Тюльпаны в колонии, весна - в доме престарелых - обзор краевых СМИ

В «Эффекте» о доме престарелых. Атамановский дом-интернат, что считается образцово-показательным. Оснащённый медблок, столовая, прачечная, гараж, пандусы для колясочников, поручни – для остальных. Вокруг – резной забор, говорят, сирень и черёмуха. Но больше, конечно, трогают судьбы постояльцев. Нины Меркуловой. «Многие отдали бы все, чтобы быть со своими близкими, но судьба или простое человеческое равнодушие распорядились иначе. Все истории своих подопечных персонал знает наизусть. Пожилым, как детям, нужно внимание и тепло. Лишить возможности быть услышанным тех, у кого практически ничего не осталось, не правильно – считают здесь. Поэтому с готовностью слушают рассказы о жизни и проблемах. Всё это приходится пропускать через себя», - рассказывают в интернате. В «Земле» ещё душевнее о том, как в исправительной колонии №3 выращивают тюльпаны и плетут корзины. Кроме шуток, к вопросу выращивания цветов здесь подошли серьёзно: «Закупили луковицы в Иркутске, на первый раз сравнительно не много – тысячу. «Куда больше? Теплицы с отоплением у нас нет, пока решили попробовать вырастить в помещении, хотели посмотреть, что выйдет из нашей затеи», - делится подполковник внутренней службы, заместитель начальника колонии, начальник центра трудовой адаптации осуждённых Михаил Викторович Грибанов. Задумка и её воплощение оказались и по душе, и по карману читинцам. После появления новости о продаже тюльпанов и двух дней не прошло – все цветы продали. Кто 15 цветов заказал, кто 35, а кто и все 250...». Оказалось, что у некоторых из происходящего складываются мечты: «Глядя на свои труды, мечтается Анатолию, что выйдя на свободу, он подарит любимой букет тюльпанов в корзине, сплетённой своими руками». «Читинское обозрение», помня о Международном женском дне, публикует славное и трогательное интервью с полковником юстиции и первым замом руководителя следственного управления следственного комитета Рузилёй Шелест, у которой в кабинете амадины Пьер и Сюзи. «Внешне, вроде, милашка, а сколько на нём крови. А бывает, совершил человек преступление, а за себя ничего сказать не может. В лучшем случае, будет сидеть и плакать». Я спросила свою героиню, с кем ей чаще всего приходилось работать – с молодыми или в возрасте уже? «У преступников, вообще, ни пола, ни возраста нет. Преступник – и всё. Был у меня один мальчик 12 лет. Долго из себя жертву разыгрывал: плакал, да жалостливо так. А потом, когда рассказывал, как вынашивал план убийства, и показывал, как убивал отца, - это был совсем другой мальчик», - рассказывает о случаях в профессии собеседник издания. Там же – прапорщик Оксана Куделина. «Сегодня служит в должности прапорщика в разведывательных войсках старшим радистом. Главная задача – вовремя принять телеграмму, радиограмму, шифровку. Чтобы улучшить навыки и профессиональную сноровку, Оксана постоянно совершенствует своё мастерство в числе других женщин-военнослужащих, ведь она служит в части постоянной боевой готовности, - намеренно опускаю я подробности стрельбы из автомата. – Телефон всегда под рукой. Боевая тревога – и где бы ни находилась, на сборы – минуты. С собой – тревожный чемоданчик, экипировка на скорость – и «прапорщик Куделина прибыл»! Дежурства суточные. Учения в полях в любое время года. В палатке на 20 человек спартанские условия».