На Урале вынесли приговор по делу о взрыве пятиэтажки, но потерпевшие заступились за обвиняемых

Дзержинский суд Нижнего Тагила, что на Урале, заранее готовился к, пожалуй, самому масштабному заседанию в своей практике. Утром 20 октября здесь выносили приговор обвиняемым во взрыве пятиэтажки — трагедия унесла жизни 11 человек, шестеро из жертв — дети. Следствие длилось два с лишним года и пришло к выводу, что причиной трагедии стала утечка газа на первом этаже. На скамье подсудимых оказались три сотрудника компании «Газэкс», которые за месяц до ЧП проверяли оборудование в пятиэтажке, и мама одной из погибших девочек, чья квартира, по версии обвинения, стала эпицентром взрыва. Как прошло финальное заседание и почему оно вызвало гневную реакцию родных погибших, читайте в репортаже Дарьи Манохиной из E1.RU. В списке потерпевших — больше сотни человек, потерявших родных и жилье во время обрушения дома. Ни одно помещение в здании районного суда не рассчитано на такое количество людей, поэтому участников процесса решили разделить на две группы: в зал на втором этаже завели подсудимых, их защитников, гособвинителя и журналистов. Предполагалась, что потерпевшие будут слушать приговор этажом выше по видеотрансляции. Но техника дала сбой. В последний момент начались перебои сигнала, поэтому всех, кто пришел на приговор, собрали в одном помещении. Ради этого пришлось срочно выносить все скамейки, на которых обычно сидят слушатели, — иначе собравшиеся просто не поместились бы в зале. Обвиняемые газовщики, которые до приговора находились под домашним арестом, в суд пришли сами, не под конвоем. Первой появилась слесарь Александра Ерыкина, она отказалась от комментариев. Мастера «Газэкса» Максима Гривского мы встретили в зоне досмотра. Он принес с собой спортивную сумку с вещами — заранее готовился, что из зала заседаний ему придется ехать в колонию, ведь гособвинение запросило для него и его коллег по девять лет общего режима. Слесарь Александр Алимов пришел на приговор вместе с женой. Она с первого дня поддерживала его, в том числе публично. Татьяна создала петицию с требованием справедливости для газовщиков и заявила, что обвинения необоснованны. Всех обвиняемых попросили встать в первый ряд. Вместе с газовщиками приговора ждала и Елена Сербинова — мама 12-летней Полины, погибшей вместе с двумя подругами в результате этой трагедии. По версии следствия, утечка газа произошла в квартире Елены. Как рассказали в следственном комитете, в 2019 году женщина провела ремонт на кухне и разместила газовый шланг внутри стены, поэтому газовщики не могли проверить его состояние. «Кроме того, собственник допустила к пользованию газовым оборудованием лиц, не прошедших инструктаж по безопасному использованию газа, и не закрыла кран на газовом оборудовании при длительном отсутствии ее дома», — отметили в региональном СК. Сама Елена не признала вину — как и сотрудники газовой службы, которые утверждали, что на момент проверки (а она проходила за месяц до взрыва), всё оборудование в доме было исправно. В ожидании приговора обвиняемые и потерпевшие стояли бок о бок. Это нетипично для судебных процессов, но потерявшие близких до последнего поддерживали тех, кого обвинили в трагедии. В последнее время Елена не жила в доме на Сибирской, ее дочь во время обрушения пятиэтажки была там в гостях у своей подруги. За квартирой присматривала соседка, которая открывала окна на проветривание и поливала цветы. «Не было никаких запахов, кран в квартире был перекрыт, что должно было произойти? Вот что? Последний эксперт сказал, что должно было быть механическое воздействие, то есть должен был упасть шкаф, который не нависал над трубой, либо кто-то оборвал шланг. Но кто? Если есть видео, где дети за три минуты до взрыва находятся у меня в квартире. Нигде не доказано, что дети туда вошли», — рассказала Ольга Косьянова, у которой погибла 14-летняя дочь. «Я тоже не верю в версию с газом, — рассказала Марина, у которой под обломками дома погибла пожилая мама. — Я приехала на место после взрыва, там не было запаха газа». Когда судья озвучила приговор, в зале раздался возглас: «Ужас!» Троих газовщиков отправили в колонию на шесть лет. Елена Сербинова осталась на свободе, но ее ограничили в действиях. В течение трех лет ей нельзя выезжать за территорию города. Потерпевшие бурно отреагировали на такое решение. «Вам жить с этим!» — крикнула в адрес судьи мама погибшего при взрыве дома семилетнего Дениса. «Мы не согласны с приговором, потому что он несправедлив. Ничего не доказано, люди невиновны», — говорили потерпевшие, выходя из зала суда. Когда газовщиков в наручниках вывели из зала суда, в коридоре заревела жена Александра Алимова. Из-за слез она не смогла сказать ни слова. Адвокаты заявили, что будут обжаловать приговор. «Разбирательство до конца не провели. Вся экспертиза: „возможно“, „вероятно“, „скорее всего“. Просто нашли крайних. Кучу свидетелей не опросили — даже соседей напротив, которые говорили: „Сперва раздался хлопок, потом вылетела дверь“. Никто этого вообще не учел, как и всего остального», — заявила защитница Алимова. Будут ли оспаривать решение суда другие газовщики и Елена Сербинова, пока неизвестно. Она сказала журналистам, что сначала хочет ознакомиться с текстом приговора: «Меня ребенок ждет дома. Сегодня я его увижу, это самое главное». Никто из потерпевших не заявил гражданских исков к обвиняемым, хотя по закону они могли потребовать моральной и материальной компенсации. Суд постановил взыскать с компании «Газэкс» свыше 2,7 миллиона рублей в пользу муниципалитета, а также 900 тысяч с Елены Сербиновой в счет возмещения ущерба городу. На месте трагедии, где раньше стояла панельная пятиэтажка, теперь растут ели. Их посадили, когда дом снесли с лица земли. С 2024 года деревья стали заметно выше. Раньше на памятной аллее стоял еще деревянный крест, но местные жители настояли, чтобы его убрали. Теперь вместо него установили стелу в виде ласточек, улетающих в небо. Птиц одиннадцать — по числу жертв. За тем, как оглашали приговор, мы следили в режиме онлайн. Почитайте также истории тех, кто погиб под обломками дома. Все новости об этой трагедии собраны в специальном разделе.