Сломаны рука и затылочная кость, кожа обожжена и содрана. Забайкалку судят за жестокое убийство дочери — онлайн

Преступление произошло в Балее летом 2025 года. По версии следствия, женщина, испытывая неприязнь к своей дочери, решила убить ее и несколько дней жестоко ее истязала.

Во время первого заседания неделю назад прокурор зачитала подробности обвинения.

27 августа во время массажа она резко дернула ребенка за левую руку и сломала ее. Спустя два дня, 29 августа, женщина несколько раз ударила ребенка по голове металлическим ковшом, затем столкнула ее с дивана на пол и еще несколько раз ударила кулаком по голове. На следующий день она облила ребенка горячей водой температурой около 45–50 градусов. Водой она залила ей лицо и шею. В результате ребенок получил ожоги.

31 августа женщина добавила около 50 миллилитров уксусной кислоты в детскую смесь и дала ее ребенку. После этого она протерла уксусом ожоги. При этом, желая продлить мучения девочки, никакую медицинскую помощь ребенку она не оказывала. Корки от ожогов она сдирала самостоятельно, причиняя девочке дополнительные мучения.

Меньше чем через сутки после поступления в реанимацию районной больницы девочка скончалась. Это было 1 сентября 2025 года.

Обвиняемой 28 лет. Она живет в Балее. Ее имя — Раиса Ташлыкова.

Она окончила 9 классов. В браке официально не состоит. У нее есть два сына 2022-го и 2025 года рождения. Они находятся под опекой. Никто из родственников их не забрал. Женщина ограничена в родительских правах. Ранее не судима.

Некоторые свидетели на первом заседании заявили, что женщина испытывает трудности с чтением и письмом.

На заседании 27 августа, где Раисе продлили срок содержания под стражей на полгода, женщина попросила: «Пусть в суде будет моя мама!» 

На первом заседании матери подсудимой не было. Ее допрос должен пройти сегодня по видеосвязи.

Отметим, что адвокат и Ташлыкова просили избрать иную меру пресечения — домашний арест. Суд им навстречу не пошел.

По части 2 статьи 105 УК РФ, по которой обвиняют женщину, ей может грозить до 20 лет лишения свободы.

Кроме того, ей вменяются еще две статьи:

• ст. 156 (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего);

• ст. 112 ч. 2 п. в. (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью ребенка).

Во время следствия обвиняемая вину в убийстве признала, но отрицала свое намерение совершить его с особой жестокостью. На суде она частично признала вину в убийстве и умышленном причинении вреда и не признала вину в неисполнении родительских обязанностей.

Отдельно женщина указала, что убивать не хотела.

Сторону потерпевшей представляет Наталья Сенотрусова — начальник отдела опеки и попечительства в Балее. Отец погибшей девочки не захотел быть потерпевшим по делу об убийстве дочери. Так он написал суду.

Врачи, которые принимали девочку после истязаний, заявили:

• в больницу девочку принесла мать;

• ребенок был в очень тяжелом состоянии, выглядел неухоженно;

• мать объясняла ожоги на лице, шее, грудной клетке и части живота аллергической реакцией то на новое средство для стирки, то на шампунь;

• помимо ожогов, у девочки была травма руки и гематома на голове;

• девочку в больнице подключили к аппарату ИВЛ, на людей она не реагировала;

• от ребенка так сильно пахло уксусом, что у персонала больницы слезились глаза;

• мать в больнице долго не задержалась и ушла домой;

• ребенок умер в больнице меньше чем через сутки.

Участковая медсестра рассказала, что слухи о жесткости обвиняемой ходили по городу. Говорили, что женщина морит дочь голодом. Был случай, когда девочку с истощением увезли в больницу, однако синяков на теле ребенка во время медосмотров врачи не видели. Другие медики говорили, что ссадины на теле ребенка иногда замечали.

Еще один медик рассказал, что во время патронажа врачи увидели, что ребенок истощен и обезвожен, а дома было не прибрано. По итогу девочку госпитализировали в отделение реанимации с острым бронхитом, обезвоживанием и истощением.

Двоюродная сестра подсудимой рассказала, что девочка боялась матери, которая кричала на дочь и била ее за любую провинность. Кроме того, подсудимая не занималась развитием ребенка — девочка в 9 месяцев всё еще не стояла.

По словам сестры, ожоги девочки обвиняемая объясняла тем, что ребенок опрокинул на себя хлорку.

Представители органов опеки вызвали гнев судьи тем, что семья, где произошла трагедия, не была поставлена на учет после госпитализации девочки с истощением.

Что они рассказали:

• отношение матери к ребенку было удовлетворительным;

• опека выясняла, почему девочка была истощена, но информации об этом не представили ни в полиции, ни в следственных органах;

• обвиняемая заботилась о ребенке, жестокое обращение не подтвердили, поэтому девочку после больницы отдали матери;

• «никаких жалоб и нареканий ни у кого к этой семье не возникало. Ну обычная мама, да. Какие-то странности в поведении немного были в плане трудностей с чтением, с письмом. Но по отношению к детям никаких вопросов не возникало»;

• продукты питания имелись, в доме было чисто;

• из ЦРБ сообщали о царапинах на теле ребенка — мать объясняла это длинными ногтями.

Судья напомнила, что суд имеет право проверить и установить факты, если ответственные органы не исполнили свои обязанности.

Судья спросила, почему опека не приняла решение об изъятии ребенка, притом что проверка о случае с истощением в ПДН была начата еще в 2024 году. Закрыли проверку, как оказалось в суде, уже в октябре 2025-го, через месяц после того, как ребенок умер.

— Мы ждали результат проверки, — сказал представитель органов опеки.

— И что, дождались? — спросила судья.

Сегодня по видео должны допросить мать обвиняемой и начать допрос ее самой.

Раису Ташлыкову завели в зал. С минуты на минуту начнется второе судебное заседание по ее уголовному делу.

Мать Ташлыковой отказалась свидетельствовать против дочери.

«Свидетель Фалилеева, как близкая родственница, просит рассмотреть дело в ее отсутствие, давать показания в отношении дочери не желает», — говорит судья.

По видео начали допрос мужа Ташлыковой, отца убитой девочки Романа Шестакова, он находится в Балее.

Мужчина был сожителем подсудимой 6 лет, работал на вахте в Тынде. Он рассказал, что узнал о произошедшем с дочерью, когда возвращался с работы.

«Я был на работе, она мне позвонила. Сказала, что помыла дочь в бане, и у той появились пятна. Я сказал, что вечером приеду и мы вызовем врача. Приехал в 9 часов — калитка была открыта. Зашел, а она там стояла. Ничего не сказала. Зашел в сени и вижу эти покраснения у Дарины на лице и голове. Я говорю: „Что ты наделала с дочерью?“ Говорю: „Надо скорую вызвать“. У меня телефон с работы был разряжен, а у нее денег не было на телефоне. Я побежал в Балей до магазина. Там стояли парни, я рассказал, что случилось, и попросил отвезти в больницу. Мы поехали. Раиса уже была одета, с дочерью. Они поехали в больницу, а я остался дома с сыном — ему было три годика. Минут через 20 приехала полиция. Она сказала при сотрудниках, что случайно пролила белизну на ребенка. Якобы белизна стояла на духовке, она случайно зацепила ее локтем», — говорит Шестаков.