Миражи Лугокана, внезапный Кочергин, моя хата с краю - в событиях недели

Событием и разочарованием недели стали слова главного государственного инспектора в Забайкальском крае Баира Жамсуева, произнесённые на координационном совете при полпреде президента по реализации инвестпроектов и тут же подтверждённые заместителем гендиректора «Норильского никеля».

То, что на железную дорогу, которая сначала называлась Нарын – Лугокан, а теперь всё чаще зовётся более прозаично Борзя – Газимурский Завод опять не хватает денег, уже не новость. На неё не хватает денег последние года три – как будто принимающие решения люди в правительстве страны всё больше и больше сомневаются в том, что во всё это в 2006 году нужно было ввязываться. А вот то, что «Норильский Никель» намерен отодвинуть сроки строительства Бугдаинского ГОКа, – это уже и событие, и разочарование.

За время реализации проекта по освоению минерально-сырьевых ресурсов юго-востока Забайкальского края таких разочарований было немало. От проекта отрезали ГОКи, куски дороги, мечты, надежды и планы. Стартовые порывы, которые тщетно пытались разукрасить в краски несуществующей уже страны с несуществующим уже энтузиазмом, часто сваливались в меркантильную банальщину. Проект пережил с пяток финансовых дыр, когда ни строители, ни заказчики в декабре не знали, будут ли деньги на следующий строительный год. Над проектом смеялись люди, которые ни разу не видели ни стройки, ни людей, не чувствовали ожиданий от дороги – тех ожиданий, которые живут в Александровском Заводе или Заводе Газимурском. Строящуюся трассу цинично называли дорогой в никуда, как будто в Газимурском Заводе живут не люди, а какие-то эфемерные создания.

После всех этих горестей и трудностей Быстринский и Бугдаинский ГОКи – первые в стране, строящиеся с нуля после 20-летнего использования ресурсов СССР – казались чем-то незыблемым, тем, во что можно и нужно верить. Быстринский ГОК до сих пор остаётся таким смысловым якорем, который держит весь проект на плаву – слишком многое уже сделано и слишком сильно желание людей, которые строят комбинат всё же построить его. А Бугдаинский ГОК превратился в мираж. Да, через пять лет. Да, слова врио губернатора о том, что сначала построят один ГОК, а потом теми же силами и накопленным опытом возьмутся за второй. Да, мировая конъюнктура. Но всё же мираж.

Хорошо хоть то, что мираж этот расположен между уже взятыми высотами – станцией Нарын и станцией Газимурский Завод. Так остаётся надежда, что ГОК когда-нибудь всё же построят. Потому что надежды на то, что расположенный в необитаемых сопках фактически не существующий Лугокан когда-то станет железнодорожной станцией, надежды нет никакой.

На этой неделе состоялись последние два концерта фестиваля «Цветущий багульник». В этом году фестиваль был самым масштабным за всю его историю, и мы постарались по максимуму осветить все его концерты. Теперь почитать и посмотреть о том, что было, вы можете здесь.

Подводя итоги, можно сказать, что вместе с фестивалем растёт и зритель. Не стареет, а растёт в смысле внутренней культуры. Но, вероятно от того, что на каждом концерте есть люди, которые пришли впервые, каждый раз в зале звучит мобильный телефон. Иногда видно спящих, отвесивших губу, не выдержавших свидания с высоким. И, конечно, всякий раз кто-то аплодирует невпопад. Ближайший филармонический фестиваль состоится уже осенью, и если вы собираетесь посетить его концерты, ради всего святого, выключайте телефоны и не спите на глазах у сотен людей и артистов. От этого стыдно всему залу. И ещё небольшая памятка:

Первый заместитель мэра Читы Олег Кузнецов заявил, что правительство края не передало им обещанный проект строительства моста через реку Читинку от микрорайона Победа по улице Усуглинской к микрорайону Октябрьский в Чите: «Этим занималось в 2012 году правительство Забайкальского края, они делали, готовили проект. На сегодняшний день нам ничего не передавалось, и каких-либо конкурсов по строительству моста ещё не объявлено, насколько я знаю».

То, что мэрия занимает позицию «моя хата с краю, ничего не знаю» — неудивительно и не событие. Противно, что речь идёт об обещании ветеранам, но мэрии, видимо, не противно.

А главное — это заявление Кузнецова очень чётко демонстрирует бездну «ничегонезнания», в которую, видимо, повалятся все новые микрорайоны, стадионы, мегаспортивные центры, ледовые дворцы, бассейны, туристические комплексы и прочие золотые горы, обещанные прежним правительством.

Руководитель регионального исполкома «Единой России» Дмитрий Кочергин на этой неделе сначала заявил «Коммерсанту», что у кандидата от «Гражданской платформы» Алексея Кошелева нет шансов преодолеть муниципальный фильтр, который в Забайкальском крае установлен на уровне 8%. На следующий день — уже «Чита.Ру» - Кочергин сообщил, что шансы пройти муниципальный фильтр есть у всех кандидатов в губернаторы, включая Кошелева: «Что у него нет шансов, такого я никому не говорил, так как шансы есть у всех».

Такую критичную разницу в суждениях руководитель краевого исполкома объяснил «технической ошибкой в наборе» при подготовке текста «Коммерсанта». Так не бывает: набрать «нет шансов» вместо «есть шансы» - это как четыре ошибки в слове «хлеб», чтобы получить «пиво». Вероятность такой критичной ошибки в работе журналиста, который получает зарплату в серьёзном издании, сводится даже не к сотым, к тысячным процента. Версия о том, что Кочергин передумал, или не подумал, или подумал после комментария, сильно стройнее. При этом я уверена, что на самом деле Кочергин думает про намерения Кошелева что-нибудь третье.

Оптимизация – это слово последние годы стало одним из любимых для тысяч российских чиновников всех уровней и мастей, а для миллионов рядовых граждан – ненавистным. Порой им заменяют словосочетание «сокращение рабочих мест», порой - «уменьшение зарплат», а в последнем его появлении обнаружилась ещё одна неумело скрытая от нас формулировка.

«Оптимизация» в этот раз появилась в ленте «Чита.Ру» не из уст какого-то чиновника, а прямиком из копии документа с номером, содержащем буквочку «К» (конфиденциально). На этот раз под «гриф» попало поручение президента РЖД Владимира Якунина. Подписывая этот документ, он распорядился в подведомственных учреждениях и филиалах предоставить руководителям, специалистам и служащим отпуска без содержания в три дня с 6 по 8 мая, в том числе на ЗабЖД, в целях создания условий для полноценного отдыха работников и обеспечения оптимизации расходов на содержание управленческого аппарата.

«Оптимизация расходов на содержание управленческого аппарата» - только вдумайтесь в эту фразу. Руководство РЖД откровенно переходит с наглого на оборзевший шаг. Как ещё назвать лишение заработка сотен тысяч своих подчинённых ради себя любимых? После такого даже и фамилию президента РЖД не хочется писать с большой буквы. И не буду. В моих глазах он теперь просто «якунин», а президент страны, мирно наблюдающий на всё это со стороны, заслуживает и того меньше, поэтому просто «п».

На этой неделе краевой минздрав вместе с представителями общественности решили, что в Чите нужно установить бэби-боксы. Первый появится в городе уже в этом году. Заместитель руководителя министерства здравоохранения Забайкальского края Наталья Игнатьева сообщила, что у женщины, решившей оставить ребёнка, в бэби-боксе будет 30 секунд на обдумывание своего решения: «У неё есть определённое время - до 30 секунд, чтобы принять решение: оставить его, или забрать. Дверка закроется, мама уже не сможет открыть эту дверцу, ребёнок уже попадёт в лечебное учреждение, где будет стоять этот бэби-бокс. И для того, чтобы потом вернуть себе ребёнка, если она примет это решение, только нужно будет обратиться в соответствующие органы, потому будут работать органы опеки с этим ребёнком и провести генетическую экспертизу для того, чтобы подтвердить родство с этим ребёнком».

Конечно, найденные младенцы в мусорных баках и городских кладбищах наводят ужас. Но от этих слов – 30 секунд подумать, оставить, забрать, вернуться, генетическая экспертиза, - страх не меньший.

Дети - такое оправдание нашей жизни, что большего быть не может. Вспыхивающие радостью глаза, когда ты открываешь дверь группы детского сада: «Мама, мамочка пришла», тёплая ладошка, а эти рассуждения: «Сначала почтальон Печкин был вредным, а потом ему подарили велосипед и он стал добрым…». Как можно себя добровольно этого лишать?