Жигжит Баясхаланов создал в Чите Академию креативных индустрий

Уроженец Забайкалья оружейник, скульптор Жигжит Баясхаланов живет в Москве, но приезжает в родной край два раза в месяц. И не только за тем, чтобы навестить родных и напитаться местом силы. Здесь вместе с правительством Забайкалья и ЗабГУ он развивает два проекта — Академию креативных индустрий и Академию литья. Зачем художнику, чьи работы выставляются в Третьяковке, проект за 6000 километров от Москвы, Баясхаланов рассказал редактору «Чита.Ру» Андрею Козлову. Ниже приводится отредактированная расшифровка «Редколлегии» от 10 сентября. — Креативные индустрии — это новое словосочетание, не все понимают, что это такое. А что это на самом деле? — Креативная индустрия и креативная экономика — это сегодня, наверное, два неразлучных понятия. Я считаю, что это правильная монетизация. Вот есть у нас художники, дизайнеры, мастера народно-художественных промыслов. Креативная экономика и индустрия дают возможность правильно это упаковать, правильно задать смыслы и позволяет поддерживать, продвигать художников. Я думаю, это основное направление. — Академия креативных индустрий — это подразделение в составе ЗабГУ? — Да, это, можно сказать, отдельная кафедра, где мы задаем совершенно другой уровень и наполняем новыми дисциплинами. Например, промышленный дизайн. Это одно из самых, наверное, недооцененных и сложных направлений дизайна. Потому что это все, что нас окружает. И я думаю, что это вызов для нас, для меня и для нашей команды. А с будущего года мы хотим еще классическую скульптуру. Я думаю, что это то, чего нет у нас в крае и не было. Это классическое искусство. — Промышленный дизайн — это ещё тот дизайн, который наполнен деньгами и заказчиками, особенно в Забайкальском крае. Я думаю, что это тоже актуальный на самом деле вопрос. — Тем более в России сегодня промышленность встает на новый уровень развития. И мы очень рады, что оказались в этом направлении, в тренде нашей страны. — А откуда вообще взялась тема про Академию креативных индустрий в ЗабГУ? Это ваша идея или к вам пришли и сказали: «Жигжит, ты такой классный и любишь Забайкалье, давай сделаем»? — Я думаю, что внимание к этому пришло через Ассоциацию бурятских оружейников, которую мы создали в Агинском округе. Три года ее реализуем, и, мне кажется, у нас очень хорошо получается, есть добрый отклик от наших земляков. И когда у тебя уже есть проект, когда ты уже набил определенные шишки и опыт, у нас как-то само получилось, что мы и с правительством, и с университетом… Я думаю, что идеи у всех на масштабирование есть. — А вы прямо набираете студентов на кафедру? — Да, уже второй поток набрали. — В прошлом году сколько училось у вас? — Двадцать пять. — И они остались? Или кто-то отсеялся? — Остались. Даже переводятся с других направлений. В этом году тоже 25 набрали. — А вы им преподаете? — Пока ещё нет. Сейчас мы на уровне становления и развития — закупки оборудования, подготовки цехов, мастерских. Поэтому я думаю, что задача директора сейчас всё поставить на рельсы. И в будущем, я думаю, начну давать мастер-классы точно. И будем сами развиваться. — А кто у вас директор? — Я. — Совмещаете административные функции с творческими? — Да. — То есть вы прямо приезжаете и на работу ходите в эту Академию или нет? — Я два-три раза в месяц прилетаю в Читу, потому что такие большие проекты издалека не делаются. Я живу на два города — Чита и Москва. — Сколько у вас преподавателей? — Преподаватели факультета культуры и искусств полным составом с нами работают. И мы привезли еще несколько художников в этом году, в том числе из Санкт-Петербурга. Мы привлекли наших земляков, девчонок, которые учились в Екатеринбурге на дизайнеров. И я думаю, что у нас будут усиления каждый год. Чтобы написать программу нового направления, такого как скульптура, промышленный дизайн, нужно время, можно сказать, рабочий год, когда есть время для заявки, для отработки, согласования в Министерстве образования России. Поэтому мы будем каждый год набирать новых преподавателей по новым направлениям. — А какие у вас студенты? Это художники или просто творческие ребята? — Это самые разные люди. Есть художники, есть выпускники разных колледжей, есть выпускники нашей оружейной школы. Мне очень приятно, что люди, которые у нас обучились, работают в нашей команде. На самом деле люди мало понимают, что такое высшее образование в сфере креативных индустрий. Но мы, как люди, которые дают эту информацию, понимаем, что это универсальные люди. Это будущие кураторы, будущие галеристы, руководители. Мне кажется, в будущем это будет норма, как юристы в крупных компаниях. Потому что сегодня бизнес без креатива не развивается. Любой продукт любой компании нужно правильно подать, правильно упаковать, не говоря уже о подборе цвета. И это могут делать только люди, которые прошли обучение, получили навыки разных дисциплин, начиная от керамики, живописи, рисунка. Вот у нас универсальный солдат. И в итоге они должны выйти, и они должны быть грамотными, чтобы это все описать, правильно информацию подать. Я считаю, что это очень полезное направление сегодня, потому что каждому бизнесу нужен свой креативный директор. — Насколько развита подготовка таких специалистов в других регионах ДФО? Есть такие кафедры, такие академии? — Да, в Республике Якутия. Это был сперва Университет культуры, ребрендинг произошел, переименовали в Университет креативной культуры и креативных индустрий Якутии и Арктики. Очень такой амбициозный университет, мы знаем и ректора, и проректора, сотрудничаем. — Были там уже? — Да, был, конечно. — И как? — Мы с Оксаной Олеговной [Мартыненко, ректором ЗабГУ] ездили, смотрели все площадки, вдохновились. Приятно, когда люди уже многое сделали и показывают свои результаты. — Очевидно, что вы художник федерального уровня. Вам не скучно постоянно возвращаться в регион, в академию, что-то создавать, продвигать? Почему вас сюда тянет? — Родина — это источник силы. С самого начала творчества я обращаюсь к национальной культуре. И я думаю, что набираюсь сил и развиваюсь. Говорят, нужно учиться каждый день и всю жизнь. Создавая Академию креативных индустрий, чтобы учить людей, ты должен в два раза больше учиться. И это возможность. Я в таком возрасте нахожусь, когда есть силы и энергия и уже есть какой-то опыт. И мне кажется, сейчас нужно делиться вовремя, пока есть силы, энергия, возможности. — Вы в это вкладываете не только своё время и душевные ресурсы, но и деньги? — Да, конечно, такие большие проекты требуют финансовых вложений. Иллюзий не было никаких абсолютно, что это будет легко и быстро. Я думаю, что длительные проекты этим и вдохновляют, что ты сейчас много работаешь, потом это будешь правильно курировать и вести дальше. Кроме того, мы осенью в промпарке «Кадалинский» запускаем проект «Академия литья», где будет у нас монументальное литье бронзы. Это отдельный проект промышленный. Мы там будем лить в тоннах бронзу, и наше оборудование позволяет отливать нержавеющую сталь. Это еще сложнее, это совершенно другие температуры. У нас 1 000 кв. м. Наше оборудование в промпарке уже стоит. Я думаю, до Нового года мы точно сделаем пусконаладку всего оборудования и начнем работу. У нас есть уже литейщики, они ждут моего приглашения физически приехать и начать работать в нашем цеху. Это будет совершенно новая индустрия литья для Забайкалья и для Дальнего Востока. Во-первых, мы хотим сделать красивую культуру производства. Мы понимаем, что мы большую часть времени проводим на работе, и это должно быть приятно. Мы вообще хотим развивать и промышленный туризм. Я считаю, что для Забайкальского края арт-индустрия, арт-направление имеет большой потенциал. — А откуда вообще идея с литейной мастерской в Чите? — Это моя мечта — создать большую мастерскую. Мы хотим арт-индустрию сделать, арт-революцию. — Для кого вы будете лить свои работы? Это просто ваше творчество или вы можете заказы какие-то принимать? — Это будет и моё творчество, и я уверен, что это интересно для всего Дальнего Востока. Потому что есть прекрасные литейные мастерские в Москве, Санкт-Петербурге, Ростове. Но в нашем направлении их мало. У меня есть друзья-художники, которые говорят: «Жигжит, мы готовы у тебя отливаться, потому что вы самые близкие, у кого будет литейная машина». И если мы будем делать качественную работу поверхности литья, правильную сборку, я думаю, что людям будет интересно. В любом случае мы ближе, чем Москва, для всего Дальнего Востока.