СЕЙЧАС +21°С

Версаль из пустыря

«Бутинский сад не имеет себе соперника во всём Забайкалье. Чего тут только нет: и оранжереи, павильоны разные, и гроты, и киоски, и «Самсон» не один, и тропические растения, и статуи Аполлона».

Нерчинск узнаваем благодаря дворцу купца Бутина. Он стоит в центре города и выглядит там как оазис роскоши среди разбитых зданий старинной усадьбы и заросшего кустами пустыря. На деле этот пустырь - Бутинский сад. «Он не имеет себе соперника во всём Забайкалье, - писала в 1877 году газета «Сибирь». - Чего тут только нет: и оранжереи, павильоны разные, и гроты, и киоски, и «Самсон» (ветхозаветный судья-герой) не один, и тропические растения, и статуи Аполлона». В годы советской власти это разнообразие было утеряно, казалось, безвозвратно, но в 2017 году может снова появиться.

Мода на садоводство

Садоводство в Нерчинске было популярным ещё до появления Бутинского дворца. По данным замдиректора Нерчинского краеведческого музея Александра Литвинцева, основоположником садоводства в Нерчинске считается барон Иван фон Клебек, служивший в 1794-1795 годах председателем уездного суда. Есть данные, что «этот седой старик» был настолько ревнивым, что, дабы оградить молодую жену от посторонних прозорливых глаз, поселился с ней в доме за городом на острове в устье Нерчи. Остров из-за этого получил название Баронка и носил его до начала XX века. Барон на своём участке разместил зверинец, пашни и сад. Нерчинский краевед Иван Юренский писал, как ещё в середине XIX века здесь можно было встретить «дерновые столы и скамьи, романтически теперь заросшие розовым шиповником, красивым ильмом, ягодной яблоней, иглистым корявым боярышником и красным деревом, составляющим в некоторых местах непроходимые чащи». При этом, отмечал Юренский, красное дерево нигде больше в окрестностях Нерчинска не росло.

Другой заядлый садовод в истории Нерчинска жил в середине 1840-х годов - это Михаил Зензинов. Его оранжерея состояла в основном из растений даурской флоры, преимущественно лекарственных, почему и получила название «ботаническое заведение». Зензинов переписывался с российскими видными естествоиспытателями, обменивался с ними саженцами и семенами, потому пробовал культивировать в Нерчинске нетипичные Забайкалью растения, например, амурские и даже волжские дубы.

Последователем Зензинова был его родственник Иван Юренский, но тот больше тяготел к огородничеству. Юренский стал одним из первых в городе, кто успешно культивировал картофель - вслед за ним это стали делать священник Симеон Пляскин, госпожа Суханова (вероятно, дочь или внучка протоиерея Суханова), окружной судья Портнягин и мещанка Кириллова.

Там же на Баронке в 1870-1890-е жил Ксаверий Кобоско. Он имел не только пивоваренный завод и небольшой пароход собственной постройки, но и увлекался садоводством, а в большом огороде выращивал дыни, арбузы, также несвойственные сибирскому климату деревья и кустарники.

Однако самым красивым и известным в истории Нерчинска садом был и остаётся сад Бутиных.

История Татьяны

Благоустройством сада в основном занималась младшая сестра купца Михаила Бутина Татьяна Мауриц. Девушка родилась в 1837 году, росла без матери, а к 18-летию лишилась отца. Вышла замуж Татьяна за офицера Владимира Заблоцкого и стала ездить по Забайкалью вместе с ним. Она объехала всю границу, писала заметки о быте и культуре населения, запоминала впечатления. Заблоцкий трагически погиб в Чите в 1867 году, поэтому, схоронив мужа, Бутина вернулась домой в Нерчинск к своим братьям, которые к тому моменту как раз возводили здания усадьбы с центральным «Палаццо» (дом-дворец в Италии, но Михаил Бутин так называл и свою усадьбу). Литвинцев приводит данные, что сестра, судя по всему, никогда не занималась торговлей, но нашла успокоение в украшении усадьбы – в создании сада и огорода. Местные дамы были ошарашены тем, что Бутина, одетая в грязный рабочий комбинезон, копалась в земле, не боялась испортить нежную кожу рук, терпела боль от ран и ссадин.

В 1871 году в Нерчинск на гастроли приехал австрийский подданный Маврикий Мауриц, и Михаил Бутин предложил ему остаться в городе, чтобы помочь в создании музыкальной школы и оркестра. Мауриц не смог отказаться, в том числе и потому, что влюбился в Татьяну Бутину. Между ними возник роман, а вскоре Татьяна вышла за музыканта замуж. Они вместе часто ездили в путешествия по всей Европе, где Мауриц гастролировал, а Татьяна набиралась опыта в садоводстве, покупала семена для своей оранжереи.

Счастливый брак продлился недолго - муж заболел чахоткой и умер в 1879 году. Вдова осталась одна наедине с садом, полностью погрузившись в его благоустройство.

«Версаль» - так называли сад - поражал гостей. Была там звезда оперной сцены Дарья Леонова - солистка Мариинского театра в Санкт-Петербурге и Большого театра в Москве: «Предложил мне Бутин по приезде моём в Нерчинск помещение у себя. Признаюсь, что, когда я вошла в квартиру, то испытала ощущение, которое уже давно не приходилось испытывать. Мне отданы были две роскошно меблированные комнаты с балконом в сад, который мог сравниться только с замечательными садами Европы».

Был в Бутинском дворце журналист и писатель Джордж Кеннан, автор книги «Сибирь и ссылка», первоначально запрещенной в России, японский генерал Фукусима Ясумаса и японский адмирал Эномото Такэак. В 1891 году почтил визитом сад наследник Цесаревич Николай.

Садоводство стало для Татьяны Мауриц не просто хобби. Она вела переписку с русским биологом и селекционером Иваном Мичуриным, делилась с ним семенами, а статьи её были опубликованы во многих журналах по садоводству и огородничеству. В 1902 году Мауриц добилась статуса члена-корреспондента Русского общества садоводства.

От шишек до сочных арбузов

У Бутиной в саду росло более 90 наименований деревьев, кустарников и цветов. В «Юбилейном справочнике журнала «Плодоводство» за истекшие 1890-1914 годы» оранжерея и сад описывались так:

«Привязалась всей душой к цветоводству и садоводству. В труде этом находит развлечение и интерес. Развела от семян в своём саду много кустарников и древесных пород: облепиху - она растёт в Иркутском округе; теперь Татьяна Дмитриевна с этого кустарника собирает каждую осень в сентябре спелые ягоды, белую сирень - их она собрала на Амуре, по реке Бурее, а теперь имеет более двух десятков больших кустов, прекрасно цветущих в июне; семена созревают в сентябре, амурский климатис - даёт тенистую живую красивую изгородь, цветёт с июня до сентября. Из семян Татьяна Дмитриевна вырастила десятка два елей. Они в августе дают вполне зрелые шишки. Делала опыты посева семян местных пород, а именно: яблони, черёмухи, персика (абрикоса), тараножки, смородины разных сортов, малины, шиповника, акации жёлтой, боярки и разных сортов тавиложника. Породы тальника почему-то от семян не всходят, их приходится разводить черенками. Все вышесказанные растения по мере роста рассаживаются по лужайкам и аллеям сада. Года два назад Татьяна Дмитриевна получила в апреле из Сызранского Отдела Императорского Российского Общества Плодоводства от Александра Воейкова четыре деревца культурной яблони и столько же вишни, которые тогда же были посажены в грунт. Летом они развили густую листву и свежие побеги. На зиму они были обёрнуты рогожами, а корни засыпаны сухой листвой и чернозёмом. Но, к сожалению, они не выдержали здешних морозов; к тому же зима была бесснежная, и деревца весною оказались засохшими. Огородные овощи всех сортов удаются здесь хорошо. Арбузы и дыни бывают порядочной величины, сладкие и сочные. Тыквы в хорошее лето бывают плодородны, на одну гряду в две квадратные сажени Татьяны Дмитриевны садит девять корней, осенью снимает с неё до двадцати и более штук. Некоторые из них достигают трёх пудов веса. Цветы садовые растут прекрасно. Цветут до десятого сентября, а более крепкие сорта и дольше».

Но Татьяна Дмитриевна жила не только садом, ей помогал брат Николай Бутин. «Все теплицы с тропическими растениями не миновали рук его. Он твёрдо знал название каждому растению. Сад постоянно орошается и теперь водой, которая с журчанием переливается по желобкам.. Если бы не настойчивые труды, если бы не любовь к произрастанию Николая Дмитриевича и Татьяны Дмитриевны, то не было бы этого чудного уголка в городе Нерчинске, этого сада с тенистыми аллеями, пирамидальными лиственницами, цветущей черёмухой, яблонь и прочих деревьев, роскошными клумбами всевозможных цветов, громадным огородом, теплицами», - писал редактор газеты «Нерчинская жизнь» Александр Зензинов.

Первоначально сад был доступен для местных жителей, воспитанники городских училищ приходили туда, чтобы готовиться к урокам или поиграть на лужайках. Но после смерти Михаила Бутина в 1907 году сад закрыли для публики и выставили охрану. Такие меры пришлось предпринять якобы «против всё тех же гимназистов, которые ранее имели свободный вход, делали непристойные надписи и мяли цветы».

Кроме своего сада, Бутины заботились о городском сквере, занимающем, по данным газеты «Сибирь», «три квадратных десятины».

«Они одни посадили деревья в нём, одни же и поддерживают: в 1876 году, например, им пришлось до 2 тысяч засохших деревьев заменить новыми», - писал журналист газеты. Горсад стал популярным местом отдыха, были устроены фонтан, беседки, скамейки, летний павильон, аллеи с соснами, берёзами и кустарниками. Летом кружок любителей музыки и литературы и заезжие гастролёры устраивали выступления, играл духовой оркестр.

Но городской сад в пору торгового кризиса в Сибири и сложной финансовой ситуации в делах Бутиных начал приходить в упадок. «Сад пустует: неохотно собирается публика, разве только заглядывают и бродят, как тень, потому что совершенно некуда деваться. Никому не придёт мысль оживить этот сад как публичное место какой-либо музыкой или хотя бы граммофоном», - писал нерчинский корреспондент газеты «Байкал» в начале двадцатого столетия.

После этого городское управление взялось за участок и начало облагораживать территорию - насаждать деревьями, поливать, создавать уют, потому что в городе больше не было мест для отдыха. Были поставлены скамьи, хотели там сделать колодец, но как решился этот вопрос история не знает.

Когда все близкие родственники уже умерли, Татьяна Дмитриевна в одиночку боролась с властями, судилась и пыталась опротестовать завещание брата, решившего оставить часть состояния Нерчинску. Сестре этого сделать не удалось, во время революции её выселили из сада, и он всё же стал достоянием нации.

В её доме сначала устроили детский сад, затем столовую. В итоге он сгорел. Татьяна Дмитриевна ютилась одна в домике неподалёку от сада, где и умерла. Приходила только служанка Вера Клочихина, работающая у соседей - купцов Рыжковых, приехавших в начале века Нерчинск из Одессы. Бутина перед смертью подарила своей помощнице 100 рублей и шубу из австралийского кенгуру – это всё, что у неё осталось.

Умерла Мауриц на 88-м году жизни 29 января 1924 года. Когда-то роскошная «знатная дама» была тихо похоронена на городском кладбище. Могила оказалась никому не нужна, поэтому вскоре и вовсе сравнялась с землёй. И сейчас никому точно неизвестно, где покоится творец великого сада.

Советский шик

В XX веке здания складов и конюшен были переделаны, уничтожены мавританская беседка, оранжерея, фонтаны, теплицы, исчезли статуи из сада и декоративные вазы, ограждения вместе с большей частью чугунных пролётов. Деревья в саду вырубили во время Великой Отечественной войны, часть их уничтожило молниями. На месте сада был организован городской парк, засаженный обычными тополями и акациями, с летним кинотеатром, эстрадой, аттракционами и киосками, коммунистическими статуями - Ленина, Сталина, Ворошилова, женщины с веслом и рабочих.

На территории городского сада появился стадион. Когда-то напротив размещалась усадьба Алексея Рыжкова и сад - на его месте возвели помещения Производственно-монтажного комплекса. Сквер у Казённого винного склада сначала разделили на две части железной дорогой, а к началу 2000-х годов и вовсе вырубили.

Необходимость в городском парке у гостей и жителей Нерчинска оставалась. Журналист Зензинов в своей газете «Нерчинская жизнь» ещё 113 лет назад, написал о мечтах иметь хороший горсад, и слова до сих пор не потеряли актуальности:

«А приятно было бы, и даже полезно, если бы дети раннего возраста собирались в летнюю пору в городском саду под присмотром старших или нянек. Это бы имело и воспитательное значение для детей и, кроме того, не у всякого при доме есть то, что ребёнок находит в саду: свежую зелень, прохладу. И не роется в песке или пыли, а играет на зеленушке, находит себе товарищей по себе и незаменимо делается общительным, так как приятно и всецело проводит время в кругу таких же малышей, как и он сам. Он, делаясь старше, незаметно свыкается с тем обществом, в котором он ежедневно вращается, и потом будет сам искать это общество. Таков уж закон природы – из такого ребёнка потом выработается уже не дикарь, какими у нас бывают большею частью. Будучи взрослым, когда сама жизнь заставляет идти в общество, общительный человек в жизни много выигрывает: на людях и смерть красна. И приятно бы это было, и полезно для будущих деятелей, и после они бы нам сказали большое и большое спасибо, что мы об них благоразумно позаботились, сохранив их здоровье».

В саду Даурского Версаля. Наши дни

В 2015 году Нерчинский краеведческий музей выиграл грант Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко (крупнейший фонд в России, направленный на поддержку проектов в сфере культуры) на создание проекта «Нерчинская социальная сеть» - это серия баннеров, на которых видные деятели переписывались друг с другом по образу современных соцсетей. Проект не только повысил статус музея как организатора облика города, но и полюбился горожанам. Прошло полтора года, но вандалы баннеры не трогают. Продолжением темы, со слов замдиректора музея Александра Литвинцева, стало участие музея в фестивале городской среды с площадкой «Улица купеческая», где герои Сети играли с населением и гостями Нерчинска в культурные традиции. Это же позволило оживить заброшенные уголки города, где давно не проходило никаких мероприятий.

«Как показывает практика последних 2-3 лет, жители истосковались без уютного места для отдыха, поэтому с энтузиазмом относятся к разбивке скверов, газонов и цветников, установке лавочек и фонарей, уличным выставкам. Ещё лет 10 назад, когда мы попытались предпринять первые шаги по восстановлению всё того же парка, эта идея воспринималась в штыки и помощников нам не удавалось найти. Сегодня же одно только строительство фонтана на центральной площади вызвало массу положительных откликов», - рассказывает Литвинцев.

Отсюда родилась идея создания проекта «В саду Даурского Версаля», ставшего одним из 20 победителей закрытого конкурса «Культурная мозаика: партнёрская сеть», организованного Фондом Тимченко. В основе – восстановление заброшенного сада и дальнейшее введение его в полнокровную культурную жизнь города, включая организацию ежегодного фестиваля в стиле позапрошлого века. Благодаря собранным архивным данным и эскизам ландшафтных дизайнеров заброшенный парк начнёт превращаться в сад купцов и золотопромышленников Бутиных конца XIX века, а через 3-5 лет — в постоянно действующий интерактивный музей. В саду начнут работать арт-площадки, можно будет побывать на «Ярмарке старинных ремесел», появится спортивная зона с гимнастами, борцами, тяжелоатлетами, где все смогут попробовать свои силы.

Предлагаемый проект должен закрепить за Нерчинском звание культурной столицы Забайкалья, а само событие в перспективе, по расчётам организаторов проекта - приобрести серьёзный масштаб и стать одним из самых значимых не только в Забайкалье, но и на соседних территориях.

«В последние годы власти региона всё больше говорят о превращении Нерчинска, имеющего богатейшую историю, в один из ведущих туристических центров Забайкальского края. Поэтому нам нужны события, способные привлечь в город туристов. Ведущую роль в этом должны сыграть сами местные жители, общими усилиями которых и планируется реализовать данное начинание. Речь идёт о том, что горожане «присваивают» себе идею «Мы – жители культурной столицы Забайкалья» и становятся её проводниками, поэтому одна из задач первого этапа – хорошая PR-кампания, «внедрение» в головы жителей мысли, что это, прежде всего, нужно самим нерчинцам, а туристы станут следствием», - объяснил Александр Литвинцев.

Осенью и зимой 2016 года учащиеся школ и жители города сами убрались на территории бывшего Бутинского сада. Вывезти пришлось несколько машин бытового мусора. Деревья в саду высажены бессистемно, и, в основном, это либо сосны, либо какие-то кусты, разрастающиеся быстро. Складывается ощущение, что сад стал способом активистов поупражняться в общественной деятельности – ведь посадить дерево для многих кажется весьма полезным делом. Красоты это не приносит, портит грунт, да и близко посаженные друг к другу деревья не могут ужиться, отчего погибают.

Пока ландшафтными дизайнерами из Читы – супругами Морозовыми - разрабатывается проект будущей планировки сада с различными тематическими зонами: аллеями для прогулок, цветниками, участком редких и несвойственных Забайкалью растений, «аптекарским огородом», площадками для культурно-массовых мероприятий, детскими аттракционами.

У нерчинских музейщиков уже есть соратники – этот костяк сформировал координационный совет, который управляет проектом. В его составе есть городские власти, уже гарантированно заложившие в бюджет следующего года солидную долю софинансирования.

На реализацию первого этапа проекта - сентябрь 2016-го – сентябрь 2017 года - авторы уже получили от Фонда Тимченко 700 тысяч рублей. Столько же получат и на второй этап, если первый окажется успешным и найдёт отклик у горожан и тогда Нерчинск будет известен не только благодаря Бутинскому дворцу, но и саду, сохранившему историю.

Редакция выражает благодарность Нерчинскому краеведческому музею за предоставленные фотографии.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter