Хочу в Харагун

К концу года я выдыхаюсь, включаю режим «Не беспокоить» и живу в нём до новогодних каникул. Выхожу с них выспавшаяся и весёлая, работаю без перерыва на обед и пару раз до ночи - и к выходным на фоне сериала, который всю неделю показывают у нас в переговорной, начинаю мучительно хотеть в Харагун. Колонка впервые была опубликована в обзоре событий недели от журналистов «Чита.Ру» 17 января. В серии во вторник приходила министр здравоохранения Анна Шангина со второй попыткой объяснить харагунцам свою логику. В сегодняшней, пятничной серии героическая учитель истории и член инициативной группы Ирина Григорьева приехала из Харагуна со своей правдой. Я встречаю её в коридоре в десятом часу утра и боюсь представить, во сколько она встала. Мне кажется из пятничного вечера, что вот в Харагуне нормальная жизнь. Без понтов и телеграм-каналов, без бессмысленных срочных совещаний, подлецов и имитации бурной деятельности. Просто люди стоят за своё. Не отстоят, кажется, но никто не сможет сказать потом, что они отдали всё без боя. И мне мучительно грустно в этот момент, что незаметно исчезла нормальная больница в моём родном Дарасуне. Больница, в которую можно было на всей скорости прилететь через весь посёлок на «Москвиче» с рожающей (меня) невесткой, потом, схватив в охапку, привезти ребёнка со сломанной рукой (меня), с бронхитом (снова меня, положили на много дней в бокс, никого не пускали, давали одну только книжку - «Секрет лабиринта Гаусса», я её прочитала раз на пять и до сих пор недолюбливаю). И в тот момент в Дарасуне, как и в десятках других мест, не оказалось людей, которым было бы не просто неудобно без больницы, а не всё равно. И теперь туда приезжает передвижной кабинет флюорографии на таких колёсах и с такой железной крутой узкой лестницей без поручней, что моя бабушка не может туда забраться даже с двумя палочками. И в который очередь. Потому что флюорография всем нужна, но в Дарасуне её нет и в Карымском, говорят в очереди, тоже нет. А стоит машина около поликлиники, где раньше работали все кабинеты. И для меня Харагун, в спасение больницы в котором я не верю, простите - нет на это ни у кого не только политической, но даже человеческой воли - звучит самым сильным камертоном. Прислушаешься - слава богу, нормальные люди, живые, искренние.