Какой он — день из жизни врача ККБ?
— Впервые я взял скальпель в руки еще в медицинской академии, было непривычно. На хирургических операциях испытывал трепет, волнение, новые для себя чувства. Вид и запах крови, органы, ткани. Но в дальнейшем это стало обычной работой. Да, очень ответственной работой, но уже без дрожи и неуверенности, с полным пониманием того, чего нужно достичь в ходе операции. Помню, как меня поддерживали мои наставники и коллеги в нашей клинической больнице и в НИИПК Новосибирска, и я им очень благодарен за это. Они стали для меня учителями и старшими товарищами.
— Случай не самый необычный... скорее один из запоминающихся. Три года назад был пациент С., 50 лет. Аневризма брюшной аорты больших размеров. Прооперировали (резекция аневризмы и протезирование брюшной аорты и подвздошных артерий специальным сосудистым протезом). Ранний послеоперационный период протекал тяжело, в дальнейшем было выполнено еще несколько операций. Было, мягко говоря, очень волнительно. 1,5–2 месяца мы лечили пациента, всё промелькнуло перед глазами. Но впоследствии было до слез приятно и отрадно за пациента! И таких пациентов и случаев очень много. Есть и трагичные случаи, о которых невозможно забыть. Во всём этом чувствую свою причастность... причастность к судьбе человека, его близких и родных.
— 50% моего времени занимает работа. Наверное, так во многих медицинских специальностях. И чтобы не перегореть, я стараюсь переключаться. Играю на гитаре и пою песни в компании друзей и близких, люблю активный отдых (рыбалка). А еще занимаюсь спортом: в течение многих лет два раза в неделю играю в футбол. И даже немного рисую и сочиняю стихи.
— Помогать людям. Качественно выполнять хирургические операции. Еще нравится разбираться в интересных и непростых клинических случаях и заболеваниях, определять наиболее правильную тактику лечения, сотрудничать со своими коллегами. Ведь хирургия — это командная работа как в операционной, так и за ее пределами. И очень приятно, когда в моей жизни появляется пациент, которого мы оперировали, лечили и спасали даже 20 лет назад, и у него всё хорошо, он жив и здоров, говорит спасибо. Это лучшая награда в моей профессии.
— Ухо, горло, нос — это хрупкие органы человеческого организма, которые требуют бережного отношения. Сохранение их функционального значения — наша основная обязанность, но мы не должны забывать, что эстетика — немаловажный аспект нашей работы.
Оборудование и технологии Забайкальской краевой больницы позволяют восстановить работу этих органов с ювелирной точностью и максимальной безопасностью. Но не стоит забывать о классических подходах к лечению.
— Нравится процесс общения с пациентом и конечный результат. Потому что для любого врача важно, чтобы человек вышел из больницы здоровым, чтобы его больше не тревожили те симптомы, с которыми он обратился к доктору.
— Первым из моих наставников стал мой отец, которому я премного благодарен. Он 40 лет трудился в статусе ЛОР-врача, а 25 из них возглавлял отделение оториноларингологии. Вспомнился случай, как ко мне обратился пациент с непростым анамнезом, и, открыв его медицинскую книжку, я увидел запись 20-летней давности. Это был мой отец.
— Помню, что много работала и старалась. Ведь каждый клинический случай — уникальный. Через них ты учишься, растешь, узнаешь что-то новое. И главное, что я хотела сохранить, — это стремление. И вроде получилось.
— К сожалению, у врачей не так много свободного времени. Но когда выпадают свободные дни, я люблю путешествовать со своей супругой. Она тоже доктор, поэтому в отпусках мы стараемся по возможности увидеть нашу страну, мир, новые места, регионы. Например, очень люблю наш Кавказ, Минеральные Воды, горы, водопады. Так что да, это помогает набраться сил и отдохнуть.
— В последнее время хочется просто закопаться в грядках, походить по лесу, подышать, напитаться энергией, которую потом отдаешь людям.
— Случаев я могу рассказать много, но первое, что приходит на ум: дежурство по графику, время — вечер, только выполнил обход, как бригада СМП привезла грудного ребенка с диагнозом «колото-резаное проникающее ранение шеи, множественные ранения мягких тканей лица». Маленький пациент уже был почти бездыханным, причиной тому послужило повреждение трахеи.
Безотлагательно пришлось выполнять трахеостому для восстановления дыхательных путей. В такие моменты каждая секунда на счету, как бы пафосно это ни звучало, возможности подать ребенка в операционную нам, конечно, не представилось. Выполнив свою часть работы, пациента отправляют в отделение реанимации, а затем был транспортирован в Читу. Последствия гипоксии при такой серьезной травме могли быть непредсказуемы, оставалось только ждать. И какой радостью и даже гордостью я был наполнен, когда через много лет узнал от своей коллеги, что человек живет полноценной жизнью.
— Для меня за все 26 лет моей работы каждый случай уникален. Но бывают пациенты, за которых ты болеешь. Смотришь, наблюдаешь и думаешь: какие они молодцы. И бывает так, что пациент тебя чему-то учит. У каждого бывают кризисы, и у врачей тоже. Но есть такие пациенты, которые своим примером показывают, что нужно идти, не сдаваться. И я им благодарна. От таких заряжаешься, начинаешь ценить то, что уже есть, любить и верить в добро.
— Никогда. Я люблю свой край, я его патриот. Как-то раз встретилась с иностранцами, и они сказали, что то наследие, та природа России, что есть у нас, — это сокровище, а мы, безумцы, этого не ценим. А природа нашего края — это же просто кладезь красоты.
— Я люблю свой город, в котором родился. Нам с женой нравится путешествовать, но наше сердце живет в Забайкалье.
— Нет. Я патриот своего края и своей профессии. Хочу продолжать работать и помогать людям здесь.
Какими были ваши первые шаги в роли врача?
Что вам больше всего нравится в вашей работе?
Чем вы любите заниматься в свободное время?
Жизнь за стенами больницы
Два главных философских вопроса
Каким должен быть настоящий врач?
Расскажите про ваш самый необычный клинический случай
Не хотели уехать из Забайкалья?