«Почему вы решили сделать аборт?» Истории 14 женщин, пришедших на комиссию в Чите

Женщины со всего Забайкалья, которые решились на аборт, теперь должны пройти несколько обязательных этапов: поговорить с гинекологом, психологом, соцработником и даже юристом, а если не передумали — приехать/прийти в Читу на еще одну дополнительную комиссию. Я пришла туда как журналист, чтобы узнать, что происходит на этом последнем этапе. И провела там четыре часа — половину из отведенного в день времени. За это время я услышала 14 историй — ни одна из них не была легкой. А когда вышла, по щекам текли слезы.

Психолог проводила меня в кабинет до начала комиссии. Белые стены, мягкие разноцветные диванчики, кресло для пациентки, а на шкафу в углу — муляжи эмбрионов на разных сроках беременности. В коридоре уже ждала одна девушка.

Постепенно подходили остальные члены комиссии, которым в этот день предстояло работать вместе. Акушер-гинеколог предупредила, что обычно жестко говорит с женщинами, попросила ее останавливать, если вдруг она перегнет палку.

— И давай будем все говорить, не только я, — попросила она.

Мне объяснили, что жесткого регламента у встречи нет. Позже я заметила, что обычно беседа идет примерно по одной схеме: у женщины просят документы, знакомятся с ней, спрашивают, какая по счету это беременность, а затем задают уточняющие вопросы. Каждой — свои. История женщины постепенно раскрывается по крупицам: потому что никто не приходит сюда, чтобы делиться сокровенным.

Женщины могут приходить не одни — часто они берут в сопровождении маму или мужа. Могут прийти уже с основными анализами, но могут только с УЗИ и справкой о первичной консультации. Если после беседы женщина не меняет своего решения, ей выдают направление на аборт. Однако она еще сможет передумать — даже сидя в гинекологическом кресле.

Пациентка, которая была записана на 9 утра, не пришла на комиссию. Кто знает, может быть, уже передумала?

Первая девушка из Краснокаменска. Ей 25 лет. Она держится отстраненно и немного агрессивно. На вопросы о причине принятого решения только резко и односложно отвечает: «Не хочу».

У нее уже есть годовалый мальчик. Забеременела она от бывшего мужа, говорит, что презервативы оказались ненадежными: «Я пила экстренную контрацепцию, она почему-то не сработала».

Ей сказали, что такие меры не навредили беременности. Она повторяет: «Я не хочу».

Выясняется, что желания и возможности снова сойтись с мужем нет: «Он уже с другой живет, другая семейка у него. Сказал, что ему все равно — хочешь, рожай. Никак мне не помогает, тянет нас мама».

Срок беременности — 5–6 недель.

— Вам Бог дал этого ребенка, — говорит акушер-гинеколог. Она рассказывает, что на своем опыте знает, что погодок растить легко — они могут стать друзьями и компаньонами во всем.

— И потом во всем отказывать? И этому, и тому, и себе? — говорит беременная.

Ей перечисляют разные возможности: подать на алименты на обоих детей, получать пособия и маткапитал. Психолог объясняет, что гормон окситоцин, отвечающий за эмоциональную связь с ребенком, вырабатывается только к 12–13-й неделе, и что любовь к незапланированному ребенку придет позже.

Разворачивается такой диалог девушки с гинекологом:

— Нежеланный ребенок — несчастливый ребенок. Тут, как я поняла, нежеланный.

— Я с вами согласна. Вдруг я его не полюблю?

— Доверьтесь Всевышнему. Не случайно все было.

Врач переходит к более понятному — перечисляет возможные риски прерывания беременности: кровотечение, выскабливание полости матки из-за несостоявшегося аборта. Психолог добавляет, что в теле женщины после такого бушуют гормоны: «Они бьют по молочным железам, яичникам, шейке матки. В отдаленной перспективе на 28% выше риск развития онкологических заболеваний».

— Решение сырое. Очень маленький срок. Вы не рассматриваете другие ситуации. Попробуйте принять, — советует гинеколог.

Девушка слушает аргументы, но повторяет свои. Ее предупреждают, что в любой момент она может передумать и все же не делать аборт.

— В вашей власти быть мамой двух детей или одного живого и одного мертвого, — говорит в конце разговора психолог по возможности мягко. — Сейчас вы все отвергаете, у вас стоит блок. Но подумайте еще.

Девушке подписывают направление на аборт.

Женщина из Читы, ей чуть за тридцать. Она живет с сыном-подростком в съемном жилье. По сравнению с ней предыдущая девушка агрессивной не была.

— Так получилось. Я категорически не хочу рожать, — объясняет она свою позицию.

Она на пятой неделе. Кроме одного обязательного посещения психолога, она несколько раз ходила к специалисту сама: «Это мое осознанное решение».

Предохраняется прерванным половым актом. Гинеколог объяснила, что в будущем ей нужно выбрать надежный способ контрацепции. И добавляет: «Женщины, которые категорически не хотят детей, что-то для этого делают».

Сотрудник соцфонда говорит что-то про маткапитал, но эта фраза остается никем не замеченной.

— Подумайте, ваш сын уйдет в армию, а второму будет 4 годика, — описывает будущее гинеколог.

Предложение получить алименты с отца ребенка женщина отметает: «Я не буду с ним общаться».

— А зачем вы живете половой жизнью с мужчиной, который недостоин вашего внимания? — обращается к ней медик.

Разговор дальше не клеится, да и время как будто вышло. Направление подписывают, женщина выходит из кабинета и говорит громко: «О Господи». Члены комиссии тоже грустно выдыхают.

36-летняя женщина приехала из района, у нее инвалидность третьей группы. Она первая из всех оглядывает весь кабинет, немного испуганно.

У нее есть муж и трое детей: им 10, 9 лет и годик. Она уже делала один аборт после рождения детей, был один выкидыш. И она всегда мечтала только о троих. Муж после новости спросил ее, как она сама хочет поступить.

— Думаю, мы не потянем. Пособия будут не всегда, — объясняет женщина.

У них есть ипотека и кредиты. Общий доход семьи и примерные расходы она назвать не смогла.

— Ладно, может быть, мы потянем. Но потом учиться же все платно будут? — спрашивает она немного с сомнением.

Все говорят ей, что это совсем необязательно. Выясняют, есть ли статус многодетной семьи. Он есть.

Женщина сдается и говорит свой другой страх — она болела, не знала, что беременна, и пила антибиотики. Гинеколог успокаивает, что это не страшно — на 11–12-й неделе ей сделают скрининг, который покажет возможные проблемы и пороки развития. Если их выявят, то аборт могут сделать по медицинским показаниям. Я удивляюсь, что этого не объяснили ей на всех предыдущих приемах.

Срок у нее уже 8 недель.

— Я все знаю. Но я не готова, — расплакалась женщина. — Дети мне помогают, но все время спрашивают, почему мы не уделяем им внимание. Я не хочу этого еще больше.

Ей дают бумажные платочки и говорят, что ребенок появится только через 8 месяцев, дети немного подрастут.

— Вы плачете не просто так. Значит, есть какие-то сомнения.

— Вас много, а я одна. Мне тяжело так.

Оказалось, что у женщины нет нужной формы из районной больницы. Ей рассказали, как ее получить, дали направление на аборт от комиссии. Попросили, если она все же решит сохранить ребенка, позвонить в фонд «Сохрани жизнь». Предложили помощь.

Девушке 22 года, она из Краснокаменска. У нее два мальчика: одному 3 года, другому — год. С мужем она сейчас в процессе развода. Он находится на СВО, поэтому процесс идет через суд. Сказал сделать аборт.

Она говорит спокойно и даже доброжелательно. Объясняет, что помимо прочего у нее хроническая анемия — низкий гемоглобин, а также с каждой беременностью падало зрение — сейчас минус 6.

Срок — 4 недели.

— Как я буду с тремя? Чтобы старшего сына в садик увезти, я нанимаю няню за 200 рублей в час, — рассказывает девушка.

Она заочно учится в Чите, возит старшего сына на реабилитацию из-за проблем с речью, родителей нет.

Забеременела из-за того, что дважды пропустила прием противозачаточных таблеток.

— Там же на инструкции написано, что делать, если был пропуск таблетки… — говорит врач.

— Ну бывает. Если бы это была первая беременность или вторая, вы бы меня могли отговорить. Но от третьего нет.

— Беременности не случайны. Они все предначертаны сверху. Я много лет работаю, было много случаев, когда женщина собиралась развестись и беременела. Это дано для того, чтобы сохранить семью, — настаивает гинеколог.

— Ему не надо этого ребенка. Он мне сам денег скинул на аборт, на поездку к вам. У мамы случился инсульт, она умерла, — выкладывает всю историю женщина.

После этого врач возвращается к истории с таблетками — объясняет, что это надежный способ контрацепции. Но при пропуске таблетки можно обратиться к гинекологу — существуют варианты, когда беременность можно предотвратить.

В беседе участвует и психолог, однако соцслужбы молчат. Сотрудница «Сохрани жизнь» рассказывает про ПТСР у военнослужащих, про постабортный синдром у женщин.

Девушка рассказывает, что через год планирует переехать в другой город к двоюродному брату. Ей подписывают направление.

Девушке тоже 22 года. Это ее четвертая беременность: было двое родов и два медикаментозных аборта. Детям 5 лет и 2 года. Муж есть, но они «поженились для галочки».

— Предохранялась презервативами, что случилось, не знаю, — объясняет сначала она.

Ее спрашивают, возможно ли создать семью с отцом ребенка. Она в сердцах говорит: «Да он наркоман. Курит что-то и колется. Я в этом не разбираюсь».

По ее словам, сначала он ничего не употреблял. Она пригрозила, что, если увидит такое, уйдет. А потом «спалила». Мужчина захотел остановить ее от расставания: «Решил, что ребенка мне сделает, я останусь с ним».

Медики спрашивают, уверена ли она, что он здоров. Сказали, что через 3 месяца нужно пересдать анализ на ВИЧ, так как при первом анализе он мог не проявиться. Посоветовали выбрать надежную контрацепцию и подписали направление.

Уходя, девушка пожелала хорошего дня. «Если бы», — ответила психолог.

Женщине 28 лет, она из Читы. Это ее четвертая беременность, уже есть трое детей: им 8 лет, 5 лет и 2 года. Живет в гражданском браке, муж на аборт согласен.

Она тоже пропустила таблетку.

— Нет никаких вариантов, что вы оставите ребенка? — спрашивает ее гинеколог.

Для ее срока уже возможен только хирургический аборт. Медик объясняет ей риски, анализ выявил у нее воспалительные процессы: «Можно проткнуть матку. Можно проткнуть чуть-чуть, а можно с ранением кишечника. Получится перитонит с любым исходом».

Женщина отвечает, что у ее старшей дочери инвалидность. Также она ухаживает за свекровью, которая не ходит после инсульта.

— Бог дал ребенка, Бог поможет его вырастить. Будут ситуации, которые будут складываться в вашу пользу, — говорит гинеколог.

— У меня были сомнения, сейчас их уже нет, — звучит ответ.

Ее муж не работает, они живут на детские. Ни о каких льготах ей рассказывать не стали. Комиссия подписывает направление.

Женщина приехала из района. Ей 39 лет. Есть четверо детей: 17, 13, 7 и 5 лет. Также был один выкидыш и три медикаментозных аборта. Она не замужем, но предыдущий муж помогает и видится с детьми.

Сейчас она встречается с 35-летним мужчиной, у которого есть дочь: «Я не уверена в нем, задумываюсь прерывать связь».

Женщина делится, что не против родить пятого — у ее бабушки и мамы было пятеро детей. Но не сейчас.

— Возраст работает не на вас. Это неправильное решение, — безапелляционно говорит гинеколог.

Женщина мягко повторяет свою позицию. Ей отдают подписанное направление.

21-летняя девушка приехала из района. Она одна воспитывает 6-летнюю девочку, ей помогает только 75-летняя прабабушка. У нее была связь с 32-летним мужчиной, но после новости о беременности оказалось, что он женат. Больше они не увидятся.

Она уже на 9-й неделе. Ее долго не отпускали с работы, и она не могла попасть к врачу. Но очень рано начался токсикоз — так у нее появились подозрения.

Отец первого ребенка не платит алименты, для этого он специально уволился с работы. Она работает уборщицей, но думает, что ее уволят вместо декрета. Ей объяснили, что подобное незаконно, и настойчиво сказали не идти на поводу у такого работодателя.

Медики объяснили ей, что из-за большого срока риски при прерывании беременности выше. Показали эмбрион в натуральную величину, рассказали, что у него уже сформированы все внутренние органы.

Сотрудница фонда «Сохрани жизнь» рассказала, что есть небольшая вероятность, что сделать аборт девушка не успеет — ей сначала нужно будет сдать анализы, а если они будут плохие, то время уйдет на лечение: «Как мы поступим в этом случае?»

Девушка отвечает, что не хочет ребенка. Ей объясняют, что все же у нее будут три варианта: выносить ребенка и отказаться от него в пользу другой семьи, оставить себе или оставить малыша в родильном доме. В первом варианте пару подберут ей уже сейчас, и они будут помогать ей, в том числе материально. При этом она все равно сможет передумать отдавать ребенка.

Разговор был долгий. В «Сохрани жизнь» пообещали помочь, если девушка решит оставить себе — не только одеждой и памперсами. Дали визитку и попросили связаться, если она решит не делать аборт.

30-летняя женщина. Это ее пятая беременность: есть трое детей. Им 11, 8 лет и 4 года. Два мальчика и девочка. Был один хирургический аборт.

Из-за плохих анализов мазка ей назначили лечение, поэтому сделать медикаментозный аборт она не успевает — сначала нужно долечиться.

— Прошлый аборт прошел нормально. Но я не забыла, — сказала женщина.

Она говорит, что пока рожать следующего ребенка рано — младший еще маленький. Гинеколог сказала, что, напротив, это идеальный перерыв — ее тело восстановилось после беременности.

— Тогда все дети будут летние у меня, — сказала женщина, когда посчитали ее срок.

Ее предупреждают о рисках, показывают эмбрион, объясняют последствия операции под наркозом и гормонального сбоя.

Она отвечает: «У меня же уже есть дети». И говорит, что каждая прошлая беременность била по здоровью: «Да, кровь и моча — хорошие, а спину мою никто проверять не будет».

Ей подписывают направление. Уходя, она говорит: «Спасибо. Я подумаю над вашими словами».

Женщина приехала из района, ей 37 лет. Это ее четвертая беременность: есть 15-летняя дочь, было два аборта. Живет с мамой, но о беременности ей не рассказала.

Она встречалась с женатым. Пила противозачаточные таблетки, потом резко бросила: «Не думала, что так будет».

Только сев в кресло, женщина скрестила руки на груди. Разговор с ней пошел иначе, чем с другими, — сотрудница фонда спросила ее, как она представляет свою жизнь, когда дочка уедет учиться после 9-го класса? Та ответила, что будет работать и воспитывать внуков.

— Бесполезно меня уговаривать, — звучит от нее.

Женщина считала, что успеет снова сделать медикаментозный аборт. Но ей объяснили, что пока она сдаст анализы, попадет только на хирургическое прерывание беременности. Гинеколог снова перечислила риски, в том числе кровотечение и удаление матки.

— Вы примете решение. Мы призваны показать вам не только здесь и сейчас, а шире, — объясняет свою позицию сотрудник фонда «Сохрани жизнь». — Мы не отговариваем, уйдем отсюда и забудем вас, невозможно всех запомнить. А вы будете жить с этим решением.

Женщина уходит с направлением на аборт.

26-летняя девушка из Читы. Она замужем, у нее есть годовалый ребенок. Это третья ее беременность, был один выкидыш.

С мужем она не предохранялась — использовали прерванный половой акт. Гинеколог повторяет уже звучавшие в кабинете слова про надежный способ контрацепции.

Супруг работает на вахте — 2 месяца через один. Сказал жене, что если нет рисков, то нужно рожать.

При этом девушка сказала, что ее врач назвал риском одно из ее хронических заболеваний. Однако гинеколог сказала, что это не так — медицинских противопоказаний нет.

— У вас мужчина право голоса имеет? — повела разговор про обесценивание мужчины сотрудница фонда «Сохрани жизнь».

Девушка отвечает, что, конечно, его мнение важно. «Но муж слишком много хочет», — то ли в шутку, то ли серьезно говорит она.

Пациентка была уверена, что успеет сделать медикаментозный аборт. Какая-то ее подруга делала такой на поздних сроках больше 10 раз. Однако члены комиссии объяснили ей, что из-за плохих анализов мазка сейчас ей аборт не сделают — только после лечения. Поэтому повторили все риски хирургического вмешательства.

Женщина ушла с направлением.

Женщине 39 лет. У нее есть 15-летняя дочка. И был один медикаментозный аборт.

С нынешним мужчиной она пока не планировала заводить ребенка, так как у него сейчас денежные трудности и нужно около трех лет, чтобы закрыть долги и встать на ноги. У нее есть своя квартира, дочери она купила жилье в ипотеку — пока сдает.

Когда сотрудница соцфонда говорит о маткапитале, которым она может покрыть ипотеку, женщина говорит, что на эту сумму не стоит рассчитывать, а второму ребенку тоже нужно будет покупать квартиру.

Женщина неверно понимала свой срок, тоже думала, что попадает на медикаментозный аборт.

Она рассказала, что взяла кредит на отпуск с дочерью. Теперь нужно будет выплачивать его около двух лет.

— Я всё понимаю, эта ответственность на мне, — отвечает женщина на все аргументы.

И уходит с направлением.

Женщине 33 года. Она вдова, это ее пятая беременность. Она воспитывает троих детей: 14, 9 и 5 лет. Два мальчика и девочка. Был один медикаментозный аборт.

С мужчиной она встречается только два месяца, только недавно решилась на отношения после смерти мужа. Партнер говорит ей рожать. Он даже пришел с ней в клинику, во время разговора он сидел в коридоре.

Отец двух первых детей не платит алименты, приставы ищут его по суду.

Члены комиссии предлагают ей рассмотреть возможность создания новой семьи. Она отвечает, что еще не уверена в мужчине, воспитание детей — ее приоритет. Что знает, что дети — это счастье, и очень ценит, что они у нее есть.

Она оговаривается, что ее сестра не может родить. Тогда ее спрашивают, не думала ли она отдать младенца в другую семью? Но она категорически отказывается: «Я не смогу отдать своего ребенка».

Ей подписывают направление.

Женщине 39 лет. Это ее седьмая беременность: она родила четверых детей, была одна замершая беременность и медикаментозный аборт. Детям 18, 16, 13 лет и полтора года. Семья живет в съемном жилье. Муж ушел на СВО два месяца назад.

Срок у женщины большой — около 9 недель.

В разговоре неожиданно подает голос молчавшая сотрудница соцфонда. Говорит, что после рождения ребенка можно будет на 10 лет раньше уйти на пенсию.

Гинеколог заходит неожиданно: «Вы родите в июне, будет Близнец — отличный знак».

Женщина делится опасениями о том, что детей нужно будет учить. Ей отвечают, что им будет легче, так как будут действовать льготы и по многодетной семье, и как детям участника СВО.

Ей показывают муляж эмбриона, предлагают взять в руки. Она делает это.

Признается, что болела гриппом, а муж на 12 лет старше ее. Боится, как бы он не родился больной. Ей объясняют про скрининг на 12-й неделе и прием генетика, который исключит риски.

— Резкого отторжения у вас нет, — замечает сотрудница фонда «Сохрани жизнь»

— Мне жалко, да. Муж говорит оставить.

После этой фразы у меня побежали мурашки. Почему же ей никто не ответил на эти вопросы раньше?

Гинеколог взяла разговор в свои руки. Сказала, какие витамины для беременных начать пить. Психолог объясняет: если успеть встать на учет до 12 недель, то будет приходить пособие по беременности — 23 тысячи в месяц.

Женщина спросила, что делать, если младшая малышка еще на грудном вскармливании. Гинеколог дала советы, как отучить от груди.

— Вставайте на учет, — говорит психолог.

Ничего подписывать не стали. Выходила из кабинета женщина совсем иначе — радостно.

— Храни тебя Господь, — говорит ей вслед психолог.

С начала апреля на комиссии были 1555 женщин — из них 49 на этой встрече решили сохранить беременность (это не считая тех, кто был на встрече вместе со мной). Сколько было тех, кто не пошел на аборт, даже получив направление, неизвестно. Самое большое количество отказавшихся от аборта прямо на комиссии было 6 октября — пять женщин.