«Когда вы столько проживёте — и вас будут знать...»

К Семёну Леоновичу я прорывалась на интервью очень долго и прорвалась только с условием: «Про Ходорковского не спрашивать». Уставший от журналистов, невысокий, сухонький, с глазами, которые, казалось, смотрят сильно глубже, чем я есть на самом деле, он после встречи со смехом вручил мне визитку: «Дай бог, никогда не пригодится». Я так и жила - с ощущением, что пусть никогда не пригодится, но у меня есть номер Розенберга. Сегодня ИА «Чита.Ру» публикует это интервью, вышедшее весной 2007 года в региональном приложении «Аргументов и фактов». Вторым прокурором быть не вправе - В декабре исполнилось 40 лет, как я работаю адвокатом. Пошла пятая десятилетка. Сегодня я защищаю шофёра, завтра - бухгалтера, послезавтра - учителя или административного работника. И мне, конечно, сложно посчитать, в скольких процессах я участвовал. В первые годы было намного меньше адвокатов - тогда вольно или невольно приходилось брать больше дел. Теперь в области 260 адвокатов. Но вот так, очень «среднепотолочно», процессов, в которых я принимал участие, - тысяч 10-15. - А знаете, сколько из них выиграли? - Я не приемлю формулировок «выиграл процесс», «проиграл процесс»... Это не игра, нельзя играть на судьбу человека. Вот определили твоему подзащитному 5 лет. Это выиграл или проиграл? Смотря в каком случае. Иногда выходишь из процесса - плохой приговор, наказание не такое, как хотелось. Но я знаю, что я сделал всё. Иногда приговор прекрасный, все тебе об этом говорят, а остаётся неприятный осадок: не моя заслуга, недоделал, недоработал. Лучший судья каждый сам себе. - Чего в работе вы не допускаете никогда? - С первых месяцев работы я себе установил твёрдое правило: после приговора никогда не пытаться убедить судью в том, что он был не прав. Если ты не смог в суде доказать - чего ты потом добьёшься? Что, судья перепишет приговор? Нет. Значит, после суда - «спасибо, до свиданья». И обжалуй решение суда, доказывай свою правоту в суде другой инстанции. Ещё я никогда не спрашиваю, если подсудимый вины не признаёт: «А на самом деле убил ты или не убил?». Потому что когда мне он говорит: «Ну, вам-то я скажу», а на суде говорит «нет» - тогда чувствуешь себя неприятно, но всё равно говоришь «нет». Так положено. В том-то и умение адвоката - в этой ситуации всё равно найти какие-то обстоятельства, которые могут породить у суда какие-то сомнения. Адвокат не вправе становиться вторым прокурором. - Какими личными качествами должен обладать адвокат? - Они вряд ли отличаются от личных качеств людей других профессий. Добросовестность, умение общаться с людьми. Если обращается к тебе чья-то мама - не надо ей ещё раз говорить: «Ваш сын такой-сякой». Надо, чтоб она хоть с какой-то надеждой ушла, хоть как-то успокоить её, облегчить, уменьшить её горе. А потом уже помогать сыну. Самый гуманный суд в мире - Сейчас много говорят о несовершенстве судебной системы... - На мой взгляд, судебная система сейчас более совершенна, чем была. Она идёт по пути гуманизации, уравнения прав сторон, расширения круга прав обвиняемых, подсудимых, их адвокатов. Например, раньше только к очень ограниченной категории дел адвокаты имели доступ в период следствия. Теперь адвокат имеет доступ к делу с самой начальной стадии. Любой человек, даже свидетель, которого вызывают в следственный орган, вправе идти с адвокатом. Мы с первого дня общаемся, имеем право неограниченного количества свиданий наедине. - Молодые юристы, которых каждый год выпускают наши вузы, - это конкуренция? - К сожалению, среди них очень много непрофессионалов. И это даже не их вина. На юрфаках нет кадров. Скоро будет лицензирование вузов, и, вероятно, многие будут лишены лицензии. Когда я учился, у нас в Томске преподавали профессора, доктора наук, авторы учебников. Дефицит специалистов - беда не только юристов, но и врачей, учителей... Беда всего высшего образования, болезнь общества. Я на своём месте - За какие дела вы никогда не берётесь? - Нет таких дел. И адвокат не вправе отказывать. Но из-за большой загруженности я физически не могу принять все поручения. Поэтому есть какая-то возможность выбирать... Уже довольно давно стараюсь избегать дел об изнасилованиях. Особенно, связанных с сексуальными извращениями. Тем более, если потерпевшими являются дети. Неприятно. Я слышал про себя, что если ко мне просто придут с улицы - я откажу. Что не возьмусь, пока кто-то не позвонит и не попросит. Это неправда. Приходят абсолютно без всяких рекомендаций и договорённостей. Если мне позволяет нагрузка - я принимаю. - Вас, наверное, очень многие знают? - Когда вы столько проживёте - и вас будут знать... (смеётся). В силу профессии у меня довольно широкий круг знакомых, которые ко мне хорошо относятся. И это несомненный плюс. Минус в том, что потом я не могу отказать им в принятии поручения. А у всех знакомых есть друзья, соседи, родственники. - В любой профессии есть недостатки. Каковы «издержки производства» у адвокатов? - Давайте начнём с того, что моя профессия мне нравится!.. Но иногда всё-таки мы далеко не в равном положении с прокурором. У нас ещё нет по-настоящему принципа независимости суда и равенства сторон. Теперь я занимаюсь большими, сложными уголовными делами. Иногда их сразу помногу. Времени катастрофически не хватает - наваливаются жалобы, завален бумагами, надо знакомиться с протоколами. И думаешь - на черта мне это надо? Ведь обращаются по совершенно простым делам о кражах, драках. Материально несколько простых дел далеко-далеко компенсируют одно сложное. Возьмёшь простое. Одно, два, три. Скучно становится! Неинтересно!... И я опять влезаю в какое-нибудь дело. - Почему вы любите свою профессию? - Я чувствую, что я на своём месте. Я с удовольствием иду на работу. Мне очень нравится коллектив, в котором я работаю. У меня никогда не было начальства, и сам я не был начальником. Это мне тоже нравится... К сожалению, два сына не пошли по моим стопам. Хотя мне бы этого хотелось. - Это к сожалению. А что к счастью? - Ну, что к счастью? Я дожил до таких лет и всё ещё, как мне кажется, что-то соображаю и кому-то нужен. У меня всё нормально дома. От болезней никуда не денешься. Как говорят после определённого возраста: «Если проснулся утром и ничего не болит - значит, мёртв»... Абсолютно счастливы, наверное, только идиоты.