«Не 9-этажный дом же там закладывался!» Инженер объяснил, что нужно было делать, чтобы уголовного дела из-за Парка угольщиков не произошло

Начальник отдела строительства в комитете градостроительной политики администрации Читы Геннадий Верешкин дал показания в суде по уголовному делу из-за Парка угольщиков в качестве свидетеля и пояснил, что для того, чтобы избежать провала с парком и возбужденного из-за него дела, оказавшимся на скамье подсудимых нужно было при обнаружении там болота во время работ остановить стройку, обратиться к проектировщику, внести изменения в проектно-сметную документацию (ПСД) и только после этого продолжать благоустройство. Об этом он сообщил в зале Центрального районного суда.

Геннадий Верешкин пояснял в показаниях следователю, что так как благоустройство парка — это не капитальное строительство, то в техзадании на разработку ПСД не указываются обязательные геологические изыскания. Однако проектировщик при необходимости должен был сам провести инженерно-геологические изыскания, исходя из условий строительной площадки.

Он также пояснил, что, так как проектирование парка было в зоне с высоким уровнем грунтовых вод из-за протекающей там реки Жирейки, проектировщик обязан был предусмотреть мероприятия по понижению уровня грунтовых вод.

Так, в техзадании было указано требование к водоотводным мероприятиям и было сказано, что проектировщик ПК «Логика» должен был предусмотреть в парке сброс дождевых вод с прилегающей территории, устроить водоотводные желоба, требовались изменения в конструкции сцены, покрытий пешеходных дорожек, опор освещения, а также другие работы, которые в итоге не были учтены в ПСД.

Принял решение оплатить эту ПСД уже бывший председатель комитета градостроительной политики Денис Ярушин.

Почему заказчик строительных работ — комитет городского хозяйства в лице Гуцула, а позже Поповой — не обратился к проектировщику из-за отсутствия этих работ, инженер Верешкин пояснить следователю не смог.

Когда подрядчик Августин Бадасян обнаружил болото на месте строительства Парка угольщиков, он решил отсыпать территорию скальным грунтом и щебнем без согласования с проектной организацией. Инженер отметил, что это было неверным решением, так как только проектная организация могла определить необходимые виды и объемы работ, при которых были бы возможны дальнейшие работы по строительным нормам.

Адвокат подсудимого Михаила Мельникова из компании стройконтроля ПК «Вымпел» поинтересовалась, почему в техзадании не была указана необходимость геологических изысканий и не настораживало ли комитет, как заказчика ПСД, что рядом река:

— Какая разница? Там же не девятиэтажный дом закладывался, — ответил Геннадий Верешкин.

Он пояснил, что в техзадании наличие реки не предполагает обязательных изысканий, если речь идет о благоустройстве.

Также в показании следователю он указал, что принятие работ по утвержденным сопоставительным ведомостям и локально сметному расчету на дополнительные работы, как это сделала Марина Попова, является прямым нарушением условий контракта, а также ФЗ № 44. Кроме того, заключение дополнительного соглашения после закрытия контракта, как, опять же, сделала Марина Попова, является недопустимым, так как это противоречит нормам ГК РФ.