Принц и русские

Если ты хочешь влюбиться в настоящую свободу творчества, выбора своего пути, целей и мечты – тебе обязательно нужно познакомиться с Тоддом Принсем. Впрочем, его фамилия легко читается как «Принц» - можешь произносить, как хочешь.

Знакомство произойдёт, скорее всего, случайно: он найдёт тебя через соцсети или будет идти тебе навстречу по улочке твоего города, рассматривая всё и всех вокруг. Остановит и тут же начнёт расспрашивать с удивительно глубоким вниманием – в глазах, вежливостью – в словах и доброжелательностью – в улыбке.

Если вы разговоритесь, он спросит разрешения тебя сфотографировать, обязательно рассказав про свой проект. Он обязательно скажет тебе и о том, что, возможно, в недалёком будущем твоё фото и рассказ станут частью огромной выставки в Нью-Йорке, повествующей о том, как изменилась Россия за 25 лет после распада СССР и о том, что за люди живут в стране, на которую из-за границы и из больших городов смотрят через десятки одеревеневших стереотипов, которые не имеют ничего общего с жизнью.

Он вырос в Бруклине, в Нью-Йорке, в большой семье с шестью детьми. Говорит, что Россия всегда была где-то рядом: неподалёку от Бруклина находится знаменитый русский квартал и Брайтон-бич.

«Я закончил исторический факультет, а после записался на курс преподавания английского языка иностранцам. Это не то, что я хотел делать, но я хотел путешествовать, и это стало возможным, — говорит Тодд, на несколько секунд отвернувшись и попросив у официанта кофе и блины. — Больше 10 лет я работал журналистом и работал в банке. Когда есть возможность, я езжу по городам и регионам России, потому что, если сидеть в Москве всё время, то не видишь их развития. Хочется понять, как развиваются регионы. В этот раз у меня есть пара дней, а после этого я еду в Улан-Удэ. Я посетил многие города и по работе, и по собственному желанию, неплохо знаю страну. Русский язык пришлось выучить, чтобы полноценно работать здесь.

Когда я приехал в Россию, то знал пять слов и выучил язык на месте. Конечно, было сложно, потому что работал в основном на английском. Заниматься русским языком я мог только утром или вечером, но я заставил себя, работал с репетитором раз-два в неделю в течение двух лет. Периодически до сих пор занимаюсь с ним, чтобы не останавливаться в развитии.

Я приехал в Москву после окончания университета. Сначала пару месяцев преподавал английский, потом начал работать журналистом. Поскольку я писал о финансовом рынке, через несколько лет смог достаточно легко перейти работать в банк на фондовом рынке, в покупку-продажу ценных бумаг. Журналистом я пять лет писал только о финансах, я знал все подробности. Работа в банке была в sell zone. Вы видели фильм «Волк с Уоллстрит»? Я делал то, что делал его герой, но у него работа была экстремальной. Моя работа заключалась в том, что я читал российские газеты, узнавал последние новости и старался понять, как это повлияет на акции. Потом обзванивал своих клиентов и говорил им о вероятностях развития ситуации, стоит ли, допустим, купить или продавать бумаги.

Мои клиенты жили в Европе и в США. У меня было очень много командировок и на Запад, и по регионам. Например, в Калугу, которая раньше привлекала очень много инвестиций, Казань, Екатеринбург. Мне интересны те города, которые будут участвовать в ФИФА: Самара, Ростов, Волгоград, хотя я ни разу в жизни не играл в европейский футбол. Я бывал в этих городах раньше, и будет интересно, как они будут развиваться в ближайшие годы. В Самаре, например, недавно открылся новый аэропорт.

Интересно смотреть, открываются ли местные предприятия, стараются ли люди что-то создавать.

В Чите меня удивило количество строек в городе. Судя по общению с людьми, кризис влияет на них, но не столь критично. Опять же многое будет зависеть от цены на нефть. Год назад никто не прогнозировал, что она будет 50 долларов за баррель. Аналитики ошиблись, сейчас переизбыток нефти. В 2009 году, кстати, падение цены было даже сильнее. В мае 2008 года цена на нефть была 147 долларов и, если я помню правильно, она упала на 120, то есть снизилась на 80%.

Мне интересно общаться с людьми об их мечтах, планах, чем они занимаются. Я фотографирую их, а потом выкладываю. Я выложил около 800 фотографий или чуть побольше, за два года проехал 15–20 городов. До того, как я приехал в Россию, думал, Сибирь – это снег, холод, какая-то добыча - нефти или газа — небольшие города, не развитые в плане интересной городской жизни. А потом увидел, что всё лучше, чем первоначальные представления.

Мне интересно общаться с бизнесменами. Здесь, в Чите, я зашёл туда, где занимаются йогой. Ведь, когда думаешь о Сибири, не представляешь йогу. Я просто хочу показать не стереотипы, а что-то другое, а особенно тех людей, которые олицетворяют изменения, которые я вижу. Очень много людей сейчас начали заниматься спортом, например. За пределами России об этом не очень хорошо знают. Мне интересно узнавать, почему люди занимаются спортом, что изменилось в их жизни, что они решили это делать. Когда ты общаешься с людьми, ты получаешь маленькую картинку России.

Через полтора года будет 25-летие со дня распада Советского Союза — такое событие, когда все будут думать о России. Когда я начал проект, держал это в голове. Думаю, нужно показать не только политику, но и истории людей. К фотографиям я пишу небольшие тексты, потому что у людей не хватает времени читать длинные.

Мне кажется, за 10 лет люди в России стали другими. Если 10 лет назад их мечты были материальными, то сейчас очень много людей ставит на первый план не материальные вещи, саморазвитие, люди получают второе образование. Я знаю нескольких людей, которые предпочитают не купить машину для показухи, а путешествовать, увидеть, узнать мир. Раньше, как мне показалось, люди в Москве были зациклены на брендах. Теперь они немного успокоились, у них поменялись ценности».