Сомнительные заявления Ильковского и митингующая медсестра - обзор недели

Губернатор Забайкальского края Константин Ильковский на минувшей неделе снова слегка ошарашил, заявив, что «в Забайкалье сложились благоприятные условия для развития сельского хозяйства».

«Не наблюдается скачков в стоимости ГСМ, стоит хорошая погода в зимний и летний периоды – в связи с чем перспективы у забайкальских сельхозтоваропроизводителей на 2015 год неплохие. Наша задача – использовать возможность и привлечь в сельскохозяйственную отрасль как можно больше людей, увеличить урожайность и производительность труда», — процитировали в пресс-службе слова Ильковского.

Я сейчас не буду приводить миллиона аргументов против слов губернатора. А лишь дам ссылку на раздел «Чита.Ру» про традиционно сельскохозяйственный Агинский Бурятский округ, где как минимум раз в неделю поднимаются проблемы этой сферы, которые если не сегодня, так завтра могут сделать весь агропромышленный комплекс бессмысленным. Кому очень интересно, может найти сам как минимум 5 причин, чтобы выругаться в ответ на заявление Ильковского. Мне интереснее понять, откуда берутся такие цитаты?

Чтобы такое говорить, нужно быть:

а) некомпетентным в этой сфере, что в принципе для горняка допустимо;

б) компетентным, но совершенно не знать ситуации в регионе, что с учётом времени его нахождения в крае вероятно;

в) иметь откровенно слабую пресс-службу, которая цитирует, сама не понимая что;

г) безразличным, что возможно для человека, который считает месячную задержку зарплат не поводом быть чем-то недовольным.

Самое страшное из всего этого - последнее, хотя нельзя исключать и всех других вариантов. Если так, то Константин Ильковский в Забайкальском крае – это временщик, прибывший сюда для чего угодно, но не для решения проблем. А подобные его заявления, в которых он не признаёт самые очевидные из них и тем самым снимает с себя ответственность за их решение, только подтверждают это.

Или я ошибаюсь, а всё, что я видел своими глазами и слышал своими ушами в трёх самых сельскохозяйственных районах региона – это всё враки. В Забайкалье нет никакой зоны рискованного земледелия, резконтинентального климата с засухами по 2 месяца, невыплатой субсидий по 1,5 года, отсутствия мест обработки сельхозпродукции, низких закупочных цен, тучей перекупщиков из других регионов, дорожающих со скоростью света ветеринарных услуг. И, вообще, на наш регион не распространяются законы РФ, не имеющие практически ничего общего со стимуляцией АПК. Тогда, сельское хозяйство, у тебя всё хорошо! Слышишь!

Я не уверена, что «Вечорка» как-то в работе использует профессиональный кодекс этики. И, честно-то говоря, я не уверена, что в нём есть требование ставить под такими текстами подпись реального человека. Но я вот считаю, что такие вещи можно писать только под собственной фамилией. Выйдет не так оторванно от реальности, но будет понятно, кому при встрече не подавать руки.

В субботу, 11 апреля губернатор Забайкальского края Константин Ильковский на встрече с руководителями СМИ заявил, что в регионе «сегодня нет ни одного ветерана, который бы нуждался в улучшении жилищных условий в соответствии с определёнными законодательством нормами и правилами». Мне в это очень трудно поверить, особенно если учесть, что в отчёте регионального правительства о работе за прошлый год звучала следующая информация: «По состоянию на 1 января 2015 года численность ветеранов войны, нуждающихся в улучшении жилищных условий и состоящих на учёте в органах местного самоуправления, составляет 103 человека. Из них один инвалид Великой Отечественной войны, 21 участник ВОВ, 81 человек - члены семей погибших инвалидов и участников войны».

Когда власти края успели обеспечить всех нуждающихся ветеранов жильём, почему такое значимое событие не афишировалось пресс-службами и об этом не знали журналисты, почему о столь достойном успехе губернатор сообщает вскользь на встрече с главами СМИ? Вопросов много, ответов и доказательств нет. Но один аргумент в пользу того, что губернатор, возможно, лукавит, появился на следующий день после публикации в ленте «Чита.Ру» заявления главы региона. К нам в редакцию пришло письмо:

«Ветеран Великой Отечественной войны - Григорий Михалёв из посёлка Шерловая Гора с начала года пытался встать на учёт как нуждающийся в улучшении жилищных условий. Чиновники местной администрации сначала отказались это сделать, отправив ветерана собирать справки по всем инстанциям, которые сами должны были запросить по межведомственному взаимодействию. Решить вопрос положительно удалось только после обращения к первому заместителю председателя правительства Забайкальского края Алексею Шеметову, который находился с отчётом правительства края в Борзинском районе в феврале 2015 года. После поручения Шеметова ветерана поставили на учёт как нуждающегося в улучшении жилищных условий. Однако, Григорий Михалёв, являясь ветераном ВОВ, до сих пор не имеет в собственности жилья и живёт в квартире по договору найма у собственника квартиры - физического лица. Он также является вдовцом участника Великой Отечественной войны - супруги Анисьи Михалёвой. Поэтому высказывание Константина Ильковского не соответствует действительности».

Автор сообщения приложил документы, подтверждающие постановку на учёт Григория Михалёва и его статус ветерана ВОВ. И у меня нет оснований ему не верить. А вот губернатору, наверное, нужно уточнить информацию, а уже потом сообщать во всеуслышание столь важные и громкие новости.

Минувшая неделя отметилась митингом, который провели местные сторонники КПРФ за отставку губернатора Константина Ильковского и его кабинета министров. На площади Ленина говорили о многом, и полезнее было бы кому-то из администрации послушать, что кричат люди прямо под стенами их рабочего здания: кто знает, как и где «выстрелят» эти слова и настроения. По всей видимости, власти ограничились чтением новостей и устными пересказами про то, что «Иван Иванович, который там был, рассказал Ивану Никифоровичу».

Однако выступление медсестры из участковой больницы Дарасуна мимо министра здравоохранения не прошло, и в начале недели на место отправилась проверка.

«Были вежливыми, всё внимательно смотрели», - рассказала медсестра после проверки. По её словам, воочию удивились, что пациенты лекарства покупают на свои средства, что не хватает техники, тестов на сахар и, главное, зарплат. Рассыпающемуся зданию вроде как пообещали ремонт (по срокам, говорят сотрудники, точно ничего не известно).

«Ещё мне сказали, что сначала нужно было идти к руководству, а не выступать на митинге. Не должна это делать медсестра. В принципе, я согласна», - видно, что испуганную последствиями своего выступления женщину дальше стращать не стали, не стали давить, а попытались урегулировать конфликт по-доброму. Уверена, ни на какой митинг она в ближайшее время не пойдёт. Не из страха, а из хорошего отношения к проверявшим. Выдохнула.

А мне странно другое. Если для того, чтобы узнать о ситуации в Дарасуне, где сам министр Лазуткин бывал, чьи проблемы знает и о которой регулярно правительству говорит тот же депутат заксобрания Сергей Белоногов, нужен митинг, то что говорить о Газимурском Заводе, посёлке Кличка в Приаргунском районе, покосившихся сёлах вдоль Аргуни? Должны ли их медсёстры открывать глаза министерству на то, что творится в их ведомстве? Или тоже - не сестринское дело?

Владимир Путин внёс в Госдуму проект амнистии к 70-летию Победы. Под амнистию попадут несколько категорий – познакомиться со списком можно на сайте kremlin.ru.

Может быть, я настроена пессимистично, но не верю я, что хотя бы треть этих 60 тысяч осуждённых и 200 тысяч условно осуждённых, на которых распространится амнистия, воспользуются предоставленной возможностью, чтобы начать новую жизнь.

Едва ли многие женщины и мужчины, вышедшие раньше срока, возьмутся воспитывать своих несовершеннолетних детей, найдут работу и будут жить честно. Ситуации в жизнь бывают разные, но не думаю, что большинство из тех, кто оказался в колонии, хотя бы и впервые, думал о своих детях, когда нарушал закон. Есть ли среди них те, кто крал, потому что действительно не мог заработать честно и прокормить свою семью? Те, кто и впрямь раскаиваются и воспользуются шансом всё исправить?

Или те, кому за 50 и 55 – едва ли они отправятся на дачу и будут выращивать капусту, помидоры и огурцы, с благодарностью вспоминая 2015-й и амнистию этого года. Про больных активной формой туберкулёза я вообще молчу.

Особая категория - участники боевых действий, защищавшие Отечество, совершившие преступления небольшой и средней тяжести. Тоже странно. То, что ты где-то воевал и отличился, не перечёркивает совершённого преступления. Заслуга в одной сфере не аннулирует того факта, что где-то ты посчитал, что можешь проигнорировать права и свободы других людей, пойти более лёгким путём, там, где надо было вкалывать. И даже если дать всем этим людям шанс - жить трудной, но честной жизнью, в которой нужно снова будет искать жильё и работу, одевать и кормить детей, решать бытовые неурядицы, отчаиваться и преодолевать невзгоды – кто из них согласится?

На этой неделе я открыл для себя музыку Антонина Дворжака. Разумеется, это никакое не событие недели, но прямое следствие того, что случилось в понедельник. А случился очередной концерт фестиваля «Цветущий Багульник». Камерный ансамбль «Солисты Москвы» под руководством Юрия Башмета уже не в первый раз посетил Читу, собрал даже больше, чем полный зал, и очень серьёзно повлиял на какое-то количество присутствовавших. На меня - безусловно.

Я уверен, что при виде струнного камерного оркестра у многих современников внутри рождается лёгкая паника и желание оказаться подальше. Переключить канал или покинуть помещение. Я сам когда-то воспринимал скрипку только в музыке «Крематория» и «Аквариума». Знал о Ванессе Мэй, благодаря которой частичка «Времён года» Вивальди стала мировым поп-хитом. Но постепенно, интуитивно, маленькими шажками я всё-таки пришёл к порогу классической музыки, перестал бояться её языка, масштабов, необъятности, всех этих фраков и незнакомых фамилий. Убедился в том, что в академической музыке нет и не может быть какой-то кастовости, избранности среди зрителей. Именно это путешествие и завело меня на концерт Башмета, чувства и эмоции от которого я вполне серьёзно могу сравнить с каким-нибудь большим приключением. Каждый хороший концерт похож на приключение, но музыканты уровня «Солистов Москвы» творят с сознанием чудеса.

Всё это не имело никакого смысла здесь писать, если бы это было какое-то разовое выступление. Но в том то и дело, что, во-первых, фестиваль, продолжается, а во-вторых, билеты на некоторые из его концертов ещё есть в продаже. И если музыка для вас имеет хоть какое-то значение, не пожалейте времени, сходите хотя бы на один. Ну или не говорите потом, что живёте «в дыре, в которой ничего хорошего не происходит». Происходит, и гораздо чаще, чем может показаться. Нужно только не лениться вовремя выйти навстречу.

Великая Отечественная война коснулась нас всех, коснулась каждого дома и каждой семьи. С годами мы стали принимать Победу как должное, стали спорить, кто действительно принёс спокойствие нашей стране. К 70-летию Победы ветеранов осталось считаные сотни, и наше внимание для них важно именно сейчас.

В такие знаменательные моменты очень отрадно понимать, что остаются те, кто помнит об истинных победителях. К сожалению, памятные медали или грамоты с гвоздиками, которые дарят местные власти, не приносят никакой пользы. И вот автолюбители в этом году скромной компанией решили своими силами продавать наклейки на автомобили и на вырученные деньги закупить продуктов для пожилых. «От грамот и медалей им ни холодно, ни жарко, лучше конфеты, продукты или тёплая одежда», - говорят организаторы.

Почему городская администрация не думает так же? Не в этом ли ущербность современной власти - ведь все знают, что ветераны, которые обеспечили нам мир и спокойную жизнь, нуждаются в одежде и еде?

Неужели только одна наклейка стоимостью 100 рублей может изменить ситуацию? Эти вопросы, кажется, так и останутся риторическими. Мы разучились ценить то, что имеем.

Я вчера застраховывала автомобиль. Сунулась было, куда обычно - Россгосстрах на Чкалова. На часах 17.00, внутри девушка такая же грубая, какая красивая, то есть очень. Двое ожидали своей очереди, один посетитель уже мог любоваться сотрудницей «сильной компании» вблизи. Не поднимая глаза, она сообщила, чтобы я оставила все надежды за дверью:

- В 17.30 у меня сворачивается программа, я заканчиваю работать!

Согласно расписанию, работать филиал должен до 18.00.

Это привычная схема любых присутственных мест - выпихивать посетителей или покупателей за полчаса, пятнадцать минут до закрытия. И мы отчего-то безвольно встраиваемся в эту схему, иногда с унылым матерком.

И это всегда печаль, когда крупные компании вкладываются в саморекламу и продвижение, а один нанятый рабочий может одним словом нивелировать затраты и усилия. Впрочем, я считаю это справедливым.

Так что прощай, Росгосстрах! Мне душно под твоим крылом.