Есть два завода, на очереди — склад Ozon и заправка: как бывший железнодорожник изменил жизнь в Петровске-Забайкальском

Построил СТО, потом один небольшой завод, следом — второй. Рядышком хочет поставить склады для Wildberries и Ozon. Так просто и слегка смущаясь, описывает свой путь предприниматель Владислав Иванов в Петровске-Забайкальском. Он здесь родился, женился, растит детей. Забайкалец 15 лет проработал на железной дороге, а затем решил попробовать свои силы в собственном деле. Он рассказал, как всё закрутилось и чем в конечном итоге помогло родному городу и району.

— Я железнодорожник — 15 лет отработал от монтера пути до заместителя начальника Петровско-Заводской дистанции пути. В 2018 году уволился, построил СТО. Потом начал брать спецтехнику, заниматься строительством. С 2019 года стройками занимаемся, контракты выполняем, после паводков мосты ремонтировали, дороги делаем в районе. Есть свой железнодорожный тупик, предоставляем услуги по отгрузке угля на СУЭК (одна из крупнейших угольно-энергетических компаний мира. — Прим. ред.). Еще мусоровозы сдаю «Олерону».

— Почему вы решили уволиться с железной дороги и заняться всем этим?

— Уже 15 лет работал, подумал: хватит, что-то надо менять.

— До этого какой-нибудь предпринимательской деятельностью занимались?

— Нет. Уволился, и сразу началось: взял в аренду старое здание, ребят набрал, стали делать машины. Потом построил свое СТО с магазином и автомойкой. Сейчас отдал его в аренду, потому что не могу бегать, заниматься и тем, и тем. Занимаюсь только строительными работами.

— Почему решили открыть именно СТО?

— Потому что его не было в Петровске-Забайкальском. Всё делали в частных гаражах. Еще машин в городе появилось много — по две машины в семье.

— Давно открыли заводы?

— В прошлом году бетонный завод запустил. Газобетонный планирую в этом году, он уже стоит. Ждем специалистов из Барнаула, которые обучат сотрудников. Всего штат у меня 58 человек вместе со всеми водителями и трактористам. Мы занимаемся строительством и по госконтрактам, и для частных лиц.

— Что будете производить на втором заводе?

— Легкие и маленькие газоблоки, из которых строят дома.

— Какая будет производственная мощность?

— 40 кубов в сутки. Это 40 палет — можно почти сразу целиком дом построить одноэтажный. Мы уже договорились с людьми о строительстве гаражей и домов. Много заказов из Бурятии. В Красночикойский, Хилокский и Петровско-Забайкальский районы возят же из Улан-Удэ. Это накладно, его не увезешь на маленьких машинах, логистика стоит дорого. А у нас своя техника, мы будем сами доставлять.

— Технику вы купили вместе с этим заводом или до этого?

— Раньше. У нас 16 единиц техники: самосвалы, тягачи, тракторы, экскаваторы, погрузчики, краны.

— Кому продаете бетонные блоки с завода?

— Бетон продаем в СУЭК. Сейчас подрядчики приехали из Красноярска в поселок Тарбагатай, делают железнодорожную подстанцию. С ними тоже работаем, возим бетон. Блоки местные жители покупают, еще железобетонные кольца под септик. Для СПК «Якутск», которые зашли вместо ЗабТЭКа, раньше мы возили лотки под теплотрассу из Улан-Удэ, теперь делаем сами.

— Для первого бизнеса вы брали кредит?

— Да-да, брали кредит для строительства СТО 3 миллиона. Выплатили уже, но у нас техника в лизинге. Бетонный завод мы покупали за свои деньги в Благовещенске от китайского завода. Газобетонный тоже на свои — уже на Алтае, от российского производителя.

— Как вы решили переключиться на строительство?

— Потому что построил СТО и понравилась стройка. Я нанимал ребят, но еще сам работал на кране, на самосвале, на тракторе.

— Трудно было решиться открыть свое дело?

— Конечно. До сих пор очень трудно. Самая большая проблема — с рабочими коллективами, с рабочими руками.

— Это тоже местные?

— Все местные, из города и ближайших поселков. Вахтовиков нет. Водители, механики, трактористы, машинисты, автокрановщики. На бетонном заводе у меня восемь человек работают, и на газобетонном будут четыре человека.

— У вас с ними есть какая-то договоренность?

— Нет. Мы выходили к ним с предложением. Нам сказали, что они рассмотрят варианты, когда склад будет готов под отопление, под освещение, с пожарной сигнализацией. Один на 1200 квадратов, второй — на 2000 квадратов. Думаю, к сентябрю всё сделаем.

— Сейчас известно, какая у них логистика?

— Сейчас они возят до Улан-Удэ или до Читы. К нам, в Чикой и Хилок уже везут маленькими грузовиками. Если что-то крупное заказываешь, нужно забирать самому. Думаю, им будет удобнее привозить всё сразу большими машинами, а не везти в Улан-Удэ и там перетасовывать.

— Они вообще давно в город зашли?

— Второй год.

— Вы не хотели переехать?

— Нет. Я сам родился здесь, у меня супруга здесь родилась, дети. Куда ехать? Где родился, там и сгодился. Я никуда точно не собираюсь уезжать.

— Какая у вас была мотивация, когда решили открыть свое дело? Не захотели зависеть ни от кого?

— Скорее всего, да. Решил попробовать, может быть, справлюсь. Пока справляюсь. Району часто помогаю. Для СВО помогаем и от организации, и от семьи — недавно отдали машину высокопроходимую, которую я покупал для рыбалки.

— Дети пока в школе учатся?

— Да, старшая девятый класс окончила, младший — первый класс. Старшая по плаванию спортсменка, у нее много медалей и грамот. Сын занимается на лыжной базе.

— Дочка планирует куда-нибудь поступать, уезжать?

— В медицинский хочет. Думали про Москву. Но вообще она во Владивосток хочет. Посмотрим.

— Вы потом хотели бы, чтобы она вернулась домой?

— Не знаю. Я считаю, что президент наш верно говорит, что развитие Дальнего Востока идет. Это, наверное, Петровск-Забайкальский еще не задело. Мы ездили отдыхать во Владивосток, на Камчатку — там видно это развитие. Думаю, что Забайкальский край тоже начнет развиваться. Может, какие-то инвесторы к нам зайдут. Конечно, хотелось бы, чтобы дети продолжали то, что мы начали. Но где уж захочет, там и останется.

— Супруга у вас чем занимается?

— Ирина работала в районной администрации в образовании. Когда я начал бизнес, понял, что одному тяжело заниматься еще финансовыми документами. Я сам больше производственник. Попросил, она уволилась. Теперь директор организации «Тимян» — это имена детей Тимура и Яны.

— Как вы думаете, как можно было бы привлечь жителей в район?

— У нас в Петровске-Забайкальском сейчас ничего нет, кроме железной дороги и частных организаций. Когда был металлургический завод, большое предприятие, было много народу. Было бы производство, может быть, люди бы оставались, приезжали работать.

Еще негде учиться сейчас здесь — в Петровске. Раньше я сам оканчивал колледж на сварщика после 11-го класса, а потом уже Забайкальский железнодорожный институт. Раньше учили на всех. А сейчас в колледже нет сварщиков и токарей, потому что не идут учиться.

Все уезжают на вахты в другие города, но в принципе зарплаты у нас те же самые, что в больших городах. Ребята у меня получают не меньше, чем в Иркутске или Чите. Просто отношение, наверное, к рабочим надо нормальное. Мы увольняем только за пьянки.

— Что бы вы посоветовали тем, кто уезжает. Можно их как-нибудь удержать?

— Многие из моих знакомых уехали. И мне кажется, что они очень хотят обратно. Большой город — большие потребности. Ехать туда с кредитами смысла я не вижу. Берут квартиры в ипотеку, получают зарплату и всё отдают банку. Для чего бы уезжать, когда всё было здесь? Надо было уезжать, когда было 20 лет, после армии. А сейчас смысл уже, пятый десяток, куда уезжать? Многие предприниматели говорят, что нет рабочих, но я сегодня не нуждаюсь в работниках, вакансий свободных нет.

Те, кто работает сейчас, не хотят уходить. У новых испытательный срок, всему учим. Тех, кто не хочет работать, сразу видно. Своих трактористов я сам выучил в Бурятии, они со мной уже пятый год. Когда купил большой кран, была проблема в том, чтобы найти сотрудника. Можно сказать, с железной дороги переманил его.

— А какие дальше у вас планы?

— У меня цель построить хорошую круглосуточную заправку с небольшим кафе в городе. Второй год делаем документы.

— Там очень много экспертиз, да?

— Очень. Есть экологическая экспертиза, потому что мы в Байкальской зоне находимся. Проект мы сделали в прошлом году, провели общественные слушания, дизайнеров из Санкт-Петербурга нанимали. Мы даже спецодежду для операторов купили. Но до сих пор не можем начать, ждем разрешения. В прошлом году нам отказали, потому что 28 ноября у нас не стало города, а стал округ, и нам всё зарубили. Я ездил, объяснял, что мы всё по закону сделали, но слушать не стали. Но я всё равно построю ее.

— Сейчас ближайшие заправки где находятся?

— В центре города есть, на федеральной трассе. Но 30% населения ездят в Бурятию за 40 километров заправляться в «Роснефть». С ним и расход меньше, и машина ведет себя лучше. Потому что в городе качество бензина и дизельного топлива не соответствует требованиям. Я сам заключил договор с Ангарским нефтеперерабатывающим заводом «Роснефти» и вожу себе дизельное топливо для спецтехники. 2−3 раза в неделю бензовоз ходит в Ангарск заправляться.

— Возводить ее долго будете? С момента получения?

— У меня всё для этого есть, только собрать. Бетонные, газобетонные блоки, люди, краны, машины. Мне бы дали отмашку, я бы до конца года ее поставил.

***

Владислав делает очень много, гордится результатом трудов и старается помочь своей малой родине. Скромен настолько, что в тексте не оказалось его фотографии. Но во всем чувствуется, что он человек дела с сильной волей. У которого в запасе еще множество проектов.