СЕЙЧАС +3°С

Конструкторское бюро закрылось

Суд приговорил экс-гаишника и экс-депутата Николая Михайлова к штрафу в 300 тысяч рублей и освободил от него. Михайлов недоволен исходом дела, схему продажи автомобилей-«конструкторов» преступной не считает и имеет массу вопросов к суду.

Все уже привыкли к мизерным штрафам и тихо закрытым уголовным делам, но апогея беспристрастности суд достиг 18 июля, приговорив экс-гаишника и экс-депутата Николая Михайлова за махинации с автомобилями-«конструкторами» к штрафу в 300 тысяч рублей - и немедленно освободив от исполнения наказания за давностью содеянного. Доход Михайлова составил 5 миллионов рублей.

Таким образом, Михайлов вышел из воды практически сухим - может, в мелких капельках лишения возможности занимать должности в органах госвласти.

Несмотря на процессуальные формулировки, «давность» пока ещё на слуху у всех: моменты практически исторические.

Ничик и псевдосауна 2006 год, декабрь. Александр Ничик, придя на должность начальника управления ГИБДД, начинает собирать еженедельные пресс-конференции, раздавать свои визитки, искать контакта с автомобилистами на площади Ленина, настаивать на открытии её для проезда, и отвечать на вопросы. Безапеляционно, сомнительно, спорно, но отвечать, чего раньше как-то не было принято.

Николай Михайлов, работая начальником отдела технадзора краевого УГИБДД, приходится подчинённым Ничику и братом — справедливороссу Александру Михайлову, известному своими скандальными выступлениями. Можно было бы не подчёркивать партийную принадлежность, но это будет важно.

2008 год, ноябрь. В отношении Ничика возбуждается уголовное дело по факту превышения должностных полномочий. Его обвиняют в использовании денег, предназначенных на выплату материальной помощи сотрудникам, в своих целях. Как используется ресурс материальной помощи в силовых структурах, вероятно, знает любой силовик, но заявление в ОСБ написано Михайловым. Начальник отдела собственной безопасности краевого УВД Геннадий Козулин от комментариев отказывается. Вернее, соглашается и даже приглашает к себе журналистов, но комментариев не даёт, диктофон просит убрать и обещает перезвонить, как только кончится проверка. (Судя по всему, проверка, несмотря на закрытое в 2010 году дело, длится до сих пор).

Александр Ничик соглашается на встречу с журналистами в госпитале МВД, где проходит профилактическое лечение. Он достаточно спокойно говорит, что деньги были направлены на ремонт гаража отдельного батальона ДПС, причём с согласия офицеров, сдававших их. И что разберутся: «Если в моих действиях увидят состав преступления - это одно, увидят нарушение каких-то инструкций - другое. Если увидят, что нет ни того, ни другого - третье. Сейчас же все борются с коррупцией». Ничик комментирует жалобу Михайлова, не видя в ней ничего удивительного: «Я был недоволен работой Николая Николаевича, так как, по моим сведениям, он, занимая должность в государственной структуре, на самом деле делал бизнес, используя служебные полномочия».

2010 год, май. Все офицеры, кроме, понятно, Михайлова признают добровольную передачу материальной помощи. Следствие устанавливает, что злоупотребление должностными полномочиями имело место, но существенного нарушения прав граждан или организаций не повлекло. Средства в размере 176 тысяч рублей израсходованы на нужды МВД. Состав преступления отсутствует. Дело закрыто.

Михайлов и чудо-печка 2009 год, январь. Уголовное дело возбуждают в отношении Михайлова, тогда же проводят обыски, и Михайлов созывает пресс-конференцию в офисе «Справедливой России». И присутствие брата с пресс-секретарём, и плакатики с партийной символикой как бы намекали, что Россия справедлива ко всем, включая подозреваемых в махинациях с автомобилями-конструкторами.

История подкупает непосредственностью: Михайлов горестно сообщает собравшимся, что сегодня в шесть утра сотрудники ОСБ УВД провели обыск у него на даче, в квартире его жены, дочери и его знакомого, изъяв документы. Вероятно, не все. Потому что выясняется, что частью из них начальник отдела технадзора растапливал печь: «Это были просто чистые бланки, с оттиском рабочей печати. Никакой ценности они не представляют. В момент, когда следователь протянул их мне, я растапливал печь и выкинул документы в неё».

Ну, а чего? Шесть утра, самое время топить печь на даче. Ну да, бланками. Ну да, с печатями. Незаполненными же, недоумевающе вскидывает брови он. Силы не имеют.

Михайлов заявляет, что люди в форме вели себя бесцеремонно: запрещали пользоваться телефоном, не позволяли сходить в туалет, а дверь в квартиру, где утром находилась дочь, и вовсе пытались выломать.

Вопросы о происхождении патронов, тоже изъятых при обыске, вообще кажутся Михайлову оскорбительными: «Я, как офицер, просто не мог хранить их в пуфике».

Да, жена и дочь занимаются торговлей машинами. Но они никогда не обращались за помощью в решении вопросов, касающихся оформления транспортных средств. «Да и если бы обратились – отказал», - категорично говорит он.

Также Михайлов утверждает, что, возможно, таким образом кто-то хочет помешать ему участвовать в выборах в городскую думу, куда он баллотируется по спискам «Справедливой России». При этом «Коммерсант-Хабаровск» вдруг уподобился газете «За справедливость», которая заботливо рассовывалась в почтовые ящики читинцев. В обоих изданиях подробно расписывалось, как начальник УГИБДД выстроил себе сауну и комнату отдыха. Учитывая тон публикаций, было странно, что автор остановился и не стал расписывать, что именно в них потом происходило.

2009 год, март. Михайлов, конечно, становится депутатом городской думы и остаётся им до сих пор.

Вопросы к суду 2011 год, июль. 19 июля в комментарии «Чита.Ру» Михайлов обозначил, что вообще-то он недоволен исходом дела, схему продажи транспортных средств, собранных из запчастей, преступной не считает и имеет массу вопросов к суду.

«У меня много вопросов по приговору. Как это так — почему регистрация автомобилей признана незаконной? Если весь Приморский, Хабаровский край продолжают работать по этой схеме, и там она законна. И только у нас в Забайкалье они признаны почему-то автомобилями-конструкторами. Хотя их даже на суде называют то конструкторами, то запчастями. Пакеты документов на 15 тысяч автомобилей, которые я подписал — законны, а эти 20 штук — почему-то нет», - говорит Михайлов после суда. И никто, наверное, не удивится, если со свойственной ему настойчивостью продолжит отстаивать свою позицию.

Хотя не поспоришь - вопросов к суду, действительно, масса.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter