«Женщина орет как резаная, дерется». Как читинская акушерка принимала роды у неадекватной пациентки

В читинских роддомах происходят иногда нестандартные ситуации, о которых не принято рассказывать. Акушерка одного из роддомов решила поделиться историей необычных родов, где всё могло закончиться плохо, так как пациентка буквально отказывалась от высококвалифицированной медицинской помощи. Далее — от первого лица.

Приехала к нам милая дамочка в 6 утра. У пациентки полное раскрытие. Схватки начались с 6 вечера. Все 12 часов схваток она сидела дома, общаясь по видеосвязи с доулой (специалист, который обеспечивает информационную, физическую и эмоциональную поддержку женщине до, во время и после рождения ребенка. У доулы нет медицинских обязанностей, она не принимает роды. — Прим. ред.), ждала полного раскрытия, чтобы уже наконец приехать к врачам.

Допплер (допплерография — это метод ультразвукового исследования, который применяется для оценки скорости и направления кровотока в сосудах организма. — Прим. ред.) не использовала, так как считает его вредным для естественных родов и здоровья ребенка.

Женщина орет как резаная, ведет себя неадекватно, дерется и отказывается от записи кардиотокограммы (график, который фиксирует изменения частоты сердцебиения плода и сокращений матки во время исследования. — Прим. ред.), объясняя это чужеродностью и неестественностью любых исследований. Требует вертикальные роды. Я пособие по вертикальным родам не знаю и не обязана знать, хотя помочь и сделать ее роды безопасными очень хочется.

Доктор тем временем умоляет пациентку принять горизонтальное положение для классического пособия. А женщина наша стоит на полу на коленях, требуя вертикальное пособие. Доктор и я с коленно-локтевой позиции смотрим на ее детородные органы, пытаемся рожать ребенка, практически лежа на полу. Спустя еще пару потуг женщина сама от боли вскочила на предложенный нами стул для вертикальных родов. Легче никому из медиков не стало.

Головка прорезалась, а я как смогла удержать ткани, так удержала. Ребенок родился крупный, пациентка порвалась, но это оказалось не самой большой нашей проблемой этим утром. Начали переворачивать женщину на спину, чтобы пересечь пуповину и родить плаценту. С горем пополам уложили ее на кровать. Пересекли пуповину, женщина вцепилась в ребенка, кричала, что ребенку нужна кровь матери из пуповины, и не давала неонатологу осмотреть младенца. Ребенок бледный, руки повисли как плети, не кричит. Девочку врачу в итоге удалось забрать, она ответила на реанимацию, раздышалась и порозовела.

Но ведь могла и не порозоветь. Почему извращенные представления матери о естественности родов оказываются выше реальных потребностей ребенка и удобства медиков, оказывающих помощь?

Плацента у женщины отделялась долго, от профилактики кровотечений и анализов женщина строго отказалась, подписав бумаги. На наши уговоры о полезности профилактики так и не среагировала. Ребенка лечить и обследовать тоже категорически отказалась, но неонатологи молодцы, отстояли приоритетность здоровья ребенка перед мифами об аутизме.

Сильнее всего, нас с коллегами убило критическое несоответствие того, что обеспеченная пациентка с дорогим смарт-браслетом на руке и последним айфоном в сумке так яростно протестует против современных исследований и инструментов контроля родовой деятельности и состояния ребенка, уповая на первозданность и естественность процесса.