очистки наиболее сложных участков, — подчеркнул Скурыдин. — Сумма, которую затратил на эти цели городской бюджет, составила два миллиона рублей. Вывезли порядка трёх тысяч кубометров мусора.

По словам Сергея Скурыдина, доход ГЖЭУ могло бы принести обслуживание благоустроенных домов. Но зайти в благоустроенный жилой фонд предприятие не может из-за арестованных счетов.

— Что касается борьбы с должниками, то городские власти как собственники могут начать процедуры выселения жильцов, если те не платят в течение нескольких лет. Но в последние годы прецедентов по выселению в крае не было. Зачастую в таких домах живут люди, которым просто не с чего платить, а у них ещё и дети, — пояснил Скурыдин.

По словам Натальи Нестеренко, исполнительной и представительной властям города необходимо в короткие сроки найти способ, как помочь ГЖЭУ.

— Всё-таки речь идёт о значимом муниципальном предприятии, на которое возлагается серьезная задача — обслуживание неблагоустроенного жилого фонда. Почему же у города нет денег провести энергоаудит и нет возможности доказать, что некоторые жители злоупотребляют правом на использование электроэнергии? — задалась вопросами депутат.

— Летом было много заявок по откачке воды в связи с паводком. ГЖЭУ не могло провести такие работы, потому что у него нет оборудования. Были запросы по скосу травы

— У ГЖЭУ нет электрических косилок. Нужно исправлять эту ситуацию и не ждать, когда жители неблагоустроенных домов будут на 100 процентов оплачивать коммунальные услуги. Это наше городское предприятие, и мы должны ему помочь.

Председатель профильного комитета Александр Прокопенюк предложил по итогам заседания взять проблемы ГЖЭУ на контроль и как можно быстрее найти способы их решения. К этому вопросу депутаты думского комитета непременно вернутся.

Юлия Болтаевская. «Забайкальский рабочий» №9 от 22 января

«Я не скажу, что Сергей Ильич учил нас чему-то особенному. В основном, давал азы баскетбола. А ещё, что самое главное, прививал спортивные традиции и учил технично и грамотно применять элементы в игре. Прививал дисциплинированность даже больше, чем в школе», — это о тренере из Нерчинска Сергее Арсентьеве. Автор не стала великой баскетболисткой, но тепло, подаренное тренером в детстве, хранит всю жизнь.

Тренер от Бога

Давно хотелось написать эту статью про самого серьёзного человека в моей жизни.

Наверное, у многих в жизни был человек, который помог реализоваться в жизни. У кого-то это были родители, у некоторых-учителя в школе, а у других-тренеры в спортивной секции. Для меня лично, да и для многих девчонок и мальчишек, которые занимались спортом, такой человек Сергей Ильич Арсентьев. Ныне директор ДЮСШ города Нерчинска.

Жили мы без особых развлечений, да их тогда не было. Золотое время было -без сотовых телефонов, компьютера, Интернета! Улица — наше единственное развлечение. Там я прошла и школу жизни. Улица учит многому. Но, замечу, не всему. И тогда на помощь приходит он, тот важный человек в вашей жизни, который переворачивает ее с ног на голову!

Я не скажу, что Сергей Ильич учил нас чему-то особенному. В основном, давал азы баскетбола. А ещё, что самое главное — прививал спортивные традиции и учил технично и грамотно применять элементы в игре. Прививал дисциплинированность даже больше, чем в школе.

Я была не самым прилежным учеником и всегда с открытым ртом слушала все, что рассказывал тренер. Некоторые советы мне очень пригодились в жизни. Да, я не стала «суперспортсменом», все мои достижения были исключительно областного масштаба. Но я всегда стремилась всё делать технично — брать не силой, а умом. Прошли годы, и я понимаю, что всё, что делал для нас Сергей Ильич, это — не сиюминутная грамота, это та учёба, которая пригодилась в жизни!

Быть тренером в командном виде спорта, наверное, труднее, чем тренером в одиночном виде. У каждого воспитанника свои характер, способности, в конце концов — воспитание! Ребят нужно сплотить так, чтобы из них получился хороший коллектив, который работал бы, как единый организм. У Сергея Ильича это получилось! Он именно тот наставник, которого юные спортсмены уважают, слушают и понимают. Тренер с большой буквы «Т», он не только правильно определяет роль каждого игрока в команде, он верит в каждого баскетболиста! Именно тогда команда старается оправдать надежды тренера и добивается серьёзных достижений.

Не перестаю удивляться как, казалось бы, такими простыми и незамысловатыми способами нам прививалась любовь к баскетболу. И главное, не то, что прививалась «для галочки», эта искренняя любовь! Если ты любишь баскетбол и получаешь от игры в него удовольствие, то и тебе что-то нужно отдать баскетболу. Так мир устроен. Сергей Ильич учил нас, если выразиться современным языком, основам взаимовыгодного сотрудничества. Баскетбол нам — удовольствие от побед и славы, мы этой игре — своё время, в конце концов — пот, который проливаем на тренировках. И кто с этой игрой уже в долгих и серьёзных отношениях меня точно поймёт — приходится выкладываться на сто процентов, терпеть, преодолевать себя.

Короче говоря, мне просто хочется от всей души поблагодарить своего первого тренера по баскетболу и просто хорошего человека Арсентьева Сергея Ильича за то, что он сделал для меня и для всех нас! Я уверена, что ему благодарна не только я, но и веете, кто прошёл школу жизни и настоящего спорта у этого тренера! Его труд дал результат!

Пока мы будем говорить о таких людях с уважением, высказывать им слова благодарности, мне верится, что не остановится процесс, бесконечная череда перевоплощений Учитель-ученик-Учитель…

Да, не все из нас мастера и чемпионы, но уж точно все за здоровый образ жизни, за спорт, а еще — за добрые человеческие качества, которые видят в своём тренере…

Л.А. Чугуевская, президент Федерации Баскетбола Забайкальского края, менеджер ШБЛ «КЭС-БАСКЕТ» в Забайкальском крае, тренер по баскетболу ГБУ СШОР №2 г. Чита

Уважаемый Сергей Ильич!

От имени администрации муниципального района «Нерчинский район» примите самые тёплые и искренние поздравления с 60-летним юбилеем!

Пусть годы будут гордостью для вас, пусть вас окружает счастье и любовь.

Желаем крепкого здоровья, взаимопонимания близких и тепла семейного очага!

Пусть удача сопутствует каждому дню вашей жизни, а душа остаётся молодой долгие — долгие годы!

Мира и добра вам и вашему дому!

«Нерчинская звезда» №1 от 11 января

Ой, слушайте, что творится-то. Вы, если печки не топите, то не знаете, как в деревнях Забайкалья ценят валежник. Раньше по закону собирать его было нельзя, теперь на федеральном уровне селянам разрешили пилить сухостой. Но с оговоркой: конечные правила вырубки высохших деревьев определяют власти на местах. Забайкальские мужики пошли за разрешением, а вернулись с фигой, а не с дровами.

Обрадовались, а зря

С 1 января 2019 года россияне получили право бесплатно для собственных нужд собирать в лесах валежник — лежащие остатки стволов деревьев, сучьев после снеговала, шторма, бурелома или других природных явлений. Раньше, чтобы вывезти из леса упавшие стволы, надо было оформить договор купли-продажи 'или аренду участка, в противном случае грозил штраф или даже два года лишения свободы. Теперь сбор валежника не является правонарушением. Всё хорошо… было бы. Но закон, внёсший поправки в Лесной кодекс обязал региональные власти определить Правила сбора валежника. И они постарались в каждом регионе, кто во что горазд. Какими правилами будут пользоваться чикояне? Просьба ответить на этот вопрос нашу лесную службу. Появилось и ещё одно «новшество» — рядом с понятием «валежник» не оказалось понятия «сухостойные деревья». И если раньше они должны были идти в санитарную рубку (даже субботники проводились), то теперь на них должен составляться договор купли-продажи как на сырорастущие деревья.

Вот с каким препятствием встретился В.И. Коновалов: «9 января 2019 года я обратился к руководителю Красночикойского лесничества Наталье Николаевне Власовой с просьбой разрешить заготовить дрова из засохших сосен, находящихся на Волковском подъёме, я никогда не готовил дрова из живого леса и готов был заплатить за сухостой, образовавшийся в данном лесу. Но получил отказ: «Если Вы будете самовольно производить выпиливание сухих деревьев (у которых уже отвалилась кора), то «попадёте в «тюрьму». Я ушёл в недоумении. В Совете МР мне подтвердили, что в лесничестве отказали обоснованно — они должны выполнять закон».

«Разрешение на добровольную заготовку населением древесины на дрова из сухостоя под руководством лесников -единственно возможный путь сохранить десятки тысяч кубометров живого леса ежегодно. Поэтому ситуацию нужно менять. В связи с этим прошу Красночикойский Совет совместно с Законодательным собранием края выйти в Госдуму с законодательной инициативой — разрешить населению заготавливать древесину из сухостоя на дрова под руководством и контролем лесников, начиная с февраля 2019 года до начала пожароопасного сезона», — предлагает В.М. Коновалов.

Лидия Ведерникова. «Знамя труда» №3-4 от 15 января

Почему замерзает микрорайон Северный в Кыре – вопрос непростой. Но на самом деле причиной — крупный уголь, к которому кочегарка не приспособлена.

Почему холодно в «Северном»?

В прошлую пятницу, после окончания рабочего дня, около 40 жителей микрорайона «Северный» собрались в своём дворе, чтобы принять участие в общем собрании, темой которою стало теплоснабжение.

Кроме главы сельского поселения «Кыринское» Максима Казанцева, его заместителя Максима Козлова и директора МУП «Коммунальник» Владимира Емельянова на собрании присутствовали глава района Любовь Сакияева, начальник отдела ЖКХ районной администрации Иван Лазарев и помощник главы района по связям с общественностью Юлия Митюкова.

Этой зимой жители микрорайона жалуются на холод в квартирах, температура, особенно в новогодние праздники, была очень низкой, тепло подавалось с перебоями. За что же жильцы многоквартирных домов платят внушительные суммы — пять и более тысяч рублей? Это первый вопрос, который задали на собрании жители. Однако это не единственная претензия. Помимо низкой температуры в квартирах есть жалобы на некачественную воду, на плохую откачку от ходов жизнедеятельности, которые заливают подвалы и замерзают лужами возле подъездов, на переполненные контейнеры с бытовым мусором и невозможность дозвониться по номеру дежурного в МУП «Коммунальник».

Как пояснила Любовь Цеденовна, низкая температура в квартирах обусловлена некачественным углем, который завезли на новогодние праздники в квартальную котельную.

— В начале отопительного сезона торги на поставку угля выиграл ИП Зиновьев. Как объяснил поставщик, в первые дни января он был вынужден закупить уголь в Читинском гортопсбыте, который оказался плохого качества, так как Татауровский угольный разрез в праздничные дни не работал. Я составила с поставщиком разговор по телефону о недопустимости подобного факта. Зиновьев обещал лично отслеживать качество угля, отгружаемого в наш район.

Далее глава района ознакомила жителей с Постановлением 11равительстваРФ № 354 от 6 мая 2011 года, согласно которому они имеют право на перерасчет платы за тепловую энергию. Вкратце, действия жителей должны быть такими: в первую очередь, нужно уведомить тех, кто оказывает услугу (в нашем случае это «Коммунальник»), об её ненадлежащем качестве. Можно обратиться письменно или по телефону, настояв при этом, чтобы заявка была внесена в журнал. В течение двух часов с момента обращения сотрудник ЖКХ должен создать комиссию, провести проверку и составить соответствующий акт. С этим актом нужно обратиться в «Коммунальник» для перерасчёта стоимости коммунальных услуг.

С откачкой и вывозом отходов ситуация сложнее — на сегодня в МУП «Коммунальник» работает только одна ассенизаторская машина, ремонта требует мусоровоз. Положение осложняется тем, что техника старая, и запчасти на неё уже не производят, поэтому их очень трудно достать. Любовь Цеденовна посоветовала директору «Коммунальника» вывозить мусор самосвалом. По поводу ассенизации были безуспешные попытки арендовать автомобиль у местного предпринимателя, поэтому выход только один — искать запчасти и ремонтировать старый. На вопрос о покупке нового ассенизаторского автомобиля глава района ответила, что сейчас финансовой возможности для этого нет. Одна надежда на возобновление краевой программы «Забайкалье -территория будущего», средства которой можно использовать на приобретение автомашины, однако пока о ней ничего не слышно.

Жители получили также ответы на другие вопросы, касающиеся благоустройства и ремонта многоквартирных домов. Каждый мог высказать своё мнение, и в большинстве своём оно было отнюдь не положительным. В числе прочего выяснилось, что телефон дежурного коммунальной службы заблокирован за неуплату.

Как же обстоят дела на сегодня? По информации, представленной редакции главой СП «Кыринское» Максимом Казанцевым, с 10 января котельные топятся углем хорошего качества, температурный режим восстановлен на всех объектах. С 14 января снова ходит отремонтированный мусоровоз, все замёрзшие лужи от утечек канализации засыпаны песком, автомобиль для откачки отходов тоже отремонтирован.

От редакции: Пока верстался номер, нам поступило сообщение от жителей микрорайона о том, что около суток с 15 по 16 января температура в квартирах стала снова крайне низкая. По словам директора МУП “Коммунальник” Владимира Емельянова, в эти дни на квартальной котельной произошла достаточно крупная авария. На 17 января поломка котла была устранена, тепловой режим восстановлен.

Татьяна Аксёнова. «Ононская правда» №4 от 18 января

А вот вам рассказ пятиклассника Артура Намцараева про то, как он съездил на Кремлёвскую ёлку. В этом году в Забайкалье вопрос поездки одной из школьниц, которую сначала наградили поездкой, а потом забрали путёвку (в итоге девочка с бабушкой всё же поехали на праздник) наделал много шума. Но вот вам Новый год в Москве – детскими глазами, а не правилами чиновников.

На Кремлёвской ёлке

В декабре мне посчастливилось побывать на главной ёлке нашей страны — Кремлёвской. Из Забайкальского края на это замечательное мероприятие ездили 60 ребят -отличники, хорошисты учёбы, победители олимпиад, активисты.

В Чите нас разделили на шесть подгрупп, я вошёл в третью. У каждого региона были свои отличительные знаки, у нас — синие шапочки с надписью «Забайкальский край».

В Москву мы прилетели 24 декабря в 10 часов утра после шестичасового перелёта.

В этот же день нас знакомили с городом, возили на автобусах. Мы видели различные достопримечательности: высокие светящиеся здания, памятники, соборы, разные новогодние украшения. Во время всего пребывания в Москве мы жили в отеле на 13 этаже.

И вот наступил самый волнительный день, 26 декабря, -в этот день проходила Кремлёвская (президентская) ёлка. Ког да мы шли на праздник, то боялись потеряться среди тысяч других незнакомых детей. По пути мы увидели Царь-колокол, Царь-пушку и гвардейцев в карауле.

В Кремлевском зале было очень многолюдно. Началось замечательное театрализованное новогоднее представление «Тайна планеты Земля». Мы сидели наверху, на балконе. Всё было очень ярко и красочно. Мы получили подарки, а затем погуляли но Красной площади.

Побывали в театре Юрия Куклачева, где абсолютно всё посвящено кошкам. Я сфотографировался с сыном основателя театра Юрия Куклачева и получил снимок с автографом.

Также для нас была организована экскурсия в планетарий, где экскурсовод рассказывал о Солнечной системе, созвездиях и других космических телах. Мы увидели настоящие метеориты, самый большой — восьмитонный железо каменный! Также мы увидели искусственное ночное небо, которое создавало необычное устройство.

Эти дни пролетели как один день! От Москвы остались незабываемые впечатления. Я рад, что смог побывать па таком удивительном мероприятии, рад новым знакомствам и всему увиденному.

Артур Намцараев, ученик 5 класса Тарбальджийской школы. «Ононская правда» №4 от 18 января

И напоследок — рассказ Бориса Макарова «Новогодний подарок». Там есть Генка Вырупаев, куцавейка, запах сосновых дров и шанежки – всё, что нужно, чтобы, налив себе крепкого чайку, отдохнуть.

Новогодний подарок — рассказ Бориса Макарова

В 1950 году мы с Генкой Вырупаевым пошли в пятый класс. Генка Вырупаев был не только моим одноклассником и соседом по парте, но и просто соседом. Наши дома стояли рядом. А поэтому мы с Генкой не разлучались ни в школе, ни дома.

К встрече Нового, 1951, года мы решили готовиться тоже вместе. Решили в октябре, больше чем за два месяца до праздника.

Почему? Да потому, что жизнь в то время была совсем не такой, как сейчас. Лишь пять лет отделяли нас — меня, Генку, всю страну, от большой, хотя и победной, но кровавой, жестокой, прожорливой,. ненасытной войны. Мы победили. Но война съела Миллионы наших людей — самых сильных, самых умелых, самых опытных — пахарей, скотоводов, рабочих… Война съела все запасы хлеба, овощей, мяса… Война истрепала нашу одежду, износила нашу обувь…

И через пять лет после неё мы были ещё бедны и голодны. Новогодняя ёлка, с которой мы встречали тот самый 1950-й год, тоже была бедной. Маленькая, худенькая, можно сказать, костлявая, она вызывала жалость. Её привёз с ближайшей просеки наш школьный завхоз, он же конюх Лев Андреевич Перфильев, пожилой, много раз раненный фронтовик на пожилой, с шишковатыми худыми ногами и огромным животом школьной лошади Нюське. Далеко ехать ни Льву Андреевичу, ни Нюське было не под силу и привезти большую пушистую, а, значит, тяжёлую ёлку им тоже было не под силу.

Ёлочных игрушек в школе не было. Не было их ни у кого из нас и дома. В войну и первые послевоенные — очень голодные и очень холодные годы было не до новогодних ёлок и новогодних игрушек.

На ёлку, привезённую нам Львом Андреевичем и Нюськой, — первую новогоднюю послевоенную ёлку в нашей школе игрушки мы делали сами. Каждый класс готовил игрушки под. руководством своего классного руководителя. Наша классная руководительница Людмила Ивановна Кузнецова — ни на какого руководителя нисколько не походила. Она походила на Снегурочку. Невысокая, с пушистыми волосами, ясными, звёздными, всегда смеющимися, улыбающимися, добрыми глазами она, вполне возможно, и была настоящей Снегурочкой, которой в будние, непраздничные дни приходилось ходить в поношенной куцавейке, старых валенках, подшитых войлоком, вырезанным из другого, более старого валенка. Валенки учителям и тем же ребятам, у кого они были, подшивал тот же Лев Андреевич.

Под руководством Людмилы Ивановны мы клеили из бумажных ленточек, нарезанных из старых, найденных на чердаке школы тетрадей, цепочки. Цепочки раскрашивали красными чернилами. Чернил было мало. Людмила Ивановна развела их водой и цепочки у нас получились не красными — розовыми, но всё равно красивыми.

Из той же бумаги мы намяли шарики. Бумажные шарики обернули серебринками, выпрошенными нами у мам и бабушек. Серебринки — серебряные листочки — обёртки из чайных коробочек и пачек -мамы и бабушки, особенно бабушки, бережно хранили ещё с довоенных лет. Бабушки, наверное, надеялись, что когда-нибудь в нашем магазине снова появится чай, и они смогут насыпать его в свои коробочки и пакетики. Шарики получились красивыми. При свете двух керосиновых ламп они сверкали, переливались, походили на ночные лучистые звёзды, которые щедро развешало над школой новогоднее небо.

Короче говоря, ёлка у нас получилась, что надо.

А вот подарки, по нашему с Генкой мнению, — нет.

В маленьких бумажных пакетиках, свёрнутых из тех же тетрадных, пожелтевших от времени, листочков, мы получили от Деда Мороза, того же Льва Андреевича, по морковному и свекольному пирожку и по кусочку сваренного на молоке сахара. Мы ждали большего и обиделись и на Деда Мороза, и на Снегурочку, точь-в-точь' похожую на нашу Людмилу Ивановну, и на нашу бедную даже в Новый год жизнь, и на самих себя. Да, да — на самих себя.

— Эх, — сказал на другой день Генка, — дураки мы, дураки. Надо было самим себе сделать подарки. Накопить заранее всякой вкуснятины -конфет, пряников, орехов… Спрятать всё где-нибудь в надёжном месте, а в Новый год достать и — ешь от пуза… Дураки…

— Ты прав, — ответил я. — К будущему Новому году мы не будем дураками. К этому мы были ещё маленькими. Теперь выросли…

Об этом разговоре-уговоре мы вспомнили в сентябре. Летом никто из нас не хотел вспоминать о Деде Морозе, Снегурочке, новогоднем празднике, подарках…

Мы купались, ловили пескарей, играли в лапту и чижа, объедались недозревшей черёмухой и мангиром…

…Вспомнили и единогласно решили:

— Пора!

Теперь я уже не помню, кто из нас выпросил у матери большой чёрный холщовый мешок. Мешок мы повесили на чердаке нашего дома за трубой, почти вплотную к ней. Сделано это было не случайно. Положи мы мешок на пол чердака — подарки наши достанутся не нам — мышам. Повесь мы мешок на виду, не за трубой — его увидит всякий, кто поднимется на чердак. Увидит — заглянет…

— …Уже к концу сентября в нашем мешке-тайнике хранилось десятка два конфет. Не сделанных из сахара — настоящих, конфет-подушечек, купленных в магазине, — с розовыми полосками; две горсти кедровых орешек; половина плитки фруктового чая.

О фруктовом плиточном чае хочется рассказать особо. Фруктовый чай был одним из главных наших лакомств.

В отличие от других продуктов, его в магазине было много. Плиточки фруктового чая, обёрнутые, как нам тогда казалось, красивыми облатками-упаковками, в любое время года лежали на полупустых магазинных полках. Взрослые его не покупали. Фруктовый чай не походил на настоящий, без которого многие люди не мыслили своей жизни и из-за отсутствия которого страдали, пожалуй, сильнее, чем из-за отсутствия хлеба.

— Чай не пила, заварка кончилась, — голова болит, ноги совсем ослабли, ходить не могу, — не раз слышал я жалобу какой-нибудь бабки, с которой она обращалась к маме. -Выручи щепоточкой, Андреевна. Разживусь — отдам…

Фруктовый чай по цвету походил на каменный уголь. Каменный уголь изредка провозили мимо нашего села в горняцкий посёлок, отдалённый от нас высоченным горным хребтом. Машины-полуторки с трудом вскарабкивались на хребет по размытой и разбитой дороге. Из перегруженных кузовов часто падали большие куски каменного угля. Они становились нашей добычей. Каменный уголь давал много тепла. Одно ведро его заменяло три-четыре беремя сосновых дров.

Часто после уроков пацаны с мешками и вёдрами бегали к дороге, которую почему-то, в отличие от всех других таких же дорог в селе, называли трассой, приносили уголь и не только получали похвалу от родителей, но и продавали его всем желающим. Заработанные деньги шли на кино и на тот же фруктовый чай.

На обёртках, облатках чая были нарисованы грозди каких-то незнакомых нам фруктов и ягод. Они были очень красивые — синие, красные, жёлтые — круглые и продолговатые. Они будили наши фантазии, заставляли глотать слюнки. Казалось, стоит взять в руки чайный брусок, разорвать облатку, и из неё тут же высыплются диковинные, сладкие-пресладкие ягоды и фрукты.

Но фруктовый чай, как уже сказано, был чёрным, липким и нисколько не походил ни на одну из нарисованных ягод. Вкус же его напоминал вкус черёмухи, смородины, голубицы и всех прочих знакомых нам ягод, перемешанных и перетолчённых в одной ступке.

Нам, мальчишкам и девчонкам, этот вкус нравился. Мы откусывали от чёрных плиток чая маленькие кусочки, с наслаждением сосали их и мечтали о странах и землях, где растут такие красивые и такие сладко-горько-кислотерпкие ягоды и фрукты.

Единственное, что мешало нам наслаждаться фруктово-ягодным чаем, были обломки перетолчённых косточек.

Песок, камешки, или осколочки ягодных и фруктовых косточек скрипели на зубах, застревали в горле. Язык, губы, зубы становились абсолютно чёрными. Но всё это нравилось нам. Чёрные губы, зубы, язык показывали — их владелец ел фруктово-ягодный чай, — все завидовали.

…К концу уводящего года в нашем заветном мешочке лежало уже три-четыре брикета чая. Вместе с чаем в мешке лежали с килограмм кедровых орехов, десятка два леденцовых конфет, весомый кусок горького «лётчиского» шоколада. Шоколад привёз в подарок Генке его дядя — настоящий лётчик в настоящей «лётчиской» форме, приезжавший в гости к Вырупаевым откуда-то из далёкого «секретного» военного города. Генка не жадина — откусил от комка шоколада кусочек, а весь остальной подарок дяди отдал в общий котёл — в наш мешок.

Мы увлеклись «накопительством», и чем меньше оставалось времени до Нового года, тем больше старались наполнить-набить наш мешок. Дело дошло до того, что я сунул туда три вяленых копчёных чебака. Ими угостил папу его друг — паромщик Ося Кирпичников.

— Зачем чебаков-то? — спросил меня Генка.

— Поселимся.

Это слово я услышал от дяди Оси, когда отдавал рыбу папе: «Поселитесь».

Надо сказать, что всё, что мы сначала клали, а потом заталкивали в мешок, мы зарабатывали сами или было получено нами в качестве подарков и угощений. Мы сумели собрать и продать несколько вёдер угля. За несколько рублей сложили дрова' в поленницу у продавца сельповского магазина Яши Михайлова. Почти три месяца не ходили в кино, расходуя копейки, выпрошенные у родителей на кино, на покупку леденцов, кедровых орешек, того же фруктово-ягодного чая.

Копить, собирать свои новогодние подарки мы закончили дней за десять до Нового года. Добывая свою праздничную вкуснятину, мы с Генкой изрядно подзапустили учёбу. И чтобы не встречать Новый год с двойками, с опущенными от стыда головами и красными ушами, не убегать на праздничном утреннике от Деда Мороза, почему-то знающего всех двоечников и сочиняющего вместе со Снегурочкой о них обидные частушки, мы засучили рукава и взялись зубрить правила и параграфы, искать на карте Америку, Англию, Байкал и Сахалин…

Как и в прошлом году, все мальчишки и девчонки нашего класса мастерили игрушки для ёлки, учили стихи, клеили и разрисовывали маски.

…На праздничный утренник мы с Генкой пришли с высоко поднятыми головами. Во-первых, мы успели исправить двойки и стали успевающими. Во-вторых, мы заранее решили свои школьные дед-морозовские подарки целиком и полностью отдать в общешкольный подарок детдомовцам. Тут опять придётся сделать отступление.

На дальнем краю нашего села в двух бывших казармах авиационного полка, после войны перебазировавшегося куда-то к западным границам, разместился детский дом. Его заселили ребятами, у которых война и голодные, холодные послевоенные годы отняли родителей.

Все жители села сочувствовали им. И мужчины, и женщины, и даже пацаны и девчонки всячески старались помочь детдомовцам. Взрослые делились с сиротами продуктами питания, одеждой. Школьники делали для них игрушки — деревянные машины, кукол, рисовали рисунки.

В праздничные дни мы делали бумажные пакетики. В пакетики клали сухари, кусочки сахара, куриные яйца. Наши школьные артисты — декламаторы, танцоры готовили концерты. Они уносили в детский дом подарки и показывали там концерты.

Пятнадцать-двадцать детдомовцев школьного возраста учились в нашей школе. И никто из сельских, даже самых задиристых пацанов, не обижал их.

Вот и на этот раз пионерские и комсомольские активисты решили во время праздничного утренника собрать и отправить в детдом посылку с подарками. Мы поддержали предложение. Посылку — большую картонную коробку поставили на стол посреди коридора. Ребята, получившие подарки от Деда Мороза, должны были поделиться ими с детдомовцами — положить в коробку кто сколько может и кто сколько хочет кусочков сахара, постряпушек. Постряпушки — калачики, шанюжки пекли нам бабушки и мамы. Шанюжки, как правило, начинялись молотой черёмухой и были очень ароматны и вкусны.

Подходя к коробке, почти все пацаны и девчонки начинали долго копаться в своих пакетиках. Лица их при этом становились сосредоточенными и почему-то печальными. Конечно же, ребятам приходилось преодолевать самих себя. Долгожданные подарки были слишком соблазнительными, чтобы можно было хотя бы с частью их расставаться с радостным лицом и улыбкой. И было тоже грустно и смешно смотреть на них.

Мы с Генкой решили блеснуть своей щедростью, своим мужеством.

Получив от Деда Мороза пакетики с подарками, мы ни разу не заглянули в них. А заглянуть очень и очень хотелось. Кто знает, что могло оказаться там…

Выйдя в коридор, мы немножко помедлили, поджидая, когда у коробки с подарками для детдомовцев соберётся побольше ребят и подойдёт самая красивая девочка нашего класса Нюрочка Передреева, и с гордо поднятыми головами, не глядя на свои бумажные пакетики, опустили их в коробку.

Ребята ахнули, увидев, как мы важно и чуточку небрежно опустили свои пакетики в коробку. Чтобы не портить эффекта, мы с Генкой подошли к парте, увенчанной стежонками и пальтишками мальчишек и девчонок нашего класса, взяли свои стежонки, вытащили из их рукавов шапки и, не оглядываясь, вышли из школы.

— Пошли, — в один голос выкрикнули мы и не пошли — побежали к нашему дому.

Родителей, можно сказать, как обычно, дома не было. Мама и папа работали в колхозе. Мама на ферме. Папа в ремонтных мастерских. Дома их можно было увидеть только по вечерам и в редкие дни отдыха. Как правило, они даже обедали на своих рабочих местах. Уходя на работу, мама и папа брали с собой сумки с едой.

— Ну, сейчас устроим пир на весь мир.

Мы буквально взлетели на чердак, ринулись к мешку.

Я обхватил мешок:

— Отвязывай!

Генка быстро развязал узел верёвки, на которой висел мешок, и наш совместный с Генкой накопленный подарок увесисто осел мне на ладони. Осёл и …прилип.

— Ген, да из него что-то течёт… Липкое… и…пахнет…

Генка ткнулся носом в мешок:

— Точно. И липкий. И пахнет… Рыбой, кажись, пахнет…

Мы поставили мешок на какой-то ящик, растянули горловину и увидели какую-то серобурую, явно грязную массу с торчащими из. неё облезлыми рыбьими хвостами.

— Труба… печка… мешок рядом… тепло… Всё расплавилось, перемешалось… — в один голос завопили мы.

Мы потыкали пальцами в серо-бурый комок, попробовали на вкус — сплюнули.

Взяв мешок, слезли с чердака, открыли дверь свинарника, в котором зимовал подсвинок Хрюшка — папин приз за высокие показатели в уборке колхозного урожая, и, легко разорвав начинающий расползаться по швам мешок, вытряхнули в хрюшкино корыто наш" новогодний подарок.

Хрюшка аппетитно зачавкал.

Смотреть, как он ест нашу вкуснятину, мы не стали. Аккуратно закрыли дверь свинарника и пошли к Генкиной бабушке Елене Петровне. Она ещё несколько дней назад пригласила нас на праздничный обед:

— Приходите. Я таких картофельных оладий нажарю — пальчики оближете.

Елена Петровна была очень доброй, и её картофельные оладьи были очень вкусными…

«Читинское обозрение» №4 от 21 января

НазадВперёд
Больше и жёстче в нашем Telegram-канале
2 отзыва

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

кацавейка-распашная меховая кофта

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Когда Потехин(последний директор КСК)приехал в Москву с двумя рулонами п/ш ткани для военной парадной формы,то в это же время туда приехал представитель из г.Иванова с чемоданом долларов.Это и решило дальнейшую судьбу нашего КСК.Выжить должен был один комбинат,так решили в Кремле.(со слов последнего директора КСК,покойного Потехина)

В некоторых случаях у редакции могут появиться вопросы для дальнейшего освещения темы. Укажите свой телефон или email, если это возможно. Данные не публикуются.

Если вы даёте согласие на изменение модератором вашего комментария, в случае, если он не соблюдает нижеописанные правила, то модераторы постараются исправить комментарий так, чтобы его было можно опубликовать. В противном случае комментарий не соответствующий правилам будет удалён.

Мы не пропускаем оскорбления героев публикации, авторов текста, комментаторов, просто третьих лиц. Удаляются обвинения в преступлениях и правонарушениях, подробности личной жизни героев публикации, личной жизни журналиста-автора, комментарии, которые не относятся к теме текста, маты, капс, обильные многоточия, истерики, бессвязная речь, любая реклама.

Комментарий отклонят, если в нём есть призывы к нарушению законов, свержению власти, революции, массовым беспорядкам, нарушению территориальной целостности государства, разжиганию национальной розни, содержат признаки религиозного или языкового превосходства, содержит персональные данные или может нанести ущерб деловой репутации.

Не публикуются комментарии, содержащие ссылки на сторонние сайты, не гарантирующие достоверность публикуемой информации, просьбы о переводе денег героям публикации (если ситуация того требует, эта информация есть в редакции и её можно получить по телефону 400-890). И мы оставляем за собой право не пропускать оценку работы модераторов и редакции.

ОБСУЖДАЕМОЕ