«Бабушка у меня миллион украла». Финалист «Голос 60+» — об изнанке популярного шоу

Виктору Зорину из Екатеринбурга 65 лет, в свободное время он подрабатывает Дедом Морозом и выступает на праздниках. В этом году Виктор Иванович занял второе место на «Голосе 60+». Когда он пел песню «Офицеры», Елена Ваенга впервые заплакала на шоу, а его наставник Игорь Корнелюк почувствовал сильную ностальгию, рассказывают наши коллеги из E1.RU. — Я вспоминаю себя в молодости, когда мы доставали джинсы. Когда тебе раздобудут их, ты не спрашиваешь, какого они размера, правда? Если маленькие, не налазят, я намыливал ноги. Если велики — берешь иголку и ушиваешь. А что делать? Каждый раз, когда мне говорят: «Выбирай», я впадаю в ступор, — засомневался тогда Корнелюк. Он единственный, кто повернулся к Виктору на этапе слепых прослушиваний — и не пожалел, ведь екатеринбуржец прошел в суперфинал. Сейчас пенсионер пишет патриотические песни и музыку, снимает видео. А еще он снимался в ТВ-проекте «Ты супер!» Мы поговорили с Виктором Зориным о том, как на самом деле устроено шоу «Голос» и не было ли ему обидно проиграть москвичке. — Виктор Иванович, как давно вы поете? В детстве начали или уже в зрелом возрасте? — Я музыкой давно занимаюсь, аранжировки и песни пишу, всё записываю сам, у меня на YouTube-канале клипов 40, наверное. Я и клипы снимаю сам. В школе музыкальной учился, но бросил, стал в футбол играть. Потом футбол бросил, начал на гитаре играть. В Чайковке (музыкальное училище имени Чайковского. — Прим. ред.) год проучился после армии. А в армии я в оркестре служил. Потом ушел, стал работать в филармонии, думал, я уже профессионал. И вот так ничего и не окончил до конца. Я из Екатеринбурга, но работал и жил много где: в Армении жил, в Узбекистане работал, в Казахстане, служил на Камчатке. Много где меня судьба побросала. — Вы до этого три раза пытались попасть на шоу «Голос». Почему не получилось сразу? — Первый раз приехал на кастинг, всё замечательно, они там чуть ли не подпрыгивали. Я там пел Never Let You Go (трек Димы Билана. — Прим. ред.). А там старички-то все романсы поют, всякую такую блуду. Они сказали: «Ой, как круто, как классно, мы вам позвоним, но может быть и нет, еще телевизионщики отсмотрят». Они посмотрели и не перезвонили. Кастинг я прошел, а вызвать меня не вызвали. Я на следующий год опять туда, слепые прослушивания у меня на второй день были. Там у них оставалось три места во второй день. Короче, не повернулись они, пел я Confessa (песня Адриано Челентано. — Прим. ред.) Ладно, думаю: «Чего меня по телевизору не показали» — и по новой туда. Это уже третий раз. Всё, опять меня на второй день ставят. Последнее место оставалось, ну думаю: «Сейчас тетенька споет». Она вышла и как запела! И я понял — это всё. Она пела шикарно, жюри не могло не повернуться. А в этот раз всё случилось, и я в суперфинал попал. — Я бы руки опустила, но вы не сдались — пошли в четвертый раз туда. — Ну я вас умоляю. А что делать, бухать, что ли? Нет, я занимаюсь музыкой давно. Мне 65 лет, но я еще бегаю и скачу, как сайгак. — Что происходит до слепых прослушиваний? Надо приехать туда и спеть, отправить видео? — Мы отправляем туда аудио- и видеоматериал, о себе пишем. Это всё делается по почте. Лучше выбрать не клип, а просто видео, чтобы они живой голос послушали, можно просто на телефон записать. Потом отвечают либо да, либо вообще ничего не отвечают. Если отвечают да, с вами связывается куратор, и вы приезжаете туда. Проходите кастинг, долго-долго ждете результат, пока все не споют. Потом уже я приезжал утверждать репертуар, выбирали из нескольких песен. Они смотрят, что можно сократить, это же эфирное время. Потом уже я приезжал дней на пять. Начинаются репетиции, примерки, стилист смотрит, в чем выступать, и потом слепое прослушивание. Если проходишь — значит, дальше уже приезжаешь, репетируешь с наставником. — Как именно выбирают песни? — Я предлагал сам, когда выбирали репертуар для слепых прослушиваний с минусовками, уже песни в своих тональностях, которые мне удобно петь. Они слушают: «Вот это да, а давай еще что-то. Ну ладно, вот эта нормальная». Они не выберут такую песню, которую никто не слышал, никто не знает, даже если она твоя. Они скажут: «Это что такое? Нет, надо песню такую, чтобы люди ее любили, чтобы люди ее знали и вместе с вами подпевали». Там песни все замечательные, все на слуху. И потом в следующем этапе по тому же принципу, чтобы песня была не своя — ни в коем случае не авторская, а именно популярная, любимая народом. — В одном из выпусков, когда вы пели «Офицеров», даже Ваенга прослезилась... — А многие прослезились, вы знаете. У меня даже в группе поддержки парень был. Он приехал, тоже был на «Голосе», но не прошел. И он подошел и сказал: «Слушай, я тоже прослезился». — Это настоящая реакция жюри? — Это всё так. Ваенга, я вам так скажу: она такая чувствительная тетя, такая эмоциональная. Ну вот она такая на самом деле, они такие на самом деле. Корнелюк — с ним получаешь удовольствие, просто когда разговариваешь, он такой теплый. Он мне говорил, когда я пел его песню: «Виктор, ну как ты ее поешь, послушай меня». Я говорю: «Игорь, я не Корнелюк, у меня нет такого душевного состояния, нет такой теплоты душевной, как у тебя. Я не смогу ее так спеть, чтобы было близко к тебе, я ее по-своему спою». Спел как получилось, слава богу, я прошел дальше с его песней. — А вас тронули эти слезы? — А я же не видел, что там происходило. Волнение сумасшедшее, когда выходишь на сцену и тебя снимают. Волнение такое, что ты ничего не отображаешь, и нужно еще пройти дальше. У нас в команде Корнелюка все были очень сильные, все достойны финала — все пять человек. С ними было соревноваться очень тяжело, я скажу. Не думал вообще, что я с этой песней выступлю. Корнелюк вцепился в меня, говорит: «Будешь "Офицеры" петь». Я ему: «Давай лучше вот эту» — а он: «Нет, "Офицеры", и всё». Ладно, «Офицеры» так «Офицеры». Дали бы мне «Симону» (песня Владимира Кузьмина. — Прим. ред.), я бы там поджазил. А оказалось всё наоборот. Всё-таки он видел, какую песню мне дать. Она в моем исполнении совершенно по-другому звучит. Во-первых, я ее ниже пою, более эмоционально. — Вы довольны, что он стал вашим наставником? Выбрали бы его, если бы другие тоже повернулись? — А я его не выбирал, это он меня. Больше никто не повернулся. А я бы всё равно его выбрал, потому что, когда мои дети были маленькими, они очень любили и пели его песни. Из всех, кто там был — Малинин, Ваенга, Сюткин, — всё-таки мне Корнелюк ближе. Он такой душевный. Такая аура прет от самого Корнелюка, это феноменальный человек и замечательный композитор. Он пишет и классические произведения, и для фильмов музыку, и на фортепиано играет — настоящий виртуоз! Мы на репетиции общались. Оно того стоило даже не для того, чтобы победить, а чтобы познакомиться с Игорем Корнелюком. — А как у вас проходили сами репетиции? Много их было? — Нет, не так много. В основном репетировали сами. С другой стороны, собрались-то люди более-менее профессиональные. Я могу петь всё что угодно. Так высоко, как Лепс, я, конечно, не спою, но могу даже горловое пение изобразить. — Много было времени на подготовку между этапами? — По-моему, пара недель где-то. Точно больше недели, и пока еще выбирают репертуар. Мы уезжали, потом обратно в Москву приезжали на репетиции. — А на что потратили призовые? — Ну я вообще-то пенсионер, я кушаю. У меня не маленькая пенсия — она у меня мини-мальненькая. Я за всё это время, считайте, окупил дорогу. Вот на НТВ мы занимались с педагогами и полтора месяца жили в доме отдыха, представляете? Всё за счет телеканала: трансфер, такси, самолет, бассейн — пожалуйста. Всё бесплатно, кормили нас как в пионерском лагере. Там совсем другая история. Собирали людей, у кого трудная жизнь, я вот одинокий. С сыном мы были в ссоре, они нас помирили. Возили на «Мосфильм» сниматься рядышком. На «Голос» — направо, на НТВ — налево. Я уже территорию «Мосфильма» как свои пять пальцев знаю. — А вам самому какое ваше выступление больше всего понравилось? — Мне все выступления понравились. Лучше всего я спел, я так считаю, на слепых прослушиваниях, там просто придраться не к чему, как будто сделали тюнинг на голос, обработали — хотя, естественно, никто этого не делал. Просто я так отрепетировал, что всё четко было. И думаю: «Чего они не поворачиваются, глухие, что ли?» И в самом конце я уже начал волноваться. Я же там свой, какой раз уже приезжал, король эстрады. И уже на самом последнем аккорде стучит Корнелюк и поворачивается. И я такой: «Ва-а-а-у!» Не передать эти эмоции словами. Просто шикардос какой-то. — Всё-таки справедливо вам дали второе место? Не было обидно, что вы не победили? — Это же СМС-голосование было, вот и всё. Она (победительницей стала 73-летняя Раиса Дмитриенко. — Прим. ред.) москвичка, ее пол-Москвы знает, она человек популярный, в сериалах снималась. У нее в сетях миллионы фанатов. Я сильно от нее отстал, наполовину где-то. Она это заслужила, я за нее очень рад. Но иногда шучу: «Вот, бабушка у меня миллион украла». Это так, шутка. Я очень рад, что дошел до суперфинала, занял второе место. Первое место она заняла справедливо, у нее уникальный голос, просто красавица. — Помогли ли съемки в шоу продвинуться вам как музыканту? — Пока нет. Это всё не сразу. Но я думаю, что буду двигаться, хотя мало кто куда продвинулся после «Голоса 60+». После обычного-то «Голоса» не очень продвигаются, потому что у нас звезд — как у дурака фантиков сейчас. Кого не возьми — все звезды. Я звездной болезнью не болею, ко мне даже во дворе когда подходят, я говорю: «Стоп, давайте тихонечко». Старшая по дому тут фанатка, а я ее прошу: «Не надо, пожалуйста». Я же не смогу свободно выходить из дома, зачем мне это надо? — Как семья отреагировала на то, что вы заняли второе место и наконец-то попали в шоу? — Замечательно! Конечно, болели, переживали, но поехать со мной не смогли. Дорога — это копейки, я вот туда-обратно слетал, у меня около пяти тысяч вышло, не больше. А проживание — это совсем другая тема. Чтобы более-менее хоть как-то жить, а не как в каком-то хостеле. Где нормальные люди живут, а не те, кто всю ночь бухает, и чтобы это не было сильно далеко. Прочитайте, как уральская таксистка прошла на кастинг этого шоу. К прослушиваниям она готовилась прямо за рулем, а своим пассажирам пела Аллегрову.