Китайский демпинг в Забайкалье - обзор районных газет

«Агинская правда» открывает читателям глаза на производство шерсти — немножко в мире и много в Забайкалье. «На рынке мытой шерсти конкуренцию с ООО «Руно» составляют китайские предприниматели, построившие в Борзе цех по переработке шерсти и демпингующие закупочные цены, - обозначает одну из проблем деликатной промышленности Арсалан Добчинов. - Этот проект реализован за счёт средств инвесторов из КНР. В Харбине существует фирма, способная выделить крупные кредиты и ссуды для подобных производств. Главное условие – шерсть в Китай, где функционируют сотни ткацких и тысячи швейных производств, обшивающих треть населения планеты». В этом же номере «Агинской правды» - история преодоления двадцатитрёхлетней Анжелики Рабдановой, которая из-за долгой болезни ослепла. Каково это — вдруг погрузиться во тьму, но выучиться жить в полную силу: «Во многом помогла семья, которая меня очень сильно поддерживает. Также хочу сказать большое спасибо своим одноклассникам. Они каждый день ко мне приходили, звонили, помогали и поддерживали словом, своим отношением. Порой, когда не брала трубку телефона, они начинали волноваться. Благодаря им я смогла довольно быстро адаптироваться. Также помогли члены Всероссийского общества слепых. Мне дали направление в Центр реабилитации слепых в город Бийск. Оттуда я приехала абсолютно другим человеком». Подробную инструкцию по применению фонда капитального ремонта в реальной жизни публикуют «Улётовские вести», подробно и терпеливо отвечая на вопросы местных жителей. Помогает руководитель администрации поселения «Улётовское» Сергей Алексеев, самолично съездивший за ответами в Читу. «Хочу предупредить тех, кто не считав нужным вносить эти платежи. Это федеральный закон. На месте мы его изменить не сможем. А к неплательщикам буду предъявляться обычные санкции — при задержке оплаты будет начисляться пеня при двухмесячной задержке дела будут передаваться в суд. И пеня, и штрафы — всё будет идти в Фонд капитального ремонта Считаю, что спорить с этой системой бесполезно», - призывает к порядку Алексеев. Неожиданно обнаружилось в «Балейской нови» откровение разведчика, «похожего на известного певца и не похожего на Рэмбо». Про Рэмбо, кстати, вспомнили неспроста, учитывая особую подготовку Анатолия Ваулина: «Перевели на Хасан, где была база. Готовили на выживаемость, бездымно разводить костёр, лечебные и съедобные растения и все, что можно употребить в пищу, что ползало и двигалось. Усиленные занятия по рукопашному бою, работа с ножом, метали в цель всё, что попадало под руку: от сапёрной лопатки и железок до камней строго в цель». Служить офицеру пришлось в пекле Каира. Для разгрузки — короткая заметка в «Красном знамени» о тыргетуйце-нумизмате Сергее Глоткине, на увлечение которого работает вся деревня. И интернет. «Коллекция, как копилка, богатела. В ней уже позванивают не только русские, советские, российские монеты, но и монеты из разных стран мира. Денежные бумажные знаки тоже пополнились», - повествует газета. Под занавес история про то, как корреспондент «Нашего времени» Любовь Шемелина в Чите наткнулась на таксиста, тридцать шесть лет отсидевшего за колючей проволокой. «С перерывами». У него для журналиста оказалась удивительная история: «Почти «коллега», - тоже лямку тянул на строгом, только я в арестантской робе, а он — опером. Вот сегодня случайно и встретились на Бутина. Опер вышел в отставку. Подрабатывает. Теперь мы на равных, с одной лишь разницей: у него есть пенсия, а мне её уже не заработать».