Полёт Коршуна, двуглавые орлы на пограничных столбах, карнавал языка – в обзоре краевых СМИ

Эффект»: перекрёсток времен и границ

К 65-летию Победы в Великой Отечественной войне по инициативе совета ветеранов Забайкальского управления внутренних дел на транспорте за короткий срок был создан музей истории управления. О музее рассказывает участник войны, ветеран ЗабУВДТ Степан Пономарёв в газете «Эффект».

Ветеранам трудно было создавать музей – не было подходящего помещения, сложно было собрать экспонаты, само управление многократно реформировалось, сменялось руководство, и обновлялся личный состав.

«Председатель совета ветеранов Дмитрий Сергеевич Дудин, как главный вдохновитель и организатор музея, выступая перед ветеранами и сотрудниками милиции, так сказал о необходимости его создания: «Давно известно, что любой музей – перекрёсток минувшего, настоящего и будущего. В залах музея оживает память, а пока человек помнит, он остаётся человеком. Поэтому как бы трудно ни было его создать, мы должны это сделать», - отмечает автор текста Степан Пономарёв.

На должность начальника музея рекомендовали ветерана управления Евгения Павловича Рожнова, бывшего начальника политотдела управления. Для музея выделили подвальное помещение: стены и потолок неоштукатурены, нет дверей, окон и отдушин, трубы с подтёками. Начальник музея Рожнов с бригадой из трёх человек привели помещение в порядок.

«И вот мы спускаемся с Евгением Павловичем вниз по лестнице. Подвал не узнать - он превратился в настоящий музей. Мемориал вечной славы с именами сотрудников МВД, погибших в годы Великой Отечественной войны, в Афганистане и Чечне, в борьбе с преступностью на железнодорожном транспорте, у его подножия - Вечный огонь, многочисленные стенды, фотографии, реликвии...», - рассказывает Пономарёв.

Александр Тарасов рассказывает в материале «Проверка на рубеже» о том, как пограничники РФ и КНР в конце января совместно проверяли российско-китайскую границу.

«На Нижне-Аргунском участке по рекам Аргунь и Амур от Олочей до Амазара пограничным представителем РФ является полковник ФПС Александр Кайгородов. Он же - начальник пограничной Службы в посёлке Кокуй, в зоне ответственности которой этот участок и находится. Для совместности прибывает пограничный представитель КНР на Шивэйском участке, совпадающем с нашим Нижне-Аргунским, полковник народно-освободительной армии Китая Хан Хунвэй (у них «зелёную» границу стережёт армия). Полковник Хан - командир 6-го пограничного полка подокруга Внутренней Монголии Пекинского военного округа», - рассказывает Тарасов.

Проверки границ проходят дважды в год – зимой по ледовой дороге на автомобилях и летом на судах.

«Пограничные представители и сопровождающие лица съехались в конце января на мосту через Аргунь в районе пункта пропуска Олочи - Шивэй. Немногословно согласовав повестку, двинулись совместной группой по аргунскому льду вдоль линии пограничного размежевания», - рассказывает Тарасов о недавней проверке.

По пути проверяющим встречаются российские и китайские пограничные наряды. Важная задача совместной проверки режима государственной границы - осмотр пограничных знаков на предмет их нахождения точно в оговоренном межправительственным соглашением месте и в приличном состоянии.

«Литер «Е», помнится, в районе острова Большой Уссурийский на Амуре так увлечённо двигали-передвигали, что совсем куда-то задвинули. Потом полвека на пограничных переговорах скандалили, до хрипоты споря, где этот литер изначально стоял. Во избежание подобной конфузии впредь пограничным представителям вменили регулярно проверять знаки, чтобы без изъяна добрососедству и для нерушимости рубежей», - рассказал Тарасов.

Но в этот раз с нашими пограничными столбами было всё в порядке – стоят на месте, и квадраты из белого металла с изображением двуглавого орла не откручены местными жителями для украшения своих жилищ.

«Китайские пограничные роты - это вроде наших застав - многозначительно именуются «ротами тигров». Сформировали их в начале 1970-х годов после событий на Даманском в ответ на миролюбивую политику ленинского ЦК», - продолжает Тарасов.

«Раньше политработники, закончив лекцию по разоблачению происков маосизма, врали бойцам по секрету, что, на китайской стороне против их расположения дислоцирована «рота тигров», неуловимых и жестоких диверсантов, которые уже вырезали нашу пограничную заставу. Наслушается боец на ночь рассказов политработников, и: а) вот гады! - ещё больше возненавидит подлых маоистов; б) станет с нетерпением ждать приказа освобождать братский народ; в) в карауле не станет дрыхнуть, вглядываясь во тьму, не подползают ли к нему эти «тигры». В общем, по плану политуправления, повышается боеготовность, дисциплина и бдительность», - раскрывает секреты Александр Тарасов.

На самом деле «роты тигров» - элитные войска, которые славятся своими особыми требованиями и боевыми традициями, высоким профессионализмом офицеров и солдат. На Аргуни они продемонстрировали проверяющим отличную физическую и строевую подготовку. «И винтовки у них были новейшие. И патрульные автомобили, напичканные высокими технологиями, куда самых любопытных из нас «тигры» не пустили. Они даже вежливо попросили не снимать этот экипаж, но мы их просьбу вежливо игнорировали», - рассказывает Тарасов.

«Экстра»: проблемы государственные и местные

В материале «Полёт Коршуна» Алексей Будько рассказывает о своей поездке с отрядом милиции особого назначения «Коршун» УВД по Забайкальскому краю в Ингушетию, где они сменили отряд читинского ОМОНа.

«На Северный Кавказ забайкальские милиционеры добираются самолётами военно-транспортной авиации. Раньше борт уходил прямо из Читы, что было очень удобно при загрузке самолёта. Теперь транспортники идут через Забайкалье транзитом - главным образом с Камчатки, - рассказывает автор и делится своими впечатлениями от полёта. - В гигантское чрево Ил-76 мы даже не грузимся, а трамбуемся. На борту уже три десятка милиционеров из Петропавловска-Камчатского и Елизово с сопровождающими из УВД Камчатского края».

Конечная цель авиамаршрута - город Моздок в Северной Осетии. Это бывшая база стратегической авиации СССР, а в настоящее время - базовый аэродром группировки МВД на Северном Кавказе.

«Сам Моздок - сорокатысячный городок на берегу Терека - давно живёт и развивается за счёт людей в форме. После того как в 1994 году здесь разместился штаб группировки, вошедшей в мятежную Чечню, силовики всех структур стали одной из главных статей местной экономики», - описывает Будько.

В Ингушетию колонна читинского ОМОНа в сопровождении бронетехники ушла затемно – так нужно для безопасности. От Моздока до Сунженского района, куда весной 2009 года из Чечни была переведена сводная группа «Коршуна», два горных перевала, почти полторы сотни километров асфальта, который местами переходит в размытую грунтовку.

«База «Коршуна» в Ингушетии в прямом смысле слова начиналась с чистого поля. Первая сводная группа, заехавшая сюда в марте прошлого года, жила в армейских палатках, разбитых на голом месте. Сейчас сюда приехала уже третья группа омоновцев из Читы. Базу за это время основательно пообжили», - делится впечатлениями Будько.

По его словам, сейчас там стоят несколько бревенчатых домиков, которые привезли из Читы, есть спутниковая тарелка, но нет русской бани.

«Построим, - уверенно говорит один из офицеров уехавшей на Кавказ группы. Прошедшие шесть месяцев для 30 бойцов «Коршуна», которые уже вернулись в Читу, были полны не только хозяйственными заботами. Отряд плодотворно выполнял свою основную задачу. Было всё - от заградительных мероприятий и работы на блок-постах до непосредственных боевых действий, которые наш спецназ с коллегами из других регионов и внутренними войсками вёл в лесах против бандитов», - рассказывает Будько.

Итог только одной профилактической операции, в которой участвовала группа читинского ОМОНа, - обнаружение почти 800 автомобилей, находящихся в розыске. В другой раз читинцы обнаружили и изъяли пакет с 50 тысячами фальшивых долларов. Руководитель временной оперативной группировки МВД в Ингушетии генерал-майор милиции Валентин Кузьмин отмечает, что читинский ОМОН - это образец профессионализма и порядочности. А по результатам командировки милиционеры будут представлены к государственным и ведомственным наградам.

На страницах «Экстры» Ирина Баринова рассказала о проблеме уже местного масштаба в материале «Утопающие в дерьме» - по некоторым улицам Нерчинска текут канализационные реки.

«Нечистоты журчащими потоками льются во дворы горожан, коричневая жижа замерзает дурно пахнущим льдом, а по всей округе стоит едкий зловонный запах, - рассказывает о проблеме горожан Баринова. - Жительница Нерчинска Марина Федореева обращалась и к бывшему главе районной администрации А.В. Перебоеву, и к руководителю ООО «Северное» B.C. Цаплину, и к А.Х. Ким в райпотребнадзор, и в общественную приёмную «Единой России». Без толку».

Выше улицы Первомайской, где живёт Марина Федореева, находится бывший военный городок, который сейчас принадлежит городу. «Но благоустройство людей, живущих в городке, для нас второй год становится катастрофой. Нас топят канализационные воды. Этими жидкими нечистотами покрыто несколько улиц. Чтоб пробраться домой, нам надо либо уметь летать, либо скользить по льду из гадости», - пишет Марина Федореева.

В 2009 году дело дошло до суда, но виновных не нашли. Накануне Нового года жители улиц вновь оказались в зоне затопления отхожими водами.

«Нерчинцы пошли ходоками» к главе администрации В.А. Дутову. Руководитель пообещал, как пишет Федореева, что «нынче потопа не будет, а при повторном обращении от своих слов отказался», - рассказывает Баринова.

«На вас последняя надежда», - написала Марина Федореева в редакцию газеты и попросила передать своё послание президенту Медведеву или премьеру Путину.

Районная прокуратура установила, что ООО «УК ЖКК г. Нерчинск» производило откачку жидких нечистот в недостаточных для потребителей объёмах, то есть оказывало некачественную услугу по водоотведению. В результате произошло переполнение коллекторов для сбора жидких бытовых отходов и перетекание их в аварийный отстойник, а затем, из-за обрушения земляной насыпи аварийного отстойника, началось выливание отходов на почву и затопление прилегающих к жилым домам территории и улиц города.

Результатом проверки стал иск, предъявленный прокурором района администрации города. ООО «УК ЖКК г. Нерчинск» должно до 1 апреля произвести полную очистку ото льда территорий, прилегающих к жилым домам, и улиц города, которые пострадали от затопления канализационными стоками.

«Земля»: боевые крещения депутатов и ветерана

«Земля» публикует письма селян. Первое – от жителей села Икшица, которые ждут в гости депутатов краевого заксобрания.

«В переводе с эвенкийского «Икшица» означает «водохранилище». Коренные жители рассказывают, что главная артерия села - это водокачка, которая питает поссёлок Чернышевск. Кругом у нас леса, летом ходим по грибы и ягоды, но беда в том, что лес уничтожают - и пилят его, и рубят, и никому дела нет. Лесничего у нас нет, а лесхоз за 25 километров в Чернышевске», - рассказывает жительница села Нина Большакова.

Раньше в селе был сельсовет, где можно было получить необходимые справки, сейчас же жителям приходится ездить в Чернышевск.

«Работы клуба тоже не видно, библиотека сельская всё время на замке. Вот я являюсь депутатом сельского поселения, только зачем и кому это нужно? Вот приедете к нам, уважаемые депутаты, и посмотрите как мы живём», - приглашает на смотрины краевых депутатов Большакова.

Второе письмо пришло от читинца, ветерана Великой Отечественной войны Василия Путинцева, в котором он написал о своём боевом крещении.

«Боевое крещение прошёл и я в декабре 1941 года, когда попал на пополнение в 133-й стрелковый полк 72-й стрелковой дивизии 55-й армии. Я тогда был зачислен в батарею 120-миллиметровых минометов и был одним из номеров минометного расчёта», - рассказал Путинцев.

Дивизия, в которую попал молодой боец, в то время стояла в обороне, занимая участок непосредственно под городом Колпино - ближайшем спутнике Ленинграда. Дивизия с огромным трудом отражала многочисленные атаки противника - за сутки по пять-шесть атак. «Кто видел кинокартину «Ижорский батальон», тот знает, какое напряжение было в тех боях. Этот батальон воевал как раз в нашей дивизии, а «Ижорским» он был назван потому, что был сформирован из рабочих Ижорского завода города Колпино», - делится воспоминаниями ветеран.

Позиции минометной батареи, в которой служил Путинцев, проходили в районе городского кладбища. Огневые позиции, щели укрытия и землянки были отрыты между крестов и памятников, почти на могилах. «Отсюда мы вели огонь по противнику, не давая ему возможности для сосредоточения. Наши позиции тоже были хорошо известны противнику, и он тоже периодически обстреливал нас. Нас спасало, видимо, то, что наши позиции проходили по кладбищу, и противник как-то щадил стрелять по позициям мертвых. Но иногда попадало», - пишет фронтовик.

В феврале 1942 года противник нанес массированный артиллерийско-миномётный огонь по русскому участку обороны. В результате этого налёта миномётный расчёт был полностью выведен из строя. Путинцев получил осколочные ранения и был отправлен в госпиталь Ленинграда.

«Как-то, во время очередного налёта вражеской авиации на город, бомба попала в здание левого крыла нашего госпиталя, пробила три этажа и застряла, не взорвавшись, между первым этажом и подвалом. Понятие тыл и фронт для Ленинграда были весьма относительными», - рассказывает Путинцев.

Фронтовика долго лечили от ранения, он прошёл не один госпиталь, а после лечения его направили в новую часть.

«АиФ-Забайкалье»: из рода долгожителей

Галина Пешкова в материале «Жизнь, словно песня» рассказала читателям о жительнице села Засопка Валентине Лопаницыной, которой 24 февраля исполнилось 100 лет. Долгожительница родилась в 1910 году в селе Ерёмино. Она помнит все события прошлого века, и сейчас прекрасно себя чувствует.

«Всё живу, и живу. По-разному было. И счастье, и горе. Мужа похоронила, пятерых детей, сестёр и племянников... А сама всё живу. Род мой - долгожители. Один из прадедов 116 лет прожил, другой – 110», - говорит Валентина Лопаницына.

Мать Валентины воспитывала пятерых детей одна, отец был казаком и девять лет воевал с белыми, а затем с японцами.

«Помнит долгожительница, как тяжело приходилось её матери, которая работала не покладая рук, чтобы семья не сидела впроголодь. Как воевали в Ерёмино красные партизаны с белой армией», - рассказывает Пешкова. А далее вспоминает сама долгожительница: «Как-то ночью к нам в дом приехали красные разведчики. Папа наш ещё на фронт не ушёл. Он усадил их за стол, накормил, напоил чаем. Они долго что-то обсуждали, с серьёзными и задумчивыми лицами. На прощание отец дал им хлебцы. А утром в Ерёмино нагрянули семёновцы. Забрали всех деревенских мужиков и угнали за реку - в село Засопка».

Долгожительница отчётливо помнит, как свирепствовали в селе белые: табунами угоняли лошадей, палили из ружей. Во время обстрелов мать прятала Валю и её сестер и братьев в подполье. А после боя взрослые жители села хоронили погибших в лесу. Под натиском белых красная армия начала отступать, а потом в их доме появился раненый командир красных.

«Я его как сейчас помню. Молодой, высокий, чубастый. Ранило его в ногу. И такая нестерпимая боль читалась на его лице! Он все говорил, что лучше бы совсем оторвало, чем так мучиться. У мамы была отличная закалка. Она вышла в поле, нарвала каких-то цветов, промыла их, наложила на рану командиру и перевязала. Оставшиеся цветы завернула ему с собой, чтобы он прикладывал их к больной ноге. Командир уехал, а потом из Иркутска маме пришло письмо от него с благодарностью», - говорит Валентина Лопаницына.

Этот командир и посоветовал матери Валентины не прятать детей в погреб во время обстрелов – детей завалить может. А сказал урываться у большой русской печки. «Печка-матушка защитит», - говорил командир.

«Отец Валентины Васильевны вернулся домой после окончания Первой мировой. В 1937 году советская власть, за которую и воевал Василий Лопаницын вместе с сыном, репрессировала обоих», - рассказывает Галина Пешкова.

Замуж Валентина Лопаницына вышла в 1928 году. Супруг Дмитрий был сиротой, у них родилось шесть детей. Сегодня в живых осталась лишь одна дочь - Галина, 1935 года рождения. Валентина воспитала за свой век трёх внучек и внука, шестерых правнуков.

«Бабушка с дедом в церкви венчались, в Засопке. Правда, советская власть потом снесла эту церковь. У бабули иконка всегда с собой была, перед которой она молитвы читала, и до сих пор читает, А еще она на Пасху всегда куличи пекла. Хоть и запрещён был этот светлый праздник в Союзе, бабушка никогда его не пропускала», - рассказывает внук Валентины Васильевны Сергей.

«Может быть, в этом секрет долголетия забайкальской женщины? В глубокой вере, добром отношении к людям, сельском труде и деревенской пище?» - задаётся вопросом журналист Галина Пешкова.

«Читинское обозрение»: игры с языком

Иван Томских беседовал с заведующей кафедрой теоретической и прикладной лингвистики Читинского госуниверситета Людмилой Любимовой о том, что «русский язык и литература нуждаются в нашем внимании».

Любимова отмечает, что нынешняя молодёжь языковую форму выражения выбирает в зависимости от ситуации. На занятиях студенты стараются общаться с преподавателями на литературном языке, пытаются соблюдать нормы. А в коридорах слышится другая речь: здесь и просторечие, и жаргонные элементы, и даже бранная лексика.

На вопрос о несовершенстве школьных программ по русскому языку отвечает: «В школе, как правило, изучается только одна форма существования языка - литературная. Учебные программы предусматривают исследование и анализ письменных текстов. Разговорная речь во внимание не берётся. Мы же знакомим молодёжь с диалектами Забайкалья, сленгом и даже изучаем русско-китайский пиджин, который в XIX веке получил распространение при общении с мигрантами из Маньчжурии».

Людмила Любимова говорит, что сейчас идёт смена эпохи языковых вкусов. Демократизация литературного языка привела к смешению речевых стилей, которое филологи называют «карнавализацией» речи.

«Настоящий речевой «карнавал» разыгрался в интернете. Авторские речевые новообразования, например «Превед, медвед!», встречаются и в произведениях поэтов, писателей. Подобным словотворчеством в основном занимаются молодые люди - скажем, пытаясь выразить себя, пишут не «тысяча», а «тыща». Говорить так - для них изюминка. Они не задумываются над тем, как их воспринимают и оценивают собеседники, которые, замечу, бывают разных статусов, возрастов, профессий. Считаю подобные игры со словом для литературного языка не столь опасными. Ведь в его основе - вековые традиции».

Филолог считает заимствование иностранных слов - процессом естественным и для языка полезным. «Так он обогащается. Главное, чтобы новые слова грамотно расшифровывались в словаре, чтобы не было разных толкований. И чтобы не было передозировки», - говорит Любимова.

Людмила Любимова – инициатор открытия новой специальности в ЧитГУ - «Межкультурная коммуникация» не думает, что «людей можно сплотить единым языком. Сегодня на нашей планете свыше шести тысяч языков. Но какой из них лучше? Каждый имеет свою изюминку и отражает менталитет своего народа. Можно допустить, что английский мог бы стать общим языком, но он очень стандартизированный. Живым и самым солнечным остаётся русский язык!»

На кафедре, где преподаёт Людмила Любимова, открыта новая дисциплина - «Антропологическая лингвистика». По её словам, дисциплина изучает языковую личность, человека. «Антропологическая лингвистика включает в себя ряд новых областей знаний. Например, этнолингвистика рассматривает связь культуры этноса с языком, социолингвистика - связь языка и общества, психолингвистика - связь психики человека с языком», - рассказала Любимова.

Людмила Любимова согласна с утверждением, что общество уже нельзя назвать читающим. По её мнению, связано это с тем, что книги стали дорогими. «Коммерциализация литературы - немаловажная причина того, что Россия потеряла статус самой читающей страны. Жаль, что нынешние студенты даже учебной литературы не читают, заменяя её справками из Интернета. Уходит книга, а вместе с ней - работа мысли», - отмечает Любимова.