«Единственный, кто отказал в помощи, — это россиянин»: история айтишника, вернувшегося из Казахстана

Айтишник Иван уехал из России в первые дни после начала частичной мобилизации. Дома, в Тюмени, у него остались жена и дети. В Казахстане он прожил всего полтора месяца. Что Иван увидел в этой стране и почему вернулся в Россию, он рассказал нашим тюменским коллегам из 72.RU. — 21 сентября у меня был день рождения. С утра я пришел на работу, и меня начали поздравлять, а в обед я узнал новости о мобилизации. Я служил, поэтому собрался и на следующий день поехал в Казахстан. Можно сказать, вернулся к себе на Родину, потому что сам оттуда, — рассказывает Иван. Молодой человек понимал, что отъезд временный, поэтому семья осталась дома, а он сам отправился в другую страну. Доехал до границы на автомобиле, перешел ее пешком, а с другой стороны его забрали друзья из Казахстана. — Границу пересекали мужики только. Женщин вообще не было. Дальнобойщики стояли и ворчали: «Бегунки надоели, из-за них мы стоим». Через КПП прошел моментально. Так никогда не проходил. Раньше всегда у меня забирали паспорт и отдавали минут через 20. В этот раз такого не было, — удивляется тюменец. В Казахстане Иван жил у родственников. Работал удаленно. По возможности помогал таким же «бегункам» из России. Тюменец отмечает, что со стороны жителей Казахстана не заметил какой-то негативной реакции к приезжим. Многие люди входили в положение, помогали, кормили и приглашали переночевать. Особенно это выручало на фоне резкого роста цен на жилье в Казахстане. Помогали люди друг другу с помощью социальных сетей. В каждом городе и регионе были группы приезжих. Местные бизнесмены переделывали свои офисы под жилье, где можно было переночевать. На ж/д вокзалах волонтеры встречали прибывших, кормили горячей едой. Один раз Иван столкнулся с людьми, которые отказались помочь. И это были приехавшие из России. — В Казахстане большая проблема со съемом денег с карты. У меня налички не было на руках, я пошел к банкомату казахстанского филиала Сбера, но они работали только с картой «Мир», а ее у меня не было. Подъезжает российская машина, оттуда парень с девушкой выходят. Они снимают деньги с банкомата. Я им говорю: «Можете мне помочь? Я вам скину на карту, а вы снимите!» Парень поворачивается ко мне: «Нет, не помогу!» И уходит. Казахи местные организовывают помощь, принимают, кормят, а россиянин, который тут оказался по той же причине, что и я, отвечает: «Нет!» Я был в шоке. Единственный, кто отказал в помощи, — это россиянин, — рассказывает Иван. По наблюдениям Ивана, в Казахстане поддержкой уехавших россиян занималось молодое поколение жителей и казахи. А вот русскоговорящие старшего поколения, наоборот, были против. — Страна другая. Две разные нации, которые потребляют разный контент. Казахи не смотрят российское ТВ, а русскоговорящие старше 40 лет — смотрят. Точка зрения от этого кардинально меняется. Но с конфликтами и драками я не сталкивался. С национализмом в Казахстане — тоже, — заключает Иван. Тем не менее жить вечно в Казахстане Иван не смог. По его словам, когда ситуация в России с мобилизацией стабилизировалась, он вернулся, потому что дома семья и неоконченные дела. — Для Казахстана то, что происходило, — это большой плюс. Потому что в страну уезжали люди с деньгами, квалифицированные кадры, у которых есть возможность работать удаленно. Эти люди создают добавочную стоимость продукта и двигают экономику. Но они вынуждены уехать из России. Такая же ситуация в Грузии, куда уехали российские айтишники. Уезжают же не алкаши, а адекватные люди. Сейчас Иван в Тюмени. Долгосрочных планов не строит. Говорит, что сейчас сложно планировать. Думает над тем, чтобы продать свою недвижимость в России, чтобы переехать в другую страну. Читайте историю другого «возвращенца» из Казахстана. Андрей вернулся домой по той причине, что не нашел жилье в Астане. Николай тоже переехал в Казахстан и не жалеет об этом.