«Раскопки не должны портить облик города и отравлять жизнь читинцам!» - восклицает со страниц «Читинского обозрения» помощник мэра Читы по благоустройству Василий Турсабаев. В материале размещено фото чиновника в картузе и кожаном плаще. Если бы в руке сурового Турсабаева был не мобильный телефон, а наган, то можно было бы не сомневаться – копателей накажут.
Об особенностях борьбы с гидрой читинского копателя жёсткий, но справедливый помощника мэра рассказывал пресс-секретарю главы города Ольге Харчевой.
По его словам, звериное лицо раскопок проявилось ещё в 2006 году на улице Автогенной, где после подведения тепла к новостройке, представители «ТГК-14» не зарыли за собой траншею. Члены товарищества собственников жилья, обратились за помощью к товарищам из мэрии, пожаловавшись на врагов народа.
«В огромном рве играют дети, – уточнил Турсабаев, – каждый день с риском для жизни пробираются по краю пенсионеры, а жители окрестных домов, чьи окна выходят на следы бурной деятельности энергетиков, вынуждены круглый год любоваться обезображенным двором».
В отдельных случаях копатели посягают на народное добро – на детские площадки и цветники, как это произошло на улице Бабушкина, 32. Как истинные ненавистники пролетариата, энергетики перекопали двор, но к назначенной дате – 5 сентября – ничего не восстановили. Наводить порядок пришлось ТСЖ, которое сейчас пытается предъявить претензии ТГК-14 и вернуть свои деньги. Мэрия, по словам Турсабаева, намерена помогать собственникам жилья, а нерадивых «копателей» наказывать по всей строгости. За первое нарушение на предприятие будет наложен штраф в размере до 50 тысяч рублей, за второе – до 100 тысяч.
На защиту двора встаёт и Надежда Шайтанова в «Экстре». Сначала она вспоминает ту радость, которая охватила её при виде новых лавочек и столиков, появившихся в её дворе. Потом радость сменилась унынием, так как лавочки оккупировали толпы «страждущих выпить-закусить на свежем воздухе».
Проблему, с которой столкнулись дети и их родители, соседствующие с Шайтановой, она описывает вполне живописно: «Те, кто гуляет самостоятельно, – а это ребятня от 6 лет, – постоянно вынуждены наблюдать подвыпивших людей, бесконечные бутылки, окурки, мат, иногда даже драки. Я лично была свидетелем, как один их четверых перекрытых «алканавтов» упал, едва не придавив пробегавшую мимо девочку».
Вспоминает журналистка и про «Закон об административных правонарушениях», после принятия которого люди стали пить пиво во дворах и про волшебников на серой машине, готовых покарать всех обидчиков. «По крайней мере, меня так с детства учили, – отмечает автор. – Про Бэтменов и Человеков-Пауков нам не рассказывали, а вот про дядю Стёпу – да».
Однако детские надежды обманули Шайтанову. После её звонка в милицию никто не приехал и не наказал выпивох. Хотя в это время около парка Памяти погибших на Халхин-Голе, который находится около дома журналистки, дежурил экипаж.
«Но она, видимо, такая специальная, строго парковая милиция, - им, ни шагу нельзя с территории. Впрочем, им, наверное, вообще нельзя ничего, потому что один раз я из своего всевидящего окна наблюдала премилую картину – два шатающихся пьянчуги идут вверх по парку и вровень с ними, чуть поодаль, два пэпээсника. Обе пары друг на друга – ноль внимания. Так мило, до слёз», - язвит по этому поводу автор.
Тему уличного пьянства и «Закона об административных правонарушениях» продолжает некий Дионис Киров в журнале «Чита-PR».
Коротко, но содержательно вздохнув на тему того, что после горбачёвского «сухого закона» Россия начала пить с ещё большей силой, Киров масштабирует проблему страны на город: «Старушка Чита – и та имеет на своём дряблом, неухоженном, но молодящемся тельце - вдумайтесь! - целые районы с ИСТОРИЧЕСКИ СЛОЖИВШИМИСЯ ТРАДИЦИЯМИ БЕСПРОБУДНОГО ПЬЯНСТВА. «Пьяная» улица в поселке КСК, Санта-Барбара с летящей из окон стеклотарой в том же массиве, многострадальная «Магистралка» с постылыми улицами деревянных бараков, свирепый и скорый на расправу «аул» в районе «десятки», вся татуированная Зенитка, кромешно дикие «Кузнечики», шальная Школа17, мутный от пьяных паров Остров, «Кильдим» на СибВО, в котором до сих пор бытуют традиции пить посреди дороги, средь бела дня, в трикушках и войлочных тапочках, из «горла», наперекор всем смертям и невзирая на чрезвычайно редко проходящие здесь милицейские наряды...»
Перечислив добрую половину города, Киров вспоминает и о самом центре столицы Забайкалья – площади имени Ленина. Пиво, по его словам, пьют и там, однако закона об административных правонарушениях боятся: «…одетые в чёрное подростки и их курящие спутницы «теперь не дураки». Вместо полуторалитровых «колб» с креплёной пролетарской «Охотой» в их бледных дланях поигрывают элегантные бутылочки калибра 0,33. Парни и девушки, перейдя на «Т», хохочут. Порожняя тара летит в кусты, непочатые бутылки извлекаются из недр дамских сумочек. Гвалт усиливается, «быдло-пати» принимает в свои ряды новых членов. Двое изрядно набравшихся молодых самцов за неимением симпатии друг к другу переходят на «Э». Их потасовку шаманским возгласом «Дитинах!» предотвращает готически накрашенная дебелая собутыльница.
Остыв и пожурчав за скамейкой струями, «златоусты» принимают решение передислоцироваться – в районе Ильича и его гранитной кучки показались двое патрульных».
Молодые «пэпээсники», как называет их Киров, Андрей и Владимир рассказали ему о хитрости любителей алкоголя. Теперь, по словам милиционеров, люди пьют на территории детских садов, во дворах, подворотнях или в подъездах. Ещё читинцы перешли на вино, коньяк или бренди, предпочитая употреблять его в бутылках из-под «Узвара» или холодного чая.
Кому в Забайкалье жить хорошо?
В «Читинском обозрении» опубликована статья Николая Черняева «Чудеса в решете бюджетном», в которой он рассказывает об обсуждении главного финансового документа края: «Разве что слёз не лили на минувшей неделе забайкальские депутаты, держа в руках свежеиспечённый проект бюджета на 2010 год. Только теперь, казалось, докатился до нас жуткий кризис заморский, заставив не то что новые дырочки на ремешках сверлить – и вовсе с себя последние ремешки с позором стягивать, чтобы в долговой яме не увязнуть. А выкарабкаться из неё самим уже вряд ли получится».
Пессимизм Черняева основан на том, что из-за кризиса сократились доходы края – реальные и предполагаемые – рухнули цены на металлы, снизились объёмы экспорта леса и угля, стали неясными перспективы освоения юго-востока и возможности зарубежных инвестиций.
Переходя непосредственно к статьям бюджета, журналист пишет: «Расходная часть определена в 27,7 миллиарда. Разница между доходами и расходами в 1,3 миллиарда и есть дефицит-2010. Это 8,5% от объёма собственных доходов края. Новую брешь в казне регион вновь вынужден будет покрывать кредитами».
Расходы, по его словам, хотя и велики, но урезаны по всем статьям. Меньше денег, выделенных Москвой, достанется ЖКХ, совсем ничего – дорогам, здравоохранению, физкультуре и спорту. То есть особенно нуждающимся отраслям. Ещё один пункт, обделённый средствами – реальный сектор экономики. По этому поводу возмущались депутаты, руководящие предприятиями, слова которых Черняев приводит в своей статье: «Директор Дарасунского завода горного оборудования Сергей Белоногов говорит, что при таком бюджете «мы получим неработающий край, всё развалится», а строитель Владимир Корытцев сетует, что на возведение 77 объектов край потратит меньше 140 миллионов рублей, а надо как минимум 600. Только тогда строители не останутся без работы, а замороженные стройки не надо будет защищать от вандалов».
Возмущался по поводу нецелесообразных трат и депутат Сергей Трофимов, который впрочем, не никогда не руководил предприятиями, а до избрания в Заксобрание замещал губернатора. Черняев приводит и его точку зрения: «2,6 миллиона рублей краевая власть в будущем году вознамерилась потратить на институт уполномоченного по правам человека, 3,5 миллиона – на создание в Забайкалье Общественной палаты. Всё это траты первой необходимости?»
И сравнивает эти расходы с более важными: «Этот вопрос хочется повторять ещё и ещё, если посмотреть, сколько денег закладывают чиновники на подпрограмму «Детская онкология и гематология». Аж 1,5 миллиона рублей. На развитие лесопромышленного комплекса и вовсе планируется потратить 500 тысяч. Такой же суммой будут старательно улучшать демографическую ситуацию в регионе...»
С выделением полумиллиона на увеличение рождаемости, разработчики конечно погорячились. Можно было бы выделить и 100 рублей. Эффект был бы одинаков.
Впрочем, в статье есть и оптимистичные цифры, показывающие, что хоть кому-то будет хорошо. Однако Черняев говорит об этих суммах без радости: «Свыше 150 миллионов уйдёт на «обеспечение деятельности исполнительных органов госвласти края», 45 миллионов – на материально-техническое обеспечение их деятельности. Семь заместителей председателя правительства края – это ещё минус 9 миллионов 840 тысяч рублей (по 1,4 миллиона на обеспечение деятельности каждого). 24 миллиона 327 тысяч улетят на содержание членов краевого избиркома, аппарата, а также избиркомов Читинской области и Агинского округа, которые до сих пор не расформированы. При этом краевых выборов в 2010 году в крае не будет! Законодательное собрание тоже неплохо смотрится на общем фоне. Планируемые расходы на 2010 год - почти 100 миллионов рублей».
Просто замечательные суммы перечисляет Черняев и в описании затрат на чиновников: «Так, в администрации губернатора, как следует из официальных сведений о предельной штатной численности, может трудиться не более 181 человека. Расходы на аппарат определены в 111 миллионов 879 тысяч рублей. Делим эту сумму на предельное число работников: на душу здесь приходится в среднем свыше 51 тысячи рублей в месяц. Те же подсчёты показывают, что в министерстве культуры приходится больше 53 тысяч рублей на душу, в министерстве физкультуры и спорта - больше 55, в министерстве сельского хозяйства - больше 56, в министерствах международного сотрудничества и территориального развития - почти по 57, а в департаменте по делам архивов - почти 58 тысяч рублей. Дороже всего – работа в департаменте управления делами губернатора. Здесь на среднего работника заложено больше 85 тысяч рублей в месяц. Чуть меньше - в контрольно-счётной палате края (84 тысячи)».
Теряющееся наследие
Константин Чиров со страниц «Экстры» выражает обеспокоенность судьбой реки Аргунь, от которой жадные до всего российского китайцы хотят провести канал к своему озеру Далай-Нор.
По словам Чирова, строительство канала от реки к озеру началось летом 2008 года, не смотря на обещания председателя КНР Ху Цзиньтао о согласовании всех вопросов с российскими специалистами.
«Китайцы объясняют спешку тем, что необходимо спасти озеро Далай-Нор от естественного съёживания во время засухи, – пишет Чиров. – Проект, по их мнению, будет стимулировать орошение земледельческих плантаций, рыбоводство, промышленность города Маньчжурия и разработку медно-молибденовых рудников в приграничных с Россией районах».
Впрочем, как утверждает журналист, ссылаясь на экологов, переброска вод Аргуни не только повредит самой реке, но и уничтожит озеро Далай-Нор, превратив его в грязное солоноватое водохранилище. Однако китайцы, в отличие от корреспондента «Экстры», экологов и слушать не хотят. Нежелание это велико до такой степени, что делегация КНР проигнорировала работу секции по природоохранным вопросам на международной конференции «Приграничное сотрудничество: Россия, Китай, Монголия», проходившей недавно в Чите.
Выход из ситуации, по мнению журналиста, есть. Территорию реки Аргунь нужно просто включить в проект «Степи Даурии», а его внести в список всемирно охраняемых объектов природного наследия ЮНЕСКО.
«Всё же организация ООН по сотрудничеству в области культуры и образования – это довольно громкий бренд и контролирующий орган международного права, и будь номинация «Степи Даурии» включена в список объектов под ее опёкой вряд ли китайцы смогут продолжать строительство канала», - подытоживает Чиров.
Лариса Комиссарова в «АиФ-Забайкалье» беседует с директором Нерчинского краеведческого музея Александром Литвинцевым, который рассказал «о недалёком прошлом, деятельном настоящем и многообещающем будущем».
«Наш музей существует с 1886 года, но в конце 90-х он переживал не лучшие свои времена, – вспомнил Литвинцев. - Располагался тогда в полуразрушенном здании старейшего Нерчинского Воскресенского собора, не было охраны, не было зарплаты у сотрудников, аварийное состояние системы отопления. Уникальные экспонаты — на грани гибели. Главой района был в то время Вениамин Мальцев, я пошел к нему и прямо сказал, что самое лучшее - собрать всё, что осталось, и увезти на хранение в Читу. Не знаю, почему, видимо, всё-таки мое искреннее отчаяние произвело впечатление, но я стал первым директором в культуре района, которому стали платить сразу и за всё - за ремонт, коммуналку, мероприятия».
Из интервью можно также узнать, что главным своим достижением директор считает перевод музея из собора во дворец Бутиных и поиски потомков купцов: «…после трансляции на «Первом канале» в программе «Время» сюжета о Дворце Бутиных, мы стали получать письма от людей, имеющих отношение к знаменитой купеческой семье. Например, из Перми, кажется, нам написала 89-летняя дочка кухарки Бутиных. Из Челябинска откликнулся Игорь Всеволодович Бутин – внук Ильи Артемьевича, двоюродного брата Михаила Бутина, - он передал нам массу фотографий и серебряные часы деда. Сейчас активно переписываемся с москвичкой Сашей Ипполитовой, двоюродной внучатой племянницей Марии Бутиной».
Однако, несмотря на эти и другие успехи, в числе которых получение нескольких грантов по Президентской программе и работа по проекту «Даурский Версаль», у музея немало проблем.
«Мы не попадаем в федеральные программы, нет денег из центра, стало быть, нет их и в краевом бюджете – никто не отменял условия софинансирования, – посетовал Литвинцев. – Банально – у нас течёт крыша, прямо над зеркальным залом, кстати, которым все так восхищаются».
Срыванием покровов с названия группы «Villa Grinch», которая 4 октября давала концерт в филармонии, занималась корреспондент «Эффекта» Анжелика Соломина: «Для кого-то это зелёная вилла, кто-то вспомнил зелёного чудика из фильма «Гринч – похититель Рождества, а кто-то пошутил, что для вечно голодных студентов ребята из «VG» - просто вилки».
Однако всё оказалось гораздо сложнее. Вокалист группы Руслан Восканян пояснил: «Villa Grinch – это авторское словосочетание. Для каждого имеет своё значение. Для нас, музыкантов, это целый мир. Зелёный, цветущий мир без боли и страданий, в котором мы живём, исполняя свои песни. Слушая их, вы попадаете в этот мир вместе с нами».
Для меня, например, «Villa Grinch» - это несколько кривоватых надписей маркером на стенах домов по улице Бутина. И никаких страданий.
Круговорот нойонов и текстов
Некий Алексей Воеводин в «АиФ-Забайкалье» сообщает подробности обряда признания реинкарнации, проводимого над московским бизнесменом Дмитрием Астапенко. В теле москвича, родившегося в Забайкалье, ламы Цугольского дацана увидели душу нойона Намдака Дылыкова.
«…потомок восьми древнейших бурятских родов Намдак Дылыков родился в конце XIX века. Будучи нойоном, он управлял территориями, на которых сейчас располагаются Могойтуйский и Оловяннинский районы. – пояснил Воеводин. – Во время коллективизации Намдак нойон убедил руководство Китая выделить земли для переезда бурят из Аги. Вскоре забайкальцы переселились во Внутреннюю Монголию в местность Шэнэхэн, где по соглашению нойона с китайскими властями должны были прожить несколько десятилетий. Когда народ только начал переезжать, Намдак Дылыков расстелил на вершине горы свои одежды и обратился к духам с просьбой послать удачу ему и его людям. Буряты в достатке и процветании жили при этом нойоне. И вот спустя много лет нойон вернулся в образе Дмитрия Юрьевича».
Временами текст напоминает материал, опубликованный днями ранее на «Чита.Ру»: «По буддийским обычаям обряд признания реинкарнации должен проходить на месте жительства нойона. А это вблизи села Цугол. К намеченному месту Дмитрий Астапенко добирался из Москвы до Читы самолетом, а затем к озеру Холбоджи ехал на машине. Дату 18 октября определили астрологи».
Иногда, даже очень сильно напоминает: «Почтенного гостя встречали ламы из Цугольского и Улан-Удинского дацанов и местные жители в национальных костюмах. После приветствия Астапенко провели в специальную юрту. В ней и состоялось признание реинкарнации. Ламы читали молитвы. Вокруг курились благовония».
Справка, опубликованная в конце текста, ставит всё на свои места: «Сансара («прохождение», «протекание») - круговорот рождения и смерти».
Сказочник из ЗабВО
«7 лет назад 23 октября в московском театральном центре на Дубровке произошла трагедия. 58 часов под дулами автоматов, под страхом смерти провели мирные жители, пришедшие на мюзикл «Норд-Ост». Этот теракт унес 130 жизней, 10 детей погибли, 69 остались без родителей, десятки людей стали инвалидами», - напоминает корреспондент «АиФ Забайкалье» Ирина Михайлишина. Её материал рассказывает о подполковнике Константине Васильеве, который во время захвата центра предложил себя в заложники вместо детей.
Родившийся в 1967 году в городе Сарове, Васильев побывав на присяге старшего брата, тоже захотел стать военным. Окончил школу с медалью, а затем – тоже с отличием – ракетное училище. После учёбы, по собственному желанию уехал из Москвы в Забайкальский военный округ, где служил в штабе 53-й ракетной армии. Отучившись заочно на юриста, Васильев вновь перебрался в столицу.
Михайлишина сообщает, что по свидетельствам очевидцев армейский офицер – Константин Васильев – и некий омоновец помогали людям, прыгавшим из окон. А потом военный побежал дальше к двери в Театральный центр.
«Он показал боевикам удостоверение и предложил свою жизнь за жизнь детей. Константин надеялся, что высокопоставленный сотрудник военной прокуратуры, подполковник террористам покажется более ценным заложником, чем дети. Боевики не поверили, что русский офицер вот так, просто отдаёт свою жизнь, заподозрили в нем спецназовца. Есть запись радиоперехвата, один боевик сказал по сотовому: «Тут какой-то сказочник пришел». Судя по материалам дела, расстреляли его в упор. Шесть ранений... и все смертельные. Тело бросили в подвал. Это была первая жертва Дубровки. А нашли его самым последним, 27 октября, спустя четверо суток. Судмедэксперт написал, что у подполковника Васильева на шее была глубокая рана от тесемки — боевики пытались сорвать нательный православный крест Константина», - пишет Михайлишина.
Егор Захаров
Обсудить на форуме









