1988-й был годом наших надежд, во всех отношениях особенным для моего поколения китаистов. Пока мы учились в институте и начинали работать, советская пропаганда насаждала в отношении Китая засаленные штампы – «мы их освободили, мы им построили, а они нас «кинули», но простой китайский народ нас по-прежнему любит».

Наша военная подготовка в вузе была недвусмысленно ориентирована на войну с Китаем. Понятно, что изучение страны и её языка было окрашено в мрачные – практически предвоенные тона.

К счастью, с приходом в 1983 году Ю. В. Андропова, который хорошо знал китайские проблемы и стремился к нормализации отношений с Китаем, времена стали меняться: в декабре 1984 года состоялась поездка в КНР первого заместителя председателя Совета Министров СССР И. В. Архипова (на фото ниже).

Архипов был человеком выдающимся, думаю, очень-очень немногие наши сограждане удостаивались таких оценок китайской прессы: «Имя Ивана Васильевича Архипова навсегда останется в истории КНР. Всю свою жизнь он старался помочь Китаю -- сначала поставить на ноги промышленность и экономику, а потом восстановить отношения с Россией».

Архипов возглавлял группу советских специалистов, которая в 50-х годах прошлого века была направлена в Китай помогать молодой республике восстанавливать экономику. Он координировал всю работу советских специалистов в Китае. И одновременно был советником китайского правительства по экономическому и промышленному развитию.

Его поездка в 1984 году подготовила нормализацию отношений с китайцами по существу, но заклятые друзья русско-китайского сотрудничества в правительстве СССР тянули ещё долгих пять лет.

В это время я работал на пограничной станции Забайкальск уполномоченным всесоюзного внешнеторгового объединения «Союзвнештранс», которое аккумулировало здесь интересы всех объединений Минвнешторга СССР. Поэтому я мог своими глазами наблюдать, как в эти годы рос оборот в торговле нашей страны с Китаем через Забайкальскую магистраль.

На снимке ниже - государственные ворота СССР на пограничном железнодорожном пункте пропуска Забайкальск-Маньчжурия, фото 1981 года из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

В Забайкальске контакты с китайцами в то время носили исключительно служебный характер и осуществлялись только по линиям железнодорожных служб, экспедиторских фирм и погранпредставительских встреч.

(На снимке ниже - начальник транспортно-экспедиторской конторы станции Забайкальск Светлана Григорьевна Татаурова (в центре) и директор маньчжурского отделения китайской компании «Синотранс» Чжан Юйсян на контейнерной площадке «Синотранса» в восточной части станции Маньчжурия, фото из архива А. Тарасова, 1985 год)

У нас в Читинской области областное отделение Общества советско-китайской дружбы «Россия–КНР» в 1985–1997 гг. возглавлял Николай Иванович Дмитриев, впоследствии даже ставший почетным гражданином сопредельной китайской провинции - Автономного района Внутренняя Монголия. Именно в этом канале происходил широкий обмен мнениями об организации приграничной торговли и экономического сотрудничества.

Инициатива здесь, безусловно, принадлежала китайской стороне, которая сначала активно зондировала, а к 1988 году стала настойчиво выдвигать предложения об установлении торговых связей между Забайкальским районом Читинской области и городом Маньчжурия, КНР.

Данные предложения, вследствие жесткого партийного контроля за этим каналом связей и обычной для советской административной системы склонности к централизации и ожиданию указаний свыше, выглядели, прямо скажем, довольно экзотично.

Именно он и стал активно претворять в жизнь идею установления торговых связей с Маньчжурией. С его приходом идея приграничной торговли перестала быть отвлеченной темой консультаций в прокуренных переговорных комнатах, а превратилась в предмет практической деятельности рабочей группы.

(На снимке ниже: второй слева - председатель райисполкома Забайкальского района В. И. Колесников, крайний справа - мэр города Маньчжурия Тимур Багин, фото из архива А. Тарасова)

Меня как работника Минвнешторга он привлёк к подготовке формальной стороны дела – документов, хотя «Союзвнештранс» был советской экспедиторской фирмой, приграничной торговлей тогда занималось ВО «Дальинторг».

Второй по важности задачей была подготовка паспортов для группы «смелых первооткрывателей», которая должна была поехать по приглашению китайской стороны в Маньчжурию и вписать новую славную страницу в историю российско-китайских торговых связей.

Из сообщений прессы было известно, что Соглашение об установлении и развитии торгово-экономических связей между министерствами, ведомствами, объединениями и предприятиями СССР и провинциями, автономными районами и городами КНР было парафировано и подготовлено к подписанию: тогда, как и сейчас, существовала практика подготовки документов впрок к визитам высоких руководителей.

Через друзей, работавших в «высотке» на Смоленской - Сенной площади, мне удалось получить копию парафированного экземпляра договора, и наша работа свелась к довольно наивной адаптации текста путём, например, замены слов «Правительство СССР» на сочетание «исполнительный комитет Совета народных депутатов Забайкальского района».

Несмотря на то, что в тексте сохранились такие слова, как «Высокие Договаривающиеся Стороны», документ содержал толковые положения о формах и методах организации приграничной торговли, разработанные прекрасными юристами советского Минвнешторга.

К апрелю 1988 года по каналу Обществ дружбы договорились, что конференция состоится в Маньчжурии в 10-х числах – проекты документов были закончены и одобрены в райисполкоме (!), но паспортов не было: в области чиновники опасались этой инициативы снизу.

Когда до согласованного срока оставалась пара дней, Колесников через голову председателя облисполкома обратился к заместителю председателя КГБ СССР, командовавшему погранвойсками, и добился его разрешения на поездку забайкальской делегации по формальностям железнодорожников, что говорило о том, что на самом верху имеется понимание.

(Надо отдать должное пограничникам, как видно из документа на фото ниже, больше они в такой либерализм не впадали. Фон - вид с птичьего аолёта на Вторую улицу в Маньчжурии, фото 1981 года из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

Служащим райисполкома и райпо, при поддержке Забайкальской дороги, были выписаны удостоверения работников профессий, указанных в пограничном железнодорожном соглашении для пересечения границы: переводчиков, коммерческих агентов, приемосдатчиков и т. д.

Китайцы, которые практически до последнего времени не могли получить подтверждения на приезд долгожданной делегации, с радостью согласились принять её по этим формальностям.

Китайской делегацией руководил тогдашний мэр города Маньчжурия Тимур Багин, обаятельнейший человек, монгол по национальности.

Китайцы отвели нам этаж в старом корпусе «Интуриста», который тогда ещё не был перестроен и хранил в себе очарование скромной роскоши 1950-х годов, и ежедневно ставили в номера свежие фрукты.

(на снимке ниже - старый корпус маньчжурского «интуриста», где проходили переговоры, фото из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

Персонал был верхом предупредительности. Китайская делегация, кроме первого приема, питалась отдельно, а нас закармливали шедеврами китайской кухни.

(На снимке ниже - мэр Маньчжурии Тимур Багин (крайний слева мужчина в шикарном кожаном пальто) выступает с речью. Человек лицом к камере на втором плане - тогдашний заместитель секретаря горкома КПК будущий мэр Чжу Гуанкай, в своё время тоже весьма известный и влиятельный человек. Фото 1988 года из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

В СССР ещё не кончилось действие указа о борьбе с пьянством, поэтому Колесников распорядился убрать всё приготовленное китайцами спиртное, вплоть до пива.

На обедах мне всё время приходили на ум строчки Визбора о космонавтах:

Переговоры проводились «на полном серьëзе»: договорились, что главы делегаций в консультациях непосредственно не участвуют, а подключаются в случае неразрешимых противоречий между подчинёнными.

Противоречий, впрочем, было немного.

Китайцы хотели точно убедиться, что, подписав документы, мы начнём торговать, и оказались хуже подготовленными в формальном плане: один из первоначально выдвинутых ими проектов заключался в том, что если союзный центр не разрешит вести нам коммерческие операции, то мы будем заниматься приграничной торговлей под видом обмена подарками.

После обмена предложениями китайцы день переводили наш проект договорённостей и дня два согласовывали его со своим руководством.

Потом они приняли наш проект за основу и предложили два десятка малосодержательных поправок, которые мы «пережевывали» ещё дня два, окончательно выбившись из графика.

По мере того как мы продвигались к согласованию текстов, китайцы уговорили наших представителей райпо, кто не знает, это районное потребительское общество, ответственное за организацию розницы в сельских районах СССР, - «не отходя от кассы» заключить первый контракт, скрепив тем самым установление торговых связей.

(На фото ниже - на переговорах по первому торговому контракту заместитель председателя райисполкома Забайкальского района Сергей Александрович Бармин (центре) и председатель Забайкальского райпо Анатолий Михайлович Самойленко (крайний слева, фото из архива А. Тарасова)

Причём китайскую сторону не смущало, что ассортимент, стоимостные и количественные показатели определяются самостоятельно: первый и, по-видимому, последний раз в жизни я видел, как русские и китайцы договорились обменяться «котами в мешке», заранее условившись об их равноценности.

13 и 14 апреля мы почти не спали, занятые подготовкой документов к подписанию. Однажды поздно ночью появились китайцы и с таинственным видом отозвали меня с председателем райпо в сторонку.

В то время это было невероятно, но оставалось фактом: они просили удовлетворить заявку руководителей города в дефицитных тогда в Китае пианино, соответственно увеличив их количество в спецификации нашей половины контракта.

А мы, которых ещё вчера готовили для войны, с самыми серьезным видом обсуждали количество, торговые марки и цвет отделки.

Тогда мы стали выходить на улицу, а там был чудесный апрель, и китайские девушки приветливо улыбались немного нервным и много курящим русским.

Когда стало ясно, что соглашение будет достигнуто, китайцы устроили приём от имени городского Собрания Народных Представителей: пост председателя занимал, соответственно, секретарь горкома КПК Чжан Чжи, седой темнолицый китаец в традиционном полувоенном френче с почти неестественно прямой осанкой и строгим взглядом.

(На снимке ниже - мэр города Маньчжурия Тимур Багин и секретарь горкома КПК Чжан Чжи в ноябре 1988 года на церемонии открытия Маньчжурской первой ярмарки импортно-экспортных товаров. Фото из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

Китайцы делали страшные глаза и шепотом объясняли, что он и есть первое лицо в городе, а приём от имени СНП потому, что межпартийных связей пока нет.

Колесников, знавший правила игры, на приёме стал говорить, как активно мы в Забайкальске проводим линию КПСС на борьбу с пьянством (тогдашний секретарь райкома сам был грешен и из боязни обвинений в либерализме и без того шизофренические установки проводил в жизнь параноидальными средствами).

Подписание документов состоялось 15 апреля 1988 года. Я думаю, что это одно из замечательных событий в новейшей истории российско-китайских торгово-экономических связей.

За год до формальной нормализации межгосударственных отношений и за несколько месяцев до заключения соответствующего межправительственного соглашения два приграничных района России и Китая в естественном стремлении к экономическому развитию на основе международных связей смогли договориться об установлении торговых отношений, это ли не подлинное добрососедство!

На фото ниже - участники церемонии подписания, слева направо: Чжан Юйсян, - директор маньчжурского отделения «Синотранс», Чжан Кэмин, - заместитель начальника отдела внешних сношений Маньчжури, переводчик, А. П. Тарасов, - переводчик, Г. В. Кузьмин, - переводчик, Сюй Шаоань, - заместитель главы китайской делегации, заместитель главы Народного правительства Маньчжурии, Лю Синфань, - заместитель начальника Маньчжурского отделения по проверке экспортно-импортных товаров, переводчик, В. И. Колесников, - глава советской делегации, председатель исполкома Забайкальского района, С. А. Бармин, - заместитель председателя исполкома Забайкальского района, Тимур Багин, - глава китайской делегации, глава Народного правительства города Маньчжурия, Бай Цзин, - председатель комитета внешних торгово-экономических связей Маньчжурии, Д. Г. Тараканова, - заведующий торговым отделом исполкома Забайкальского района, А. М. Самойленко, - председатель Забайкальского райпо, Чжан Ли, - заместитель директора магазина скобяных, электротехнических и москательных товаров Маньчжурии, Мань Хайчуань, - директор маньчжурской компании по внешним торгово-экономическим связям, Л. С. Токмакова, - товаровед Забайкальского райпо, Юй Ханьчен, - заместитель председателя комитета по развитию экономики и техники Маньчжурии, Сюй Гуйюань, - заместитель председателя комитета внешних торгово-экономических связей Маньчжурии.

Незадолго после этого знаменательного события, в июне 1988 года прошло 3-е заседание Советско-китайской комиссии по экономическому, торговому и научно-техническому сотрудничеству, в ходе которого были подписаны два межправительственных соглашения: об установлении и развитии торгово-экономических связей между министерствами, ведомствами, объединениями и предприятиями СССР и провинциями, автономными районами и городами КНР, а также о принципах создания и деятельности совместных предприятий.

В результате заключения названных соглашений была создана нормативно-правовая основа прямых торгово-экономических связей между предприятиями Читинской области и Китаем.

(На снимке ниже - в августе 1989 года проведена Вторая маньчжурская ярмарка импортно-экспортных товаров. Церемония открытия была организована перед зданием Компании скобянных товаров, строительство которого было завершено незадолго. Фото из альбома 百年满洲里 / 王铁樵主编)

С реализацией данных соглашений в советско-китайских отношениях произошли коренные качественные изменения, начался принципиально новый этап их развития, для которого характерно преобладание в структуре торговли приграничных и межрегиональных связей.

Поэтому мы будем считать 1988 год своеобразной отправной точкой.
Уже на следующий год Забайкальск не только активно торговал с Маньчжурией, но и осуществлял широкое технико-экономическое сотрудничество: первое за продолжительное время жилье по линии местных советов в Забайкальске строилось при участии китайской рабочей силы.