Зачем в Забайкалье объявили Год объектов культурного наследия

Аягма Ванчикова

Ксения Максименя

«Чита.Ру» совместно с правительством региона в Год объектов культурного наследия реализует проект, направленный как раз на освещение проблем ОКН. В рамках этого проекта мы снимем серию «Редколлегий», подготовим несколько десятков проблемных публикаций и проведем в нескольких районах края круглые столы, посвященные проблемам ОКН. Эти мероприятия пройдут в городах, где таких объектов особенно много: в Нерчинске и Сретенске, в Петровск-Забайкальском и Чите. Кроме того, Shkulev Holding (в состав которого входит «Чита.Ру») разработает и запустит на созданном нами сайте «Энциклопедии Забайкалья» каталог ОКН.

Курирует реализацию мероприятий, приуроченных к Году ОКН, вице-губернатор Аягма Ванчикова. Именно она стала нашим собеседником в первой «Редколлегии», посвященной объектам ОКН в Забайкальском крае. Компанию нам составила заместитель директора краеведческого музея Ксения Максименя.

Гуляя по Чите, только и успевай вертеть головой и наслаждаться видом архитектурных шедевров, которые стали современниками великих людей и событий. Например, на Января, 35, находится историческое здание — дом городского главы Хлыновского, который построили в начале XX века. Его можно назвать одним из красивейших зданий города. Замысловатый фасад, лепнина, чугунные узоры балконов — настоящее великолепие. Но, к сожалению, строение также претендует на звание символа проблем объектов культурного наследия. Сейчас его исторический облик дополнили пластиковые окна и оранжевая краска, покрывающая вековой кирпич.

Куда ни глянь, памятник архитектуры с особенной историей. Так, двухэтажное здание необычного салатового цвета на пересечении Амурской и 9 Января когда-то было первым кирпичным домом Читы. Связан он с интересным человеком — Петром Бадмаевым, про которого, как говорит Ксения Максименя, можно снять приключенческо-исторический фильм.

Братья Александр и Петр Бадмаевы были вхожи в императорскую семью. Петр даже был крестником Александра III, а еще активно продвигал идеи по развороту России на восток.

Многие его предложения получали хорошее финансирование. Например, в вышеупомянутом здании действовала кооперативная бесплатная столовая для бедных, также он выпускал первую в Забайкалье газету — «Жизнь на восточной окраине». Он занимался популяризаторской деятельностью, благотворительностью, внедрял новаторские идеи. Его вклад в развитие края сложно недооценить. Так что же будет с домом Бадмаева, при взгляде на фасад которого можно лишь с грустью вспоминать его былое величие? Этого, к сожалению, пока не знает никто.

— В 4-м квартале 2024 года подводили итоги Года науки в Забайкальском крае. Именно тогда родилась идея о необходимости обратить внимание на проблемы объектов культурного наследия. Во время «Прямого разговора» с губернатором жительница Нерчинска задала вопрос о необходимости восстановления памятников архитектуры в городе, в частности Бутинского дворца. Выходит, что запрос от населения есть. Александр Михайлович уже во время мероприятия анонсировал, что 2025-й будет посвящен проблемам охраны, популяризации, восстановления объектов культурного наследия края

2025-й в Забайкальском крае объявлен Годом объектов культурного наследия (ОКН). Причина — на поверхности: в регионе таких объектов около 6000, более 200 из них — памятники федерального значения, свыше 600 — регионального. С большинством памятников сплошные проблемы, а часть зданий из перечня ОКН многие хотели бы просто снести.

Предполагается, что широкое освещение этой тематики в 2025 году позволит не только привлечь внимание к проблемам ОКН, но и подобрать решения, позволяющие более динамично менять ситуацию.

— Этот дом — реклама проблем нашего региона. Квартал, в котором мы находимся, в конце XIX — начале XX века был самым фешенебельным из-за каменной застройки. Здесь массово селились купцы, недалеко была Старобазарная площадь. Сейчас состояние каменных памятников зависит в том числе от того, кто в них вселился. У госструктур зачастую нет средств на восстановление домов. Есть объекты вообще бесхозные. Состояние дома Хлыновского достойно съемки в фильме ужасов. Изначально оно было 2-этажным, скорее всего, в 60−70-е красивый купол снесли и надстроили еще один этаж. У здания большой потенциал, сохранились кованые решетки балконов с великолепными жар-птицами, лепнина в виде барочных розеток. Но мы видим, что оконные рамы утрачены, на окнах установлены непривлекательные решетки.

Кроме того, на части здания можно увидеть оранжевые выкрасы: видимо, компании, занимающие здесь помещения, пытались как-то улучшить внешний вид, очевидно, что хотели сделать быстро и дешево. Но всё это должно было согласовываться с контролирующими органами. Не должны кондиционеры висеть на историческом здании, провода. Это образец того, как делать не надо.

Складывается впечатление, что вопрос, есть ли шанс у таких зданий вернуть былое великолепие, звучит риторически. Однако взгляды экспертов можно назвать оптимистичными.

— Мы сейчас подходим к кварталу, где будут реализовываться большие проекты через оператора «Дом.РФ» по восстановлению облика объектов культурного наследия. Через продажу третьим лицам, которые обязуются восстановить здание. Это федеральная программа, Забайкалье вошло в пилотный проект.

Наш план реализации проекта года ОКН состоит из нескольких частей. Это научно обоснованный подход, который позволит выявлять новые объекты, популяризация, подразумевающая работу с подрастающим поколением, разработка туристических маршрутов, которые привлекают внимание к памятникам культуры.

Музейный форум «Место силы» — часть мероприятий, посвященных году ОКН в Забайкалье. На него приехали ведущие реставраторы со всей страны. Например, своим опытом поделились создатели известного в Иркутске 130-го квартала. Такой нетворкинг позволил провести дискуссию, обменяться идеями, отметить те, что можно будет применить для сохранения важных строений края.

Такой нетворкинг позволит провести дискуссию, обменяться идеями, отметить те, что можно будет применить для сохранения важных строений края.

Аягма Ванчикова

Ксения Максименя

— Вообще, Амурская — самая старая улица Читы. Раньше она называлась Почтовой, в некоторых источниках — Трактовой. (На сайте «Энциклопедия Забайкалья» есть большая статья про старые улочки Читы). На нее заходил Московский тракт, и, когда разрабатывали план Читы, Амурская стала улицей, от которой пошел отсчет. Все остальные были либо параллельны, либо перпендикулярны ей. На ней множество исторических домов, и ни один из них особо не благополучен, разве что здание, где сейчас находится училище искусств, в более-менее хорошем состоянии, хотя вопросы к цвету покраски у меня есть. Но оно всё равно довольно симпатично выглядит. Вот рядом здание, однако собственник вставил в него совершенно неисторические двери.

Ксения Максименя

— Восстановление объектов ОКН — это вопрос повышенного контроля со стороны властей. Владельцы зданий должны понимать, что не могут делать с историческими памятниками всё что угодно. Но за этим, конечно, нужно следить. Во время мероприятий Года культурного наследия создается сообщество, люди знакомятся, находят партнеров. Например, к нам на форум приехали опытные реставраторы, происходит налаживание связей и актуализация многих проблем.

По словам Андрея Козлова, важно поднимать вопросы о том, как собственникам следует обслуживать памятники архитектурного наследия, о том, кто должен выдавать разрешения на установку дверей, решеток, кондиционеров. Хотелось бы, конечно, привести исторический центр в первозданный вид, ведь именно он зачастую становится магнитом для туристов и местом для расположения бизнеса гостеприимства.

«Любая свобода превращается в колхоз», — говорит Андрей Козлов, глядя на пестрые разномастные вывески на исторических зданиях. Эту аляповатость, кстати, можно при желании обуздать: примером продуктивного подхода делится Ксения Максименя, рассказывая, что власти Рыбинска обязали предпринимателей сделать вывески на зданиях в едином стиле.

Еще один объект, которому стоит уделить внимание, — пассаж легендарного иркутского купца Второва. Александр Федорович имел  большое количество разных фабрик. Отделения базировались в Томске, Иркутске, Барнауле, Бийске, Чите, Верхнеудинске, Троицкосавске, Сретенске, Екатеринбурге. Во всех этих городах находились пассажи Второва, в которых предприниматель продавал то, что производил на своих фабриках: от булавок до повозок.

Здание можно назвать уникальным: построено в стиле модерн, уже тогда перекрытия в нем были бетонные, а панорамные окна привлекали к себе внимание. Пассаж Второва хорошо сохранился, внутри — высоченные потолки, красивейшая старинная лестница. Занимают площади памятника архитектуры офисы коммерческих компаний и государственных учреждений. Есть ощущение, что объект культурного наследия начинает терять в глазах горожан свою историческую ценность, былое величие.

Одни объекты культурного наследия в Чите выглядят неплохо, другие сильно разрушены, облик третьих уродуют пластиковые окна, рольставни и цветастые вывески. Кто-то скажет: «Нужно всё это снести и построить новое». Однако памятники архитектуры — это летопись края и города. Хотим ли мы жить в окружении однотипных прямоугольных коробок или всё-таки желаем видеть красоту, индивидуальность и душу зданий, когда ходим по городу?

В зеленом деревянном здании в стиле а-ля рюс на Анохина расположился Центр охраны и сохранения объектов культурного наследия Забайкальского края. Яркий фасад, повторяющиеся элементы в оформлении окон, дверей, башен крыши — настоящая архитектурная симфония. А внутри на потолках сохранилась чудесная роспись.

О том, чем занимается центр, рассказала его директор Ольга Ян-Мина:

— Если в общем — сохранением объектов культурного наследия. В рамках государственного задания мы делаем исторические справки, то есть работаем в архиве и готовим документацию по каждому объекту, делаем определение предметов охраны, в соответствии с федеральным законом у каждого дома-памятника, ну и даже и памятника археологии, есть свои предметы охраны, то есть это те особенности, которые необходимо сохранять при его ремонте, реставрации, приспособлении.

Делаем границы территории памятников архитектуры и археологии, хотя с последними дела обстоят сложнее. Нужно проводить археологические работы. Естественно, что финансирования у нас нет. Но это не только проблема нашего региона, это проблема всей страны. То, что у многих ОКН отсутствуют территории.

Кроме того, центр занимается популяризацией объектов культурного наследия. Например, к 100-летию Великой Октябрьской социалистической революции здесь создали такой каталог памятников Гражданской войны и революции, которые находятся в Забайкалье. Еще одним большим трудом сотрудников центра стал альбом «И прошлые волнуют времена». В нем находятся фотографии и краткие исторические сведения об объектах культурного наследия, которые относятся к памятникам архитектуры.

Все проблемы, связанные с ОКН, за год не решить. На примере дома владелицы ювелирного магазина Леи Бард, восстановлением которого сейчас занимается предприниматель Аладдин Мамедов, удалось выяснить, что такие работы обойдутся в сумму около 30−35 миллионов рублей. И это одно небольшое здание в Чите.

Однако популяризация важности сохранения памятников архитектуры так или иначе начинает возрастать. Год объектов культурного наследия — отличный повод, чтобы привлечь внимание к проблемам и к пониманию того, что можно сделать, чтобы скорректировать ситуацию с ОКН. К сожалению, они часто никому не нужны: ни государству, ни региону, ни чиновникам, ни собственникам, и у многих этих зданий очень печальная судьба. Но всЁ-таки есть надежда, что в скором времени ситуация начнет меняться: сейчас, например, работы над некоторыми объектами ОКН под руководством Александра Осипова уже начали.

Дом купчихи Марии Дионисьевны Игнатьевой был построен для нее мужем по проекту, созданному в 1903 году. С 1991 года здание занимает Центр охраны и сохранения объектов культурного наследия Забайкальского края. Сейчас он находится в федеральной собственности.