Одинаковый уровень — в разных подразделениях
Более сложное оборудование централизовано на уровне диагностического подразделения: КТ, МРТ, ФГДС и другие исследования доступны пациентам по направлению.
— Ну скажите честно: это лучшая поликлиника у вас или нет в городе?
— Они у нас практически везде в городе одного уровня, во всех подразделениях.
— Как раз на примере первого подразделения: в каждой поликлинике у нас есть свой цифровой рентген. Свой маммограф, кроме четвертого подразделения на острове, там поликлиника на ремонте. Есть отделение функциональной диагностики — ЭКГ, холтеры и так далее. Это есть в каждой поликлинике.
— Если мы говорим о цифровизации, то маммографы у нас сегодня все цифровые, аналоговых уже нет. Практически все маммографические исследования в этом году отправляют на платформу «МосМедИИ». Там снимки дополнительно анализирует искусственный интеллект. ИИ дает нам расшифровку и протокол описания и отправляет их обратно в помощь нашему врачу. Это как второе мнение, которое обязательно должно учитываться при интерпретации рентгенологических исследований.
Одна из следующих остановок экскурсии — кабинет маммографии. Именно там установлен цифровой маммограф стоимостью около 13−15 миллионов рублей.
Маммограф и искусственный интеллект
— Вы очень долго работаете врачами и организаторами здравоохранения. Я часто повторяю это в разных местах: меня так воспитали, что главными людьми в любом обществе являются учителя, врачи и ученые. Я почему-то вырос с этим убеждением. Чувствуете себя сейчас интеллектуальной элитой? Воспринимают ли вас так в обществе и комфортно ли вам в нем находиться?
— Всё-таки вы в душе больше остаетесь врачом или уже чиновник?
— Чувствуете себя интеллигенцией?
Экскурсия по поликлинике в итоге показывает изменения сразу на нескольких уровнях. Меняется само пространство: после капитального ремонта оно становится удобнее и доступнее. Меняется маршрут пациента: запись постепенно уходит из окон регистратуры в электронные сервисы, а направление к другому специалисту можно получить прямо на приеме. Меняется работа врача: медицинская история доступна в цифровой системе, часть документов оформляется на месте, а мобильные бригады могут оказать помощь дома.
И одновременно развивается то, что происходит еще до вынесения диагноза: диспансеризация, Центр здоровья, выездные обследования, раннее выявление факторов риска.
— Знаете, я немного по-другому себя сейчас чувствую. Потому что я нахожусь в первую очередь на должности государственного служащего. Моя задача сейчас и, честно говоря, мой душевный порыв — помочь как можно большему количеству людей. Я для этого работаю.
Для Оксаны Немакиной профессия врача при этом остается частью ее идентичности.
— Я врач. Это навсегда, и это чувствуется даже в тот момент, когда я общаюсь с людьми. Потому что волей-неволей врачебные базовые знания, которые у меня есть, сразу заставляют осматривать человека с головы до пят.
В разговоре о том, как меняется медицина, неизбежно возникает и вопрос об отношении общества к врачам.
Врач, государственный служащий и человек, который хочет помогать
Поликлиника в этой системе постепенно превращается в место, где соединяются обычный прием, профилактика, диагностика и цифровые технологии. Задача всех этих изменений, как говорит министр здравоохранения Забайкальского края, остается вполне конкретной — помочь как можно большему количеству людей.
Так складывается единая система, в которой пациент может начать путь в своей районной поликлинике, а при необходимости получить консультацию или обследование на другом уровне.
Так современные технологии постепенно становятся частью обычной работы поликлиники: от электронной записи и единой медицинской истории до алгоритмов, которые помогают врачу анализировать исследования.
— Нет. Был такой период, когда пациенты, будем говорить мягче, скептически относились к врачам. И государство тоже. Но сейчас такого уже нет. Сейчас люди как-то более благодарны, отзывчивы к врачам. Поэтому, я думаю, сейчас все поняли, что врач, учитель и ученый — это действительно важные профессии.
В конце экскурсии Андрей Козлов задает вопрос, который логично возникает после всего увиденного.
— Это российское оборудование?