Р!
21 ЯНВАРЯ 2020

«Сына, только тише, только тише» - обзор краевых СМИ

О путешествии в Красную поляну на первый Всероссийский фестиваль спортивной журналистики в «Забайкальском рабочем» рассказывает Сергей Бронза. Примечательна эта поездка тем, что фоторепортаж корреспондента газеты «Чита спортивная» о соревнованиях по бурятской борьбе Елены Плотниковой вошёл в число пяти лучших во всей России. Пока мы гордимся землячкой, интересно будет попутно узнать, отчего Виктор Гусев против совместных репортажей и что главная ошибка современных спортивных репортажей — называние сначала фамилии героя, а потом имени. «На второй день фестиваля состоялась незабываемая экскурсия по строящимся объектам будущей Олимпиады-2014. Начальник отдела специальных проектов и исследований департамента по информационной политике ОАО «Газпром» Матвей Геллер показал нам лыжно-биатлонный комплекс и олимпийскую деревню для лыжников и биатлонистов, которые уже в феврале 2012 года примут спортсменов», — тут можно немножко позавидовать автору.

Из Читы — в Красную Поляну

Накануне Дня российской печати корреспондент «Забайкальского рабочего» встретился с редактором единственной в регионе специализированной газеты «Чита спортивная», сотрудник которой стала одной из лучших на первом Всероссийском фестивале спортивной журналистики «Энергия побед» в номинации «Лучший фоторепортаж о соревновании».

— В России проходит много различных фестивалей прессы, но спортивная журналистика нечасто в центре внимания. Расскажите, кто выступил организатором нового конкурса?
— Инициативу проявил «Газпром». В ноябре оргкомитет фестиваля пригласил «Читу спортивную» поучаствовать в конкурсе журналистов. Мы направили две заявки, не особо надеясь попасть в финал: Анна Васеева — в номинацию «Лучший репортаж о спортсмене», а Елена Плотникова — в номинацию «Лучший фоторепортаж о соревновании». Удивление и радость одновременно охватили сотрудников редакции, когда нам сообщили, что фоторепортаж Елены о соревнованиях по бурятской борьбе «Барилдаан» попал в пятёрку лучших в стране и нашу сотрудницу приглашали в Красную Поляну (Сочи) бороться дальше в финале с именитыми российскими фотокорреспондентами. Пригласили и меня поучаствовать в «круглых столах», мастер-классах и других мероприятиях, включённых в двухдневную насыщенную программу фестиваля-конкурса.
Уже состав жюри и почётных гостей фестиваля вызывал серьёзное уважение.
Председатель Виктор Гусев, известный спортивный комментатор «Первого канала». Члены жюри: Николай Долгополов, президент Федерации спортивных журналистов России; Нина Зверева, тележурналист, директор НОУ «Центр «Практика»; Сергей Киврин, фотожурналист; Сергей Куприянов, пресс-секретарь Председателя Правления ОАО «Газпром»; Лев Россошик, вице-президент Европейского союза спортивной прессы; Александр Ухов, начальник службы спортивных программ ТК «ТВ-Центр». Гостями фестиваля были Жан-Франсуа Рено, заместитель главного редактора газеты I’Equipe, пресс-атташе олимпийской делегации Франции на Играх в Лондоне-2012; Ален Фабиани, французский телекомментатор (Canal+), знаменитый в прошлом волейболист, игрок сборной Франции; Штефан Мацке, известный фотокорреспондент, основатель фотоагентства Sampics (Мюнхен).
— Какие мероприятия вызвали наибольший интерес у конкурсантов и гостей фестиваля?
— Учебную программу открыл Виктор Гусев мастер-классом «Специфика спортивного репортажа». Мероприятие вызвало огромный интерес среди участников фестиваля, а мэтр спортивной тележурналистики проявил себя не только блестящим оратором и великолепным знатоком российского, но и зарубежного спорта (что, собственно, неудивительно), но и человеком вполне земным, очень контактным, владеющим большим чувством юмора.
Вначале Виктор Михайлович рассказал журналистам из регионов о себе. Общение с участниками фестиваля Гусев вёл в режиме «вопрос-ответ». На мой вопрос, насколько оправданы сегодня парные футбольные репортажи, когда игру комментируют сразу два комментатора, увлекающиеся часто в эфире только диалогом между собой, забывая о телезрителях, Виктор Гусев заметил, что такая проблема действительно существует, особенно на телеканале «НТВ». Парные репортажи интересны, по его мнению, лишь в том случае, когда один комментатор работает «на картинку», а другой у кромки поля берёт интервью у участников матча. А так, действительно, либо оба репортёра говорят об одном и том же, либо в эфире стараются перещеголять друг друга остроумием. О том, что матчи Лиги чемпионов и Лиги Европы для жителей Сибири и Дальнего Востока транслируются на канале «НТВ» ровно через сутки, Виктор Гусев даже и не догадывался и впервые услышал об этой проблеме. Ещё известный телекомментатор рассказал, что сегодня ни за какую футбольную команду не болеет, не верит в приметы, не обращает внимания на тех, кто после проигрышей говорит: Гусев «сглазил» или «накаркал».
После Гусева перед спортивными журналистами выступил некто иной, как пресс-атташе олимпийской делегации Франции на играх в Лондоне Жан-Франсуа Рено. Тема его мастер-класса: «Печатные СМИ и Олимпийские игры. Взгляд профессионала». Уж этому-то французу, действительно, есть что рассказать. Он работает журналистом с 1966 года; 34 года в журнале I’Equipe, последние 7 лет на должности заместителя директора редакции. Специализировался на освещении олимпийских видов спорта, освещал 18 Олимпийских игр (как летних, так и зимних). Имеет Олимпийский орден от Президента МОК Хуана Антонио Самаранча. В 2011 — глава пресс-службы чемпионата мира по фехтованию, чемпионата Европы по легкой атлетике в помещении, чемпионата мира по дзюдо. Автор нескольких книг.
В этот же день также состоялся мастер-класс Нины Зверевой «Язык репортажа: в кадре и за кадром». Нина Витальевна — личность тоже довольно известная. Она основатель и директор первой в России частной школы телевизионного мастерства, ныне — Российский учебный центр «Практика». Лауреат Национальной премии «ТЭФИ» в 1998. Автор учебника «Школа регионального тележурналиста».
Нина Витальевна назвала главную ошибку в сегодняшних спортивных репортажах: журналисты почему-то часто называют сначала фамилию героя, а затем имя. Всё должно быть наоборот! Это закон! Нина Зверева призвала спортивных журналистов уходить от штампов, которые заполонили репортажи.
После обеда состоялся коллоквиум «Мастерство фоторепортажа» известных фотожурналистов Сергея Киврина и Штефана Мацке (Мюнхен), прошёл круглый стол «В какой спортивной форме находится спортивная пресса в России?» (модератор — вице-президент Европейского союза спортивной прессы Лев Россошик), а также презентация фильмов Михаила Дегтяря «Валерий Брумель» и «Жизнь на ощупь». Особенно бурно обсуждались пути развития спортивной прессы в нашей стране. Многие руководители СМИ говорили о том, что спортивной журналистики как таковой в большинстве регионов сегодня не существует. Есть отдельные «самородки», ярко освещающие спортивные события, а все мэтры спортивной прессы сосредоточены в Москве, Санкт-Петербурге, некоторых других городах. Думается, сегодня вновь назрела острая необходимость возродить специализацию «спортивная журналистика» (в том числе и в ЗабГГПУ). Кроме того, нужно серьёзно поднимать престиж спортивной журналистики.
— И всё-таки главным событием дня, наверняка, стала церемония награждения. Кто из знакомых болельщикам по материалам в центральных СМИ журналистов получил награды?
— Торжественная часть проходила в Охотничьем зале Гранд-отеля «Поляна». Он гораздо больше Банкетного зала, где участники завтракали и ужинали, оригинально оборудован, имеет сцену и, видимо, специально предусмотрен для проведения подобных мероприятий, без которых будущая Олимпиада, естественно, обойтись не сможет.
Церемонию вели Виктор Гусев и известная российская спортсменка — бобслеистка Ирина Скворцова, за которую после страшной аварии на трассе в недавнем прошлом переживала вся страна. Сначала были вручены специальные медали — первые, вторые и третьи места, а также денежные призы. (Из неофициальных, но достоверных источников было известно, что за первые места «Газпром» давал по сто тысяч рублей).
Зазвучали известные фамилии, и на сцену стали подниматься именитые московские журналисты. В номинации «Лучший репортаж о спортсмене или соревновании (для творческих бригад федеральных телеканалов)» первое место за репортаж «Я так… любитель» было присуждено Антону Альхимовичу и Олегу Перцеву, представляющим «НТВ-Плюс». Громом аплодисментов зал приветствовал известие о том, что второй премии здесь был удостоен журналист телекомпании «РЕН-ТВ» Дмитрий Яковлев за известный репортаж «Гибель «Локомотива».
Третье место в этой номинации занял также знакомый репортаж Андрея Манахина из «ТВ Центр» под названием «Дмитрий Булыкин».
Нас, естественно, больше интересовала секция «Печатные издания». Награждение снова начали с «федералов». И вновь звучат имена известных российских журналистов. В номинации «Лучший репортаж о спортсмене или соревновании» безоговорочно первое место было присуждено Евгению Дзичковскому из газеты «Спорт-Экспресс» за материал «Беги да попадай». Вторым здесь также стал журналист из «Спорт-Экспресса» Сергей Бутов с репортажем «Минус год». Третье место в этой номинации было присуждено Фариду Бектемирову из интернет-издания «Чемпионат.com».
В номинации «Лучший фоторепортаж о спортсмене или соревновании» для фотокорреспондентов федеральных изданий места распределились так: 1. Михаил Джанаридзе («Ассошиэйтед Пресс»); 2. Владимир Песня; 3. Алексей Филиппов (оба — РИА «Новости»). В этой же номинации для фотокорреспондентов региональных изданий в финальной пятерке была наша Елена Плотникова. В итоге здесь первое место, как и ожидалось, присудили представителю местной, сочинской корпорации «Макс Медиа Групп» Ярославу Фенелонову. В разряд региональных изданий почему-то попал московский журнал «Фигурное катание», фотокорреспондент которого Николай Кондаков также не остался без призового места. Елене Плотниковой из далекой для всех «Читы спортивной» Виктор Гусев вручил Почётный диплом и специальный приз.
Приз зрительских симпатий получил тележурналист Алексей Рожин из ГТРК «Нижний Новгород», а специальный диплом от Фонда Академии Российского телевидения «За яркий дебют» получила известная фигуристка Ирина Слуцкая, ныне ведущая спортивных новостей на «Первом канале».
— Сочи — столица будущей Олимпиады. Как проходит подготовка к этому масштабному событию?
— На второй день фестиваля состоялась незабываемая экскурсия по строящимся объектам будущей Олимпиады-2014. Начальник отдела специальных проектов и исследований департамента по информационной политике ОАО «Газпром» Матвей Геллер показал нам лыжно-биатлонный комплекс и олимпийскую деревню для лыжников и биатлонистов, которые уже в феврале 2012 года примут спортсменов.
Всё было здорово! Уезжать не хотелось. Эти два дня объединили всех — участников, гостей и членов жюри — и именитых, и молодых журналистов. Этот конкурс был первым в истории российской спортивной журналистики и, как показали дискуссии и разговоры в кулуарах реально необходимым, особенно в преддверии такого грандиозного спортивного события, как Олимпиада в Сочи.


Сергей Бронза, «Забайкальский рабочий», №5



«Комсомольская правда — Чита» публикует интересную подборку самых занимательных и впечатляющих, по мнению забайкальских следователей, раскрытых дел. «Это было первое дело, которое я направила в суд. Фигурантами по нему проходили два человека, молодой мужчина-инвалид и женщина. Этот молодой человек в силу своего физического состояния не мог устроиться на работу. Но выход всё же нашёл – решил торговать наркотиками. Посредником у него выступала женщина, именно через неё он реализовывал запрещённый товар. Мы длительное время не могли выйти на поставщика, но потом случайно оперативникам всё же удалось закупить у него партию канабиса. Дело расследовалось около двух месяцев, до этого мужчина уже неоднократно привлекался к ответственности, но всегда выходил сухим из воды. А тут отвертеться не удалось. Посадили», — вспоминает хрупкая старший следователь одного из отделов СУ СКР по Забайкальскому краю Наталья Бакиева.

Забайкальские следователи дали мастер-класс по раскрытию преступлений

Проведение допросов, обыски, поиски, осмотры места совершения преступлений, и это ещё не весь перечень обязанностей следователя. Их работа требует большой концентрации внимания и ответственности. В преддверии профессионального праздника забайкальские следователи поделились с «Комсомолкой» тем, как они справляются со своей нелёгкой работой.

Напомним, с 15 января 2011 года в стране появилось новое правоохранительное ведомство — Следственный комитет Российской Федерации. Раньше этот орган находился в ведомстве прокуратуры.

Галина Шинкевич: Я с детства мечтала стать следователем

Служить в правоохранительных органах Галина мечтала с самого раннего детства. Маленькую девочку всегда привлекала эта серьёзная профессия, ей казалось, что борьба с преступностью — это её конёк. Родители, конечно же, никогда не принимали всерьёз мечты Галины стать следователем, и напрасно. Девочка уверенно шла к цели. После окончания школы Галина поступила в Забайкальский государственный гуманитарно-педагогический университет, на юридический факультет.
— Ещё обучаясь в университете, я проходила практику – работала общественным помощником следователя. Работа очень увлекала, — призналась нам она во время беседы.
На вопрос, а не страшно ли было поначалу, эта молодая и хрупкая девушка уверила нас, что ни трупов, ни крови не боится.
Делом, которое стало очень значимым для Галины, она назвала расследование преступлений, связанных с беспорядками в исправительной колонии №10. Следователь утверждает, что никогда ранее ей не приходилось общаться и разговаривать с таким количеством осуждённых. Это было самым трудным, ведь всех заключённых необходимо было допросить, со всеми найти контакт, вывести на откровения.
— Это дело дало мне возможность набраться ещё больше опыта, — подытожила Галина, следователь по особо важным делам следственного отдела по Ингодинскому району СУ СКР по Забайкальскому краю.
Несмотря на то, что Галина работает следователем в Ингодинском отделе всего полтора года, за это время девушка зарекомендовала себя как перспективный, подающий большие надежды специалист.

Дмитрий Никитин: В правоохранительные органы пошёл по стопам отца

А вот Дмитрий Александрович, выбирая будущую профессию, последовал примеру своего отца, который отдал 35 лет службе в органах прокуратуры. Закончил Байкальский государственный университет и, обучаясь уже на пятом курсе, начал свою следовательскую деятельность. Окончив университет, устроился на работу в прокуратуру Ингодинского района, а в 2011 году стал следователем второго отдела по расследованию особо важных дел.
— В моей трудовой практике вообще было много дел, которые в своё время имели для меня особое значение. На многих я, можно сказать, прогрессировал как следователь, — говорит Дмитрий, сейчас работающий во втором отделе по расследованию особо важных дел СУ СКР по Забайкальскому краю.
Но самым запоминающимся было дело, связанное с убийством женщины в Чите. Удача, как утверждает Дмитрий, стала главным помощником тогда в раскрытии преступления.
— Дело находилось в разработке почти полгода, выйти на убийцу мы просто не могли. Но в один прекрасный момент, по поручению моего начальника, я взял кучу протоколов и пошёл допрашивать весь микрорайон, в котором, возможно, проживал преступник. Оказалось, не зря, — признался молодой человек.
Здесь Дмитрия поджидал успех, случайные поиски принесли свои плоды. Двери одной из квартир, куда постучал следователь, открыла женщина и наотрез отказалась давать показания. Но когда уж было Дмитрий собрался уйти, дама его остановила и сказала, что согласна поговорить, но только без протокола. Она не только рассказала о преступнике, но даже указала точный адрес его проживания.
— Слова женщины подтвердились, преступника мы задержали на следующий день. Так что, кто ищет, тот всегда найдет, — поделился опытом следователь.

Наталия Бакиева: В школе милиции меня многому научили

Глядя на Наталию Бакиеву, эту хрупкую девушку, никогда не подумаешь о том, что она сотрудник правоохранительных органов. А ведь оно так и есть, Наталия старший следователь одного из отделов СУ СКР по Забайкальскому краю. Когда мы задали ей вопрос о том, почему она решила посвятить себя этой профессии, Наталия задумалась, ведь окончив школу, о других каких-то вариантах даже не думала. Все шло ещё со школьной скамьи, девушка училась в классе с гуманитарно-правовым уклоном. Уже тогда Наташа и её одноклассники посещали курсы в школе милиции.
— Интерес к этой профессии был этим, наверное, и вызван. Выбора как такового передо мной не стояло, я пошла учиться в школу милиции, после чего поехала в Улан-Удэ, поступила в Восточно-сибирский институт МВД, — рассказала старший следователь.
Особенным для Натальи стало дело, связанное со сбытом наркотиков в начале 2000 года.
— Это было первое дело, которое я направила в суд. Фигурантами но нему проходили два человека, молодой мужчина-инвалид и женщина. Этот молодой человек в силу своего физического состояния не мог устроиться на работу. Но выход всё же нашёл – решил торговать наркотиками. Посредником у него выступала женщина, именно через неё он реализовывал запрещённый товар. Мы длительное время не могли выйти на поставщика, но потом случайно оперативникам всё же удалось закупить у него партию канабиса. Дело расследовалось около двух месяцев, до этого мужчина уже неоднократно привлекался к ответственности, но всегда выходил сухим из воды. А тут отвертеться не удалось. Посадили.

Анатолий Цхай: Каждое дело – это дополнительный опыт

Время, когда Анатолий Цхай начал заниматься следовательской деятельностью, он помнит хорошо. Это был январь 2008 года. Тогда молодой специалист заступил на своё первое дежурство и тут же прошёл боевое крещение. Анатолия ждал выезд на квартиру, где произошло жестокое убийство беременной женщины. Дело тогда так и не дошло до суда, поскольку преступник покончил с собой в следственном изоляторе. Вообще, по словам следователя, такая работа его привлекала всегда. Поэтому-то он и поступил в Уральскую государственную юридическую академию, в институт Генеральной прокуратуры, который, кстати, окончил с отличием.
— За всё время работы в следственном комитете у меня было очень много дел, которые стали для меня своеобразными уроками, — поделился с нами Анатолий, следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Забайкальскому краю. — Одно из них было связано с сотрудниками правоохранительных органов. Шестеро работников, тогда ещё милиции, незаконно, в течение четырех суток, лишали свободы нескольких людей. Все виновные понесли наказание. Это было моё первое дело в отделе по расследованию особо важных дел. Раскрыть его удалось благодаря грамотному руководству и большому объёму проведённых следственных действий. Второе дело было связано с убийством ребёнка в посёлке Каштак в 2010 году. Сложность заключалась в установлении личности подозреваемого. Им оказался местный подросток, который совершил свой поступок с ужасающей жестокостью.


Подготовила Анастасия Борискина, «Комсомольская правда — Чита», №4



С первой в 2012 году пресс-конференции губернатора Забайкальского края Равиля Гениатулина журналисты всевозможных СМИ нарезали новостей и сюжетов. Иван Томских в «Читинском обозрении» подытожил всё сказанное и собрал в единый текст наиболее интересные читателям высказывания главы региона. «Предельно спокойно и философски смотрю на выводы всевозможных рейтинговых агентств по поводу моей деятельности. Уважительно отношусь к социологическим опросам, рейтингам, но есть такая вещь, как самооценка. Я имею собственную оценку своей деятельности, она никому, кроме меня, неизвестна. И вам о ней я не скажу…», — говорит, к примеру, Равиль Фаритович о политическом рейтинге.

«На митинги у меня аллергия»

Накануне Дня российской прессы Равиль Гениатулин ответил на вопросы журналистов краевых и районных СМИ

О декабрьских митингах

Я не очень воспринимаю уличную политику, на митинги у меня аллергия. Помню митинги 90-х, когда протестовали голодные, нищие люди из-за того, что по полгода не получали зарплату, пенсию. Молодые наши политики даже представить себе такое не могут, что у государства может не быть наличных денег на социальные выплаты. В те годы акции протеста были жёсткими и справедливыми, а нынешние – митинги сытых людей. Я знаю, как, кем и для чего готовятся митинги. Эти люди преследуют свои корыстные цели, а народ подло используется. Митинговать, пикетировать – конституционное право граждан. Но я против революционных перемен, потому что в любой системе важна последовательность и возможность спокойно развиваться. Зачем делать длинные шаги и рвать на себе штаны?! Да и нынешние революции – это не классовая борьба, как говорил Карл Маркс а революция кланов и элит, очередной передел собственности.

О забайкальских дорогах

Пять лет без дорожного фонда, когда заботы о содержании автомагистралей легли на плечи субъектов РФ, привели к тому, что наши дороги пришли в плачевное состояние. На содержание дорог выделялись смешные для нашей территории суммы – 350-400 миллионов рублей в год. Теперь же, когда правительство РФ приняло решение вернуть дорожный фонд, ситуация изменится к лучшему. Улучшения на региональных дорогах забайкальцы почувствуют уже к концу 2012 года. В этом году на содержание и ремонт региональных и муниципальных дорог (а их у нас более 8 тысяч километров) запланировано 3,4 миллиарда рублей. Средства целевые, будут потрачены строго по назначению. Порядка 5% пойдёт на сёла, какой-то процент – на межпоселенческие дороги, а остальное — на региональные дороги. Федеральные дороги в это число не входят.

О будущем Красного Чикоя

Перспектив у Красночикойского района предостаточно: богатое Зашуланское месторождение угля, большие запасы нужного для атомной промышленности сырья, хорошие лесные ресурсы. Правда, этими вопросами не хочет заниматься руководство района, население тоже не настроено. Нужно всерьёз заняться глубокой переработкой таёжных богатств – орехов и других дикоросов, например, черемши. Никто у нас не может основательно заняться экотуризмом, как это сделали в Алтайском крае, на Байкале. Вокруг слышны восхищения чикойской природой, а бизнеса – нет! Государство не может всё организовать. Наши туристические фирмы ориентируются только на Китай и Европу, потому что никаких хлопот – посадил туристов в самолёт и всё. Деньги зарабатывают без головной боли. За развитие внутреннего туризма никто не берётся, ведь нужно построить базу, людей нанять, туристов привести, рыбалку и охоту организовать, лошадей содержать. Наши бизнесмены привыкли пенку снимать и думают, что так будет бесконечно. Но после сливок идёт обрат.

О сказочных перспективах Удокана

В 2011 году по разработке удоканского месторождения проведена огромная работа. Главное — на международном уровне признано, что запасы Удокана составляют 25 миллионов тонн меди. Собственники лицензии по освоению месторождения имеют чёткие планы на 2012 год по реализации проекта. Они вкладывают приличные инвестиции. Со своей стороны намерен добиться для проекта статуса государственно-частного партнёрства. К территориям освоения Удоканского, Апсатского и Чинейского месторождений необходимо провести электроэнергию, построить дороги и рабочий посёлок. Если каждый из владельцев месторождений будет делать это только для себя, эффекта не жди. Инфраструктура для всех трёх месторождений обойдётся в 70-100 миллиардов рублей. Эти расходы может взять на себя государство. Вложения бизнесменов в месторождения на порядок выше. В таком случае колоссальный проект не затянется на долгие годы. Наконец-то к нам пришли настроенные на конечный результат бизнесмены – Алишер Усманов, Владимир Рашевский, Олег Дерипаска. Они приобрели эти месторождения не для капитализации, а для реальной работы, развивающей горнорудную промышленность Забайкалья.

О политическом рейтинге

Предельно спокойно и философски смотрю на выводы всевозможных рейтинговых агентств по поводу моей деятельности. Уважительно отношусь к социологическим опросам, рейтингам, но есть такая вещь, как самооценка. Я имею собственную оценку своей деятельности, она никому, кроме меня, неизвестна. И вам о ней я не скажу…
Для справки: По данным рейтинга за декабрь 2011 г. «Национальной службы мониторинга» и «Института независимых политических исследований», Равиль Гениатулин занял 46 место среди 83 губернаторов.

Об агропарках

Агроиндустриальные парки — перспективное дело. В этом году начнём реализовывать часть проектов. В Краснокаменске приступим к созданию свиноводческого комплекса. Он будет мощнее, чем подобное предприятие советского времени. И это не фантастика. Когда начинали строить мясокомбинат, многие относились к этому скептически, называли «очередной авантюрой». А сегодня приезжают, фотографируют, как там голландское, немецкое, шведское оборудование работает, как за счёт современных технологий осуществляется глубочайшая переработка продукции крестьян.

О самопроверках

Уголовные дела министра спорта Юрия Коноплёва и министра территориального развития Анатолия Серёгина стали результатами самопроверок. Юрий Александрович сам дал команду проверить финансовое состояние этого чёртова хоккейного клуба, который выбил работу целого министерства на несколько лет. Проверили, нашли чего-то, начали искать дальше. Мы закрыли клуб, так как не смогли его содержать, а хоккеистов набрали мастеровитых, некоторые из них сейчас в сборной России. Они обратились в суд по поводу невыплаты зарплаты. Решение суда пришлось исполнить — более 600 тысяч рублей заплатили из бюджетных средств. Это было нарушением, но потом нашли способы возместить деньги. Меня разочаровывает скорость судопроизводства. У меня обезглавлено министерство. Принимать решение суду нужно быстрее. Нельзя годами рассматривать такие несложные дела, особенно по отношению к исполнительной власти.

Об успехах в экономике

В целом итоги экономического развития региона за прошлый год не хуже средних российских показателей. Объём промышленного производства составил около 7%. Валовой внутренний продукт на уровне 4%. Мы приближаемся к заветной цифре по ВВП — 200 миллиардов рублей. В прошлом году он составил 191 миллиард, а в 2010 — 160 миллиардов. Это довольно хороший результат, но на уровень общероссийских показателей по ВВП ещё не вышли. У нас слишком высок удельный вес сельского населения и сельхозпредприятий. В тех регионах, где есть мощная промышленность и меньше селян, ВВП намного больше.

О Годе истории

Так удачно совпало, что когда мы с коллегами прорабатывали вопрос о том, чтобы объявить 2012-й Годом защитников Отечества, правительство страны решило объявить 2012-й Годом российской истории. Эти названия в одном контексте. Российская история пронизана ратной славой выдающихся защитников Отечества. И та, и другая темы идеально совместимы, на их основе нужно воспитывать подрастающее поколение.

О врачах на селе

Рад тому, что на федеральном уровне приняли решение — выплачивать с 1 января 2012 года молодым врачам, пожелавшим работать в сельской местности, стимулирующее пособие в размере миллиона рублей. На местном уровне такую сумму мы вряд ли смогли бы изыскать. Но у нас есть другая цель — добавить к этому возможность получения служебного жилья. Деньги имеют свойство быстро заканчиваться. А крыша над головой будет держать человека на селе. Поэтому отдаю приоритет неким материализованным вещам, таким как квартира.

О дефиците кадров

У нас нет горняков. Руководство компании, занимающейся разработкой Вершино-Дарасунского месторождения золота, планирует увеличить объёмы добычи золота, прорабатывает вопрос о введении в эксплуатацию «ствола» рудника, в котором в 2006 году произошёл пожар. Но где взять рабочую силу? Проблемой трудовых ресурсов озадачен и руководитель ППГХО, он по всей стране распространил объявления о приёме на работу горняков. Сейчас и денежное довольствие неплохое у тех, кто работает под землёй. Но всё равно нет горняков. Приходится из Казахстана, Украины, Беларуси приглашать людей.

О ценах на ГСМ

Единственный способ снизить цены на ГСМ в Забайкалье — создать конкурентную среду. Пока что рынок у нас монополизирован «Нефтемаркетом». Я пригласил на нашу территорию «Роснефть». Ведём переговоры струпными компаниями на предмет создания розничной сети продажи ГСМ. Неоднократно побуждали УФАС проводить проверки на предмет сговора. Какие-то эпизоды были выявлены. Однако когда мы сопоставляем отпускные цены плюс транспортные расходы, то, в принципе, цена такая и вырисовывается.
Розничные цены можно снизить введением регулирования отпускных цен на нефтеперерабатывающих предприятиях. Да, это похоже на социализм, однако во всём мире это регулируется если не напрямую, то через очень интересные механизмы, в частности, квотированием объёмов продаж за пределы России. Большие проблемы создаёт отпускная цена с предприятий и многочисленный слой перекупщиков, каждому из которых надо получить свои 5-10%. Правительство должно поставить заслон этой груде посредников. «Нефтемаркет» может напрямую купить бензин на Ангарском или Уфимском заводе, а ещё лучше, если будет создана биржа.


Записал Иван Томских, «Читинское обозрение», №3



«Для девочек отгородили закуток в кухне, в котором не было окна. Имелась двухъярусная кровать, столик и комод для одежды. В обязанности девочкам вменялось убираться в квартире, мыть полы, ухаживать за животными — чистить стайки, кормить кроликов. Мало того, девочки должны были сами стирать себе одежду, не только личное бельё, как утверждала опекун, но и другие свои вещи. В школе педагог обратила внимание на руки первоклассницы, на которых были… коросты от стирки хозяйственным мылом! Буквально через год девочки стали замкнутыми. Дядя стал «воспитывать» детей: нецензурно бранил их столь активно, что об этом становилось известно соседям. За математику первоклассницу Юлю садили в подполье, и накрывали крышку курткой, чтобы туда не попадал свет. Девочка сидела там, а потом начинала громко плакать от страха», — страшная статья о преступлении против детства опубликована в «Земле». Редакция просит считать статью официальным обращением в прокуратуру Забайкальского края.

Спасите наши души…

В январе прошлого года в воскресной школе при Улётовском храме, состоянием двух воспитанниц, ходивших туда в числе прочих, заинтересовалась преподававшая там О.В. Куйдина — девочки были грустны, подавлены. Расспросив девочек, преподаватель узнала о нравах и методах «воспитания», царящих в семье, и сообщила о вопиющих фактах нарушения педагогам — слишком уж не вязалось услышанное с понятием «опека».

Милосердие церковного педагога не сразу нашло отклик в тех местах, где сразу должны были начать «бить во все колокола». Только 4 апреля учителя пришли навестить семью, где жили девочки. В этот день пьяный дядя избил старшую девочку. Затем взял в руки топор, замахнулся в сторону ребёнка и пригрозил убийством. Девочка восприняла эти угрозы реально. Из материалов следствия: «… причинил ей закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, ссадины и параорбитальную гематому слева».
Младшая в это время металась по улице, взывая о помощи, и прибежала к бабушке с сообщением, что «дядя гоняется с топором за сестрой». Именно в это время и пришли учителя. Девочке вызвали «Скорую», её немедленно госпитализировали.
За три дня до этого, 1 апреля, он же, будучи в нетрезвом состоянии, нанёс не менее двух ударов ремнем и не менее трех ударов шлангом младшей, 9-летней, девочке.

«Воспитатель»

Судьба с самого начала не баловала этих ребятишек. Мать пила. Отец числился без вести пропавшим. Детей — пятеро. В 2009 году они попали в социально-реабилитационный центр «Родник» в своём районе. Их родная тётя, жалевшая ребятишек и взявшая под свою опеку троих детей, попросила своего брата — уроженца села Улёты, взять ещё двоих под свою опеку.
Так две сестрёнки, 1998 и 2002 года рождения, оказались в семье своего родного дяди. Правда, опеку оформили на его супругу, которая практически до вечера каждый день находится на работе. По показаниям родственников и соседей, мужчина злоупотреблял спиртным, уходил в недельные загулы.
Пока увеличившаяся семья жила в доме бабушки (матери опекуна), дети чувствовали себя комфортно: по мере своих сил помогали по дому, занимались уроками, и, казалось, жизнь вошла в нормальную колею. В сентябре 2010 года опекунская семья приобрела себе новое жильё, и они стали проживать отдельно от бабушки.
Для девочек отгородили закуток в кухне, в котором не было окна. Имелась двухъярусная кровать, столик и комод для одежды. Свет проникал из кухни, а при подготовке уроков нужно было включать настольную лампу. В обязанности девочкам вменялось убираться в квартире, мыть полы, ухаживать за животными — чистить стайки, кормить кроликов. Мало того, девочки должны были сами стирать себе одежду, не только личное бельё, как утверждала опекун, но и другие свои вещи.
В школе педагог обратила внимание на руки первоклассницы, на которых были… коросты от стирки хозяйственным мылом! Причём, все учителя отмечают, что девочки были общительные, с навыками самообслуживания, и не производили впечатления нерях и лентяек. На это же указали и допрошенные соседи этой семьи.
Буквально через год девочки стали замкнутыми. Дядя стал «воспитывать» детей: нецензурно бранил их столь активно, что об этом становилось известно соседям. Девочкам попадало буквально за всё: за неправильно решённые примеры по математике, за несвоевременно покормленных животных. Причём, за математику первоклассницу Юлю садили в подполье, и накрывали крышку курткой, чтобы туда не попадал свет. Девочка сидела там, а потом начинала громко плакать от страха. За невыученный текст девочки должны были всю ночь читать учебник. Читали до пяти утра, а убедившись, что «воспитатель» спит, уснули. Утром были наказаны за то, что не читали до самого утра…

Вопрос для опеки

Оправданием для своих методик воспитания подсудимый выбрал довод: «Перестали слушаться. Стали хуже учиться и не хотят помогать по дому». Угрозу топором объяснил тоже лаконично: «Колол дрова и просто замахнулся».

Супруга дяди-«воспитателя» О. Амосова от защиты интересов детей отказалась. Пояснила органу дознания, она была против методов воспитания своего супруга, но предпочла не вмешиваться, поскольку это были «его племянницы».

Примечательно, что гражданин Амосов ранее уже был осужден за угрозу убийством собственной супруги. Кроме этого, в его «послужном списке» — незаконное приобретение гранаты, которую он… потерял, будучи пьяным. Видимо, именно поэтому опека была оформлена на его супругу.
В уголовном деле нет документов, когда и кто установил опеку над детьми, кто обследовал условия проживания опекаемых детей и интересовался ли кто-нибудь вообще историей семьи, которая взяла детей для их «воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов»? Получается, никто не проверял?
В отделе опеки MP «Улетовский район» специалист по охране прав детства Пахомова И.М.ситуацию объяснила так: «При оформлении опеки исследовалась, в первую очередь, кандидатура опекуна Амосовой. Она характеризуется только положительно. На супруга тоже были положительные характеристики. Сведения о судимости мы запрашиваем на обоих супругов, вероятнее всего, у Амосова судимость уже была погашена. Амосова сигнализировала нам, что супруг злоупотребляет спиртным, его даже задерживали в отделение полиции, но жалоб на факты рукоприкладства с его стороны не было».
Девочек, после пребывания в социально-реабилитационном центре «Кедр», передали на воспитание их тёте, в семье которой уже растут трое детей из этой семьи.

Елена Чубенко (материалы предоставлены корреспонденту судебным участком №35 с.Улёты).

P.S. : Амосов осуждён по совокупности статей за угрозу убийства, умышленное причинение побоев, и причинение лёгкого вреда здоровью к 1 году 8 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года. Приговор им не обжалован и вступил в законную силу.

От редакции: Если ещё можно понять, как могли оказаться дети в подобной обстановке, то почему на протяжении полутора лет никто не интересовался, как им там живётся и получается ли у опекунов заменить девочкам, хотя бы частично, родителей, понять нельзя. Данную публикацию редакция газеты «Земля» просит считать официальным обращением в прокуратуру Забайкальского края.

Языком закона


Гражданский Кодекс РФ:
«При назначении ребёнку опекуна (попечителя) орган опеки устанавливает наличие необходимых условий для этого, а также учитывает личные качества ребёнка и заявителя, способность его к выполнению опекунских обязанностей, отношения между опекуном (попечителем) и ребёнком (наличие родственной или иной семейной связи), отношение к ребёнку членов семьи опекуна (попечителя). Данные факты устанавливаются на основе характеристик с места работы и жительства, запросов у органов внутренних дел о наличии или отсутствии судимости у заявителя и др».


«Земля», №3



А «Экстра» на этот раз сильно впечатлила — на газетных полосах как минимум два болезненных для сочувствия, совести, гражданской ответственности текста. Один из них — материал Андрея Коптеева «Смертельная недостаточность» — рассказывает, как врачебная ошибка привела к смерти пациента. «Получается, что если бы при осмотре дома врач провела элементарные действия, то Николай был бы живым. Непонятно, на каком основании доктор зациклилась на «метастазах», не допуская версии об обострении болезни сердца. И себе я теперь не смогу простить, что тогда, перед поездом, не настояла на госпитализации», — делится с журналистом вдова жителя Шерловой Николая Михайлова Раиса Путинцева. Специалисты Минздрава провели проверку и заключили, что в отношении умершего «имело место быть ошибочное медицинское заключение о наличии у него «метастатического опухолевого поражения позвоночника». «По итогам проверки за недооценку тяжести состояния пациента Филипповой объявили выговор», — констатирует корреспондент «Экстры».

Смертельная недостаточность

Пациент скончался в поезде после медицинского обследования

В январе 2010 года жителю Шерловой Николаю Михайлову сделали операцию по удалению части лёгкого в связи с образовавшейся на нем опухоли. Операция прошла успешно. За год мужчина, имеющий под опекой двух детей, поправился, стал энергичным, появились планы на жизнь, но в марте 2011 года судьба внесла свои непоправимые коррективы.

На приёме у невропатолога

В феврале 2011 года у Николая Ивановича заболела спина и он обратился за помощью к невропатологу местной больницы Наталье Филипповой. Доктор назначила лечение, затем выписала ему направление на томографию в Читу.
— При этом врач высказала своё подозрение на то, что у мужа вновь появилась опухоль, — рассказывает супруга Николая Раиса Путинцева. — Её смутил рентгеновский снимок позвоночника супруга, на котором невропатолог увидела какое-то пятно.
Пока Николай находился на обследовании и лечении у Филипповой, у него стало резкого ухудшаться самочувствие, боли в сердце беспокоили всё чаще, к тому же на ноге образовался тромбофлебит.
— В течение десяти дней мы вылечили ногу, тромбофлебит практически рассосался, однако легче мужу не становилось, начало резко падать давление, появилась одышка, сильная аритмия.
13 марта, за день до того как Николай должен был отправиться в Читу на томографию, его супруга позвонила Филипповой и сказала, что мужу совсем плохо и спросила — может быть, стоит отменить поездку? На это доктор ответила, что перед поездом навестит больного и поставит ему обезболивающий угол.
— Когда я говорила, что супругу совсем плохо, Филиппова ответила: «А что же вы хотели, у него же рак», — говорит Раиса Путинцева. — Мне стало непонятно, на каком основании она поставила ему такой диагноз?

Смерть в поезде

Незадолго до отправления в Читу невропатолог на «скорой помощи» приехала к Николаю Михайлову домой.
— Она даже толком не осмотрела мужа. Фельдшер смерила давление, оно оказалось низким, затем сказала врачу, что у мужа сильная аритмия, — рассказывает Раиса Путинцева. — После этого фельдшер поставила какой-то укол, а врач даже не попыталась сделать кардиограмму сердца. Выйдя в коридор, Филиппова совершенно уверенно сказала: «Я думаю, что у него всё-таки метастазы».
— На вокзале поезд останавливается всего на три минуты, и мужу с сыном пришлось бежать до своего вагона, — рассказывает супруга Раиса Ивановна. — Запрыгнув в состав, сын увидел, что отец упал прямо в тамбуре. С незнакомым мужчиной он дотащил его до места. Николай говорил: «Сына, только тише, только тише»: С этим словами муж закрыл глаза и умер.

Причина смерти

После проведения вскрытия было установлено, что причиной смерти Михайлова явилась «острая сердечнососудистая недостаточность».
— Получается, что если бы при осмотре дома врач провела элементарные действия, то Николай был бы живым. Непонятно, на каком основании доктор зациклилась на «метастазах», не допуская версии об обострении болезни сердца. И себе я теперь не смогу просить, что тогда, перед поездом, не настояла на госпитализации, — говорит вдова.
Немного оправившись после смерти мужа, она обратилась в министерство здравоохранения Забайкальского края с требованием провести проверку по факту смерти её супруга и оценить действия невропатолога, которая осматривала пациента за несколько часов до его смерти.
Специалисты Минздрава провели проверку и прислали вдове официальный ответ (№3610 от 24.06.2011), в котором указали, что в отношении умершего Николая Михайлова действительно «имело место быть ошибочное медицинское заключение о наличии у него «метастатического опухолевого поражения позвоночника». Также в ответе было указано, что врач-невропатолог не выполнила стандарты медицинской помощи больным стенокардией. При этом Минздрав, оправдывая своего коллегу, заявил, что невропатолог из-за обострившегося остеохондроза не увидела у Михайлова болезни сердца, и поэтому «не выполнила необходимых диагностических мероприятий (в первую очередь — снятие электрокардиограммы).
По итогам проверки за недооценку тяжести состоянии пациента Филипповой объявили выговор.

«Я не отказываюсь от своего диагноза»

Для полноты картины мы обратились к невропатологу Наталье Филипповой с просьбой прокомментировать трагическую историю с ее пациентом Михайловым:
— Первый раз Николай Иванович обратился ко мне в ноябре с жалобами на сильные боли в спине. Я назначила лечение. Прошло 4 месяца, но ему не становилось легче, — рассказала Наталья Филиппова. — На тот момент я склонялась к выводу, что у него метастазы в спинном мозге, и, чтобы исключить этот серьёзный диагноз, отправила пациента в Читу на дополнительные обследование (томографию позвоночника).
Раиса Ивановна заявляет, что якобы перед отъездом Николая Ивановича я не должным образом его осмотрела. Я прибыла к Михайлову в составе бригады «скорой помощи», всё необходимое провела фельдшер под моим присмотром. Какая разница, кто мерил давление или ставил укол? Отмечу, что на момент нашего осмотра состояние Михайлова не предвещало быстрой смерти. Вообще, острая сердечнососудистая недостаточность может настигнуть любого человека в любой момент.
При этом моего диагноза по поводу возможного наличия у Михайлова метастазов в позвоночнике никто не опровергал, и я от него не отказываюсь. Да, Михайлов состоял на учёте в связи с ишемической болезнью, поэтому он знал, как болит сердце, и при этом жаловался на боль именно в позвоночнике, и я исходила именно из этого.


Андрей Коптеев, «Экстра», №3



Юлия Скорнякова по-прежнему уделяет внимание переселенцам посёлка Октябрьский. На этот раз обиженной судьбой и властью стала семья Ольги Жигалиной: «Прожив около восьми лет, супруги задумались о приёмном малыше. В начале двухтысячных они взяли свою первую дочку — Аню. Через несколько лет — вторую, Лизу. Обе девчонки — подвижные, весёлые, но каждый день с ними, как маленький подвиг. У Лизы — инвалидность, врачи и стационар через каждые четыре месяца, у Ани — спецобучение в коррекционной школе. Ольга не работает, поскольку её девчонкам внимания нужно в разы больше, чем другим детям в их возрасте. Муж работает от раза к разу; Ольга говорит: из-за состояния здоровья». Но, пожалуй, самым болезненным стал жилищный вопрос. 653-и в очереди на жильё, признанные, наконец, малоимущими, они по-прежнему ждут хотя бы места в общежитии.

На краю надежды

Семья с двумя приёмными детьми фактически стала бомжами

Точнее, дом у Ольги Жигалиной есть: старый, аварийный. Нет прописки и надежды на то, что после расселения посёлка и сноса всех домов в посёлке Октябрьский её семейству будет куда идти.

Много лет назад

Собственных детей у Жигалиных не было. Прожив около восьми лет, супруги задумались о приёмном малыше. В начале двухтысячных они взяли свою первую дочку — Аню. Через несколько лет — вторую, Лизу. Обе девчонки — подвижные, весёлые, но каждый день с ними, как маленький подвиг. У Лизы — инвалидность, врачи и стационар через каждые четыре месяца, у Ани — спецобучение в коррекционной школе.
Ольга не работает, поскольку её девчонкам внимания нужно в разы больше, чем другим детям в их возрасте. Муж работает от раза к разу; Ольга говорит: из-за состояния здоровья.

Квартирные передряги

Когда семья приехала в Краснокаменский район (а было это несколько лет назад), Ольге дали прописку в общежитии райцентра. Прописка была только на бумаге, в комнате семья не жила.
— Она была нужна, чтобы нам хоть какие-то кредиты в банках могли дать. Когда я в 45 лет пошла менять паспорт, мне поставили печать об отсутствии регистрации. Оказалось, что в той комнате 138 человек были прописаны, — вспоминает Ольга Жигалина.
Глава Краснокаменска Борис Пичкуренко в телефонном разговоре с корреспондентом «Экстры» заявил, что Жигалины действительно в общежитии не проживали:
— Она там сколько лет не появлялась. В здании уже лет пять как милиция, -пояснил Борис Пичкуренко.
Долгое время женщина обивала административные и ведомственные пороги с просьбой поспособствовать в получении квартиры. О тех трудностях, которые семье пришлось пережить за эти годы, она старается не вспоминать. Но вопрос остаётся открытым.
— Я была и в соцзащите, и в опеке, и в обществе инвалидов. И это всё не по одному и не по два раза. Со счёта сбилась. А к Пичкуренко я уже как домой хожу!

«Вы не имеете права…»

Ответы из администрации и прокуратуры были. В письмах с солидными штампами говорилось, что, так как семья Жигалиных не признавалась малоимущей, они не имеют права на предоставление жилья по договору социального найма. Прокуратура отвечала, что нарушений в таких ответах не усмотрено.
Отчаявшись, женщина написала письмо президенту. К сожалению, у нас большинство проблем решаются только таким способом. Понять, что с проблемами небольшой семьи, и без того помогающей государству поднимать двоих детей, могут справиться и на местном уровне, — можно и нужно. Но только вот не справляются. Письмо перенаправили в Забайкальский край, оттуда — в местную администрацию. Круг замкнулся.

Видимо, по истечении срока действия одного договора аренды был составлен ещё один. 1 сентября 2010 года Борис Пичкуренко подписал документ, сделавший законным пребывание семьи Жигалиных в доме № 20а по улице Степной ещё на три месяца.
Когда Октябрьский начали расселять (а списки на расселение составлялись ещё в 2007 году), Жигалиным официально заявили, что прав на получение новой квартиры взамен рассыпавшегося дома, в котором они всё это время жили, они не имеют, ведь квартиру по Степной они арендовали. Для получения шанса хоть когда-то вселиться в своё жильё Жигалиным нужно было встать в специальную очередь. У тех, чьи фамилии заносились в этот список, был шанс получить квартиру на условиях договора социального найма.
Для этого семью с двумя детьми, один из которых — инвалид, неработающей матерью и эпизодически работающим отцом нужно было официально признать малоимущей. Официально — это всего лишь несколько слов на бумаге, заверенных подписью и печатью. К этому листу семья шла годы.

Малоимущие. Наконец-то!

После долгих лет «прогулок» по кабинетам семью с двумя приёмными детьми в конце концов поставили в очередь на жильё. В очереди внеочередников они стали 653-ми.
— Если учесть, что в 2011 году ни одна семья жилья не получила, то мы в лучшем случае по договору социального найма сможем заехать в квартиру только через 653 года, — говорит Ольга Жигалина. — Я живу неизвестностью. Мне предложили вернуть детей туда, откуда я их забрала, но как?! Они – мои дети, я — их мать, у которой от отчаяния опускаются руки! И никому до нас нет дела, — мы разговариваем на чистой, прибранной кухоньке того самого аварийного дома. На глазах у Ольги появляются слёзы. — Летом в администрации сказали: «Ждите, в августе будем делить общежитие». Я в сентябре позвонила: «Нет, извините, в этот раз вы не попали». А в какой раз мы попадём? Никогда, наверное.
По словам родных женщины, несколько дней назад к ней приезжали сотрудники миграционной службы. Она не намерена покидать аварийное здание в Октябрьском. Нет, не из вредности и принципиальности, а от того, что идти ей и детям просто некуда.

В ответ — пустота

Мы тратим бюджетные миллионы на социальную рекламу, рассказывающую, что приёмные дети — это не страшно, что они могут стать частью семьи. Реклама крутится, но мы-то с вами знаем, что детдома переполнены, а шансы обрести семью у детей с тяжёлыми заболеваниями или задержкой развития практически равны нулю, от таких родные-то родители отказываются. Жигалины без рекламы и призывов взяли и воспитывают двух больных девочек. Ольга и её муж готовы сбивать ноги в поисках лекарств, стоять в очередях к врачам, жить от стационара до стационара, обе девочки одеты, накормлены и, главное, любимы. За годы воспитания они помогли государству не на одну сотню тысяч рублей. А что отвечает им государство голосами и подписями своих «кабинетных» людей? Что делать Ольге Жигалиной, когда в опустевший посёлок приедут бульдозеры и по сантиметру начнут ровнять Октябрьский с землёй?
Редакция «Экстры» будет следить за развитием событий.


Юлия Скорнякова, «Экстра», №3



НазадВперёд
6 отзывов

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Почему на статью Скорняковой нет ни одного отзыва из соответствующих органов? ЧИТА. РУ - попросите прокомменировать ситуацию хоть кого-нибудь власть-придержащего! ЭТО ЖЕ КОШМАР!!!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Надо быть почеловечнее и жалоб тогда не было, здесь у родственников обида гложет в отношении больного человека. Бесспорно здесь есть врачебная ошибка, которая увела врача не туда, в результате смерть больного. Как измерить вину врача, давай те всех их пересадим за любые ошибки, тоже неверно.

Стандарты, протоколы тоже хорошо, а где искусство врачевания, высокая зарплата, где тогда призвание, когда врач просто помогает больному. Врачом нужно родится, быть преданным своему делу и всю жизнь учиться, а смертельные случаи есть у каждого врача, если нет этого, то это не врач.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

да..наша жизнь пестрая!!!но вы уж определитесь!!! если освещаете гламурную жизнь 5% населения забайкалья-это одно.если хотите писать о жизни бедняков, которые пьют, бьют и так далее-это другое!!!!!все это вместе читать невозможно!!!!!как мы это все допустили???простите сми, простите нас!все вместе в ответе..,

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Ну не могут Жигалины содержать и воспитывать детей, вроде и хотят, но не получается у них. Так зачем было мучать детей, забирать из приюта, жалко стало? А сейчас, если что случится - кому они нужны будут, им потом будет лучше? Прежде чем взять детей из приюта нужно сотни раз подумать, а смогу ли я их на ноги поднять? Смогу ли дать им образование? Смогу ли вырастить настоящих людей?

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Ну почему же мучить, что вы говорите???? Детям нужна семья, а этим детям тем более! Если бы не Жигалины, дети давно бы уже были в доме-интернате для инвалидов. А в семье у них есть хоть какое-то будущее.

Ну почему бы чиновникам не помочь этой семье? Благодаря этой семье, государство сэкономило кучу денег, которые выделялись бы на детей, будь они в системе. На эти деньги уже можно было купить квартиру этой семье.

Дикое равнодушие со стороны чиновников, просто дикое:( И во многом благодаря вот таким обывателям, как вы, простите. Чиновники знают, что большинство их поддержит, и осудит женщину, за то, что взяла, за то, что растила.

Господи, какая же дикость:(

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А как же им детей разрешили удочерить. Ведь при отсутствии жилья органы опеки не дают разрешений.