Горожанин сельчанину не товарищ

Проблемы села и перспектив жизни там неминуемо всплывали в разговорах внутри редакции на протяжении всей отработки ЧС с пожарами. Слишком уж много негативного об условиях деревенской жизни в очередной раз было увидено и услышано. Там нет работы, почти отсутствует социально-бытовая инфраструктура, порой нет возможностей реализовать даже гарантированные Конституцией РФ права. А единственное, что в этой глуши сделано по забайкальским меркам действительно хорошо – это федеральные трассы, которые недвусмысленно намекают сельчанам, что им нужно делать в сложившейся ситуации.

Естественно, все всё знают про деревню в Забайкалье. С их проблемами давно смирились, в том числе большинство самих сельчан, и как-то с этим жили, находя позитивные моменты для себя в чём-то другом, а то и не ища их. Но другое дело – понимание того, что государство не может обеспечить им и их имуществу элементарную безопасность. Что вот то хозяйство, которое в условиях безработицы только и способно тебя прокормить, может быть уничтожено за считанные минуты, и ты одновременно становишься и бомжом, и неимущим. Как там жить с этим?

Видимо можно, если большинство жителей полностью сгоревшего села Тасырхой Борзинского района хотят строиться на прежнем месте. Чтобы вы понимали, Тасырхой до пожара – это крошечная деревня меньше чем на 20 дворов, где нет ничего, кроме электроэнергии и маленькой водокачки. А до райцентра – около 15 километров.

Я бы ни в коем случае так жить не согласился. Аналогично думают и большинство коллег, и многие комментаторы «Чита.Ру», советующие сельчанам бежать при первой возможности. И, наверное, все мы правы, но только отчасти. Если бы конкретно мы, с нашим жизненным опытом и нашими потребностями, вдруг оказались сейчас на ПМЖ в деревне из 20 домов посреди степи, даже ещё до пожара, то для подавляющего большинства это уже было бы ЧС и сигналом к скорейшему бегству. К бегству в привычное асфальтобетонное лоно города, где воду и тепло обеспечивают тебе коммунальщики, еду – супермаркеты, досуг – торговые центры.

Но речь ведь не про нас, городских жителей, изнеженных благами цивилизации. Речь про людей, которые всю жизнь провели в этой степи. Которые не знают другого способа добычи молока, как непосредственно из вымени коровы. Которые не представляют, как можно рыбалку или охоту заменить на душный тёмный зал с кучей жующих ртов. Речь про 60-70-летних стариков, а это и есть в основном жители малых деревень, которые больше возможностей и перспектив города ценят своё место на сельском кладбище, где рядом лежат все их близкие родственники и друзья.

У всех них совершенно другое отношение к окружающей действительности. Для них угроза природных пожаров не более, чем очередная, рядовая трудность, на преодолении которых и строится вся их жизнь. Думаю, у них есть не меньше весомых аргументов за деревню (было бы интересно их услышать), чем у нас за город. Да, их значительно меньше, но это не значит, что правы именно мы, а не жители крохотного Тасырхоя.

Я жалею здесь лишь о том, что наша федеральная и краевая власть – в сущности своей тоже горожане, и понять значимость для сельчан их условий жизни они просто не способны. Поэтому, когда речь заходит про распределение средств или необходимость сокращений чего-либо, чиновники всегда отдают преимущество городам в минус сёлам, особенно малочисленным. Что в общем-то рационально, но совершенно нечестно по отношению к тем гражданам, которые хотят жить именно так. Они имеют на это право, а государство в условиях сельхозимпортозамещения должно их желание лишь всячески поощрять, направляя туда свои взоры не только во время оптимизаций или ЧС.