Посол Бельгии приезжал в Забайкалье в начале XX века

Просматривая в Государственном архиве Забайкальского края подшивку газет «Забайкальская новь» за 1912 год, натолкнулся на несколько заметок, в которых по нарастающей сообщалось, что в Читу едет бельгийский посланник при русском дворе, что он приехал и, недолго пробыв, уехал. Но с удивлением обнаружил, что ни в одной из заметок не называлось имя посла. Так начался поиск информации о том забытом визите и о неназванном представителе короля Бельгии Альберта I при императорском дворе Российской империи. Что известно из газет 27 апреля в «Хронике» «Забайкальской нови» сообщалось, что «бельгийский посланник ожидается завтра со скорым поездом» и что «полиции поручено пригласить переводчика». Однако приехал дипломат не 28 апреля, как предполагалось, а несколькими днями позже. Не исключено, что он задержался в Иркутске, ожидая генерал-губернатора Леонида Михайловича Князева, который как раз 27 апреля возвратился из Петербурга в столицу своего генерал-губернаторства. Бельгийский посол, вероятно, надеялся получить информацию о нашумевшей тогда на весь мир истории с расстрелом рабочих на Ленских золотых приисках. 2 мая газета известила читателей: «Сегодня из Иркутска прибывает в Читу бельгийский посланник при русском дворе. Посланника будут встречать на вокзале: непременный член крестьянского присутствия Депрерадович, уездный начальник Данилов и помощник полицмейстера Васильев. Остановится посланник в гостинице „Даурия“, где для него заранее была нанята квартира». 5 мая появился небольшой репортаж о том, что же делал этот так и оставшийся безымянным дипломат в столице Забайкальской области. Подтвердив, что он прибыл в город 2 мая и поселился в «Даурии», репортер далее написал: «В тот же день посланник был с визитом у. д. Измайлова и начальника Нерчинского управления ведомства Кабинета Каублицкого-Пиоттух, которые затем посетили его в гостинице». То есть, если на вокзале гостя встречали третьестепенные официальные лица, затем его всё же приветствовали первые на тот момент государственные служащие края. Дело в том, что незадолго до этого визита назначенный на должность военного губернатора Забайкальской области Андрей Иванович Кияшко в Читу ещё не прибыл, а потому исполнял обязанности губернатора Михаил Иванович Измайлов, служивший в 1911–1914 годах вице-губернатором области. А Люциан-Антон-Казимир Феликсович Кублицкий-Пиоттух в тот 1912 год стал не только начальником Нерчинского управления Кабинета Его Императорского Величества, но и начальником Нерчинского горного округа (в 1913 году он трагически погиб в Чите). Газета также написала, что 3 мая посланник «посетил сад Жуковского и детально осматривал бурятский дацан, который вследствие этого в среду был открыт». А затем, «не пробыв в Чите и суток, отправился в Стретенск (так тогда называли Сретенск. — Прим. авт.), откуда он предполагает отправиться на пароходе в Благовещенск». А вот назад в Петербург дипломат, похоже, отправился морским путём. Этот вывод делаю, так как нашёл сообщение в гонконгской газете Hongkong Daily Press о том, что бельгийский посланник при русском дворе, совершивший недавно двухмесячное путешествие по Сибири, предсказывает этой стране великую будущность. О целях того визита, рассказанных в газете, речь пойдёт ниже, а пока стоит всё же выяснить, кем же был этот безымянный посланник. Граф с простым именем и сложной фамилией Найти имя чрезвычайного посланника и полномочного министра при императорском дворе Российской империи в 1912 году особых проблем не составило. И когда его нашёл, понял, почему коллеги-журналисты из «Забайкальской нови», не раз допускавшие ошибки в своих материалах, тогда просто не рискнули сообщить полные данные посла. В 1911 году послом в Россию был назначен граф Конрад де Бюиссерэ-Стеенбек де Бларенхиен (1865-1927), занимавший этот пост вплоть до революционного 1917 года. Он родился 14 марта 1865 года в местечке Иксель в дворянской семье, хотя титул графа он получил лишь в 1900 году. Детство провёл в родовом замке Тер-Мерен (его взорвут во время Первой мировой войны), там и получал частные уроки. Учился на гуманитарном факультете колледжа Сен-Мишель в Брюсселе, а затем изучал юриспруденцию в Намюре и Левене. С 1886 года Конрад на дипломатической работе. Набирал опыт в посольствах в Берлине, Белграде, Бухаресте, Вене. В 1892–1893 годах был временным главой посольства в Бразилии. Потом снова переезды из страны в страну, из города в город: Стамбул (Турция), Вена (Австро-Венгрия), Рабат (Марокко), Вашингтон (США). Кстати, в США он впервые женился. Супругой стала дочь генерала Кэролайн Стори (1870-1914), которая родила ему пятерых сыновей и дочь. Как уже отмечалось, с 1911 года граф Конрад де Бюиссерэ-Стеенбек де Бларенхиен стал посланником и полномочным министром короля Бельгии в Санкт-Петербурге. Посольство тогда находилось в так называемом «Египетском доме» на улице Захарьевской (Садовой) в центре города. Накануне Первой мировой войны граф был на родине в отпуске, который срочно пришлось прервать и вернуться в Россию. В тот год умерла его любимая супруга. А вскоре пришло известие, что не стало его родового замка. Так что тот год был для него наполнен трагическими событиями. Вторым таким годом стал 1917-й. Ему пришлось оставить и Россию, и дипломатическую работу. Перед отъездом он женился второй раз. Его избранницей стала балерина Большого театра Лидия Сокол (1890-1968), которая родила ему дочь. Последующее десятилетие в его судьбе ничем особым отмечено не было. Цель приезда посла Бельгии в Забайкалье Начну с того, что у России с Бельгией в начале ХХ века были весьма активные отношения. К 1913 году в нашей империи проживало более 22 тысяч бельгийцев. Кроме посольства в Петербурге, имелось два генеральных консульства и 28 почетных консульств. По Амуру ходил построенный в Бельгии пароход «Граф Муравьев-Амурский», а во Владивостоке, где в 1912 году запустили первую трамвайную линию, первые пять вагонов были бельгийского производства. Но более всего бельгийские богачи интересовались природными богатствами Сибири и Дальнего Востока. Уже в самой первой заметке, посвящённой предстоящему приезду бельгийского дипломата, в «Забайкальской нови» писали: «Передают, что приезд посланника в Читу стоит в прямой связи с переговорами бельгийских капиталистов о сдаче им на концессионных началах золотоносных площадей как в области (Забайкальской. — Прим. авт.), так и в районе Амурской железной дороги». В заметке от 5 мая подтверждалось, что кроме встреч с официальными лицами бельгийский дипломат провёл и другие: «Посланник видел также некоторых представителей местных финансовых и промышленных сфер и очень интересовался горными богатствами Забайкалья. Одному промышленнику он предложил посетить его в посольстве, когда тот будет в Петербурге, и просил собрать сведения о горной промышленности в Забайкалье, так как бельгийские капиталисты проявляют теперь значительный интерес к горным богатствам Сибири. Посланник интересовался вообще состоянием торговли и промышленности в нашей области, и для этой цели он имел беседы с представителями некоторых местных финансовых учреждений». Естественно, возникает вопрос, откуда у бизнесменов из не самой большой европейской страны вдруг появилось столько финансов, что они готовы были вложиться в горнорудную промышленность России? Всё просто. При предшественнике короля Альберта I трон занимал его дядя Леопольд II, при котором нещадно грабилась колония Бельгии в Африке, иронично называемая «Свободное государство Конго». Жертвами организованного этим королем геноцида стало около 10 миллионов (!) африканцев. Теперь «грязные» деньги надо было «отмыть», и бельгийским капиталистам Россия, точнее Сибирь и Дальний Восток, представлялась наиболее надежным и перспективным вложением капиталов. Осуществить эти планы помешали сначала мировая война, а затем революции и Гражданская война в России. Так что поездка бельгийского посланника, графа с простым именем и сложной фамилией, в 1912 году оказалась во многом безрезультатной.