Прокурор говорит — обзор краевых СМИ

Очередной экзамен на стойкость

С 24 июля в крае из-за сложной обстановки в АПК введён режим ЧС. Едва пережив природные пожары, нанёсшие значительный ущерб отрасли, аграрии сражаются с невиданной в прежние годы засухой. Именно «невиданной» называют её в хозяйствах Дульдургинского района, где с рабочей поездкой, оценивая последствия серьёзного испытания для растениеводства, побывал первый заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия края Владимир Лоскутников.

«Ждём дождика!»

– Такими словами замминистра встречали на протяжении всей его поездки, в каждом хозяйстве. «Вот, глядим, пошёл дождь из Читы, до Каланги дошёл и остановился!» – сетует руководитель агрокооператива «Бальзино» Ольга Баляшкина. «Невооружённым глазом видна разница, – соглашается с ней Владимир Георгиевич, – зеленеет Карымский район, только начинается Дульдургинский, сразу за указателем – совершенно другая картина, всё жёлтое…».

Нынче в «Бальзино» посеяно 550 га зерновых, из которых 200 га пшеницы, 250 овса и 100 ячменя. Также посеяно 250 га однолетних трав на сено. Все работы проведены в срок, всходы были хорошие, но с начала весны осадки выпали в здешних местах всего два раза, и то кратковременные. Конечно, это сказалось и на росте растений, и на их развитии. Зерновые погибли, в этом сомнений нет. Если осадки всё же случатся, то разве что какой-то корм скоту с пашни возьмут – на это только и осталась надежда.

Под пшеницей два поля. На одном посеяна «Бурятская-79», на втором «Алтайская-70», элита, которую специально приобрели в этом году. Усиленно чистили семена – пять раз прогоняли, фактически месяц на это ушёл, но урожая, на который надеялись, конечно, уже не будет. Немного более устойчивой к засухе показала себя «Бурятская», хотя и у неё, рассказывают селяне, есть свои недостатки – она полегает и осыпается.

Проблемой в этом году для агрокооператива будет заготовка сена, потому что сенокосные угодья находятся ещё в худшем состоянии, чем пашни, а на корм скоту идёт в первую очередь сено естественных трав. Продуктивность сенокосов очень низкая и косить практически негде, в такой ситуации оказалось не только коллективное хозяйство, но и все частники Бальзино. Село живёт скотом, сенокосы – вопрос болезненный.

Были годы, когда люди выезжали в Читинский район, косили в стороне Оленгуя, на земле Хойто-Аги. Во времена СССР бальзинцы выезжали на сенокос даже в Монголию, часто бывали в Приаргунском районе... Но тогда здесь было большое откормочное хозяйство и совершенно иные потребности в кормах.

Сегодня в АК «Бальзино» чуть более 800 голов КРС, 4000 овец, и, как бы там не было, вопрос о сокращении поголовья уже витает в воздухе – чтобы как-то выжить, необходимо пересматривать затраты.

– Нынче косили даже в пади, там у нас болотистая местность, – рассказывает Ольга Юрьевна. – А ехать куда-то за сеном дорого. Такая засуха впервые не только на моей памяти, но и старики в селе говорят: такого не было никогда! Температура переходит за 40 градусов, уже почти три недели стоит. Конечно, будут проблемы и с уборкой. Во-первых, всё низкорослое, даже если осадки придут ещё. Растения развиваются, минуя фазу, пытаясь сохранить корневую систему, начинают отмирать – пустоколосье!.. Во-вторых – дизельное топливо, сегодня оно 40 руб. за литр, как бензин! Ну и в-третьих, кадровый вопрос, он уже давно на селе стоял и стоит. Но люди у нас всё-таки есть.

А ещё есть в «Бальзино» высокопроизводительная техника, которой могут позавидовать во многих забайкальских хозяйствах – на уборку пойдёт «Джондир», и КЗС-7 «Полесье», который приобрели пять лет назад. Сейчас приобретают пресс и погрузчик.

В лучшие годы на этих землях получали по 18-20 ц/га пшеницы, при прошлогодней засухе взяли 12-13 ц/га. Нынче гордиться нечем.

33 коровы

«Недавно купил картофелекопалку, сажалку. Хорошая техника, советская, сильно не работавшая, не уставшая… Повезло!» – рассказывает Бадма Намдаков. КФХ, зарегистрированное на его племянника, в этом году выиграло грант. По бизнес-плану деньги потратили на строительство свинарника, ограждения и завершение гаража. Пока выполнение процентов 80, говорят. Осталось половина работ по ограждению территории. Это очень важно – хотя в других районах края такой практики, как в Агинском округе, нет. Но ограждение спасает и от потрав, и от пожаров, и от лихих людей.

Нынче два года, как работают здесь.

«Пока мы ничего не знаем, идём по наитию, – улыбается Бадма Базаржапович, – вот опыта наберёмся и площади картошки увеличим! Хочу вот сделать хранилище по монгольскому методу, друзья обещали привезти чертежи и подробнее разузнать, как хранят картофель в Монголии и в Маньчжурии. Удобно, не надо держать работников! Планируем купить культиватор и маленький трактор».

Кроме картофеля (2 гектара) у фермеров имеются посадки турнепса, на 50 га посажена зелёнка. 137 голов КРС – тоже не сразу появились: было порядка 40 своих, да потом на аукционе прикупил герефордов – двух быков и 33 коровы, «как в песне поётся», – смеётся хозяин. Две лошади, свиньи.

Сам он строитель, жена учительница.

«Больше нечем другим заниматься, – замечает. – Когда округ процветал, строительный бум был, я строил. Сейчас объектов нету, строительство закончилось, а работать привык, энергию надо куда-то девать. Посмотрел, поддержка есть только здесь, в сельском хозяйстве, вот и занялся фермерством».

Два года место выбирал, ездил повсюду. Но остановился именно на этой земле. Во-первых, родник. Во-вторых, и весной, и осенью, в разное время года здесь постоянно трава росла, а узонцы шутили – дожди идут строго по границе земли: в Усть-Иле нет, а здесь льют! В прежние годы тут стоял зерноток, был полевой стан. В детстве Бадма ездил сюда с отцом.

За то недолгое время, что стал фермером, он многое сделал для стоянки. Провёл электричество – линию, длиною в километр, устроил водопой для скота, трубопровод, собирается смонтировать поливную систему. Устроили столы для сенокосцев – чтоб все могли разом обедать, ведь в прошлом году много людей на сенокосе было. «Всё по-хозяйски!» – отмечает Владимир Лоскутников.

Главный советчик здесь Вадим Фёдорович Емельянов – с ним Бадма Базаржапович работал на бульдозере, а ещё раньше он был звеньевым, «хорошим!» – улыбается хозяин. Проблема главная в нехватке людей. На стоянке живут трое мужиков. «А вот семью бы хорошую сюда! Была бы женщина, было б замечательно, – мечтает фермер. – А пока мужики убираются сами, самый чистоплотный мужик Никитин Женька!... Но найти хорошую семью – это сложно», – заключает он со вздохом.

Искать траву

1014 га зерновых посеяно нынче на землях СПК «Племзавод Родина», победителя многих соревнований (на последней Сибирско-Дальневосточной выставке племенных овец и коз СПК получил приз министра сельского хозяйства России – автомобиль «Шевроле Нива»), из них 300 га – пшеница, 628 – овёс и 76 ячмень. 350 га под однолетними травами.

«По предварительным рассчётам на списание пойдёт 550 га зерновых и 250 однолетки, – рассказывает руководитель СПК Дарима Дондокова. – Сена у нас практически не будет. Чтобы прокормить наше поголовье, нужно 3000 тонн, а мы итак ежегодно заготавливали только 1600 тонн сена, а ещё 400 тонн овса на фураж и однолетних – сколько возьмём. Нынешнюю засуху тяжело переживают и животноводы – голые пастбища, роднички ушли. Была бы вода – скот перешёл бы на летники, но мы были вынуждены оставить его на зимнике, там есть скважины».

Вместе с замминистра они проезжают поля «Родины». 222 гектара пшеницы в этой бригаде. Колос пустой. Понятно, что даже не стоит загонять сюда комбайн. Всё поле полностью надо списывать. А вот поле, засеянное элитой. Грустная картина – урожай уже ничем не возьмёшь, остаётся только скормить скоту. Кто знал бы, где соломку подстелить!...

«Первый экзамен, который мы пережили в этом году – страшные пожары, когда край потерял 2,5 тыс. овец, более 200 голов КРС, огнём уничтожены постройки и жилые дома, – говорил позже на встрече с руководителями хозяйств Дульдургинского района Владимир Лоскутников, лично побывав в некоторых из них. – Засуха – это второй экзамен, и чтобы его сдать, должен быть тандем «государство-власть-коллектив». Чтобы в зиму уйти с кормами, дано задание главам Нерчинского, Чернышевского, Газ-Заводского районов, которые от засухи не пострадали, оценить имеющиеся площади с тем, чтобы провести покосы там. Нужно искать траву, иного выхода нет! Если нет ресурсов у хозяйств, можно и сводную бригаду от округа собрать.

Ситуация архисложная. Под засухой находятся и наши хлебосеющие районы Приаргунский, Краснокаменский, часть Калганского, весь Забайкальский. Осадков нет со второй декады июня. Например, у меня есть данные, что в Приаргунском районе при норме 104 мм, выпало всего 0,5 мм осадков! Средняя температура стоит 33–35, и до 38 градусов в тени, а на почве это 60-70 градусов. Падает дебет воды в скважинах – в 116 скважинах её уже нет. В некоторых сёлах проблемы с водой возникают не только для скота, но и для населения. Мы знаем случаи, когда от такой жары возгорается свежая зелёная трава!».

Если корма не будут заготовлены в достаточной (уж не по нормативам, а хотя бы по практике прошлых лет) степени, то впереди у забайкальского АПК – ещё один серьёзный экзамен, уже для животноводов – бескормица при зимней стуже.

Что касается зерновых, то по данным министерства сельского хозяйства и продовольствия региона, осенью планируется собрать едва ли треть от прежнего урожая, а об экспорте 2014 года, когда край продал почти 50 тыс. тонн зерна, и мечтать не приходится. По предварительным данным ущерб от засухи – 2015 в регионе оценивается почти в полтора миллиарда рублей. Сейчас в районах ведётся обследование посевов и оформление специальных документов, чтобы потом краевое министерство отправило их в Москву. Как рассказал Владимир Лоскутников, до 70% понесённых (и подтверждённых официально) затрат будет возмещено. Что очень важно – деньги земледельцы получат из федерального бюджета. Прежнее требование, что регион должен предусмотреть и свои 10%, отменено – федерация поняла, что софинансирование при нищих бюджетах на местах практически нереально.

Последний парад наступает?

Темой сегодняшней зарисовки я подумал сделать проведение в Чите 2 сентября 2015 года парада в честь окончания Второй мировой войны. Во-первых, до этого события остался месяц с небольшим, а никакого движения со стороны власти не ощущается. Может, забыли?

Во-вторых, мы попытаемся показать с помощью нижеследующих суждений, как в этом мероприятии проявляется идиотизм нашей административной жизни, думаю, все менее и менее отличимой от банального абсурда.

В феврале этого года появилось сообщение, что правительство края и командование 29-й общевойсковой армии рассматривают возможность проведения в Чите 2 сентября военного парада в честь 70-летия окончания Второй мировой войны. 27 апреля первый замминистра обороны В. Герасимов дал согласие и указания командующему Восточным военным округом.

14 мая в Чите прошло первое совещание по организации парада, посвящённого 70-летию окончания Второй мировой войны. Впервые в СМИ появилось сообщение, что принимать парад будет Президент Путин. В то же время было объявлено, что два города претендуют стать центром празднования – Чита и Владивосток. И Путин, понятно, не разорвётся, а примет парад в одном из этих городов. После этого он отправится в Китай, где будет присутствовать на военном параде в Пекине 3 сентября 2015 года. Как я понимаю, наш очень всенародно избранный губернатор затеял парад в Чите, чтобы к нему приехал Сам. Ну, знаете, как у любимого Макара Андреича:

«Наш путь к вершинам бесконечно труден: То лбом об стену, то наоборот. К нам в Холуево приезжает Путин, чтобы увидеть, как живёт народ».

Уже через пару недель 28 мая в Чите прошло очередное заседание оргкомитета «Победа», на котором стало известно, что, по плану, в параде будут задействованы войсковые соединения Российской армии, а также монгольские и китайские военные. Активно обсуждался вопрос о привлечении авиации. Авиалюбивый губернатор Забайкальского края заявил, что ведёт переговоры по привлечению к параду группы «Русские витязи». Но открытым оставался вопрос о статусе этого парада. Уже сразу три города – Владивосток, Хабаровск и Чита – претендовали на то, чтобы принять Путина в качестве главного гостя.

Прошёл-то месяц с небольшим, и 16 июля начальник пресс-службы Восточного военного округа Александр Гордеев «на голубом глазу» сообщил журналистам, что парад войск читинского гарнизона с привлечением вооружения и военной техники впервые пройдёт 2 сентября действительно в столице Забайкальского края городе Чите:

«Народ в ключе такого поворота Поднялся на великие дела, И церковь поменяла план работы, И исполком забил в колокола».

«По центральной площади Читы пройдут около 1,5 тысячи военнослужащих. В торжествах примут участие рота барабанщиков, подразделение знаменосцев со штандартами фронтов, роты пехоты, лётчиков и моряков времён Великой Отечественной войны, военнослужащие зенитно-ракетного и артиллерийского соединений, сводный военный оркестр читинского гарнизона», – сказал Гордеев. Кроме того, в военном параде планируется участие 56 единиц военной техники. Вот те на! Все прилично, но ждали-то Путина вперемешку с монголами и китайцами верхом на «Русских витязях», а тут опа! – и нате вам роту барабанщиков. В «Холуево» это сообщение не комментировали.

И вот что я про всё это думаю. В октябре прошлого года Ильковский организовал в Чите семинар иностранного агента – Московской школы гражданского просвещения. И вовсе не раскаивался в том, что правительство Забайкальского края устроило глумление над Великой Победой. «Масса свидетельств, что в начале войны летом 41-го местами до осени 42- го года весьма значительная часть советских граждан ждала немцев как освободителей», – заявил на семинаре один из «лекторов». Поэтому я не верю, что Ильковский хоть в какой-то мере дорожит воинской славой Забайкалья. Я думаю, ему на неё «плевать».

Однако к весне этого года результаты его дилетантского правления вылезли наружу и стали видны невооружённым глазом. Чтобы «замазать» невооружённые глаза государственному руководству, и появилась затея с парадом 2 сентября. Ильковский, как можно предположить, наивно считал, что постоит часик с Путиным на трибуне, пронесут мимо них славные штандарты фронтов Советско-японской войны 1945 года – и все «грехи» его спишутся. Да и понятно, что к приезду Путина федеральный центр должен был в Чите «подтереть» за Ильковским:

«По городу натыканы знамёна, Проверен дым над каждою трубой, И вся трава покрашена в зелёный, а небо – в безмятежноголубой».

Как сейчас понятно, вся прошлогодняя глупейшая, на мой взгляд, затея с фестивалем «Студенческая весна ШОС» была вызвана всего лишь наивным стремлением заполучить в Читу в гости премьер-министра Дмитрия Медведева. С которым, думаю, Ильковский хотел под песни народов мира «порешать» вопросы своего карьерного роста до должности заместителя министра энергетики. И что? Стоило это краевой казне сотни миллионов целковых и начала цепной реакции задержек зарплат бюджетникам. И вот опять... И вы после этого думаете, этот Ильковский – умный, да?

В бюджете края из-за Ильковского дыра в 8 миллиардов, госдолг 20 миллиардов. Пока народ дохнет от реформы здравоохранения, губернатор собирается строить горнолыжный курорт в Дарасуне. Лес горит. Сельчане задыхаются без дотаций, сотни тысяч гектаров обещают в аренду китайцам. Бюджетники унижены задержками зарплат. Самое время, конечно, Путину ехать в Читу принимать парад с ротой барабанщиков. В общем, я считаю, Путин не приедет. Не спишутся под это дело Ильковскому все его прегрешения перед народом Забайкальского края. Рано или поздно придётся ответ держать:

«Кому смешно, а вышло не до смеха. – Элита на перроне собралась, Вот только Путин так и не приехал, а жизнь уже почти что задалась».

Но парад-то будет. А власть ни фига не делает для его организации. 2 сентября, между прочим, это рабочий день. Дети опять же в школу пойдут. А в центре города придётся перекрыть движение. Если не будет решения объявить этот день нерабочим, парад принесёт читинцам не только законную радость, но и очень-очень большие проблемы.

Или краевая власть продолжает проводить политику иностранного агента – Московской школы гражданского просвещения, где Ильковский числится в экспертах, и решила так скомпрометировать День Победы над Японией в глазах забайкальцев?

Василий Войкин: С проблемами Забайкалья знаком не понаслышке

В середине июля исполнился ровно месяц, как Василий Войкин возглавил прокуратуру Забайкальского края. Мы пригласили Василия Савельевича в пресс-центр «КП-Чита», где за чашечкой чая он рассказал о первых впечатлениях, о планах и о себе.

– Василий Савельевич, расскажите, пожалуйста, сразу ли Вы согласились возглавить прокуратуру нашего региона, ведь такой шанс выпадает, пожалуй, один на миллион?

– Ну, что Вы. Такой шанс выпадает чаще, один на 85 субъектов РФ. Для меня Восточная Сибирь – это практически родные места. Несмотря на то, что я родился в Башкирии, высшее образование получил в Свердловском юридическом институте, который теперь имеет статус Уральского государственного юридического университета. После окончания вуза попал по распределению в Иркутскую область, знакомую мне по практике. Здесь прослужил 25 лет. Прошёл все ступеньки карьерной лестницы от стажера и старшего следователя прокуратуры города Черемхово до заместителя прокурора Иркутской области. В 2008 году был назначен прокурором Томской области, откуда и приехал в Читу.

– Василий Савельевич, для Вас, уже умудрённого опытом человека, какая деятельность ближе – оперативно-следственная или же надзорная?

– Вы знаете, когда я начинал работать в прокуратуре города Черемхово, а тогда и следствие и надзор над ним находилось в ведении прокуратуры, то мне было ближе всё-таки следствие. Первое дело, которым мне пришлось заниматься, было расследование экономического преступления. Для меня такие головоломки были интереснее довольно простых дел о преступлениях против личности. Сейчас же, наоборот. Больше приходится работать с документами. В иные дни прочитываю до 1000 листов.

– А когда Вам предложили возглавить прокуратуру Забайкальского края, как Вы к этому отнеслись, как прореагировали Ваши близкие?

– Честно говоря, к переездам мне не привыкать. Забайкальский край – это третий субъект Сибирского Федерального округа, а Чита – седьмой город, в котором я работаю с начала своей трудовой деятельности. Мы же, как военные. Приказ отдан – надо исполнять. А жена даже обрадовалась. Чита намного ближе, чем Томск к Иркутску, где живёт наш сын и два внука.

– А чем сын занимается?

– Он пошёл по моим стопам. Работает в органах прокуратуры Иркутской области.

– Советуется с Вами по рабочим вопросам?

– Нет. Мы его приучили к самостоятельности. Конечно, бывает, что мы обсуждаем какие-либо рабочие моменты. Но это делается не в рамках процесса. Просто сын рассказывает о своих делах, а я о своих, когда нам удастся встретиться.

– Василий Савельевич, много ли районов Вы объехали за этот месяц?

– Порядка десяти. По всей линии к Монгольской и Китайской границам и в городе Чите. Посмотрел, как живут люди, как работают мои подчинённые. Встретился с населением, главами администраций. К сожалению, в Забайкалье расстояния такие огромные, что и не сразу можно объехать все районы. Для этого мне понадобится, как минимум, полгода. Скорее всего, ещё больше.

– Вы наверняка также знали, что наш край – один из самых сложных по криминогенной обстановке?

– Да, конечно, регулярно на различных совещаниях мы обсуждали все проблемы субъектов Российской Федерации, входящих в Сибирский федеральный округ, общались мы с коллегой, прежним прокурором Забайкальского края Владимиром Фалилеевым. Поэтому я знал, куда еду. Хочу отметить, что Забайкалье по уровню криминала сильно напоминает шахтёрский городок Черемхово 80-х годов в Иркутской области, где я начинал службу. Трудностями нас не напугаешь.

– А чем Вы занимаетесь в свободное время, если оно у вас есть, конечно?

– Люблю читать, преимущественно наших русских классиков. У нас большая библиотека, и сейчас мы с супругой думаем, как все это перевезти в Читу. Люблю лыжный бег. Когда служил в Иркутской области, более 20 лет охотился. В Томске у меня на это не было времени. Будет ли оно в Забайкалье – посмотрим.

Липкие руки в толпе

Рейд с сотрудниками полиции и навыдуманные истории из жизни Забайкальцев

Город в движении – бегут машины, бегут люди. Словно муравьи перебегают дороги, заходят в магазины, толпятся у лотков и киосков. Всяк «чудак» спешит реализовать своё право на жизнь и комфорт. Но иногда в нашей жизни встречаются люди, которые, подобно паразитам, пытаются на чужом горбу в рай въехать. Мы их не видим в толпе, но они есть. И вот пример...

Подруга с талантом

Когда-то Татьяна и Елена были подругами. Вместе учились в профессиональном училище своего районного центра. Потом просто разъехались и все контакты прекратились.

– Мы не общались девять лет, – рассказывает Таня, — А потом стали переписываться в соцсетях. Обменялись телефонами. Елена знала, что я собираюсь поменять место жительства.

Отсутствие рабочих мест на своей малой Родине в одном из районов края послужило причиной, побудившей Татьяну перебраться в наш город.

– В Чите Лена сама мне позвонила и пообещала помочь в трудоустройстве, а именно организовать встречу со своей бывшей начальницей. Она когда-то работала риелтором, а сейчас в отпуске по уходу за ребёнком.

На том и договорились. Только на встречу Елена пришла одна, объяснив все занятостью бывшего руководителя. Устав болтаться на улице, Таня предложила бывшей подруге зайти куда-нибудь «посидеть».

– Давай в позную, – предложила Елена.

Как вспоминает Татьяна, за разговорами прошло часа три. Беседовали о своей жизни в студенческом общежитии, об учёбе. А потом разъехались каждый по своим делам. Только дома Таня обнаружила в своей сумке лишь обложку от документа. Паспорта в ней не было.

Так что обживаться в Чите Тане пришлось начать с Управления МВД по городу Чите. Без паспорта в нашей жизни, увы, никуда. При каких обстоятельствах его лишилась она, естественно, не заметила. Когда обратилась за помощью к оперуполномоченным, пришлось вспомнить все, что происходило накануне. И тут сюжетец завернулся. Не киношный, а настоящий, только сценаристам в титрах пришлось прописать реальную жизнь...

Кино в жизни

На следующий день, ближе к обеду Татьяне стали приходить СМС-сообщения из кредитных организаций, уведомляющие о заявке на кредит.

– Со мной связались три банка с просьбой подтвердить заявку и сверить контактные данные, – поделилась со мной девушка, с трудом веря во все происходящее. – В тот момент не знала на кого подумать. Естественно, Лену не подозревала.

Об этом и рассказала Таня сотрудникам оперативно-сыскного отделения.

Позднее было получено от банков описание девушки, обращавшейся к ним, и Татьяна, теперь уже «потерпевшая» без труда узнала подругу. Когда я взглянула на фото Елены, сходство девушек, с учётом погрешностей объектива, было поразительным. Похоже, их встреча была запланированной.

Телефоны, адреса и место работы, указанные в анкетах банков, оперуполномоченным предстояло проверить. На телефонные звонки никто не отвечал. Место работы тоже было «липовыми». Осталось проверить адреса. Едем по первому указанному адресу. На улице уже темно. Окна, стоящих рядом пятиэтажек, тёплым лимонным светом напоминают об ужине, уюте и покое. Но об этом на время придётся забыть.

– Преступление по возможности нужно раскрыть «по горячим следам», то есть, в течение суток, – объяснили мне. Надо, значит, надо.

Домофон - подьезд - закрытая дверь

Информация, повторяющаяся во время проверки адресов, оказалась недостоверной, поэтому держим свой путь дальше. Пока спидометр машины считает километры городских дорог, получается с огромными усилиями связаться с мошенницей. На уловку «оперов» Елена все же клюнула. Но местоположение своё не выдала. Следующие два адресочка также ни о чём не рассказали. Но не все версии отработаны, и вечерняя трапеза снова сдвинулась на неопределённое время. Во, работёнка! Снова мчимся в отделение. Номера телефонов, база данных, соседи, знакомые, родственники... а потом снова пришлось хитрить. Сработало. Елена позвонила Татьяне и предложила встретиться на следующий день. Что ж, ждём завтра.

На следующий день Лена до последнего путала следы, но её задержали. Похищенный паспорт был изъят. В ходе расследования сотрудниками оперативно-сыскного отделения было установлено, что девушка уже привлекалась несколько раз за мошенничество и один раз за кражу денег.

На некоторое время я уехала из отделения. Поэтому «откровения» с задержанной пропустила. Вернувшись, просто впала в оцепенение: за столом сидела спокойная девушка с мягким, я бы даже сказала, доброжелательным взглядом. При разговоре с оперуполномоченным послушно кивала головой и говорила:

– Ну, куда же я теперь денусь? У меня же дети.

То лицо, которое я видела на фотографиях из картотеки уголовного розыска, её беседы с Татьяной по телефону напоминали осторожного зверя перед охотником и совсем не походили на эту «милую» девушку 25-летнего возраста. Выйдя из коматозного состояния, задаю вопрос оперуполномоченному:

– Что я видела? Кто это?

Ответ был прост:

– Она же мошенница.

Семейный подряд

Новый день принёс новое знакомство.

– Задержанная сидит в кабинете. За воровство пары сапог и сумки в одном из магазинов города. Запись с камеры видеонаблюдения помогла безошибочно установить личности. «Работала» не одна, с помощницей, – рассказывает оперуполномоченный, проводивший задержание. Теперь это его «дитя».

В кабинете я увидела только беременную девушку, которая одной ногой уже в роддоме. И ребёнка 1,5-2 лет на вид. Спрашиваю:

– А задержанная-то где?

Ею и оказалась девушка, готовящаяся стать матерью.

На вопросы сотрудника отделения девушка отвечать отказывалась, просила адвоката, подельницу свою скрывала. «Беседовали» тихо и спокойно. Только недолго...

Распахнув дверь, вошли две женщины-цыганки: молодая и пожилая. Первая прошла ко второму оперуполномоченному для просмотра какого-то видео, изъятого в одном из ночных клубов города. А пожилая сказала, что она свекровь задержанной и пришла за тем, чтобы накормить невестку и внука. Передав пакет, уходить не спешила и на требование сотрудника покинуть режимный объект не отреагировала. Усевшись на диван, заговорила:

– Вы, ребята, смотрите, ей через два дня рожать. Живот-то опустился уже. Болит поясница-то?

Ничего не оставалось, кроме того, как вывести заботливую свекровь «под рученьки».

Пожилая цыганка, словно подтверждая теорию Чарльза Дарвина «О происхождении человека», хриплым криком раненого примата вспоминала Бога, совесть и тут же грозила навести порчу. Из «тихой» беседы сделала вывод, что дама захаживала сюда не раз, так скажем, руки помыть после того, как к ним что-нибудь прилипнет. Теперь она на заслуженном отдыхе. А семейное дело унаследовали три дочери да невестка. Вот вам и картина: одна из дочерей видео смотрит, невестка с внуком следователя ждут, а бабулю за нарушение порядка вывели. Прямо династия воров какая-то.

– Там ещё две сестры есть с такой же профессией.

Я, не отрываясь, смотрела на живот девушки и думала:

– Какое же обстоятельство вместо роддома воровать понесло?

А сынишка задержанной, ничего не подозревая, катал машинки по столу «режимного объекта». Потом ребёнок попросился в туалет, по серьёзным делам, так сказать. На что его мама ответила:

– Терпи, мы не скоро ещё уйдём отсюда.

Не знаю почему, но мне захотелось убежать. В коридор, на улицу, домой.

Наблюдая за тем, как бабушка, словно наседка, заботливо клохчет над внуком, переживая о том, что он голоден, заинтересовалась:

– А думает ли она о том, как будет с пропитанием у тех, кого посетила её вездесущая рука? А может быть, кто-то в аптеку торопился? Или последние копейчушки нёс за услуги ЖКХ рассчитаться?

Как показала беседа, нет. Дочь заявила:

– Мы ничего плохого не делаем.

Интересно, из чего же изготовлены сапоги и сумка, что вышли дороже статьи Уголовного кодекса?

Моё мнение, что воровство можно оправдать действительно больной психикой. Смягчить детьми и родителями, нуждающимися в дорогостоящем лечении. Это моё мнение. Но, сколько людей столько и мнений. А воришки, прячась под масками добрых соседей или любознательных горожан, продолжают охоту за доверчивыми и невнимательными гражданами нашего города. Не открывайте двери и души настежь. Как говорится: доверяй, но проверяй.

Приходи сюда мириться!

Подарок городу по случаю 25-летия нашей газеты – скамья примирения.

Ох, истосковались же мы по дождику, что он даже не испортил нам праздника – торжественного открытия скамьи примирения в парке Дома офицеров в минувшую пятницу. Танцы, песни, музыку пришлось, конечно, отменить, но праздник, по признанию гостей, и без них получился душевным.

Скамейку мы установили справа от центральной аллеи, там, где находится пруд. Кованая, с витиеватыми завитками и листками, она отлично вписалась в здешний «интерьер». Работники парка намертво укрепили скамейку к дорожке – чтоб ни один вандал не позарился унести домой такую красоту.

Этим подарком мы хотим показать всем организациям и предприятиям Читы, что даже собственный (маленький или большой) праздник можно обернуть на пользу родному городу. Экономьте на торжествах и банкетах, ставьте оригинальные скамейки, урны, вешайте чудесные фонари, высаживайте деревья и кустарники – преображайте то место, в котором живёте, приучайте горожан ценить красоту!

А вас, уважаемые читинцы, особенно тех, что помладше, просим беречь наш подарок: не царапать на нём «Маша Вася = Любовь», не стоять на ней ногами, не ломать, ведь это теперь не наше, а ваше хрупкое имущество. Так пусть же оно радует всех нас как можно дольше! И непременно приходите сюда мириться с теми, с кем в пух и прах поссорились. А то и просто загляните в парк – присесть на скамейку примирения и почитать свежий номер «ЧО»: найти пищу для ума и сердца, поспорить с отдельными авторами или мыслями, а в конце потянуться от удовольствия чтения и примириться с окружающим миром и самим собой. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на пустяки.

Давайте жить дружно!

Путешествия по реке Чите

Река берёт начала между отрогами двух хребтов, Яблонового и Черского. Места, где она начинает прокладывать свай путь, угрюмые, особенно зимой, когда среди белого безмолвия можно увидеть только одиноко стоящие среди заснеженных кочек лиственницы. Летом – другое дело, это мир разнотравья, цветов, покрытых мхом, камней, выложенных природой так, что они напоминают древнюю дорогу, посреди которой несёт свои прозрачные холодные воды река Чита. Но если солнечный день станет пасмурным, и небо закроют тёмные, огромные, лохматые тучи, чувство одиночества станет охватывать каждого, кто окажется здесь. Но ниже по течению путешественника ждёт удивительный мир открытий!

Через пару десятков километров, породнившись с ещё несколькими подобными ручейками, Читинка становится небольшой речкой с плёсами, озерками, старицами, небольшими заливными лугами. Цветов и разнотравья становится ещё больше, над ними парят сотни насекомых, разноцветных бабочек, стрекоз, шмелей и, конечно, паутов, слышно радостное пение птиц. Дальше к реке приближаются торы. Здесь отроги двух хребтов подходят совсем близко, почти рядом возвышается огромная гора – голец Чингикан (самая высокая точка Читинского района).

Места эти настолько красивые и дикие, что с глубокой древности привлекали людей. Именно здесь на правом берегу они построили себе жилище, вырубив в скале пещеру-грот. В нём читинским археологом Олегом Кирилловым были найдены древние орудия людей каменного и железного веков. Мне не раз приходилась бывать в этой пещере, показывая спутникам по экспедиции, какой красивый и величественный вид открывается из неё на тайгу.

На северо-востоке возвышается древний мезозойский потухший вулкан, от которого тянется горная гряда на голец Чингикан. На юго-востоке возвышаются отроги хребта Черского, склоны которого спускаются в узкую долину, уходящую на юг реки Читы.

Однажды возле входа в пещеру я нашёл наконечник стрелы, изготовленный древним пращуром из нефрита! Присел около входа в пещеру и стал внимательно осматривать его. Потом то ли от жары, то ли от большой усталости вошёл в состояние, похожее на полусонное, и увидел за своей спиной, как будто несколько детей в одежде из шкур играли рядом с пещерой. Мне послышались даже их голоса и смех... Пещера эта названа Ироньская в честь Ироньской пади, находящейся на противоположном берегу.

От Ироньской пещеры вниз по реке уже можно сплавляться по полной воде на резиновой лодке. Только нужно иметь опыт: в русле реки лежит много коряг, упавших в воду деревьев, на перекатах встречаются большие торчащие из воды камни, преграждающие путь для сплава. Река начинает часто петлять. Места эти глухие, в далёкие годы в здешних урманах действовала большая банда. Лесные разбойники жили в тайге скрытно, прятались в бункерах и скрытых от людских глаз землянках.

Однажды участник нашей экспедиции, отдыхая на берегу, встретил человека с огромной почти до пояса бородой, в штопаной-перештопанной старой одежде. Человек был преклонного возраста и собирал вдоль берега грибы. На вопросы, которые задал наш товарищ, он не сказал ни слова в ответ, более того, увидев приближающихся остальных участников экспедиции, он исчез, словно растворился... Перед этим наша группа заблудилась буквально на ровном месте, хотя дорогу хорошо знал проводник, мы два часа ходили по кругу. Тогда все решили, что это проделки дедушки, да и место, где мы блудили, называется на реке Бом, что значит чёртово.

В другой раз наш проводник повесил на дерево сушить болотные сапоги. Не прошло и часа, как вдруг один сапог вспыхнул, да так сильно стал гореть, что мы его с трудом потушили. Нам было не понятно, почему загорелся сапог: во-первых, он был мокрый, во-вторых, он висел в десятках метров от костра. Бывалые люди мне говорили об этих местах много всяких чудес, но я продолжу рассказ о реке.

Километров через семь долина реки расширяется, в Читинку впадает с левой стороны её самый крупный приток – речка Чингикан, берущая начало с одноимённого гольца. Если выйти на правый крутой берег и посмотреть на юг, можно увидеть огромную пустошь Куликовое поле, в конце которого с левой стороны впадает ещё один полноводный приток Геромнак. В прошлом это были хорошие охотничьи места. В реке было много хариуса, ленка и даже таймень был не редким гостем, но сейчас всего этого нет.

После река разделяется на рукава, которые перед урочищем Крутые вновь соединяются, течение становится наиболее сильным, а русло реки шире. Здесь, на месте старого Александровского охотничьего зимовья, находится кордон Читинского заказника. На нём несут свою службу егеря. Со многими мне довелось познакомиться, это люди с сильным характером, которые не раз выручали меня в тайге.

Фауна и флора Читинского заказника многообразна, здесь обитают различные животные и птицы. Мне приходилось фотографировать филина, чёрного аиста, зимородка, встречаться с северным диким оленем, волками. На очень близкое расстояние подходить к изюбрам, видеть их брачные поединки. Исследовать «хижину» хозяина тайги – медвежью берлогу, встречаться с самыми большими животными нашей тайги – лосями.

В урочище Крутые находится и самый большой утёс, неприступные скалы которого обрываются с многометровой высоты в реку, создавая неописуемую картину суровости и непоколебимости природы.

От утёса река протекает по урочищу Тунгука – места древних владений знаменитого тунгусского князя Гантимура, а потом подходит к урочищу Могзон, где поворачивает свои воды на запад и так и бежит около тридцати километров до самого села Бургень.

Проплывая по реке, сквозь просветы между деревьев, из-за гор можно увидеть громады двух братьев-гольцов – Большого и Малого Саранаканов. Это место примечательно тем, что в далёкие времена здесь проходила граница между бурятскими и тунгусскими родами, велась торговля и обмен во время ярмарок. Жили по долине и в горах и знаменитые шаманы, про которых и поныне сохранились легенды. В разное время учёными были найдены и стоянки людей каменного века.

Однажды, проплывая на лодке ниже охотничьего хозяйства «Кумахта», я присмотрел любопытный склон горы, причалил к берегу и, как всегда, отправился навстречу тайне в поисках древних артефактов. Искал долго, уже близился вечер, а место как будто не отпускало. Солнце вот-вот должно зайти. «Столько времени потратил и ничего не нашёл», – думал я. И вдруг под ногами что-то блеснуло. Наконечник? Похоже, нет... И я наклонился, чтобы поднять «орудие». Но что это! На земле лежал зуб – и не просто, а зуб из горного хрусталя! Вот это удача! Быстро и не мешкая, я спрятал бесценную находку в нолевую сумку. Продолжать плавание в этот день уже не имело смысла, надвигалась ночь. У самого берега развёл костёр и поставил на огонь чайник. В небе появились звёзды, а потом и луна, вся эта чудная картина стала отражаться на речной глади. Чай давно вскипел, и мне вновь захотелось полюбоваться находкой. Я медленно и бережно достал её. Теперь таинственный зуб переливался в моей руке другим, мистическим светом. Я долго смотрел на него, пытаясь представить работу древнего мастера и понять, что заставило его изготовить этот артефакт... На следующий день утром я вновь продолжил сплав по реке и к обеду был в Бургени.

Село Бургень находится недалеко от реки. Основано оно русскими землепроходцами в 17 веке, здесь ещё живут их потомки. Богато оно историческим прошлым. Русские землепроходцы, двигаясь «встречь Солнцу», проложили дорогу-волок от Телембинского острога через Яблоновый хребет к реке Чите недалеко от села. Именно в 1675 году через этот волок проследовало первое посольство в Китай во главе с Н.Г. Спафарием.

Мне как члену Русского географического общества интересен рассказ одного из жителей села Бургень. Он сообщал, что его дед в начале лета 1924 года сопровождал известного исследователя Дальнего Востока Владимира Клавдиевича Арсеньева к подножью гольца Саранакан, в лесах которого Арсеньев собирался высадить в укромных местах знаменитый цветок жизни женьшень.

От Бургени река течёт на юго-запад по Читино-Ингодинской котловине, минуя несколько сёл: Шишкино, Верх-Читу, Угдан. Места эти хорошо знакомы читинцам, особенно дачникам, посёлки которых тоже раскинулись на берегах реки Читы, выросли на месте заливных лугов бессчётного числа маленьких озёр и прудиков. Раньше это были охотничьи угодья, излюбленные места читинских охотников на водоплавающую дичь, сейчас встретить утку на реке редкость. Да и сама река из-за варварских вырубок лесов значительно обмелела. Только по названиям «затон», «пристань» можно вспомнить о её судоходности.

От будущего реки зависит и жизнь будущего населения Читы. Ведь основа жизни – вода. Давайте беречь и любить нашу реку Читу, как мы любим наш славный город, ведь они связаны между собой одной нитью.