Сработал ли локдаун? Как изменились заболеваемость и смертность от COVID

Нерабочие дни, которые были введены в конце октября по всей России из-за высокой заболеваемости коронавирусной инфекцией, завершились. Можно подводить первые итоги: улучшили введённые меры эпидситуацию или нет. Чтобы разобраться в ситуации, мы изучили статистику и поговорили с врачами. О нерабочих днях было объявлено, когда заболеваемость только приближалась к 35 тысячам случаев в сутки. Идею их введения предложила вице-премьер Татьяна Голикова на совещании с президентом 20 октября, Владимир Путин её поддержал — он сказал, что это необходимо для того, чтобы сбить пик пандемии. Сами нерабочие дни по всей стране начались только через 10 дней, к тому времени суточное число новых случаев превысило 40 тысяч — таких показателей в России не было с начала пандемии. Как видно на графике выше, сегодня заболеваемость снова подбирается к 35 тысячам случаев в сутки, только уже с другой стороны. 17 ноября оперштаб сообщил о 36 626 новых инфицированных. Роспотребнадзор отчитался: эпидситуация улучшается. — По итогам прошедшей 45-й недели мы впервые видим снижение заболеваемости за два месяца непрерывного подъёма, — сообщила глава Роспотребнадзора Анна Попова на очередном заседании президиума координационного совета при правительстве по борьбе с распространением новой коронавирусной инфекции. — Мы говорили о том, что предыдущие две недели характеризовались ростом всего на 2%, и вот по результатам всех тех мер, которые были приняты на неделе нерабочих дней, мы сегодня фиксируем снижение в целом по стране на 2%. Это важно. Если же смотреть не на всю страну, а на отдельные регионы, то пока ситуация выглядит не очень оптимистично — заболеваемость по итогам предыдущей недели снизилась лишь в девяти субъектах Федерации. Впереди всех Москва — в столице заболеваемость уменьшилась на 23%. — Такое впечатление, что в Москве действительно период выходных и повышенного внимания к противоэпидемическим мерам помог в какой-то мере, потому что в Москве действительно снизилась заболеваемость, — говорит вирусолог Анатолий Альтштейн. — Сказать, что это произошло по всей стране, нельзя. Небольшие снижения, повышения так и будут тянуться. «Я думаю, что пока мы не привьём достаточное количество наших сограждан, [заболеваемость] будет идти на довольно высоком уровне», — Анатолий Альтштейн, вирусолог. Анатолий Альтштейн — вирусолог, доктор медицинских наук, главный научный сотрудник Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Н. Ф. Гамалеи, где была разработана вакцина «Спутник V». Иммунолог Николай Крючков согласен с коллегой — он полагает, что для страны особого эффекта короткий и мягкий локдаун не дал. Ещё в самом начале нерабочих дней он говорил, что недели ограничений недостаточно. — Самый минимум, который я говорил, это две недели, но даже это очень мало. Правильно — от трех недель, а оптимально — четыре-шесть недель режима, близкого к локдауну, они дали бы кардинальный эффект, — говорит Николай Крючков. — Но у нас, во-первых, локдауна как такового не было, это называлось нерабочими днями, а во-вторых, это было всего девять дней. Поэтому значимого эффекта нет, какой-то слабый эффект может быть, мы не знаем этого. Если эффект слабый — проблема эффект нерабочих дней отделить от других факторов. Чтобы его доказать, нужны соответствующие исследования. Но они не проводились, по крайней мере, никаких публикаций на эту тему нет в России. Поэтому сказать точно нельзя: не подействовало вообще или эффект слабый — что-то одно из двух. Николай Крючков — иммунолог, генеральный директор ООО «Клиникал Экселанс Груп», доцент медицинского университета имени И.М. Сеченова. Альтштейн считает, что единого ответа на вопрос, нужен ли долгий локдаун, нет — слишком много с ним сложностей. Вакцинация была бы эффективней. — Возможно, имело бы смысл [продлить локдаун], но все эти локдауны очень плохо отражаются на экономике и вызывают недовольство населения, — отмечает он. — Поэтому тут уравнение с несколькими, так сказать, переменными. Что лучше и что хуже, определить тут довольно трудно. Есть простой подход к подавлению пандемии — это вакцинация. Это главное, на чём нужно бы было сейчас сосредоточиться. Крючков отмечает, что вакцинация — это, конечно, хорошо, но пока у нас она идёт не самыми ударными темпами. Впрочем, стоит отметить, что после введения нерабочих дней и QR-кодов она немного ускорилась. Как сообщил глава Минздрава Михаил Мурашко в понедельник, 15 ноября, за неделю темпы вакцинации возросли на 6%. — Всего за неделю вакцинировано более 3 миллионов 216 тысяч человек, — заявил он. — Это хорошие темпы вакцинации. Причём хочу отметить, в наиболее критической группе — старше 60 лет — темпы вакцинации возросли значительнее, чем в целом среди взрослого населения. Прирост составил 14% за неделю. Сейчас коллективный иммунитет держится на уровне 49%. Чтобы остановить эпидемию, сейчас нужно, чтобы этот показатель достигал 80%. Прежде говорилось о 60%, но потом пришёл более заразный штамм «дельта» и требования поменялись. — Единственное, что остаётся — это принять некий комплекс мер, не локдаунных, но заметных противоэпидемических ограничений, которые мы как общество будем соблюдать в течение многих месяцев. QR-коды, видимо, об этом, — говорит Николай Крючков. — Но с ними есть много нюансов, ключевой нюанс — кому их выдавать. Надо расширять этот перечень. И, надеюсь, это не все меры, а только один из шажков. Остаётся ещё один показатель, который совершенно не настраивает на оптимизм — смертность. Число летальных исходов продолжает расти несмотря на снижение заболеваемости. 17 ноября оперштаб отчитался о 1247 смертях в результате заражения коронавирусной инфекцией — это максимум с начала пандемии. Иммунолог говорит, что говорить о снижении показателя смертности можно будет говорить не раньше чем через две недели с момента спада заболеваемости.