Р!
22 ОКТЯБРЯ 2019
21 октября 2019

Нищие учителя Забайкалья — в обзоре газет

Учителя Забайкалья возмущаются своими низкими зарплатами. Закон о повышении МРОТ привёл к тому, что теперь молодые педагоги получают наравне с уборщицами и вахтёрами. Обеспеченные регионы балуют своих учителей дополнительными стимулирующими выплатами. Поэтому по стране уровень зарплаты педагогов варьируется от 20 до 60 тысяч рублей. Забайкальский край никаких бонусов своим учителям не предоставляет.

«Есть и ещё один довольно обидный момент в начислении зарплат. Это так называемые «стимулирующие выплаты», которые выступают прибавкой к окладу и должны мотивировать учителей «расти над собой». Но если по изначальной задумке доплачивали, например, за подготовку олимпиадников, участие в конкурсах и прочие подобные вещи, то сейчас туда включили абсолютно рядовую работу, вроде классного руководства и проверки тетрадей. То есть, выполнять ты её всё равно будешь, никуда не денешься, а вот заплатят ли тебе за неё – бабушка надвое сказала».

«Вон из класса», Забайкальские педагоги на грани отчаяния

По статистике зарплаты учителей в России неуклонно растут. Однако на практике в некоторых регионах дело обстоит далеко не так радужно, как рисует нам эта статистика, к сожалению, Забайкальский край как раз в числе таких регионов — наши учителя о реальных прибавках могут только мечтать. На сегодняшний день ситуация достигла, по-видимому, своего пика — забайкальские учителя сотнями обращаются в Государственную Думу с призывами обратить внимание на их нищенские зарплаты, иначе они всерьёз задумаются о мерах воздействия. Пока сугубо мирных. «Экстра» разбиралась, что конкретно довело учителей «до ручки», и чем их недовольство грозит забайкальцам.

Поматросили и бросили

С 2019 года забайкальским педагогам, как и прочим бюджетникам во исполнение знаменитых майских указов президента в очередной раз пообещали существенное увеличение зарплат. Чем для педагогов это обернулось по факту, догадаться, в общем-то, несложно. Если вкратце — ничем. Повысили оклад на бумаге, чтобы отчитаться, но «урезали», как могли, другие выплаты, чтобы не выйти за рамки имеющегося бюджета.

В итоге сумма «на руки» осталась прежней — учителя снова почувствовали себя обманутыми. Сейчас, когда грядёт принятие федерального бюджета на 2020 год, от забайкальских учителей посыпались массовые обращения к депутатам Государственной Думы с единственной просьбой — посодействовать в реальном, а не фиктивно-бумажном повышении зарплат, ведь жить так дальше просто невозможно.

Дотянуть до минималки

По идее, если следовать духу упомянутых указов, да и здравому смыслу и логике, учитель должен получать адекватную «среднюю» зарплату за «среднюю» же нагрузку, которая составляет 18 часов на одну ставку. Кому-то может показаться, что 18 часов в неделю это легко и просто, но не стоит забывать, что это только «голые» часы, проведённые в классе, за каждым из которых стоит куча подготовительной работы, так что это время нужно умножать минимум на два. Плюс целая куча дополнительных обязанностей и горы бумажной работы. Вкупе выходит даже больше стандартной «офисной» рабочей недели. Так вот, оплата за эту ставку — сущие копейки.

Чтобы получать более-менее приличную сумму, к примеру, заявленные статистиками в 2018 году 31 тысячу рублей, приходится буквально рвать жилы и ночевать в школе, набирая полторы-две ставки — сопутствующая нагрузка, естественно, возрастает пропорционально. Особенно страдают от такого положения вещей молодые педагоги, у которых нет надбавки за выслугу лет, да и максимальную нагрузку «с места в карьер» им, естественно, не дают.

В итоге — вдумайтесь — порой их зарплату приходится «дотягивать» до МРОТа, а максимум, который в основном на сегодняшний день может предложить школа молодому специалисту — 15 тысяч рублей. Как итог — в школу выпускники-педагоги просто не идут. Ну, или идут и сбегают оттуда при первой же возможности. Судить их за это сложно — нагрузка и ответственность явно не окупаются. В итоге дефицит учителей в крае растёт ударными темпами — в этом году не хватает более 800 ставок. Для сравнения в прошлом нехватка составляла около 700. Но это ещё не всё.

«Уравниловка» и другие обидные «фокусы системы»

Достаточно оскорбительным для забайкальских учителей выглядит тот факт, что после нашумевшего «закона о МРОТ», подтянувшего зарплаты неквалифицированного персонала, зарплата учителя и уборщицы фактически сравнялась. За техперсонал, конечно, радостно, но выглядит это всё до ужаса несправедливо — степень прилагаемых усилий и ответственности всё-таки несоизмерима. Так что получившаяся «уравниловка» стала ещё одним жирным «минусом к популярности» в профессии учителя. Зато в другом аспекте равноправия нашим педагогам не видать.

Дело в том, что учительская зарплата довольно серьёзно зависит от региональных вложений. Так что разрыв в разных уголках нашей необъятной может достигать кратных значений. Само собой, не в «нашу» пользу. Согласитесь, как-то неудобненько выходит, когда за один и тот же труд в одном месте человек получает 20 тысяч, а через несколько сотен километров — уже 60. И это далеко не предельная разница. Так что ничего удивительного, что учителя частенько предпочитают «валить» туда, где за их работу будут достойно платить.

Есть и ещё один довольно обидный момент в начислении зарплат. Это так называемые «стимулирующие выплаты», которые выступают прибавкой к окладу и должны мотивировать учителей «расти над собой». Само собой, эти выплаты не гарантированы — это что-то вроде премии за хорошую работу. Но если по изначальной задумке доплачивали, например, за подготовку «олимпиадников», участие в конкурсах и прочие подобные вещи, то сейчас туда включили абсолютно рядовую работу, вроде классного руководства и проверки тетрадей. То есть, выполнять ты её всё равно будешь, никуда не денешься, а вот заплатят ли тебе за неё – бабушка надвое сказала.

Чем ответить

И это далеко не все факторы, заставляющие учителей чувствовать себя «третьим сортом», лишь самые основные претензии. Но их вполне хватает, чтобы заявить о себе на федеральном уровне, что и пытаются сейчас сделать наши педагоги. В случае же, если их проблемы снова проигнорируют, многие из них, по словам профсоюзных лидеров, готовы на специфический шаг — в массовом порядке перестать перерабатывать и перейти на одну-единственную ставку.

Казалось бы — ну и пусть, их дело, однако с учётом и без того чудовищной нехватки кадров, для забайкальской системы школьного образования в перспективе это станет настоящим крахом. К слову сказать, в одной отдельно взятой школе в крае этот метод уже опробовали, когда местные власти никак не могли провести обещанную индексацию зарплат. Школа «встала колом», и чиновники пошли на попятную. В масштабах края это будет катастрофа.

Все эти моменты представители педагогического сообщества на прошлой неделе донесли до депутата Государственной Думы Николая Говорина — на площадке Общественного народного фронта собиралось специальное совещание, посвящённое проблеме низких зарплат учителей. Он, вроде бы, искренне впечатлился и пообещал инициировать обсуждение этого момента на федеральном уровне. Что ж, будем следить за развитием событий.

Алеся Малинина. «Экстра» №39 от 25 сентября

В селе Верхний Умыкэй Нерчинского района Забайкальского края нашли в водопроводной воде опасное содержание солей мышьяка. Водокачку закрыли. Теперь в селе вода стала роскошью. А ведь здесь находится крупный конезавод. Но поить скотину нечем. Проблема никак не решается. Власти района не могут объявить ЧС в селе, так как нет отравившихся людей.

«Скот пока может из ручья напиться, потому что были дожди, но ручей скоро замёрзнет, и как быть? Стоянки все далеко от села самая дальняя – в 10 километрах, туда из Берёзово не навозишься, да и кто нам там столько воды даст. Водокачку предписанием закрыли на 90 дней, это значит, до декабря, а её уже скоро топить надо, чтобы скважину не заморозить. Мы обращались, просили, чтобы нам разрешили использовать воду хотя бы для бытовых нужд и скотину поить, но получили отказ».

Дайте воду конезаводу!

«Пять лет назад приехала сюда на работу из соседнего села Берёзово и вдруг увидела старое доброе время, когда по утрам все мужчины направлялись к совхозной конторе. Теперь про это в сёлах забыли, у нас в Берёзово, как и повсеместно, утром тишина стоит — нет работы. А здесь рано движение начинается, народ идёт к конторе. Ребятишки мои, как только в отарах окот начинается, ждут не дождутся окончания уроков, чтобы скорей в кошару попасть. На другой день столько разговоров и рассказов, у кого какие барашата появились!» — слышу от директора начальной школы села Верхний Умыкэй Веры Владимировны Колобовой.

Удар по ахиллесовой пяте

В этих словах — главное об этом маленьком селе, где живут 240 человек, и 98 из них имеют работу в муниципальном унитарном предприятии «Нерчинский конезавод». Парадоксально для нынешних времён, но остаются тут молодые, которых не тяготит труд чабана или табунщика, а дети с малых лет привыкают к труду. Уникальное предприятие, сумевшее не только удержаться, но и подняться в самые трудные годы. Его чабаны, комбайнёры, скотники — многократные лидеры при подведении итогов сельскохозяйственного года в Забайкальском крае. Скакуны и рысаки Нерчинского конезавода — это многоцветье кубков и попон, полученных на состязаниях различного уровня.

Вот уж чем воистину богато село, так это работящими людьми. Не обделила природа выпасами и пашнями, но единственной ахиллесовой пятой Верхнего Умыкэя является отсутствие природного водоёма. Только ручей, питающийся дождями, может короткое время побаловать людей, и то в дождливый год. Единственный источник воды здесь — это водокачка 40-летней давности. С неё водовозками доставляют воду на девять стоянок, здесь поят личный скот, и эту же воду использует население.

— 90 тонн воды в сутки требуется для нужд хозяйства: у нас 3 тысячи голов крупного рогатого скота, включая личные подворья, 3700 овец и 200 лошадей. Плюс к этому нужды населения, — характеризует расходы воды Николай Валерьевич Статных, заместитель руководителя МУП «Нерчинский конезавод».

Слова «поят» и «используют» теперь здесь можно употребить только в прошедшем времени. С 10 сентября на единственный источник водоснабжения повесили замок и приклеили бумагу со строго-запрещающим «Опечатано». Причина — повышенное содержание мышьяка, превышающее предельно допустимую концентрацию в 44 раза! Реже стали топиться в Умыкэе бани, вода тут теперь — роскошь.

Два раза в неделю водовозки МУПа привозят воду с водокачки соседнего Берёзово. Её доставляют только работающим на предприятии. До закрытия предприятие обеспечивало водой всех, компенсируя только транспортные расходы, то есть вода была практически бесплатной. 18 сентября беседую со специалистами администрации сельского поселения, главой Мариной Сергеевной Марковой. Рассказывает:

— Скот пока может из ручья напиться, потому что были дожди, но ручей скоро замёрзнет, и как быть? Стоянки все далеко от села самая дальняя – в 10 километрах, туда из Берёзово не навозишься, да и кто нам там столько воды даст. Водокачку предписанием закрыли на 90 дней, это значит, до декабря, а её уже скоро топить надо, чтобы скважину не заморозить. Мы обращались, просили, чтобы нам разрешили использовать воду хотя бы для бытовых нужд и скотину поить, но получили отказ. Аргумент был такой: «А кто даст гарантию, что её люди пить не станут?»

— Сейчас у нас уборочная идёт, в комбайны скоро горячую воду надо заливать, а где её греть? — слышу от собравшихся селян.

Непонятен людям такой поворот дела и по примеру с посёлком Приисковый, где недавно был такой же инцидент. Там содержание мышьяка превышало ПДК в 40 раз, но использовать воду для бытовых нужд было разрешено. Пытались умыкэйцы дозвониться до губернатора. Не получилось. Хотели создать рабочую группу от села и на приём поехать. Отправили коллективное обращение и теперь ждут ответа. Хотя, судя по сложившейся обстановке, пора в набат звонить, и не только людям, но и краевому Минсельхозу.

Под угрозой благополучие и сохранение одного из самых успешных хозяйств Забайкальского края. Вот сколько дней скотина может без воды прожить? А в ней для хозяйства и умыкэйцев — всё. В крепких подворьях тут не мелочатся: до 20 голов крупного рогатого — дело привычное.

Люди здоровы — ЧС не объявишь

В Приисковом дело сдвинулось после введения режима ЧС (в результате там появилась новая скважина за счёт средств краевого бюджета), так как медики установили наличие больных, пострадавших от употребления «мышьяковой» воды. В Верхнем Умыкэе таких людей нет, да и фельдшера здесь тоже нет. Наведываются только медики из районного центра. В селе даже шутят: «Нет у нас больных, все здоровы, видать, мышьяком пропитались, только почему раньше его у нас не находили, водокачке этой 50 лет уже». По причине отсутствия больных из-за аномально высокого мышьяка режим ЧС в Верхнем Умыкэе не введёшь, а надо бы.

Листаю лежащие передо мной документы и понимаю, что поднимать шум следовало бы давно. Дело в том, что тот самый мышьяк в скважине водокачки обнаружили в апреле текущего года, 9 апреля были взяты пробы. 22 апреля Роспотребнадзор Забайкальского края уведомил об этом администрацию района, на которую возложены полномочия по обеспечению населения Верхнего Умыкэя водой. Было предписано ограничить использование населением воды в питьевых целях и обеспечить её подвоз.

В бумаге нет ни слова о запрете использования воды для бытовых нужд и для поения скота. В августе Роспотребнадзор констатировал, что подвоз воды населению не обеспечен и что водозаборное сооружение по-прежнему используется. 28 августа протокол Роспотребнадзора о временном запрете деятельности (то есть закрытии водокачки) подписал заместитель главы Нерчинском района Андрей Николаевич Бутин. Глава сельского поселения «Верхнеумыкэйское» Марина Маркова пояснила, что в администрации района предлагали подвозить воду по цене 150 рублей за 200-литровую бочку из Нерчинска, при условии, что её будут разбирать.

Но раскупить такую массу в селе разово просто не смогут, тем более МУП обеспечивает своих работников самостоятельно. Было по этому вопросу и решение Нерчинского районного суда от 11 июня 2019 года: обязать районную администрацию организовать подвоз питьевой воды в сельское поселение «Верхнеумыкэйское». Заметьте, везде речь идёт о питьевой воде. О скотине, что является тут основой, — ни слова, о хозяйстве, что является гордостью района, — молчок. Всё правильно, в официальных бумагах нет места сантиментам. Нет и ни одной бумаги от администрации Нерчинского района в адрес губернатора или краевого министерства сельского хозяйства.

Под мышьяковым «зонтом»

10 сентября администрация Нерчинского района получила документ, объясняющий причины появления мышьяка в водозаборном сооружении Верхнего Умыкэя. Его направил Забайкальский территориальный центр государственного мониторинга состояния недр («Забайкалгеомониторинг»). В нём говорится, что село входит в золото- молибденовый пояс, где выявлен ряд месторождений, рудопроявлений и геохимических аномалий урана, золота, мышьяка, молибдена, сурьмы, ртути.

Причина обогащения подземных вод мышьяком связана с особенностями геологического строения территории. При проведении поисково-оценочных работ на золото в 2010—2011 гг. на территории Нерчинской площади и в её ближайшем окружении выявлено 42 рудопроявления и пункта минерализации золота. Известное россыпное месторождение золота находится в 4 км западнее села Верхний Умыкэй, в пади Бакбай.

То есть причина природная, только почему раньше-то она проявлялась? Были выше размеры предельно допустимых концентраций или предпочиталось молчать о проблеме? Испокон веку Забайкалье отдавало стране олово, золото, цинк, а любое полиметаллическое и золоторудное месторождение несёт за собой «шлейф» тяжёлых металлов, в числе которых обязательно мышьяк с первым классом опасности.

При подготовке материала натолкнулась на работу 2016 года, выполненную Л. Михайловой (Читинская медакадемия) и М. Солодухиной (Институт природных ресурсов, экологии и криологии), опубликованную в серии «Современные проблемы науки и образования» №5. Один из вопросов работы — наличие в крае хвостохранилищ на месте отработанных месторождений. Таких «хвостов» в крае 20, и 9 из них являются бесхозными. Общий объём накопленного в нашем регионе техногенного материала составляет 3 миллиарда тонн! Эти тонны медленно и верно отдают в почву, а следовательно, и в воду, мышьяк, свинец, кадмий, цинк и другие металлы.

Мышьяковая геохимическая аномалия есть в Шерловой Горе, размеры хвостохранилища здесь — 80 гектаров, а содержание мышьяка — от 50 до 300 мг на килограмм почвы. Что касается Нерчинского полиметаллического комбината, которому принадлежали шахты Акатуевская, Кадаинская, Кличкинская, Благодатская, Воздвиженская, Михайловская, то масса хвостохранилищ здесь – 5,7 миллионов тонн, и все они являются бесхозными. Хапчеранга, Дарасун, Давенда…

Список тех, что под мышьяковым «зонтом», можно продолжать. Мы знаем ровно столько, сколько нам положено знать?

Что касается Верхнего Умыкэя, то в заключении «Забайкалгеомониторинг» рекомендует пробурить поисково-разведочную скважину в 2,5-3 километрах восточнее села. Кроме этого, в документе говорится, что гарантии заявленного количества и качества ГУП «Забайкапгеомониторинг» не даёт.

Редкая картина

Во время командировки в село заглянула в сельскую школу. Для директора Веры Владимировны Колобовой МУП «Нерчинский конезавод» — палочка-выручалочка. «Ремонт школы ежегодно с их помощью делаем. С любой просьбой обратись, помогут: землю в клумбы — пожалуйста, проблемы с углем — выручат», — делится директор. А ребятишки в Умыкэе есть: 16 насчитывает начальная школа и подготовительная группа, и 23 учатся в соседней Нагорненской школе.

В день приезда шёл урок в четвёртом классе. Матвею Ушакову задала смешной вопрос: «На лошади ездить умеешь?» Улыбнулся: «Конечно». Как по-другому, если папа чабаном в хозяйстве трудится. Редкая картина для Забайкальского края: строящаяся часовня, отсутствие брошенных домов, обилие скота. И не дай бог ей померкнуть всего лишь по той причине, что так богато Забайкалье ураном, золотом и… мышьяком (в Нерчинском районе экспертиза выявила повышенное содержание мышьяка в водозаборных сооружениях ещё двух сёл — Андронниково и Знаменка).

Р.S. Газета «Земля» считает этот материал обращением к губернатору Забайкальского края Александру Осипову и министру сельского хозяйства Денису Бочкарёву для срочного решения вопроса о водоснабжении одного из крупных хозяйств Забайкальского края.
Татьяна Гусева. «Земля» №39 от 24 сентября.

Районная пресса

Уехать из Забайкалья учиться в Москву, после учёбы вернуться в родной посёлок и организовать там бизнес. Причём, социально ориентированный. «Северная правда» рассказывает о семье Холшевниковых, которые в Новой Чаре отвечают за питание школьников. Без чипсов и кока-колы.

«Первое время приходилось непросто. Только сейчас налаживаются точки закупок и доставки продуктов питания, а на первых порах приходилось приобретать овощи и мясо даже в местных магазинах. При этом цены не завышали. Они и сейчас сравнительно невысокие. Например, рисовая каша стоит 35 рублей, а стакан чая — 10, суп — 40, а салат из свежих овощей — 25. Комплексный обед выходит на 140 рублей».

Вкусно, как дома

— Приятного аппетита! -улыбается мне повар и передаёт тарелку с аппетитными блюдами.

Выбираю свободный столик и вместе с Дмитрием Холшевниковым присаживаюсь.

«Вкусно, как дома», — первое, что приходит мне на ум, когда пробую салат.

Энергия молодости

Дмитрий Холшевников приехал с Юлией в Новую Чару в августе, а уже с 1 сентября они как индивидуальные предприниматели заключили договор со школой на организацию детского питания.

— Я сам родом из Новой Чары, — рассказывает Дмитрий.

Вырос здесь, а потом уехал учиться в столицу, в Московский институт стали и сплавов.

Юлия — из Ростова-на-Дону, в Москве получила высшее экономическое образование. Они познакомились, когда вместе работали в одной из финансовых компаний столицы, полюбили друг друга и решили вернуться на малую родину Дмитрия.

Работу общественного питания изучали несколько месяцев. Бывали даже в разных школах Москвы и Ростова, чтобы перенять лучший опыт. Выручали образование и, конечно, энергия. Молодые, они не боятся рисковать, с любопытством осваивают новые навыки, охотно, без оглядки на других берутся за сложные проекты. Так произошло и со школьной столовой. От прежнего поставщика услуг остался ворох проблем: запущенная столовая, непорядок в документах.

Первое время буквально днём и ночью Дмитрий и Юлия находились в школе: отмывали стены столовой и пол, отшоркивали плиты, холодильники, стулья и столы.

— Мне важно, чтобы было чисто, — говорит Юлия. — Санитарные нормы — это святое. Если порядка нет, то и дела будут идти неважно.

Они изучили всё от и до, распланировали закупку продуктов, разработали меню, пригласили на работу сотрудников.

О прибыли пока не думают. На полученные деньги заказывают новые продукты. Хочется разнообразить рацион и не экономить на дешёвых продуктах.

Чипсы под запретом

Первое время приходилось непросто. Только сейчас налаживаются точки закупок и доставки продуктов питания, а на первых порах приходилось приобретать овощи и мясо даже в местных магазинах. При этом цены не завышали. Они и сейчас сравнительно невысокие. Например, рисовая каша стоит 35 рублей, а стакан чая — 10, суп — 40, а салат из свежих овощей — 25. Комплексный обед выходит на 140 рублей.

Каждый день повара готовят блюда в соответствии с нормами СанПиН примерно на 150 порций. Кто-то прибежит с утра (столовая открывается в 9 часов), кто-то -после уроков или на перемене. И всегда здесь всем рады. Набор блюд стандартный: первое, второе и третье. Мясо обязательно без костей. На десерт — свежая выпечка. С учётом условий северного района в рационе немного больше калорий. Особое внимание витаминизации блюд и напитков.

И, конечно, в соответствии с правилами, в любое время вы найдёте пробы блюд. В холодильнике, в специально отведённом месте, стоит несколько порций. Это суточные пробы для контроля за соблюдением технологии приготовления блюд.

Для меня главное — чтобы дети были сыты, а родители довольны, -делится Юлия. — У нас и стратегия есть: надо так вкусно готовить, чтобы все школьники и педагоги хотели у нас кушать.

Радуют первые отзывы.

— По сравнению с тем, что было в прошлом году, сейчас в столовой намного чище, вкус еды лучше, в салатах — не одна капуста, меню разнообразное, — отмечают родители школьников.

Любимое лакомство детей -выпечка. Очень любят мальчишки и девчонки сосиски в тесте (здесь они по 50 рублей, а в магазине — 75) и пирожки.

Кстати, в этой столовой вы не увидите ни чипсы, ни газированную воду. На этом молодые предприниматели могли бы обогатиться, но здоровье детей превыше выгоды. Питание должно быть не только вкусным, но и полезным, а также без вреда для здоровья.

Главное не отчаиваться

У Дмитрия и Юлии разделение труда: девушка отвечает за смету, меню, чистоту, зарплаты; молодой человек — за заказ, поставку и разгрузку продуктов.

В планах — обустройство столовой, капитальный ремонт и обновление материально-технической базы. А пока — ежедневный и кропотливый труд. Чтобы было чисто, вкусно, душевно. Главное, чтобы Дмитрий и Юлия не передумали, не бросили свою работу. Под натиском всевозможных проверок, которые сейчас оказывают большое давление, можно ведь и отчаяться.

— Я приветствую то, что молодые и предприимчивые ребята хотят работать в школе, -комментирует директор школы №2 Владимир Осипов. — С их приходом столовая стала чище, порядка теперь больше. Меня восхищает готовность Дмитрия и Юлии к диалогу, их способность быстро решать проблемы и вопросы. Конечно, всё сразу не ухватишь, всё за один день или месяц не сделаешь, но они молодцы, стараются. Для успешной работы у них есть всё: образование, оптимизм, оперативность мышления, умение держать удар.

Я доедаю макароны с мясом, салат из свежих овощей, допиваю компот и благодарю своих собеседников.

— Хотела бы обедать у вас всегда! — говорю на прощание, а сама понимаю, что уходить не хочется. Душевные люди — Дмитрий и Юлия, хорошая беседа у нас сложилась.

Не только меня, но и родителей школьников Дмитрий и Юлия приглашают в столовую, чтобы те сами могли убедиться: работают молодые предприниматели на совесть и кормят детей так, что хочется сюда возвращаться.

Елена Лоскутникова. «Северная правда» № 39 от 25 сентября.

«Балейская новь» описывает собрание по поводу строительства в микрорайоне Новотроицк фабрики по выщелачиванию золота. Балейцы против. Боятся экологической катастрофы.

«Данное производство пугает и не воспринимается многими местными жителями, имеющими печальный опыт экологического последствия в виде высокого радиационного фона после работы в 50-е годы прошлого столетия на их территории предприятия «1084», занимавшегося переработкой торий содержащих песков».

Встреча в Новотроицке: к консенсусу не пришли…

3 сентября по инициативе жителей мкр. Новотроицк городской администрацией организована и проведена н актовом зале школы №4 встреча местных жителей с представителями городской и районной администраций и ООО «Тасеевское», на которой присутствовали глава городского поселения Л.Т. Заверуха, зам. главы муниципального района В.А. Семибратов, председатель районного Совета II.И. Коваленко, управляющий директор ООО «Тасеевское» Н.Б. Кайбалина и главный инженер Е.Б. Косарев.

Тема собрания «Строительство комплекса кучного выщелачивания на базе техногенного месторождения отходов ЗИФ-1 с производительностью 840 тыс. тонн в год на территории мкр. Новотроицк».

Промзона месторождения охватывает территорию двух поселений — «Нижнекокуйского» сельского (2/3) и городского, микрорайонНовотроицк (1/3).

Как пояснили представители района, по причине того, что большая часть месторождения приходится на земли сельского поселения, районная администрация провела в с. Кокуй в мае 2017 года по данному вопросу публичные слушания, на которых присутствовало 47 местных жителей.

Представители городского микрорайона но каким-то причинам на нём отсутствовали, хотя о проведении этого публичного мероприятия было объявлено в соответствующий срок в СМИ, в день проведения предоставлялся автобус для поездки на публичные слушания в с. Н. — Кокуй, оплаченный ООО «Тасеевское».

Данное производство пугает и не воспринимается многими местными жителями, имеющими печальный опыт экологического последствия в виде высокого радиационного фона после работы в 50-е годы прошлого столетия на их территории предприятия «1084», занимавшегося переработкой торий содержащих песков. Посему присутствующие против предлагаемого способа переработки хвостов ЗИФ-2 на их территории.

Официальные представители ООО «Тасеевское» сообщили следующее:

«Данный проект прошёл экологическую экспертизу, с учётом замечаний, внесены поправки в проект, и сегодня он представлен на заключительное рассмотрение на главную государственную экспертизу». Также подробно рассказав о технологии производства е пояснениями по карте местности, расположении производственных объектов.

Было озвучено, что на данном производстве планируется открыть 146 рабочих мест, из них на 2020 год запланировано 27. Местные жители также будут приниматься на работу в соответствии с квалификацией.

Относительно прошедших слушаний в с. Кокуй руководитель ООО «Тасеевское» заметила: «Прошёл целый год, вы только сегодня поднимаете этот вопрос, все юридические нормы и меры по организации публичных слушаний были соблюдены. В газетах «Российская газета», «Забайкальский рабочий», «Балейская новь» в срок были даны объявления о месте и времени проведения, был предоставлен автобус местным жителям.

Сам проект для ознакомления был представлен в городскую и районную администрации. На следующий год запланировано начато работ».

Стороны в ходе дискуссии выслушали друг друга, к консенсусу не пришли. Всего же на встрече присутствовало 35 жителей микрорайона.

Вторая часть собрания прошла с участием главы городского поселения «Город Балей» Л.Т. Заверуха, который ответил на ряд чисто городских проблемных вопросов, предложив активным гражданам организовать свой ТОС, чтобы более активно принимать участие в благоустройстве своего микрорайона. В такой форме и городской власти удобнее взаимодействовать напрямую с жителями.

Андрей Зражевский. «Новь Балейская» № 73 от 17 сентября

Боец читинского ОМОНа Александр Владимирович Бабий, который сейчас работает первым заместителем руководителя администрации Акшинского района, рассказал «Сельской нови» о своих четырёх командировках в Чечню в 2011—2014 годах.

«Мы оказались меж двух огней, но больше всего боялись выстрелов сзади. Ещё не обстрелянные были, поэтому не сразу поняли, что это так тонко посвистывает, а потом донеслись звуки выстрелов, мы поняли, что это пули, и спрятались за укрытие. Там начинаешь понимать, кто чего стоит. На гражданке все кажутся одинаково добрыми, смелыми и лишь в суровых условиях высвечивается, на что человек способен».

Четыре командировки на войну

Двадцать лет назад — в августе 1999 года бандитские формирования из Чечни под командованием Хаттаба и Шамиля Басаева хлынули в соседнюю Республику Дагестан, что стало началом так называемой второй чеченской кампании. К тому времени ваххабитское подполье уже пустило корни, ваххабиты создали в горной труднодоступной местности свои базы. Они очень рассчитывали, что народы республики примут радикальный ислам, поддержат их в борьбе с российской армией и милицией. Но боевики просчитались: народы Дагестана не поддержали бандитов. Ваххабиты получили отпор, а российскую армию и отряды СОБРа и ОМОНа жители встречали как своих спасителей.

В числе бойцов читинского ОМОНа был и Александр Владимирович Бабий, в 2011—2014 гг. — первый заместитель руководителя администрации МР «Акшинский район».

В 2014 году мы встретились с ним, и он рассказал о своих командировках в Дагестан в те неспокойные годы. Открыв солдатский альбом, увидел подтянутого улыбчивого парня… О боевых заслугах А.В. Бабия красноречиво говорит медаль за отвагу.

— Я впервые надел свои награды (медаль "За отвагу", "За отличие в охране общественного порядка" и др.) в Акше на параде Победы, — сказал Александр Владимирович, — подумал, почему бы нет, чего стесняться?

— А как попали в ОМОН?

— Срочная служба в армии совпала с моментом развала страны, остался служить по контракту.

Служба подходила к концу, когда нашу нерчинскую ракетную бригаду начали расформировывать, я не стал дожидаться, уволился, уехал в Читу. Там встретил знакомого, он предложил идти в ОМОН (отряд милиции особого назначения). Сначала даже не знал, как расшифровывается эта аббревиатура. "Вступительный экзамен" был в спортзале, тесты на физическую выносливость прошёл: 3 км кросс, турник, отжимание от пола 60 раз, комплекс гимнастических упражнений — всё это без остановки, а после ты должен был выдержать боксёрский бой с подготовленным бойцом.

Задача была не сломаться, не отойти в сторону. Потом два месяца ждал, когда пройдёт проверка по линии ФСБ. Как помню, 9 июня 1997 года мне сообщили, что проверку я прошёл, завтра выходить на работу.

Затем была стажировка, школа милиции в Чите.

Работа заключалась в охране общественного порядка по городу, в случае возникновения беспорядков нас немедленно поднимали по тревоге, независимо, день, ночь, независимо, в наряде ты или отдыхаешь после смены. Время, помните, было беспокойное, страна, можно сказать, была в ауте в результате экономических реформ.

Большое внимание уделялось физической подготовке. Один день в неделю полностью отдавался спорту. В полном снаряжении бежали 10 км на стрельбище, там проводили стрельбы, а порой наоборот: уезжали на стрельбище, а после огневой подготовки совершали в полной амуниции марш-бросок на базу.

Особенно нелегко было совершать 80-километровые броски до Арахлея. Конечно, не весь путь бежали, часть расстояния проходили пешком, т. е. сочетали быструю ходьбу и бег, но задача была поставлена чётко: за определённое время достичь заданного рубежа, а потом "вступить в бой". И тут не обходилось без шуток, самой любимой из которых было подложить кому-нибудь в вещмешок кирпич.

Молодые мы были! Смеху было много, никто не обижался. Стрелковую подготовку проводил капитан Дубняк, ныне, к сожалению, покойный. Стреляли из всех видов стрелкового оружия. У него были им самим изготовленные пособия по стрельбе. Стрелял красиво и точно в десятку навскидку. До его уровня нам было шагать и шагать, но чему-то похожему мы все-таки научились. Не могу без улыбки смотреть фильмы о войне, где наши или зарубежные бойцы красиво вскидывают автомат к плечу, тщательно прицеливаются, при этом стоят в полный рост. В реальном бою его сразу бы срезали.

Боец должен выставить врагу самый минимальный профиль, чем меньше площадь поражения, тем вероятнее уйти от пули. Дубняк научил нас, как надо стрелять, не прицеливаясь.

«Приглашение» в Дагестан я получил, находясь в отпуске. Поехал отдыхать, оставив, естественно, контактные данные, как меня найти. В Дагестане был накал страстей, так что не удивился вызову к месту дислокации спустя неделю отдыха. Я был дома в своём родном селе Савватеево Нерчинского района, позвонили, сказали, срочно приезжайте, через три дня вылетаем.

Правда, в назначенный день нам не удалось улететь — не было топлива, пришлось вернуться в отряд.

Представление, когда летели, было такое: сейчас опустится рампа (механизированный люк в хвосте самолёта для погрузки и выгрузки) — и сразу в бой.

При мыслях об этом пальцы крепко сжимали автомат. С нами из Читы (60 человек) в огромном транспортном самолёте летели омоновцы из Владивостока, Хабаровска, Улан-Удэ, Иркутска и, кажется, из Сахалина. Самолёт был так переполнен людьми и грузом, что с трудом закрыли рампу.

После прилёта нас поселили в Махачкале в здании детской художественной школы. Для командира нет главней задачи привезти домой отряд в полном составе, и потому он молился, чтобы нас оставили в Махачкале в резерве, но через три дня в ночь подняли по тревоге, даже не предупредив, куда. Мы тут привыкли к просторам, а там села плотно расположены, да и сами республики Кавказа по нашим забайкальским меркам небольшие, так, вся Чечня легко уместится на площади нашего района.

Баба-Юртовский район, село Хамавюрт. Ночь.

Приехали, не видно ни зги, встали у какого-то здания. Выставили караул. Если бы на нас в тот момент напали, то, наверное, многих положили бы как цыплят. На рассвете обнаружили, что находимся у здания школы. В центре села разбили ПВД (пункт временной дислокации).

Помню, когда ехали до села, навстречу нам нескончаемым потоком ехали на всех видах транспорта, включая животных, беженцы. Село почти пустое, кроме нас, там ещё находилась пара десятков сотрудников милиции.

До границы с Чечней было рукой подать — 2-3 км. У Кара-махи, Чабанмахи впереди нас стояла наша группировка войск, готовая по приказу перейти границу. Вообще, надо сказать, вторая чеченская кампания сильно отличалась от первой: никто уже не бросал солдат на пулеметы, вначале позиции боевиков подолгу обрабатывали авиация и артиллерия, потом уже шли войска, а за ними мы — зачищали местность.

Как-то на наших глазах экстремисты обстреляли разведчиков, подорвали два БТРа. Так потом после этого почти сутки по стороне противника работал вертолет. В общем, людей берегли.

После зачистки в безжизненные посёлки стали возвращаться люди. Как они радовались нашему приходу!

Мы постоянно вели дежурство на берегу р. Терек, тщательно просматривая подходы к реке. Очень сложно было потому, что там лес очень дремучий, свисают лианы. Вот через эти лианы приходилось пробираться во время зачисток. Омрачала и погода.

Начались дожди. Порой всю ночь приходилось лежать в засаде под проливным дождём, промокали до трусов. Один из ребят получил двустороннюю пневмонию, его срочно отправили на самолёте на «большую землю».

Нас поселили в поселковом отделе милиции. Дали комнату, одну на пятьдесят (!) человек, в которую мы и втиснуться-то не могли, не говоря уже о нашем снаряжении, оружии и боеприпасах. Первое время спали на полу, на земле. Потом отвоевали ещё одну комнату, вагончик, поставили палатку. В общем, обустроили быт сами. А с провизией было всё устроено достаточно неплохо, да ещё благодарные жители нас регулярно подкармливали.

«Стенка на стенку», конечно, не ходили, и рукопашной не было. Боевики применяли партизанскую тактику. Ударят, растворятся. Норовили напасть с тыла, исподтишка, в тёмное время суток. Как темнеет, так начинается пальба со всех сторон.

К примеру, стояли мы под Кадиюртом. С одной стороны предгорья, там села. С другой стороны, равнина, а за ней Гудермес. Мы оказались меж двух огней, но больше всего боялись выстрелов сзади. Ещё не обстрелянные были, поэтому не сразу поняли, что это так тонко посвистывает, а потом донеслись звуки выстрелов, мы поняли, что это пули, и спрятались за укрытие. Там начинаешь понимать, кто чего стоит.

На гражданке все кажутся одинаково добрыми, смелыми и лишь в суровых условиях высвечивается, на что человек способен. Стеснённые условия, постоянное напряжение, обстрелы, порой кровь, и вот, глядишь, твои бывший товарищ пишет рапорт с просьбой вернуть его домой. После таких командировок я стал лучше разбираться в людях…

Некоторым так хотелось скорее покинуть эти места, что доходило до самострелов. К счастью, читинский ОМОН себя этим не запятнал. Случались травмы и даже были случаи гибели от неосторожного обращения с оружием. Один на гранате подорвался, другой отстрелил себе голову из подствольного гранатомёта.

Взять местность под полный контроль было практически невозможно: кругом горы, тропки которых знают только местные жители, так что ваххабиты из Пакистана время от времени проникали.

Во вторую чеченскую кампанию в войсках настроение было приподнятое: воевать научились. Войска работали грамотно — это все признавали.

В Читинском ОМОНе были в основном молодые сотрудники, не зелёные, обученные, но ещё не побывавшие в боевой ситуации. Все парни показали себя молодцами, мы были как один кулак.

 — Говорили, что, если старейшины скажут, так бандиты из села либо сложат оружие, либо покинут село.

— На практике не всегда так было. Наш зам. командира ОМОНа по технике и вооружению вспоминал такие случаи, произошедшие в 1994 году. Он говорил, что да, старейшины могут попросить боевиков покинуть село, но — до ухода солдат или после зачистки. Так что те спокойно возвращались домой, как ОМОН смотается. Как-то договорились, что сдадут оружие. Вынесли его: пять штук ружей образца… 1812 года и несколько трофейных немецких гранат с длинной ручкой. Пошли проверять деревню, а там окопы, блиндажи!

Закончилась первая командировка, нас сменил СОБР. Первая поездка, можно сказать, прошла спокойно — не было ни потерь, ни раненых. Лишь последние десять дней, которые мы называем крайними, почувствовали напряжение обстановки.

Во второй командировке мы стояли в посёлке Новогрозное. Случались нападения на наш. блокпост, на солдат, передвигавшихся мимо. Вытаскивали из перестрелок раненых и убитых солдат, получали ранение и гибли и бойцы ОМОНа. Обстрел обычно вёлся из стрелкового оружия и подствольных гранатомётов. Раз обстреляли из миномётов, но, оказалось, что залп по нам по ошибке произвели наши десантники. Слава богу, никто не пострадал, кроме бочек под воду, которые осколки издырявили.

Один случай нападения возле нашего блокпоста мне запомнился особенно. Мы ездили на Каспий, как помню, вернулись 16 мая, а 21 мая кончался срок командировки. Мы только заступили в наряд, как впереди блокпоста раздался взрыв, затем показался горящий БТР, который боевики подбили из засады.

Троих ранили, один, водитель 19 лет, умер через два часа. Ранее на этом повороте погибли три омоновца, не читинских.

В 2001 году понесли первую потерю и мы — погиб Иван Морозов. Наш ОМОН поехал на поддержку резервного взвода и попал под шквальный огонь. Ранение в печень для Ивана оказалось фатальным, спустя некоторое время он скончался в госпитале. Это случилось 28 декабря. А Романа Елизова потеряли 28 марта. Я с ним не служил, но его стажировал. Роман посмертно был награждён орденом Мужества.

Всего в Чечне и Дагестане я провёл ровно год, а в ОМОНе — 9 лет. Последняя поездка была в 2001 году, затем ушел на другую работу.
Супруга и родители, конечно, переживали, как и сейчас переживают родители и жёны за своих сыновей, мужей, несущих службу, время-то неспокойное.

 — Что вам дала ваша военная биография?

— Стал лучше разбираться в людях, понимать, на кого можно опереться в трудную минуту, а на кого — нет. Одно дело охранять порядок здесь, например, в Чите, и совсем другое — в «горячей точке». Эти командировки нас сплотили, сделали братьями по оружию, а те, кто морально дал слабину, как-то отошли в сторону от нашей компании. Даже когда просто с ними общаешься, до конца им не веришь не только там, но и здесь — на родине.

Многие отсеялись после первой поездки: кто-то понял, что не справится, у кого-то банально не выдержала психика. Были и те, кто, охраняя всё время какую-нибудь электростанцию и даже не слыша свиста пуль, потом красочно описывали свои «подвиги» в Чечне или Дагестане.

Наша задача состояла в охране конституционного строя, важно было не допустить выхода республик Кавказа из состава России. И она была выполнена.

В первую командировку, так сказать, прошли психологическую обкатку, во вторую ехали уже морально подготовленными и к крови, и к потерям, и к походному быту. После потерь возникло желание вернуться в Дагестан.

Критическая ситуация выявляет, кто что из себя представляет. Конкретный случай. Подбили БТР, внутри пожар, в огне солдаты, а офицер, сидевший на броне, с криком, что сейчас рванёт боекомплект, убежал в кусты. Омоновцы, невзирая на риск в любую секунду взлететь на воздух, вытаскивали искалеченных из чрева бронемашины. Вкололи им пирамидол, и только после его действия раненые смогли прийти в себя.

Водитель, у которого оторвало руку, даже запел «Вот и кончилось тёплое лето…»

«За отвагу» — самую мне дорогую награду — я получил в 2000 году.

 — Вы в приметы верили?

— В чёрную кошку — нет, а вот фотографироваться на фоне самолёта или перед операцией было не принято.

 — Поддерживаете ли связь с соратниками?

— Созваниваемся постоянно, встречаться всем составом уже не получается: разошлись кто куда, а кто уехал и за пределы региона. Некоторые по глупости после службы в ОМОНе попадали под уголовные дела. По-разному у всех сложилось на гражданке, некоторые всё ещё служат в отряде.

Помним друг друга, не забываем, всегда собираемся 28 декабря у Ивана Морозова на могиле, Ромка собирает нас на последнем пристанище 28 марта, и там и там строго в 11 часов каждый год.

В 2006 году ушёл на пенсию, а ранее, в 2003 году, поступил на юридический факультет. Не просто показалось на гражданке, так как с 1992 года не снимал погон -14 лет в общей сложности служил в армии и милиции. Но и возвращаться на службу больше не было желания — устал от походной жизни.

Пробовал себя в предпринимательстве, но не моё это оказалось, и так-совал. В Чите работал начальником службы безопасности. В 2009 году окончил институт, а в 2011 году поступило предложение ехать в Акшу работать первым замом руководителя администрации района. Понравился район, природа его, а ещё больше — люди…

Владимир Потехин. «Сельская Новь», № 38 от 27 сентября

НазадВперёд
7 отзывов

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Неудивительно! и это не единственный скелет.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Не нужно забывать, что учитель работает 23 часа в неделю, это 4,6 рабочих часа в день.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

У тебя немного плохо с математикой.Учитель работает не 23 а 24 часа и не в неделю а в сутки.И сколько можно трясти зарплату учителя?Ну встаньте перед классом хотя бы один день и почувствуете все удовольствия этой профессии.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

У него не с математикой плохо. а с головой. Сколько раз уже писали, что из чего складывается нагрузка учителя. До отягощенных тяжелой наследственностью не доходит. 

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А я учитель, поэтому не по наслышке знаю, что 4-6 часов в день, это то что оплачивается, а есть еще неоплачиваемая работа - тетради (платят за них только русоведам и математикам), подготовка к урокам, классные часы, консультации для сдающих экзамены, внеклассные мероприятия, ремонт кабинета, подворовый обход, посещение неблагополучных детей, родительские собрания, конференции, олимпиады, конкурсы

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

В 1941 г., на образование страна тратила от ввп. 12 процентов, 1942, 10.,в 1945, 26, 2004 году 4.6., в 2019 г. 4.1.,а в этом же году на росгвардию 37 процентов дали от ввп., но вот и думайте, что больше нужно этому государству, образование или полиция?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А, что только учителей прировняли к МРОТ,? да так вся бюджетная сфера работает, придумали уставные категории а в целом получается я ем мясо, а кто-то капусту, вот и голубцы))))))