Алёна Мальтина, Ксения Зимина
Мечтала стать стоматологом, а стала швеей в родной Шилке
Человек труда — кто это? Просто человек, посвятивший жизнь профессии и служению людям. Или тот, кто мог организовать и повести за собой; а может, тот, кто добился определённых высот в ремесле? В первую очередь человек труда должен любить свою профессию, быть честным перед самим собой и людьми.
Совершенно случайно, когда мы в «Чита.Ру» искали достойных людей, наш фотограф Ксения Зимина рассказала о своей бабушке. Нина Ивановна всю жизнь отдала одной профессии и в сложное дефицитное время одевала десятки людей — шила для них одежду, которую нельзя было купить в магазине.
Совершенно случайно, когда мы в «Чита.Ру» искали достойных людей, наш фотограф Ксения Зимина рассказала о своей бабушке. Нина Ивановна всю жизнь отдала одной профессии и в сложное дефицитное время одевала десятки людей — шила для них одежду, которую нельзя было купить в магазине.
«МОЙ ТРУД — ЗАБАЙКАЛЬЮ» — СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ «ЧИТА.РУ» И РЕГИОНАЛЬНОГО ОТДЕЛЕНИЯ ПАРТИИ «ЕДИНАЯ РОССИЯ». МЫ РАССКАЗЫВАЕМ О ЛЮДЯХ РАБОЧИХ ПРОФЕССИЙ, ЧЕЙ ТРУД УВАЖАЕМ, ПОЧЁТЕН, НЕЗАМЕНИМ. А САМИ ОНИ ДОВОЛЬНЫ ДОРОГОЙ, КОТОРУЮ ВЫБРАЛИ, И ТВЁРДО СТОЯТ НА ЗАБАЙКАЛЬСКОЙ ЗЕМЛЕ.
Нина Ивановна Павлова родилась и выросла в городе Шилке. Мечтала стать стоматологом и после окончания школы поехала в Иркутск поступать в медицинский институт. Успешно сдала два экзамена, но потом поняла, что соскучилась по родным, и вернулась домой, пропустив последний экзамен. Так мечта осталась мечтой, а призвание нашлось в другом.
Будучи ещё школьницей, Нина Ивановна, как и другие старшеклассники, посещала учебно-производственный комбинат, где научилась шить, а после окончания школы вместе с аттестатом о среднем образовании получила удостоверение швеи второго разряда. Поскольку юная Нина не поступила в университет, нужно было чем-то заниматься. По счастливому стечению обстоятельств один из преподавателей позвал девушку работать в школу лаборантом, где Нина Ивановна проработала год — до своего совершеннолетия.
Имея удостоверение швеи второго разряда, в 1967 году восемнадцатилетняя Нина устроилась учеником в цех по пошиву верхней одежды на Шилкинский комбинат бытового обслуживания (КБО). Через год обучение закончилось, и девушку перевели на должность швеи.
— Нина Ивановна, а что такое комбинат бытового обслуживания?
— Сейчас таких уже и нет, наверное. Ну, это организация, как дом быта, только больше. Где разные производства, крупные и не очень: швейное, ремонтное, типографии были, мастерские разные, там и обучали, и работали. Вот в такой КБО я и пришла в 18 лет, швеёй.
— То есть вы пошли работать в большое ателье?
— И да, и нет (смеётся). Мы шили и большие партии одежды — для крупных предприятий, магазинов, заводов, и для людей шили, в частном порядке. Разница с ателье у нас была не только в объёмах, но и в том, что на КБО ткань поставляли. Был у нас снабженец, который следил за наличием, качеством материала. Из Читы привозили ткани и из других городов, были даже модные — джинса, отрезы драпа и кожа в кусочках, из импортных шили редко, в основном по спецзаказам или если люди со своим отрезом приходили.
Набравшись опыта в пошиве верхней одежды, в 1972 году от комбината Нина Ивановна отправилась в Читу учиться на закройщика. Вернувшись в Шилку через год с новым удостоверением, она уже заняла должность закройщика верхней одежды шестого разряда.
— После курсов быстро закройщицей стали?
— Практиковаться сразу начала, но первый блин вышел не очень. Тогда к нам из Дарасуна приехал важный человек и заказал пальто. Я сначала пыталась отказаться, но не вышло, пришлось кроить. Вроде всё правильно сделала и под присмотром начальницы, но, видимо, где-то ошиблась. Первый раз всё-таки. Ну, в итоге пальто сшили, а оно не очень получилось, и заказчик от него отказался. А раз такое дело, то кому-то нужно стоимость возмещать, вот и хотели с меня взыскать.
Не знаю, откуда тогда смелости набралась, но всё-таки возмутилась, что я только с курсов вернулась и меня ещё даже на должность закройщика не перевели, а уже деньги взыскать хотят. Всё хорошо разрешилось, и не взыскали ничего, и на новую должность быстро поставили. Ну а больше подобных ситуаций не было, и хорошо.
— Практиковаться сразу начала, но первый блин вышел не очень. Тогда к нам из Дарасуна приехал важный человек и заказал пальто. Я сначала пыталась отказаться, но не вышло, пришлось кроить. Вроде всё правильно сделала и под присмотром начальницы, но, видимо, где-то ошиблась. Первый раз всё-таки. Ну, в итоге пальто сшили, а оно не очень получилось, и заказчик от него отказался. А раз такое дело, то кому-то нужно стоимость возмещать, вот и хотели с меня взыскать.
Не знаю, откуда тогда смелости набралась, но всё-таки возмутилась, что я только с курсов вернулась и меня ещё даже на должность закройщика не перевели, а уже деньги взыскать хотят. Всё хорошо разрешилось, и не взыскали ничего, и на новую должность быстро поставили. Ну а больше подобных ситуаций не было, и хорошо.
Через какое-то время Нина Ивановна заняла должность бригадира. В бригаде было 6–7 человек, в основном швеи. На комбинате всего тогда трудилось 7 бригад, и у каждой своя специфика — шили платья, бельё и другую одежду. Была большая бригада шапочников, они отшивали формованные головные уборы на специальных колодках. И бригада мамочек, они работали только в дневную смену, поскольку у них были маленькие дети. Бригада Нины Ивановны занималась пошивом и реставрацией мужских костюмов, брюк, верхней одежды — пальто и курток.
— Нина Ивановна, а как строилась работа на комбинате? Шили как на конвейере?
— Нет, каждая швея своё изделие шила полностью, ну а бригадир-закройщик, то есть я, должен был произвести полный раскрой и обеспечить сотрудников работой.
— Много успевали сшить за рабочий день?
— Я шила обычно 2,5 куртки за смену, ну и кроила, конечно, для работниц своей бригады.
— Нет, каждая швея своё изделие шила полностью, ну а бригадир-закройщик, то есть я, должен был произвести полный раскрой и обеспечить сотрудников работой.
— Много успевали сшить за рабочий день?
— Я шила обычно 2,5 куртки за смену, ну и кроила, конечно, для работниц своей бригады.
Работать на комбинате приходилось много, но и зарплаты были хорошие — закройщикам и швеям отдавали до 75% от общей стоимости заказа. Это была самая высокооплачиваемая работа.
— Заказы всегда были? Или приходилось самим искать?
— Всегда, в советское время люди много шили, в магазинах купить одежду было сложно, поэтому спасали швеи. Шили по фотографиям, вырезкам из журналов или просто по рисункам. Часто даже в командировки на день отправляли в районы и деревни. Если закройщика не было в районе, то ездили только кроить. Если и швей нет, то снимали мерки, а шили у себя на комбинате, потом изделия обратно отправляли. Иногда в районы выезжали замерщики, набирали заказы, а потом нам в работу передавали.
— Всегда, в советское время люди много шили, в магазинах купить одежду было сложно, поэтому спасали швеи. Шили по фотографиям, вырезкам из журналов или просто по рисункам. Часто даже в командировки на день отправляли в районы и деревни. Если закройщика не было в районе, то ездили только кроить. Если и швей нет, то снимали мерки, а шили у себя на комбинате, потом изделия обратно отправляли. Иногда в районы выезжали замерщики, набирали заказы, а потом нам в работу передавали.
В советское время ставили большие планы по пятилеткам, и их нужно было выполнять. Один раз бригада Нины Ивановны выполнила норматив, отведённый на 5 лет, за 4 года.
— А были какие-то привилегии за опережение графика?
— Всю бригаду тогда наградили грамотой «лучший по профессии». Тогда это была не просто бумажка, а документ. Такая грамота была как знак признания и уважения, и даже запись о её наличии в трудовую книжку делали.
— А были какие-то привилегии за опережение графика?
— Всю бригаду тогда наградили грамотой «лучший по профессии». Тогда это была не просто бумажка, а документ. Такая грамота была как знак признания и уважения, и даже запись о её наличии в трудовую книжку делали.
После этих слов Нина Ивановна подошла к серванту и достала большую папку с благодарностями, грамотами и газетами, которые много лет бережно хранит.
Рассматривая её содержимое, она начала рассказывать:
Рассматривая её содержимое, она начала рассказывать:
— Это я ездила в составе делегацией от комбината на областную пресс-конференцию, тогда про всю мою бригаду напечатали в газете.
— А вот эта фотография висела в галерее почёта возле Шилкинской администрации, там размещали передовиков района. Тогда же, 1975 году, меня внесли в книгу почёта комбината.
Кроме этого, Нина Ивановна рассказала, что была членом райкома от КБО и на важных совещаниях докладывала о работе бригад, отчитывалась об успехах.
— Нина Ивановна, а есть у вас награды, которыми особенно гордитесь?
— Есть, — открывая небольшую коробочку, произнесла наша героиня. — Это орден трудовой славы третьей степени, я его получила в 1981 году. Его из Москвы прислали. Не знаю, правда или нет, но когда вручали, сказали, что по Шилкинскому району только у меня такой.
— Есть, — открывая небольшую коробочку, произнесла наша героиня. — Это орден трудовой славы третьей степени, я его получила в 1981 году. Его из Москвы прислали. Не знаю, правда или нет, но когда вручали, сказали, что по Шилкинскому району только у меня такой.
Больше 25 лет проработала Нина Ивановна на комбинате бытового обслуживания. В 1992 году предприятие стало приходить в упадок, а оставаться без работы было никак нельзя. Старшая дочка тогда училась на последнем курсе мединститута, а у младшей уже своя дочка родилась, и тоже нужно было помогать. Поэтому, не дожидаясь закрытия комбината, Нина Ивановна перешла работать в детский дом. Там шила одежду для ребят и заказы от людей принимала, как в ателье. А через 7 лет пошла работать в школу, в новый цех кройки и шитья, где также продолжала шить детям и на заказ.
— Получается, на пенсию ушли уже из школы?
— А я не ушла на пенсию (смеётся). Официально я проработала швеёй 39 лет, и да, из школы ушла на пенсию, но шить продолжаю. В юности всю семью и подруг обшивала, и сейчас ничего не изменилось, разве что дефицита одежды и тканей нет, шью для души.
— А я не ушла на пенсию (смеётся). Официально я проработала швеёй 39 лет, и да, из школы ушла на пенсию, но шить продолжаю. В юности всю семью и подруг обшивала, и сейчас ничего не изменилось, разве что дефицита одежды и тканей нет, шью для души.
— А дочки ваши по стопам не пошли?
— Нет, у них свои интересы. Но старшая шить умеет.
— Нет, у них свои интересы. Но старшая шить умеет.
— Нина Ивановна, а можете что-нибудь пожелать читателям?
— А что пожелать? Наверное, чтобы жили хорошо и не болели, чтоб дети, внуки любили. Чтобы с настроением жили, и тогда всё получаться будет.
— А что пожелать? Наверное, чтобы жили хорошо и не болели, чтоб дети, внуки любили. Чтобы с настроением жили, и тогда всё получаться будет.
Партнёрский материал.
Прочитать другие тексты проекта «Мой труд — Забайкалью» можно здесь.
Просмотров: 2520
1
trans-baykal
14 ноября 2021, 23:45
Читать все комментарии
Читайте также
Информация о возрастных ограничениях в отношении информационной продукции, подлежащая распространению на основании норм Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию».
Некоторые материалы настоящего раздела могут содержать информацию, запрещенную для детей.