— Как начался ваш путь? Почему выбрали профессию педагога?

— Знаешь, я между прочим ни разу не задумывалась, кем я буду. Сразу с детства об этом мечтала, другая профессия не рассматривалась никогда. Я не потомственный учитель, но очень любила это дело, поэтому профессия неслучайная. Я хотела.

— Где учились?

— В нашем ЧГПИ имени Чернышевского. 16 августа 1977 года я пришла в эту школу по направлению. Мне сказали: «Вот ваш кабинет», а я стою и не знаю, что делать с этим кабинетом. Разложила все папочки, мне сразу класс дали. В следующем году у меня будет 45 лет трудовой деятельности. Дата такая хорошая, надо отметить.

— Какие самые запоминающиеся проекты?

— У нас много проектов, назову последние — геоэкологический маршрут «Малоизвестные сокровища Кадалинских дворцов». Наш ученик представлял этот проект на уровне города, края и России, ездил в Москву. Мезозойский заповедный лес «Красная горка» — этот проект в прошлом году представляла наша выпускница на России, но правда дистанционно. По Кадалинке проект был — «Кадалинка — чистая река». Я люблю проекты по нашим местам.

— Какие качества в учениках цените?

— Я очень люблю, когда класс заинтересован жизнью. Люблю деятельностных детей, которым всегда хочется ходить куда-то. Есть у нас учителя, которые готовы с ними хоть куда, а они не хотят. Такое вялотекущее поколение.

— Современных детей ещё называют поколением Z. Они больше интересуются технологиями. Вы замечаете эту разницу в поколениях?

— Да, конечно. Они более продвинутые в компьютерной системе. Я в этих моментах иногда отстаю, но когда что-то не получается, спокойно могу попросить ученика помочь. Да, они меньше читают книг, но не все. Да, меньше интересуются чем-то, как мы. Но они стали более продвинутые в технологиях. Другое совсем поколение по мышлению, и надо к этому приспособиться.

— У вас получается?

— Я думаю, да. Я человек авторитарный, но я меняюсь, с годами становлюсь более лояльной. Я стараюсь перестраивать уроки, пытаюсь идти в ногу со временем.

— Современные дети стали более свободные. Когда мы приходили в школу, нас ругали даже за мелкий макияж. Сейчас ученики ходят с розовыми волосами. Как вы к такому относитесь?

— Какие-то вещи допускаю, хотя не со всем согласна. В школе у нас такие вещи были, но никто их не кусал и не выгонял. Мы разговариваем, пытаемся как-то убедить. Не получается переубедить, значит, терпим. А какие-то вещи, наоборот, я бы допустила. Например, современные брюки. Не так чтобы это было цветно или ярко, но почему бы не модный покрой?

— Как с гаджетами ситуация? Часто используют на уроках?

— В зависимости от класса. Мы тоже иногда стараемся их использовать во время урока, когда это уместно. Но если ученик на уроке сидит в соцсетях, то это, конечно, угнетает. Это проблема, и её надо решать на всех уровнях. Поэтому стараешься занять их на уроке. Выдумываешь такие виды деятельности, когда не до телефона.

— Вы, наверное, знаете, что современные дети ещё активно выражают свою гражданскую позицию, например, снимают портреты президента и говорят, что это не государственный символ, пытаются ходить на митинги. Почему дети начали активно проявлять себя в политической жизни?

— С одной стороны, пусть проявляют себя в политической жизни, главное, чтобы они понимали, что их позиция правильная. Ведь неизвестно, кто, как и где их агитирует. Порой они входят в какие-то организации, которые, как мне кажется, не соответствуют настоящим человеческим ценностям. Поэтому выражение гражданской позиции хорошо, но главное, чтобы она была правильная. Детей надо учить видеть правильные позиции в политике, а для этого, наверное, надо говорить о каких-то негативных вещах в открытую. Тут прям историкам карт-бланш. Надо учить!

— Ещё по стране увеличились случаи стрельбы в школах, университетах. Причём стрелкам по 17-18 лет, они только вышли из школы. Почему подростки начали себя так агрессивно вести?

— Очень трудно сказать. После случая в Перми говорили, что недоглядели, как он (стрелок — ред.) в интернете общается, что он, оказывается, планировал это заранее и писал об этом. А агрессия связана, может, с долгим сидением в интернете, неудовлетворённостью своим положением. Я неслучайно когда-то зарегистрировалась «ВКонтакте». Иногда видишь настроение детей, их проблемы через их высказывания в постах. Сейчас со своими старшеклассниками много провожу времени, стараюсь и в театр, и в поездки какие-то с ними ездить. Иногда даже достаю этим. Надо жить их жизнью. Бывает, смотрю, что у ученика плохо дома, и я не знаю, во что это может вылиться, поэтому стараюсь. Тут учитель должен быть рядом.

— А школьный психолог?

— Психолог тоже, безусловно. Это вообще такая страшная вещь, неизвестно, как это всё предотвратить, поэтому должны участвовать ещё и родители. Школа должна понять родителей, а родители — учителя.

— Вы теперь «ВКонтакте» публикуете фото с мероприятий. Почему решили освещать?

— Где-то должно быть освещение жизни класса и школы. Им нравится. Заходят даже мои бывшие ученики, лайкают, потому что воспоминания о школе. Сейчас просто так нельзя фотографировать детей и выставлять в соцсети. Родители могут в суд подать, но мне родители, наоборот, говорят: «А где мой? Никогда в объектив не попадает».

— В сегодняшней системе образования есть какие-то недостатки, которые мешают в полной мере реализовываться учителям и ученикам?

— Лично мне особо ничего не мешает, но мне не хватает времени для творчества, потому что перегрузка из-за нехватки учителей. А в самой системе очень много распоряжений сверху. Надо сделать одно, другое, третье, и пока дойдёшь до того, что ты хочешь, уже и времени не осталось. А детям мешает, наверное, порой собственная лень, ну и пандемия сейчас.

— Для учителей сейчас много возможностей повышения квалификации?

— Очень много. И курсы при президенте мы прошли, и курсы при Сбербанке, очень много курсов. Где я только не участвовала, в этом плане мы продвинутые.

— Вы ещё в конкурсах участвуете.

— Да, я в 2019 году участвовала в конкурсе на премию президента. Я её выиграла, нас было 10 человек. На конкурс собирала документы, там по блокам было: наработки учителей, дети-олимпиадники и так далее. Было что выставлять.

— Какая сейчас зарплата у учителей?

— Чтобы получить относительно хорошую зарплату, надо взять большую нагрузку. Молодёжь не очень стремится в школы.

— Дефицит кадров сильный?

— Да. Я вот думаю, если уйду из школы, то вопрос — будет ли здесь география? Поедет ли кто-нибудь сюда из города? Математики ушли, русоведы ушли — некем заменить.

— Среди учеников много желающих стать учителем?

— Очень мало, к сожалению.

— При такой сильной нагрузке как вы отдыхаете?

— Я бы куда-нибудь съездила или сходила, например, в поход, на экскурсию, в театр. Немножко огород. Этим летом я увлеклась кулинарией, особенно когда внуки у меня. Я люблю на отдых с коллегами-географами выезжать. Раньше мы каждое лето куда-то на недельку уезжали. Ещё люблю бывать в Петербурге и Москве, пройтись по этим городам.

— Вы счастливый человек?

— Я думаю, да. Я часто встречаюсь со своими учениками. В этом году я встретилась с теми, кого выпустила 35 лет назад. Они мне много говорили хороших слов: «Ольга Дмитриевна, вы классный учитель! Мы научились ходить в походы, а главное — вы нас научили уважительно и по-доброму относиться друг к другу и любить. Вы научили нас дружить». А это большого стоит, правда?