ЗИЛ разорвало, погибли люди. Вспоминаем ДТП пассажирского автобуса и тепловоза в Чите из 1965 года

ЗИЛ-158, следующий маршрутом Чита — Черновские, разорвало пополам. Погибли четыре человека, многие пассажиры автобуса получили травмы. К этому привело стечение двух, казалось бы, позитивных, моментов: первый — у шофера Матвея Бояркина недавно родился ребенок и второй — дежурная по переезду Евдокия Семечкина во всем любила чистоту и порядок. Как эти два фактора могли привести к таким трагическим последствиям?

Рейс Чита — Черновские

27 августа 1965 года пассажирский автобус, выполнявший рейс Чита — Черновские, бодро катил по городу. Автобус был переполнен: после рабочего дня люди спешили домой. За рулем автобуса сидел 26-летний Матвей Бояркин, у которого полгода назад родился долгожданный сын. Минувшую ночь ребенку нездоровилось, Матвей всю ночь подскакивал к малышу, помогая жене, и наутро, а также весь день, Бояркин чувствовал себя разбитым. Но, к счастью, его смена уже подходила к концу, осталось только довезти пассажиров до конечной точки маршрута.

В 18:35 он подъехал к железнодорожному переезду. Шлагбаум был поднят, сигнальные огни не горели, и Матвей продолжил движение. Позже его обвинили в том, что он не посмотрел по сторонам, потому что из его кабины прекрасно просматривались пути в обе стороны и он не мог не увидеть приближающийся к переезду тепловоз. Бояркин же из-за усталости просто ослабил бдительность — как он говорил на суде — посчитал достаточным то, что поднят шлагбаум и стрелочница не подает специальных знаков флажками.

Неизбежность катастрофы

Евдокия Семечкина в тот день дежурила на переезде. У нее как раз заканчивалось дежурство, и она решила подмести территорию возле будки и помыть пол внутри: между сменщицами так принято — сдавать пост в полном порядке. Евдокия и в жизни была, как говорили другие дежурные, «аккуратисткой». Ее трое детей всегда выглядели очень опрятно, и в своем доме она любила «чтоб не было ни пылинки».

Положив сигнальные флажки на завалинку, Евдокия стала прибирать мусор. И вдруг раздался пронзительный гудок тепловоза, а после — визг экстренного торможения. Семечкина выбежала из-за будки и в ужасе увидела, как пассажирский автобус и тепловоз неминуемо сближаются. Не успевая схватить флажки, она запаниковала и стала размахивать руками, подавая сигналы водителю автобуса, чтобы тот остановился.

Матвей Бояркин не понял ее знаков — тем более флажков в ее руках не было, потом посмотрел вправо и увидел, как на него стремительно надвигается тепловоз. Столкновение было неизбежным. Страшный удар, а потом, казалось бесконечно — нанизанный на тендер и ставший грудой металла автобус, который разорвало пополам, тащило почти сорок метров по путям.

Суд

На скамье подсудимых оказались трое: шофер Матвей Борякин, стрелочница Евдокия Семечкина и начальник дистанции пути Константин Хрипков — член КПСС, имевший правительственные награды, в том числе орден Трудового Красного Знамени. Последнего обвинили в том, что он не создал условия для безопасного движения: переезд не был оборудован автоматическим шлагбаумом и автоматической светофорной сигнализацией.

Во время судебного следствия Хрипков рассказал, что неоднократно писал в управление Забайкальской железной дороги о том, что переезд является очень оживленным и нуждается в современном оснащении. В ответ, буквально за месяц до трагедии, он получил письмо главного инженера службы пути о том, что на установку автоматических шлагбаумов пока денег нет. В письме сообщалось, что необходимые средства будут отпущены только в 1966 году. Суд учел то, что оснащение переезда не зависело от Хрипкова, и снял с него все обвинения.

Семечкину обвинили в грубом нарушении «Инструкции по устройству и обслуживанию переездов», но учли смягчающие обстоятельства: наличие у нее на иждивении троих детей и безупречную службу на транспорте. Суд приговорил ее к году исправительных работ по месту новой работы — ее перевели в ремонтные рабочие — с удержанием из заработка в доход государства 10 процентов.

Главным виновником аварии с человеческими жертвами был признан Матвей Бояркин. Суд назначил ему 4 года лишения свободы в колонии общего режима, а после отбытия наказания ему было запрещено еще 3 года работать шофером. Всё время, пока шло следствие и суд, Матвей находился под подпиской о невыезде, после оглашения приговора он был взят под стражу в зале суда...