Р!
18 АПРЕЛЯ 2021
17 апреля 2021

3,5 года за решёткой ни за что - обзор краевых СМИ

Какой-то удивительный текст и по глубине исследования, и по настроению, и по количеству данных опубликован в «Читинском обозрении». Никто и не подозревал, а посёлок Дровяная в Улётовском районе — место уникальное с точки зрения национального вопроса. Поляки, китайцы, молдаване, армяне целыми семьями селились в определённые моменты истории поселения. Рассказы о них весьма занимательны: «Завен Казарович Абрамян, 1928 года рождения, по национальности армянин, родился в Грузии. Ветеран Великой Отечественной войны. Принимал участие в строительстве Дома культуры, музыкальной школы, средней школы, магазинов. Сейчас в Дровяной проживает 27 армян. Мы стараемся соблюдать свои обычаи и традиции, дружны между собой, поддерживаем друг друга». Китайцы всегда отличались тягой к огородничеству, армяне — хорошие строители. Но сменилась экономическая обстановка — и армяне занялись коммерцией. Несколько лет стояло в центре посёлка полуразрушенное здание кафе «Тайга». Долгое время оно портило вид посёлка, но, проданное представителям армянской диаспоры через несколько месяцев превратилось в красивый, современный, всем нужный магазин».

Дровяная – территория согласия

Теперь много говорят о межнациональных отношениях. Выступления скинхедов в Санкт-Петербурге, стрельба на кавказских свадьбах в Москве, нарушение школьной формы в связи с религиозными убеждениями на Кубани… Многонациональный состав в Забайкалье исторически обусловлен со времён ссылки, дополняет его и соседство с Китаем. Так ли остро стоит национальный вопрос у нас? Чтобы это выяснить, приглашаю вас в мой посёлок — п. Дровяная Улётовского района.

Первым учителем Дровянинской школы был не кто-нибудь, а польский ссыльный революционер Ян Янович Щепанский. Жил здесь в 20-е годы, в лихолетье гражданской войны. Дровянинцы его уважали, звали на русский манер Иван Иваныч. Он организовал при школе первую в посёлке библиотеку, кружок переплётного дела. Ян Янович принимал участие в историческом съезде восставших рабочих и крестьян, который проходил в здании школы в 1920 году. Позднее он переехал на ст. Адриановка.

Наш посёлок образовался в связи со строительством Забайкальской железной дороги в 1895-96 годах. Здесь, в лесных массивах Его Величества император Александра III, образовалось предприятие по обработке древесины и заготовке шпал и бруса. На за-работки сюда стало приезжать много народу различных национальностей, в том числе и китайцы.

Жительница Дровяной Е.М. Воложанина вспоминает: «Мой отец, Михаил Иванович Ли-фун-тя, приехал сюда в 1920 г. из города Чань-Чунь. Работал на строительстве железнодорожной ветки от Дровяной до Мильдигуна (лесопункт недалеко от Дровяной). Женился на русской женщине Донской Аграфене Васильевне. В 1937 году его арестовали, три года держали в Чите. Обвиняли в том, что он, якобы, был в Варшаве и там взорвал люст. Били. Спал на цементном полу. Когда его отпустили, он был уже очень болен, поэтому в Великую Отечественную войну его на фронт не взяли. Но после войны его снова арестовали и сослали в Караганду, в совхоз Варгаши. Семь лет он проработал там бригадиром. Вернулся домой только после смерти Сталина. Умер мой отец в 1971-м».

В Дровяной были и другие китайские семьи. Мария Ивановна Середа рассказывает: «У меня были китайцами и отец, и мать. Фамилия их была Ю-ань-ю. Приехали они в Дровяную из Китая в 1925 году. В 1946 году приняли советское гражданство. Фамилия осталась прежней, а вот имена родители взяли себе русские: Иван Васильевич и Наталья Степановна. Отец стал работать на общественных огородах, выращивал овощи. Мать оставалась дома с детьми, нас было шестеро в семье: четыре дочери и два сына. В то время в Дровяной был ликбез, учителя ходили по домам и учили читать и писать. И вот мои родители таким образом освоили русский. Мы, рождённые в Советском Союзе, китайский язык уже не знали. Родители дома на нём не разговаривали. Только однажды, когда отец вернулся после ареста домой (его арестовали в 1937, но через год отпустили), он сел возле стола и грустно запел какую-то китайскую песню. Мама моя ещё по той причине не могла работать, что у неё были покалечены ноги. По китайской традиции, женщина должна была туго перематывать ступни. Мама покупала бязь 2 метра, разрезала полосками по 20 см и обматывала туго-натуго ступни. Я сама видела, как она это делала. Пальцы у неё были из-за этого покалечены, она с трудом ходила». Этот обычай, практиковавшийся в Китае с начала X в. до начала XX в. , был не просто модой на маленькую ножку, а символом национальной идентичности. И вот Наталья Степановна вырастила на таких ногах шестерых детей!

«В годы дружбы Советского Союза и Китая стали продавать пластинки с китайскими песнями, и отец купил несколько штук и часто слушал их. Видимо, он всё равно скучал по родине, — продолжает Мария Ивановна. — В доме часто готовили китайские пельмени. В них, кроме мяса, клали капусту. Умер отец в 1974 году, а мама — в 1993-м. Все сёстры и братья создали семьи с русскими. Живут дружно, браки крепкие. Сейчас они разъехались из Дровяной и живут по всей России».

В годы репрессий многие китайские семьи были выселены из посёлка. А это были люди трудолюбивые, скромные, живущие тихо, но вносившие свой вклад в развитие посёлка. Семьи, созданные ими в браке с русскими, были очень дружными. Их дети и внуки сберегли эти традиции.

В последние годы в наш посёлок приезжают на временное проживание жители Китая. Все они занимаются заготовкой леса. В основном это мужчины средних лет. Проживают в общежитии. Но есть и одна супружеская пара, живущая бок о бок с русскими. В Дровяной у них уже родился ребёнок. Живут скромно, круг общения узок, связан исключительно с производством.

В середине XX века в Дровяную, как и вообще в Забайкалье, стали приезжать жители Кавказа. Занимались они в основном строительством каменных зданий соцкультбыта.

Завен Казарович Абрамян, 1928 года рождения, по национальности армянин, родился в Грузии. Ветеран Великой Отечественной войны. Приехал в Дровяную в 1965 году. Принимал участие в строительстве Дома культуры, музыкальной школы, средней школы, магазинов. Спокойный, хорошо знающий своё дело, он пользовался уважением среди дровянинцев. Звали его по-русски Борей. Летом уезжал на родину, а после отпуска возвращался в Дровяную. Постепенно к Завену Казаровичу стали приезжать сыновья, племянники. И теперь в Дровяной целая армянская диаспора.

Выпускница Дровянинской школы Анжела Абаджян пишет о своей большой семье: «Армяне бывают разные. Наша семья относится к грузинским армянам. Абрамян Завен Казарович — это мой дед. В 1993 году мои родители, отец Тамаз и мать Салви, приехали в Читу, а потом в Дровяную. Занимаются они торговлей. Сейчас в Дровяной проживает 27 армян. Мы стараемся соблюдать свои обычаи и традиции, дружны между собой, поддерживаем друг друга».

Китайцы всегда отличались тягой к огородничеству, армяне — хорошие строители. Но сменилась экономическая обстановка — и армяне занялись коммерцией. Несколько лет стояло в центре посёлка полуразрушенное здание кафе «Тайга», брошенное в годы кризиса Черемховским ОРСом. Долгое время оно портило вид посёлка, вселяя тоску и ощущение разрухи. Но вот, наконец, здание было продано представителям армянской диаспоры и буквально через несколько месяцев превратилось в красивый, современный, всем нужный магазин.

В 80-е годы когда Ленинский леспромхоз переживал эпоху подъёма, в Дровяную на заработки приехала целая бригада из Молдавии. Жили они в общежитии. Многие из них женились на местных девушках. Многие уехали. Увёз в Приднестровье красавицу Ирину Припадчеву, учительницу английского языка, Григорий Захария. Ольгу Фёдорову увёз Лев Николаевич Довгань, проработавший в Дровяной несколько лет директором Дома культуры. Сейчас у них уже семеро детей и они переехали в Петербург.

По словам дровянинских молдаван, многие молдаване кто в Москву перебрался, кто в Петербург, кто в Италию. Но несколько семей живут в Дровяной до сих пор и теперь уже уезжать не собираются. Братья Гушаны Николай и Сергей, Ион (Иван) Макану, Андрей Лозован, Василий Унгуряну. Сейчас они работают на угольном разрезе. Отличает молдаван трудоспособность, стремление к зажиточной жизни. Ездят они время от времени домой в отпуск, возят туда своих детей, рождённых в Дровяной от русских женщин. Кстати сказать, жён молдаване выбирали себе самых лучших, трудолюбивых и красивых. Дети в этих семьях получились тоже хорошие, красивые от смешения крови, способные в учёбе.

Язык свой молдаване не забывают, между собой на нём разговаривают, но дети уже знают только отдельные слова. Да и сами молдаване настолько уже обрусели, что стали всё реже соблюдать традиции, обычаи. Видимо, нужна среда обитания, чтобы жил язык и жила культура.

Улётовский район — лесной, здесь нет степей для занятий овцеводством, поэтому исторически сложилось, что здесь не живут буряты. Из старожил в Дровяной только одна бурятская семья. Намтаев Самбу и Бадраева Гыма Гармаевна родились и выросли в бурятском селе Укурик, а в Дровяную приехали в 1974 году из Бады. Намтаев Самбу работал в леспромхозе инженером производственного отдела, а его жена Гыма Гармаевна работала в гостинице. Их зовут по-русски Костя и Галя. Пока были молоды, вели хозяйство, держали скот, но сейчас на заслуженном отдыхе. Дочь Рита окончила школу на «отлично», сейчас работает врачом-гинекологом в военном госпитале. Вышла замуж за русского. Сын Булат живёт и работает в Чите.

Самбу и Гыма рассказывают: «Язык свой бурятский знаем хорошо, но иногда обзабудемся и на русский переходим». Дедушка Самбу с озорной улыбкой добавляет: «На бурятском нельзя материться, а на русском — можно». Дети Намтаевы хорошо понимают бурятский, но говорить на нём не могут: выросли среди русских, в русской школе. А вот внуки уже интересуются, как будет по-бурятски то или иное слово.

Гыма Гармаевна любит готовить национальное блюдо — позы. Когда приснится плохой сон или кто заболеет, она, исповедующая буддизм, выходит на улицу и брызгает чай или водку, обращаясь ко всем богам, которые должны помочь в трудную минуту.

Сегодня в Дровяной в ОАО «Сибириус» (заготовка леса) работают так называемые гастарбайтеры. В течение пяти лет здесь сменилось уже 50 человек. Сейчас на предприятии работает восемь человек. Национальный состав разнообразен: в основном это киргизы, есть узбеки и один человек принадлежит к национальности дунгане. Это Юнуза Мамаза Леджибуевич. Внешностью и по языку он похож на китайца, а по вероисповеданию мусульманин. Сам Мамаза рассказывает, что отец его — китаец, а мать — арабской национальности. «Дунгане — народ, проживающий в Киргизии, южном Казахстане и Узбекистане. Также в КНР живёт более 9,8 млн. китаеязычных мусульман хуэйцзу, которых часто относят к той же национальности».

Немалую часть населения Дровяной составляют татары, украинцы, белорусы, евреи. Есть и обрусевшие немцы. Но представители этих национальностей — коренные забайкальцы, родились здесь. Поэтому понятие «диаспора» к ним неприменимо. Можно сказать, они считают себя русскими.

Представители всех национальностей мирно уживаются в Дровяной. Работая в школе учителем, я наблюдаю терпимые взаимоотношения детей разных национальностей. Кстати, дети в этом вопросе гораздо мудрее взрослых. Они вообще не задумываются над «национальным вопросом», общаются, выбирая себе друзей совсем по другим параметрам, вполне разумно рассуждая: главное — какой человек по характеру, а не то, какая у него национальность. Может быть, кое-кому из взрослых, разжигающих национальную рознь, стоит поучиться у детей и понять, что все мы «от Адама и Евы» и наша истинная национальность — человек.


Ольга Калашникова, «Читинское обозрение», №48



В «Читинском обозрении» руководитель центра медицины катастроф Валерий Данильченко в подробном и обширном интервью рассказывает про то, на чём на экстренные вызовы добираются бригады, как они были сформированы, и в чём разница между скорой и бригадами скорой. «В центре созданы специальные условия, позволяющие сотрудникам восстановить силы — есть комната отдыха, оборудованная кроватями, телевизором, компьютером. Да и сам режим работы позволяет хорошо отдохнуть и восстановиться — врачи работают сутки через трое. В штате есть психолог — грамотный специалист, постоянно повышает свою квалификацию, перенимает опыт коллег из других регионов, ездит на различные обучающие курсы. Недавно она провела исследование с участием наших водителей, которые длительное время находятся за рулём, устают от напряжённых переездов, в том числе ночных. Курс приёма медикаментов показал, что у водителей улучшилась внимательность, скорость реакции», — интригует читателей собеседник издания.

Валерий Данильченко: «Прийти на помощь вовремя и не ждать благодарности от спасённых»

ДТП, пожары, угроза теракта… Есть люди, для которых чрезвычайные происшествия — часть рабочих будней. Туда, где пострадали или могут пострадать люди, экстренно прибывают врачи Забайкальского территориального центра медицины катастроф. Уже второй месяц им руководит Валерий Данильченко.

Собирайся — приезжай

— Валерий Владимирович, «профиль» центра — катастрофы. А какие именно?

— Все, какие только могут быть. Любая катастрофа, будь она природной или техногенной, несёт опасность для здоровья и жизни людей. Если в чрезвычайной ситуации пострадали люди, появились тяжелобольные — врачи нашего центра выезжают для ликвидации медико-санитарных последствий. Центр медицины катастроф оказывает помощь пострадавшим при пожаре, в дорожно-транспортных происшествиях, при авариях на промышленном производстве (выбросы ядовитых веществ, обвалы и пожары, взрывы в шахтах), стихийных бедствиях (землетрясение, наводнение, ураган), обрушениях строений и прочих катастрофах. Есть критерии, согласно которым то или иное происшествие приравнивается к катастрофе. Тут всё зависит от масштабности чрезвычайной ситуации, числа пострадавших.

— Благо, чрезвычайные ситуации случаются не каждый день. Чем занимается центр в повседневном режиме?

— Вы правы, центр работает в нескольких режимах: в повседневном, режиме повышенной готовности и режиме ЧС. В повседневном режиме врачи клинического отдела центра медицины катастроф консультируют коллег из районных больниц, как лечить пациента, находящегося в тяжёлом состоянии. По необходимости выезжаем в районы для проведения операций, диагностических процедур. Оказываем медицинскую помощь жителям сельской местности, начиная от терапевтической помощи и заканчивая хирургической. В тяжёлых случаях, если позволяет состояние больных, транспортируем их в медицинские учреждения краевого центра для проведения сложнейших операций. Такого уровня оказания медицинских услуг, как в краевой клинической больнице, нет ни в одной районной больнице.

Количество вызовов может быть разным: от одного до четырёх-пяти в сутки. Иногда сутки проходят без экстренных выездов в районы края. При этом консультативную помощь по телефону оказываем круглосуточно — в сутки наши врачи проводят от 10 до 30 консультаций. Ведём мониторинг тяжелобольных пациентов в районах края, несколько раз в течение дня уточняем их состояние, координируем лечение.

— Штата врачей хватает, чтобы справляться с работой во всех трёх режимах?

— Штат центра медицины катастроф — 147 сотрудников, из них 54 врача. В центре сформировано четыре бригады из хирургов, нейрохирургов, травматологов, анестезиологов-реаниматологов. В кадровом вопросе важно обращать внимание не только на профессиональные качества, но и на личные. Можно быть высококлассным специалистом, но, увы, не справляться со сложными условиями работы в центре медицины катастроф, когда врачу приходится преодолевать большие расстояния, нередко ночью, а потом ещё стоять у операционного стола, а на следующий день сопровождать больного при транспортировке. Есть врачи, которые работают в центре с 1992 года — с момента его основания. Накопленный ими опыт работы колоссален.

Кроме того, у нашего центра есть внештатный резерв специалистов. В каждой районной больнице сформированы врачебно-сестринские бригады. Ежегодно они проходят обучение на нашей базе и готовы экстренно подключиться к оказанию помощи пострадавшим в ЧС.

Задача — доставить

— На чём транспортируете «тяжёлых» пациентов?

— В распоряжении центра четыре специализированных санитарных автомобиля класса «С» марки «Ford». Реанимационные автомобили оборудованы техникой, необходимой для оказания экстренной медицинской помощи. Также доставляем пациентов в больницы авиатранспортом. Самолёты AH-2 для эвакуации больного или пострадавшего предоставляет компания «Аэросервис». С ней заключен договор. В первую очередь авиатранспортом добираемся до северных районов края: в Каларский, Тунгиро-Олёкминский, Тунгокоченский. В ряде населённых пунктов Забайкалья нет взлётно-посадочных полос для самолётов, поэтому для эвакуации больных и пострадавших используются вертолёты МИ-8, которые тоже приходится арендовать, но уже в соседней Бурятии у авиакомпании «Бурятские авиалинии». Кроме того, из районов, до которых добираться на автомобиле очень долго и нет возможности посадить самолёт, перевозим больных железнодорожным транспортом. Поезд удобен и в случаях, когда больному противопоказана тряска в машине и когда нелётная погода.

— Очевидно, центр оснащён ультрасовременным медицинским оборудованием?

Какого-то уникального оборудования нет, но аппараты, которые требуются подобным центрам для диагностики, лечения и транспортировки больных, конечно, в наличии. В нашем арсенале восемь современных портативных аппаратов искусственной вентиляции лёгких, которые могут работать на аккумуляторах бесперебойно в течение четырёх часов, а также от электросети самолёта или автомашины. Есть бронхоскопы, гастроскопы, мониторы слежения за жизненно важными функциями больного и т.д. С этим оборудованием наши врачи всегда готовы выехать в район, где, например, нет специалиста узкого профиля или отсутствует необходимое медицинское оборудование.

— В чём разница работы станции скорой медицинской помощи и центра медицины катастроф?

— Во многом наша деятельность схожа, например, в принципах работы, главный из которых — оперативное реагирование на вызов. Врачи и «скорой», и центра медицины катастроф обязаны как можно быстрее прибыть к больному, пострадавшему. Главное — прийти на помощь вовремя и не ждать благодарности от спасённых.

Разница тоже есть: врачи «скорой» оказывают пострадавшему в ЧС первичную медицинскую помощь (это так называемый догоспитальный этап) и экстренно доставляют его в больницу. Врачи же центра медицины катастроф выезжают в районные больницы для оказания экстренной специализированной медицинской помощи, то есть проводят оперативные вмешательства, диагностические манипуляции, лечение пациентов; при необходимости оказывают помощь в течение нескольких суток, при этом бригады сменяют друг друга поочерёдно.

В случае возникновения ЧС по прибытии на место происшествия формируется штаб по оказанию экстренной медицинской помощи. Доставляем нужное количество лечебных препаратов, медицинское оборудование, берём под контроль и координируем весь процесс по ликвидации медико-санитарных последствий чрезвычайной ситуации и оказания экстренной врачебной помощи населению.

Убийцы за рулём

— Вы девять лет проработали в центре медицины катастроф рядовым врачом. Какие необычные случаи сохранила память?

— Каждый выезд врачебной бригады центра несёт в себе что-то необычное. Помню, прибыли на станцию Новая, где в ДТП пострадало пять человек, из них четверо — в тяжёлом состоянии, транспортировать в Читу их нельзя. Параллельно проводили четыре операции в местной участковой больнице, которая не приспособлена для этого. Можно сказать, оперировали в военно-полевых условиях. Ещё был случай массового отравления токсинами ботулизма в Оловяннинском районе. Целая семья из пяти человек отравилась недоброкачественными консервами. А ботулизм опасен тем, что приводит к мышечной слабости и человек перестаёт дышать самостоятельно. В этой ситуации нужно вовремя подключить человека к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Больных, подключённых к аппаратам, вывозили поездом в Читу.

За годы моей работы в центре врачом анестезиологом-реаниматологом крупномасштабных ЧС не случалось. Все помнят, как шесть лет назад произошёл пожар на шахте в Вершино-Дарасунском, в результате которого 25 человек погибли. Мои коллеги из центра медицины катастроф были там, оказывали помощь выжившим, родным шахтёров. Психологи и психоневрологи работали целыми бригадами.

— Какие ЧС характерны для нашего города и края в целом?

— ДТП. А вообще, от жизни можно ждать чего угодно. Вспомните, как недавно учащиеся двух школ Читы отравились газом неизвестного происхождения, а ещё юношеская команда по футболу отравилась пищей, приготовленной в кафе при гостинице. Есть специальный список, в котором отмечены зоны края, наиболее подверженные природным катастрофам (пожарам, паводкам, наводнениям, землетрясениям и прочим ЧС), также в нём обозначены предприятия, где нельзя исключать возникновение техногенных катастроф. Все эти зоны и предприятия находятся, в том числе, и под нашим наблюдением.

— На Ваш взгляд, с чем связаны столь частые дорожные происшествия, и можно ли избежать тяжёлых последствий аварий?

— Причин много, в первую очередь это управление транспортным средством в нетрезвом состоянии. Статистика говорит, что из всего числа водителей 70% хоть однажды садились за руль, выпив алкогольные напитки. Кроме того, это езда с высокой скоростью по дорогам в ночное время. Как правило, пострадавшие в ДТП получают сразу несколько тяжёлых травм — травмы головы, позвоночника, переломы костей, органов грудной и брюшной полости. Это к тому же сопровождается травматическим шоком. К сожалению, нередко кто-то из пострадавших погибает до приезда «скорой помощи». В целях улучшения качества оказываемой медицинской помощи пострадавшим в ДТП выделяются финансовые средства, в том числе для Забайкальского края, что позволило организовать травматологические центры 1, 2, 3 уровней, оснастить их современным медицинским оборудованием, в том числе диагностическим; планируется строительство вертолётных площадок. Конечно, их построение потребует также немалых денежных вложений, и появятся они на дорогах Забайкальского края не за один год.

Готовность №1

— Врачам центра всегда нужно быть наготове, ведь заранее никто не сообщает, когда и где произойдёт ЧС…

— Всегда в центре есть дежурные бригады врачей, готовые в любой момент выехать на экстренный вызов. Они пребывают в полной готовности, им остаётся лишь взять дополнительное оборудование (основное находится в салоне автомобиля) и кейсы с лекарствами. По необходимости в срочном порядке формируются дополнительные бригады. Для центров медицины катастроф временных норм, согласно которым врачи должны прибыть на место происшествия, не установлено. Но это не позволяет нам не спешить. Принцип мобильности — превыше всего. Руку на пульсе постоянно держит дежурный оперативно-диспетчерского отдела. Он принимает всю информацию о чрезвычайных ситуациях на территории края, об угрозе ЧС, о тяжёлых пациентах в районах.

Для оказания экстренной специализированной помощи детям в структуре краевой детской клинической больницы имеется подстанция санитарной авиации, в которой работают высококвалифицированные специалисты. В краевой больнице №4 города Краснокаменска есть подстанция санитарной авиации, специалисты которой оказывают помощь взрослому и детскому населению девяти районов Забайкальского края: Алек-Заводского, Газ-Заводского, Борзинского, Забайкальского, Hep-Заводского, Приаргунского, Калганского, Шелопугинского, Краснокаменского.

Когда в Маньчжурии в ДТП пострадали наши земляки, первыми туда выехали врачи подстанции санитарной авиации краевой больницы №4, они поддерживали связь с центром медицины катастроф, пострадавшие находились на мониторинге у специалистов санитарной авиации центра медицины катастроф и после стабилизации состояния пострадавших они были эвакуированы авиатранспортом в краевую больницу города Читы.

— Да уж, такая работа постоянно держит сотрудников в напряжении. Как расслабляетесь?

— В центре созданы специальные условия, позволяющие сотрудникам восстановить силы — есть комната отдыха, оборудованная кроватями, телевизором, компьютером. Да и сам режим работы позволяет хорошо отдохнуть и восстановиться — врачи работают сутки через трое. В штате есть психолог — грамотный специалист, постоянно повышает свою квалификацию, перенимает опыт коллег из других регионов, ездит на различные обучающие курсы. Недавно она провела исследование с участием наших водителей, которые длительное время находятся за рулём, устают от напряжённых переездов, в том числе ночных. Курс приёма медикаментов показал, что у водителей улучшилась внимательность, скорость реакции.

На всякий случай

— В наше время нередки случаи угроз терактами. Всегда реагируете на них?

— Нас информируют в обязательном порядке. Как только диспетчер получает сообщение о возможном теракте, центр тут же приводится в режим повышенной готовности. Сформированные бригады врачей ждут сигнала к выезду. Кстати, совсем недавно из Москвы пришло распоряжение о проведении дополнительных занятий по отработке практических навыков оказания медпомощи при теракте. В нашем центре для подобных занятий создан учебно-методический центр. Помимо фильмов, учебных пособий и материалов есть манекены, на которых отрабатываются приёмы оказания помощи при различных видах травм — начиная от умения накладывать шины, заканчивая сердечно-лёгочной реанимацией.

— А случись, не дай Бог, «чёрный день», медикаментов хватит? Ими как запасаетесь?

— Мы храним краевой резерв медикаментов для оказания медицинской помощи 500 пострадавшим в ЧС в течение 72 часов. В запасе и лекарственные препараты, и расходные средства (шины, бинты, шприцы, шовный материал). Заведующая резервом отслеживает сроки годности препаратов, чтобы вовремя произвести замену лекарств и обновить запасы.

— Что ж, остаётся пожелать, что этот резерв на случай ЧС был никогда не востребован.

— Постучим по дереву.

Валерий Владимирович родился в 1966 году. По специальности — врач анестезиолог-реаниматолог. Работал четыре года в Шилкинской районной больнице, девять лет — в центре медицины катастроф, несколько лет — анестезиологом-реаниматологом, а затем главным врачом Могочинской районной больницы.

Чрезвычайная ситуация — внезапно возникшее событие, в результате которого два или больше человек погибли, либо три или больше человек пострадали (заболели) и находятся в тяжёлом состоянии. Различают чрезвычайные ситуации локального (1-ю пострадавших), территориального (10-50 пострадавших), регионального (50-500 пострадавших), федерального (более 500 пострадавших) и международного уровня.

Критерии чрезвычайных ситуаций для службы медицины катастроф (утверждены приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ):

• Транспортные катастрофы (число пострадавших — 4 человека и более; число погибших — 2 человека и более);
• Пожары, взрывы, аварии с выбросом химически опасных веществ, аварии с выбросом радиоактивных веществ (число пострадавших — 5 человек и более; число погибших — более 2 человек);
• Внезапное обрушение зданий, сооружений (число пострадавших — 15 человек и более; число погибших — 4 человека и более);
• Землетрясения, оползни, обвалы, склоновые смывы, бури, ураганы, смерчи, снежные лавины, засуха, высокий уровень воды и др. (число пострадавших — 15 человек и более; число погибших — два человека и более);
• Природные пожары (число пострадавших -15 человек и более; число погибших — два человека и более);
• Заболеваемость инфекциями (если заболеваемость или смертность в 3 раза превышает годовой среднестатистический уровень на территории субъекта РФ — более 50 заражённых);
• Массовые беспорядки (число пострадавших — 4 человека и более);
• Терроризм (число погибших — 4 человека и более);
• Межэтнические, межконфессиональные, военные, вооруженные, прочие социальные конфликты — регистрируется каждый случай.


Беседовал Иван Томских, «Читинское обозрение», №48



«АиФ — Забайкалье» поднимает на передовице серьёзную проблему недоступности города для определённых людей с ограниченными возможностями. Я думаю, ответ можно не подсказывать. Журналист Мила Красина приводит пример: «Чита. Улица Полины Осипенко, дом 4. Здесь располагается библиотека для слепых и Клуб для слабовидящих людей. Потому каждый день в районе этого дома проходят десятки незрячих людей. Теперь между двумя зданиями — лишь узкий проход шириной не более двух метров. Людям слабовидящим и слепым очень трудно выходить из двора дома. Но куда бы они ни обращались, отовсюду получали официальные ответы, где чёрным по белому было написано: «Всё законно». У Бориса Леонидовича на столе лежит шесть таких бумаг. Получается, что с интересами инвалидов не считаются, о том, чтобы слепым и слабовидящим людям жилось в Чите более комфортно, не заботятся». Выводы нужно делать самим.

Как пройти?

Чита — город не для всех

3 декабря на них особое внимание обратят власти и общественность. Им выдадут материальную помощь и покажут концерты. Инвалиды в «свой день» ждут особенного внимания.

«Всё законно»

Чита. Улица Полины Осипенко, дом 4. Здесь располагается библиотека для слепых и Клуб для слабовидящих людей. Потому каждый день в районе этого дома проходят десятки незрячих людей.

— Мы уже привыкли к своей жизни, без посторонней помощи ориентируемся в своём районе, — рассказывает читинец Борис Минеев, который почти с рождения тотально слепой. — Но несколько месяцев назад рядом с нашей пятиэтажкой началось строительство административного здания.

Теперь между двумя зданиями — лишь узкий проход шириной не более двух метров. Людям слабовидящим и слепым очень трудно выходить из двора дома. Но куда бы они ни обращались, отовсюду получали официальные ответы, где чёрным по белому было написано: «Всё законно». У Бориса Леонидовича на столе лежит шесть таких бумаг. Получается, что с интересами инвалидов не считаются, о том, чтобы слепым и слабовидящим людям жилось в Чите более комфортно, не заботятся. Конечно, не думаю, что кто-то из чиновников добровольно завяжет себе глаза, чтобы прочувствовать, каково это — быть слепым.

Доступное недоступно?

— Пешеходный проход у здания предусмотрен, — успокаивает Александр Михайлов, главный архитектор Читы. — Когда здание введут в эксплуатацию, уберут временный навес, вы сами в этом убедитесь.

По словам Александра Дмитриевича, административное здание спроектировано так, что трудностей у инвалидов по зрению быть не должно. И машин на автостоянке будет не более семи-восьми.

Но сами инвалиды не тешат себя надеждами.

— Проблема в том, что у нас, как и во многих других регионах России, не создана инфраструктура, необходимая для свободного передвижения людей, имеющих нарушения опорно-двигательного аппарата, слуха или зрения, а программа «Доступная среда» только-только набирает обороты, — рассуждает Сергей Петров, заместитель председателя Забайкальской региональной организации Всероссийского общества инвалидов.

3 декабря отмечается Международный день инвалидов. Хотелось бы, чтобы организуемые в этот день концерты и выставки — бесспорно, нужные и полезные акции, оказались проведенными не «для галочки», а были бы лишь частью работы властей. Большее внимание нужно уделять созданию в Чите комфортных условий для людей с ограниченными возможностями.


Елена Чубенко, «АиФ — Забайкалье», №48



Александр Романовский побеседовал для «Эффекта» с бомжом Колей. О жизни, о её трудностях, и о профессии такой — «бомжевание». «Бывают, правда, случаи, уточняет дядя Коля, когда шпана, — дети обеспеченных родителей, но, видимо, не давших должного воспитания своим отпрыскам, — подходят к шляпе, которая лежит на дороге, и что есть мочи отпинывают её. Бывает и другое — студенты, оголодавшие, просят занять хотя бы рублей 10 или, к примеру, на проезд. Но там все как обычно, подходят и начинают: «Здравствуйте, не сочтите за неуважение…», — пишет «Эффект».

«Бомж Коля: Хотелось бы ещё немного пожить…»

Читинский бродяга зарабатывает до 5 тысяч в месяц

Бомж Коля с неподдельной радостью смотрел на принесенную мною бутылку самого дешевого мутного «коктейля» в пол-литровой пэт-бутылке.

— ПОГОВОРИТЬ? Да легко, — с воодушевлением в голосе заявил он. Однако радовался бомж скорее по привычке — пить ему нельзя. — Зарабатываю не много — когда 150 рублей, когда и 200 рублей. Так и живу.

Уличный бизнес

Ежедневно мимо бездомного Николая в районе магазина «Сувениры» проходят тысячи людей. И «заработком» дядя Коля как раз считает милостыню, которую ему бросают в оставленную на асфальте потрепанную шляпу.

— Когда и червонец железный кинут, а когда и горсть грязной мелочи — совершенно ненужной — по 5 копеек, — рассказывает старик, — собственно, на мои потребности хватает.

Потребности читинского бомжа нехитрые — хлеб, пара-тройка мягких пачек самой дешёвой сухой лапши, сигареты и, пожалуй, всё. Иногда горячий чай. Алкоголь Николай не употребляет — врачи поставили неутешительный диагноз — цирроз печени. Насколько это верный диагноз, не будучи работником медицины, судить сложно, но глаза подтверждают болезнь — мутно-желтого цвета — смотреть в них откровенно страшно. Единственное, о чем твердит Коля: «Хотелось бы еще немного пожить, не хочу на тот свет…»

Николай родился в Чите, вырос в районе улицы Журавлёва. По образованию — столяр, кем и отработал до определённого момента жизни. Далее, как уверяет мой собеседник, что-то переломилось. С работы уволили. Запил. Развёлся. Выгнали из дома. Двум дочерям, которые ныне живут и здравствуют, дядя Коля тоже не нужен.

— Да и незачем их тревожить, всё равно скоро буду помирать, — машет рукой старик.

Скооперировавшись с парой-тройкой товарищей по несчастью, бомж Коля живёт на чердаках всё тех же родных домов по улице Журавлёва.

— Летом можно и на улице, — признается он, — ну а зимой всё равно многие меня знают из старого поколения и особо с чердака не гонят.

Товарищ Коли Виталий — вполне молодой бомж, как признаётся, умеет работать, да и желание есть, но работы особо нет. Потому вынужден также обитать в районе «Сувениров», зарабатывая, чем и как придётся — подсобить, принести, попросить, отобрать.

Товарищи признаются, что слово «бомж» для них «вроде как оскорбительно», но по сути другим словом их не назовёшь.

— Да, мы без определённого места жительства, где придётся, там и будем. Я бы вот скорее назвал себя бичом, — уверяет один из них. — Мне кажется, это более сносно, чем бомж. Бомж — вроде как, совсем опустившийся на жизненное дно человек.

Секреты профессии

Криминальных понятий и крышевания у читинских бродяг нет.
— У нас ведь не Москва, это там поддельные ветераны Афганистана и псевдослепые с лже-безногими стоят. Здесь все проще — сколько заработал, столько в карман и положил. Были, вроде, давно случаи криминальные, когда «своих» ставили. Но это было еще в 90-х. И лично мы знаем об этом только понаслышке. Сами бомжами тогда не были. И даже не планировали. Сколько заработаем сегодня — всё в карман. Вернее, в шляпу, — говорит Николай.

Бывают, правда, случаи, уточняет дядя Коля, когда шпана, — дети обеспеченных родителей, но, видимо, не давших должного воспитания своим отпрыскам, — подходят к шляпе, которая лежит на дороге, и что есть мочи отпинывают её.

— При этом радости ребятни нет предела, что очень страшно, — добавляет бомж Коля.

Бывает и другое — студенты, оголодавшие, просят занять хотя бы рублей 10 или, к примеру, на проезд. Но там всё как обычно, подходят и начинают: «Здравствуйте, не сочтите за неуважение…»

Как признаются «сувенирские» бездомные, очень часто сердобольные граждане кладут в качестве подаяния сигареты и мелкие продукты питания.

Самыми доходными местами в Чите для прошения милостыни бомжи считают районы «Сувениров» и магазина «Птица», другие площадки вдоль всей улицы Ленина. Совать нос на центральный и старый рынки смысла нет — там все места для нищих поделены. Равно как и в любой другой категории работающих и неработающих граждан — таксистов, работников торговли, у тех же бомжей — у каждого свои территории, как правило, наработанные годами.

Кстати, используя свою группу в одной из социальных сетей, я задал участникам вопрос: «Подают ли они нищим и не руководствуются ли правилом — зачем подавать, все равно пропьют?» Так вот, результаты опроса показывают, что большинство, хоть и не часто, но бросают лишние монеты в доход малообеспеченных граждан на улице. А вот куда они эти деньги денут — большинство не задумываются. Это, как говорится, уже на совести самих лиц без определенного места жительства. В любом случае, дай Бог здоровья каждому, не зависимо от социального статуса.


Александр Романовский, «Эффект», №48



«В СИЗО условия нечеловеческие. Было очень холодно, мы спали по несколько человек, под несколькими одеялами. Я постоянно болела. В колонии было немного полегче. За время, пока я находилась за решёткой, многие друзья от меня отвернулись, считая меня убийцей. Очень тяжело наладить нормальную жизнь, когда на тебе клеймо каторжанки», — рассказывает «Экстре» 24-летняя читинка Татьяна Калюканова, которая отсидела 3,5 года в колонии строгого режима незаконно. Она стала свидетельницей убийства своего отчима своим же сожителем. Да только суд решил, что мужчину убивала именно Татьяна. «Иван и его друг Виктор стали заявлять, что не избивал отчима Татьяны, что она сама наносила ему смертельные удары ножкой от табурета. В итоге из свидетеля Татьяна стала в обвиняемой. Несмотря на старания гособвинения, все доказательства вины Татьяны были косвенные, к тому же у нее отсутствовал мотив убивать своего отчима, с которым она была в нормальных отношениях. Следствие настаивало на том, что обвиняемая претендовала на дом своего отчима. Но как выяснилось дом, в котором проживал отчим, не принадлежал ему на праве собственности, к тому же Татьяна не была его родственницей, чтобы претендовать на его наследство. В итоге в декабре 2008 года суд вынес оправдательный приговор в отношении Татьяны», — а суд высшей инстанции решил иначе.

Срок вне закона

Читинка незаконно отсидела 3,5 года

У 24-летней читинки Татьяны Калюкановой большие планы на будущее. Сейчас она обучается на кассира, записалась на компьютерные курсы и в дальнейшем намерена наладить счастливую семейную жизнь. Еще совсем недавно девушка и не могла мечтать о будущем, так как находилась за решеткой в результате халатности забайкальской правоохранительной и судебной систем.

Разборки с отчимом

Как в криминальном романе, виновницей проблем Татьяны с законом стала любовь.

— В 2006 году я познакомилась с Иваном Вороновым. Он сказал мне, что ему уже исполнилось 18 лет хотя на самом деле, на тот момент он был несовершеннолетним, — рассказывает Татьяна. — Отношения у нас сложились с первых дней, и через некоторое время мы стали жить вместе. Тогда я и не подозревала, на что способен Иван.

Однажды Татьяна вместе с другом пришла домой, где находился её отчим.

Мужчина был в состоянии алкогольного опьянения и стал обвинять падчерицу в том, что она украла у него деньги.

— На самом деле я ничего не брала, но отчим не слушал меня и вдобавок стал оскорблять моего друга, — рассказывает Татьяна. — В итоге между ними завязалась драка. Иван оказался физически сильнее и стал забивать отчима руками и ногами, затем ножкой от табурета. Я пыталась остановить его, но он словно озверел и не слушал меня. Избиение продолжалось до тех пор, пока отчим не перестал подавать признаки жизни.

Забив до смерти отчима Татьяны, Иван вместе со своим подельником Виктором Орловым скинули его тело в подполье и подожгли дом.

— После этого мы ушли. Иван был сам не свой, он приказал мне никому не рассказывать о произошедшем и пригрозил, что легко расправится со мной, если я кому-нибудь расскажу о совершенном преступлении, — говорит Татьяна.

Не смотря на вес меры предосторожности, которые предпринял Иван, сотрудники правоохранительных органов вышли на его след. Ивана с подельником и Татьяну задержали в один день. Татьяна пошла по делу, как свидетель.

Из свидетеля в обвиняемые

Однако дальше все обернулось против неё. Иван и его друг Виктор стали заявлять, что не избивал отчима Татьяны, что она сама наносила ему смертельные удары ножкой от табурета. В итоге из свидетеля Татьяна стала в обвиняемой. Несмотря на старания гособвинения, все доказательства вины Татьяны были косвенные, к тому же у нее отсутствовал мотив убивать своего отчима, с которым она была в нормальных отношениях. Следствие настаивало на том, что обвиняемая претендовала на дом своего отчима. Но как выяснилось дом, в котором проживал отчим, не принадлежал ему на праве собственности, к тому же Татьяна не была его родственницей, чтобы претендовать на его наследство.

В итоге в декабре 2008 года суд вынес оправдательный приговор в отношении Татьяны.

— К сожалению, у нас сложилась такая практика, что оправдательный приговор это нонсенс. На обвинение был задействован целый аппарат, и, очевидно, кто-то считает, что все его труды не должны пройти даром, — говорит представитель Татьяны Калюкановой в суде Олеся Щербина.

К удивлению самой Татьяны кассационной инстанцией оправдательный приговор был отменен и краевой суд отправил дело на новое рассмотрение.

Дальше жернова правосудия сработали по накатанной системе: несмотря на все доводы защитника, Татьяну признали виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 статьи 111 УК РФ «Причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».

Основанием для признания вины Татьяны послужили показания ее бывшего друга Ивана Воронова и его подельника Виктора Орлова, которые были заинтересованы в исходе дела и стремились избежать правосудия. На наказание Фемида скупиться не стала и приговорила Татьяну за преступление, которого она не совершала, к 7 годам лишения свободы в колонии общего режима.

Оправдать!

После обвинительного приговора Татьяну отправили в Иркутскую область в женскую колонию общего режима. И только благодаря матери ей удалось выйти на свободу и доказать свою невиновность.

— Хочу обратиться к судьям, прокурорам, следователям. Относитесь внимательнее к каждому делу, ведь за всеми бумажками стоит судьба человека. Нельзя допустить, чтобы другие дети, как моя дочь оказались за решеткой незаконно, — говорит мама Татьяны Наталья Калюканова.

Она обивала пороги разных инстанций, дошла до Верховного суда, взяла два кредита, чтобы оплатить услуги адвоката.

В итоге Верховный суд, увидев в деле Татьяны «прорехи», направил его в краевой суд. Далее дело вновь ушло в районную инстанцию.

— Мы представили суду результаты экспертизы, согласно которой установлено, что удары, от которых скончался отчим Татьяны, мог нанести только физически сильный человек, мужчина. Кроме этого, по заключению экспертов, Татьяна не способна к насилию. Вдобавок мы ещё раз обратили внимание районного суда на то, что верить показаниям Воронова и Орлова неразумно, так как они оговаривают Татьяну с намерением избежать наказания, — говорит представитель Татьяны в суде Олеся Щербина.

Выносить очередное решение Ингодинский районный суд не стал и отравил дело на новое расследование в следственный комитет. Наконец-то, разобравшись в ситуации, следователь вынес постановление о прекращении уголовного преследования Татьяны. Всего за время следствия и пока дело «летало» между судебными инстанциями, Татьяна отсидела за решёткой 3,5 года.

— В СИЗО условия нечеловеческие, — рассказывает Татьяна. — Было очень холодно, мы спали по несколько человек, под несколькими одеялами. Я постоянно болела. В колонии было немного полегче. За время, пока я находилась за решёткой, многие друзья от меня отвернулись, считая меня убийцей. Очень тяжело наладить нормальную жизнь, когда на тебе клеймо каторжанки, — говорит Татьяна.

Она не намерена прощать системе покалеченную судьбу и обратилась в суд с требованием обязать государство выплатить ей 2 млн. 800 тысяч рублей за незаконное привлечение к уголовной ответственности и потерянные годы жизни.

Андрей Коптеев.

P.S. Татьяна и Наталья Калюкановы выражают слова благодарности за оказанную помощь в восстановлении правосудия: Судье Верховного суда Фетисову С.М. ; Судье Ингодинского районного суда Читы Красноярову Е.Ю. ; Адвокату Горюновой Т.Ю. ; Главному консультанту аппарата Уполномоченного по правам человека в Забайкальском крае Багдасарову Д.Ю. ; Сальникову А.Ф.


«Экстра», №48



Анна Хвостова в «Эффекте» обращает внимание читателей на то, как варварски власти подходят к использованию рек, в частности Аргуни, и чем это грозит. По словам журналиста, нормативной базы для измерения воздействия на природные объекты в России не существует, а в качестве основы документа сотрудники НИИ водных ресурсов взяли расчёты белорусских коллег, что недопустимо – сравнивать потенциал рек, расположенных в разных краях земного шара: «Такая погрешность в итоге может стоить региону экологической катастрофы». «Стоит помнить, если мы решимся брать из той же Аргуни 20% ежегодного стока, то ровно на столько же может претендовать и китайская сторона. По всем аспектам международного права она не ошибется. Река приграничная, а значит – общая. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться — изъятие 40% годового стока для Аргуни плохо закончится», — комментирует ситуацию координатор международной коалиции «Реки без границ» Евгений Симонов. В то же время экологи «Рек без границ» настаивают, что для сохранения природного баланса в пойме Aргуни можно изымать не больше 5% от ежегодного стока.

Реки Забайкалья в опасности?

Ученые и инженеры спорят о воздействии на бассейн Амура

Реки в Забайкалье уже не единожды попадали в поле зрения ученых-экологов. Тревожные сигналы о нерациональном и варварском использовании или подобных намерениях звучат с поразительной частотой. В поле зрения общественности уже попали приграничная Аргунь, едва ли не единственная судоходная артерия — Шилка. Сколько ресурсов рек бассейна Амура можно задействовать, чтобы сохранить природный баланс, выясняли ведущие экологи, инженеры и природопользователи региона.

Действовать с осторожностью

Экономическое развитие Сибири и Дальнего Востока понемногу набирает обороты. На территории Забайкалья и соседних регионов разворачиваются инвестиционные проекты, связанные с добычей и переработкой природных ресурсов. Это, в свою очередь, требует привлечения дополнительных энергоресурсов. Маховик промышленного роста запущен, а потому пришло время задуматься о том, как бы в погоне за промышленным ростом не лишиться уникального природного достояния края.

В международной практике освоения природных ресурсов давно существуют нормативы допустимого воздействия на экологические системы, оказавшиеся в сфере интересов промышленников. Похожий проект НВД для развивающегося даль-невосточного региона в целом и Забайкалья в частности разработал Российский научно-исследовательский институт водного хозяйства. 22 ноября нормы воздействия на реки бассейна Амура, в которые входят Аргунь и Шилка, обсудили в Чите.

— Нормативы воздействия создаются не для того, чтобы препятствовать развитию промышленности, а с целью гармоничного сосуществования её с окружающей средой, — объясняет исполнительный директор международного общества «Реки без границ» Петр Осипов. — По идее, разработчики проектов промышленного строительства должны опираться на сведения, заложенные в НВД, и задействовать природные ресурсы так, чтобы не нарушать экологического баланса. Слушания проекта нормативов в Чите третьи по счету и заключительные. До этого они прошли во Владивостоке и Биробиджане и не получили поддержки общественности.

Мелочи, меняющие мир

Воздействие на реки включает в себя восемь показателей — изъятие водных ресурсов, привнос тепла, воды и химических веществ, изъятие твёрдых стоков, а также воздействие при строительстве и разработке полезных ископаемых. Если все это рассчитать правильно, то критического воздействия на акваторию не произойдет. В Забайкалье же присутствуют практически все виды воздействия на речные ресурсы. На берегах водных артерий идет активная добыча золота и песчано-гравийных смесей. Речная вода используется для обслуживания населения. При этом расчет возможного воздействия на окружающую среду в принципе не ведется.

По словам разработчиков проекта, нормативной базы для измерения воздействия на природные объекты в России в принципе не существует. Поэтому в качестве основы документа сотрудники НИИ водных ресурсов взяли расчеты белорусских коллег.

— Это просто невозможно, — заявил координатор международной коалиции «Реки без границ» Евгений Симонов. — Как можно сравнивать потенциал рек, расположенных в разных краях земного шара. Такая погрешность в итоге может стоить региону экологической катастрофы. У нас нет права на ошибку, потому что многие реки бассейна Амура являются приграничными. К вопросу использования водных ресурсов нужно подходить очень тонко. Стоит помнить, если мы решимся брать из той же Аргуни 20% ежегодного стока, то ровно на столько же может претендовать и китайская сторона. По всем аспектам международного права она не ошибется. Река приграничная, а значит — общая. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться — изъятие 40% годового стока для Аргуни плохо закончится.

Уникальная экосистема

Бассейн Аргуни расположен в области сильного дефицита водных ресурсов, подвержен пересыханию и особенно чувствителен к глобальным изменениям климата. Это привело к проблемам водопользования реки с российской стороны. В то же время восточные соседи воздействие на русло Аргуни не прекращают. С 2006 года в префектуре Хулумбуир ведётся строительство канала для переброски вод реки в озеро Далай, а это ставит под угрозу ее уникальную экосистему в России.

В засуху речные долины с их постоянным стоком становятся важным и единственным оазисом, где журавли, гуси и множество других представителей флоры и фауны переживают неблагоприятный период. Несколько миллионов птиц ежегодно находят на берегах Аргуни свое убежище для отдыха во время перелёта. Здесь гнездятся японский и даурский журавли, гусь-сухонос, дрофа и другие редкие представители пернатых, защищаемые международными конвенциями.

Есть над чем задуматься

Экологии настаивают изъятие 1 кубокилометра воды — 30% стока Аргуни — привело бы к полному прекращению затопления поймы в среднем по водности году, а изъятие 0,4 кубокилометра воды, то есть 12% стока, более чем вдвое сократит время затопления поймы.

Расчеты, сделанные в 2010 г. сотрудниками географического факультета МГУ для аргунского участка по той же утвержденной методике, показывают, что допустимое изъятие не должно превышать 10% стока. При этом в западных странах для речных систем, похожих на нашу, норма допустимого безвозвратного изъятия не превышает 5-8%.

— Гидрологи и экологи коалиции «Реки без границ» настаивают, что для сохранения природного баланса в пойме Aргуни можно изымать не больше 5% от ежегодного стока, — говорит Петр Осипов. — К счастью, большинство забайкальских учёных и общественников, не равнодушных к вопросу, разделяет такую позицию. Проект нормативов в том виде, в котором он сейчас есть, принимать нельзя. Наши сотрудники выявили довольно большой список недоработок в проекте, и пока они не будут исправлены, ни о какой поддержке документа не может быть и речи.


Анна Хвостова, «Эффект», №48



НазадВперёд
7 отзывов
После нажатия на кнопку «Добавить», на E-mail или по SMS будет выслан код подтверждения. Или авторизуйтесь обычным образом или через соцсети (кликнув на иконку соцсети над формой)(кликнув на иконку соцсети слева).
Для публикации комментария требуется авторизация на портале или подтверждение указанного e-mail. Введите код, отправленный вам на e-mail

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

НазадДобавить
  • Отзывы
  • Правила
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

А почему бы хотя бы назвать тех судей и судейских вместе с прокурорами и следователями, засудивших девушку без вины!

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

У нас в стране выстроена такая система - следователь обвиняет, прокурор поддерживает, не зная материалов дела, а суд смотрит в рот прокурору! Как сказал один прокурор:"МВД, Прокуратура и Суд- три взаимно сообщающиеся сосуды!"

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Текст про бомжей высаосан из пальца на 120%. Любой соцработник или полицеский поймет это с двух фраз. никто нигде никакие места не делил в Чите. Попрошайничесвтом занимаются не бомжи, а имеющие жилье горожане. Бомжи совсем другим зарабатывают. Им некогда стоять и надеяться на авось. Редактору - минус за пропущенную "халяву".

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Вот-вот кучу бомжей знаю, которым "пить нельзя", что-то ни разу это никого из них не остановило. Бомжей, торгующих семечками, но считавших это западлом (им легче утянуть что-нибудь) и пребывающих в сем состоянии очень недолгое еще встречала, но милостыню они не будут. Лучше из-за мусорного контейнера друг с другом подеруться или у знакомого, сочинив жалостную историю, денег без отдачи займут, а то и у незнакомого....

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Потребности божа - дорогой кофе (а иначе он пойдет и напьется, а ему низзя, и ты (мать, отец, жена, брат, сестра, сожительница, сосед), по его мнению будешь в этом виноват. Хорошая одежда - так надоело по помойкам ходить, а которую ты дарил, украли в поезде, теперь новая нужна... Ну, в общем, как-то так...

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Согласна 100 %

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Про дом на Полино-Осипенко 4, это администрация для себя строит.А слепые и слабовидящие " летайте по воздуху".А еще магазины,которые в этом доме.вместе с Монбланом, даже тротуар не чистят от снега.Один гололед.....И мэрия ничего не контролирует.