Роман шадрин
Рудник Кадала
ПРОЕКТ "ОКРАИНА"
Тревожный, утробный и одновременно свистящий гул турбины заполняет собой всё осеннее небо - очередной самолёт, набирая высоту, летит куда-то прочь. Шагающие по обочине дети даже не поднимают головы - для расположенного практически за забором читинского аэропорта Рудника Кадала этот взлёт - такое же обычное явление, как проходящий мимо троллейбус в центре города. Здесь вообще привычно многое из того, что неместному покажется странным и даже диким. И это тоже Чита.
Посёлок Рудник Кадала давно влился в город, но по сути своей так и остался деревенькой - с избами, огородами и бесконечными ДВП (дрова, вода, помои). Если просто прокатиться по Руднику, вы вряд ли что-то поймёте - сложно свести в логически целостную картину все его разнородные элементы. Поэтому начнём с короткой справки.
Вид на Рудник Кадала со спутника. Яндекс.Карты
Рудник Кадала часто путают со станцией Кадала, расположенной сразу за Кеноном. Эти две Кадалы никак между собой не связаны. Рудник вытянулся между аэропортом и Кадалинскими Дворцами, с боков он ограничен Дворцовским трактом и рекой Кадалинкой.
Согласно «Энциклопедии Забайкалья», посёлок Рудник Кадала существует как минимум с начала ХХ века, а причиной для его возникновения стали Черновские угольные копи, вокруг которых выросли и другие шахтёрские посёлки читинских предместий. Первая шахта «Восток» была открыта здесь в жестоком для всей Читы 1918 году. Кроме угля добывали известь. Одну за другой до шестидесятых годов рядом открыли ещё несколько шахт. Место угольное - расположенный неподалёку красивый посёлок Торм вообще полностью снесли, когда выяснилось, что по ошибке его поставили прямо на угольной жиле.
Шахтёры всегда были костью и жилами, основой существования Рудника. Поселковые мальчишки вырастали и становились шахтёрами, профессию шахтёра осваивали многие из тех, кто приезжал сюда жить из других мест - не всегда по собственной воле.
Согласно «Энциклопедии Забайкалья», посёлок Рудник Кадала существует как минимум с начала ХХ века, а причиной для его возникновения стали Черновские угольные копи, вокруг которых выросли и другие шахтёрские посёлки читинских предместий. Первая шахта «Восток» была открыта здесь в жестоком для всей Читы 1918 году. Кроме угля добывали известь. Одну за другой до шестидесятых годов рядом открыли ещё несколько шахт. Место угольное - расположенный неподалёку красивый посёлок Торм вообще полностью снесли, когда выяснилось, что по ошибке его поставили прямо на угольной жиле.
Шахтёры всегда были костью и жилами, основой существования Рудника. Поселковые мальчишки вырастали и становились шахтёрами, профессию шахтёра осваивали многие из тех, кто приезжал сюда жить из других мест - не всегда по собственной воле.
В 1930 году, например, для пополнения рабочей силой шахты «Кадала №1» в посёлок перевезли семьи зажиточных раскулаченных казаков, в том числе из Застепи - прямо вместе с домами. В конце тридцатых шахтёров рекрутировали из Воронежа и Казани. В 1947 году для работы на шахтах в посёлок прибыли ссыльные с запада Украины. Известно, что их поселили в девяти бараках, каждый на 24 комнаты. Конкретно эти бараки до наших дней не сохранились, но сегодня хватает и других.
Историческую память о давнем прошлом Кадалы хранят, во-первых, старые отвалы. Сегодня, правда, ходить, а тем более ездить по ним строго-настрого запрещено - можно провалиться в тартарары, никто потом и следов не найдёт.
Другой хранитель шахтёрской памяти - небольшое поселковое кладбище, тихо шелестящее венками на пригорке чуть выше Кадалинского тракта. При кладбище недавно поставили часовенку с иконой Николая Чудотворца. И это одно из самых заметных приобретений Рудника в новом веке.
Рядом с обычным русским кладбищем есть и другое, японское. Здесь захоронены работавшие в Чите после войны, но не дожившие до репатриации японские военнопленные. В начале XXI века останки 481 человека были извлечены, кремированы и доставлены на родину. А в 2013 году правительство Японии установило памятник. На семи кадалинских ветрах он, конечно, уже начал разваливаться, а проследить, поправить некому.
Отсюда открывается вид на всё, что составляет и окружает посёлок - на Дворцы и вообще Яблоновый хребет, на сам Рудник, на взлётку аэропорта.
Ближе всего к кладбищу, на южном краю посёлка, находится что-то огороженное забором, продающее камень и щебень.
А за забором - свалка, кучи, пластик, бродячие собаки. Свалки и собаки, кажется, главная проблема здешних мест сегодня. Главная, но не единственная.
А за забором - свалка, кучи, пластик, бродячие собаки. Свалки и собаки, кажется, главная проблема здешних мест сегодня. Главная, но не единственная.
По другую сторону безымянной дороги - безымянные ворота. Поиск в интернете показывает, что за ними находится газонаполнительная станция. Самое время вспомнить, что именно здесь, на территории Рудника, одно известное предприятие, по слухам, собиралось выщелачивать серной кислотой уран. Даже звучит устрашающе. Кислоту активно завозили в цистернах, но местные жители резонно подняли шум, не желая соседствовать ни с кислотой, ни с ураном. Официальных подтверждений этой истории найти не удалось, но и на голом месте такое вряд ли кто-то придумает.
Согласно "Энциклопедии Забайкалья", к 1970 году в Руднике Кадала работали лесокомбинат, Управление механизации и автотранспорта, строительное управление ГРЭС, Читинский завод строительных конструкций с автобазой и несколько других предприятий. Даже автобус №14 сравнительно недавно ходил по маршруту Вокзал - ЧЗСК.
Читинский завод строительных конструкций сегодня - это руины. Но даже после кончины именно строительные конструкции предприятия интересуют всех, кто способен подъехать сюда на грузовичке с подъёмным краном. По сей день с костей ЧЗСК методично обдирают всё, что не успели ободрать ранее.
Результаты банкротства и последующего растаскивания мощного предприятия поражают до онемения. Даже если не пытаться себе представить, сколько семей и судеб рабочих, механиков, инженеров трагически провернуло через жернова, смоловшие огромное предприятие в крошку.
Результаты банкротства и последующего растаскивания мощного предприятия поражают до онемения. Даже если не пытаться себе представить, сколько семей и судеб рабочих, механиков, инженеров трагически провернуло через жернова, смоловшие огромное предприятие в крошку.
В эпицентре этой разрухи можно найти вывеску предприятия «Железобетонные изделия». Но лучше бы её не было. Если мы не хотим, чтобы читинскую промышленность ассоциировали вот с этим.
Развалины ЧЗСК почти вплотную подходят к построенным в 70-е благоустроенным пятиэтажкам, между ними нет даже намёка на ограждение. Щекотать нервы и скрываться от взрослых глаз в этих апокалиптических лабиринтах местные пацаны могут беспрепятственно. Как, впрочем, беспрепятственно могут и продолжать растаскивать остатки завода местные мужики.
ЧЗСК - не единственное, что может шокировать гуляющего по Руднику. Это - берега Кадалинки. Скромная речка спускается в читинскую долину с Яблонового хребта и, пробегая мимо Дворцов и Рудника, впадает в Кенон. Я сам помню, как вокруг Кадалинки сравнительно недавно тихо шелестели травой зелёные луга. Сегодня Кадалинка журчит мимо Рудника так же, как и 100 лет назад.
Но прибрежные ландшафты изменились радикально. Следующий кадр сделан с той же точки, что и предыдущий. Но с разворотом на 180 градусов. Так выглядит берег Кадалинки сейчас.
Свалки. Собаки. Уныние. Филиал ада. Вы обратили внимание на то, что Кадалинка несёт свои воды в Кенон? Теперь вы знаете, что не только воды, но и всё, что вокруг.
Свалки. Собаки. Уныние. Филиал ада. Вы обратили внимание на то, что Кадалинка несёт свои воды в Кенон? Теперь вы знаете, что не только воды, но и всё, что вокруг.
Дом культуры в Руднике Кадала, январь 1966 года. Фото Ю.М. Ревякина
Ещё один пример того, как поменялся посёлок за сравнительно короткое время.
В середине прошлого века в самом его центре построили красивый большой Дом культуры, по-простому - клуб. Шахтёры со своими семьями отмечали в нём праздники и смотрели концерты, при ДК работали творческие кружки - всё, как в тысячах других посёлков по всей стране.
В середине прошлого века в самом его центре построили красивый большой Дом культуры, по-простому - клуб. Шахтёры со своими семьями отмечали в нём праздники и смотрели концерты, при ДК работали творческие кружки - всё, как в тысячах других посёлков по всей стране.
Затем здание опустело, оказалось никому не нужным, быстро превратилось в притон маргиналов и, конечно, источник стройматериалов - незадолго до того, как всеобщим донором стали руины ЧЗСК. В итоге клуб просто снесли до основания. Сегодня место, где располагался Дом культуры, выглядит как наглядная иллюстрация уровня культуры нового времени, задорно разломавшего старое, но так и не сумевшего предложить что-то новое в отдельно взятом окраинном посёлке отдельно взятого восточно-сибирского города Ч.
А это магазин промтоваров. Такое назначение у зелёного здания было раньше. Сейчас оно повторяет судьбу клуба - пустует и наводит тоску и страх на окружающих. Местные жители, кстати, бьются за то, чтобы здесь организовали детский центр. Надо как-то компенсировать отсутствие того же клуба, как-то отвлекать детей от всего того, с чем пока не могут справиться власти, - свалок, развалин, собак. Но здание пустует, наполняется пылью, грязью и гудит сквозняками. Получит ли оно новую жизнь, пока не знает никто.
Впрочем, нельзя думать, что Рудник Кадала - это какое-то особенно проклятое место. Обычный пригород обычного российского провинциального города, с обычными проблемами, о которых знают и говорят как в Кремле, так и на кухнях. С обычными жителями и обычным провинциальным огородным укладом.
Центральная улица в Кадале называется Школьной. Школа сегодня действительно стала сердцем посёлка, объединяющим большинство его жителей (а их сейчас насчитывается что-то около 3,5 тыс.).
Центральная улица в Кадале называется Школьной. Школа сегодня действительно стала сердцем посёлка, объединяющим большинство его жителей (а их сейчас насчитывается что-то около 3,5 тыс.).
На кадалинских улочках есть и старые, ещё казачьи избы, и шахтёрские бараки, и советские двухэтажки, и совсем новые дома. Разнокалиберные магазинчики, остановки, водокачки.
Здесь работает прачечная Желдорсервиса, стирающая то самое бельё, что выдадут вам при посадке в поезд.
Здесь работает прачечная Желдорсервиса, стирающая то самое бельё, что выдадут вам при посадке в поезд.
Дома и квартиры в Кадале покупаются и продаются, и в целом нет ничего, что напоминало бы исход жителей из этих мест. Скорее наоборот, Рудник продолжает обживаться, но уже по-новому. Потерявшему шахтёрский стержень посёлку ещё только предстоит стряхнуть с себя морок, отмыться, убрать свалки, разогнать бродячих собак и обрести новые смыслы.
Просмотров: 4799
24
Гость
4 февраля 2020, 17:21
Гость
1 ноября 2019, 01:22
Читать все комментарии
Читайте также
Информация о возрастных ограничениях в отношении информационной продукции, подлежащая распространению на основании норм Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию».
Некоторые материалы настоящего раздела могут содержать информацию, запрещенную для детей.